Осколки наших молитв

      Молчание продолжилось. Ли глубоко задышал, пытаясь вернуться в прежнее состояние. Его руки оставались на горящих от стыда щеках. Тревис снова схватил новенького за запястья и приблизился к его лицу. В глазах Фелпса мелькнуло осознание, парень поджал губы, тоже тяжело задышав.       — Успокойся. — Отчётливо отчеканил Тревис, продолжая оставаться близко к лицу Ли. — Слышишь? У-спо-ко-йся. — По слогам повторил парень, видя лишь стеклянные, словно безжизненные глаза новенького.       Резко раздался громкий шлепающий звук, а следом болезненный стон Ли, сразу приглушённого тёмной ладонью Тревиса. На практически белоснежной щеке мальчика оказался багровый след от пощёчины Тревиса. Голубые глаза Ли сразу заблестели, а дыхание пришло в норму, дрожь осталась, но мимолётная и скорее от резкой жгучей боли.       — Что ты творишь? — Фыркнул Ли, отталкивая руку Фелпса со своего рта. — Мне больно. — Парень потёр место оплеухи, осуждающе смотря на Тревиса.       — Зато сразу пришёл в себя. — Пожал плечами Фелпс, чувствуя лёгкую вину за боль новенького, но не нашел сил переступить свою гордость, дабы извиниться. — Давай закроем эту тему. — Невнятно пробормотал Тревис, отворачиваясь от Ли.       Ли вздохнул и мимолётно кивнул. Боль с щеки быстро ушла, удар был не таким сильным, всё же Тревис такой же подросток, не способный бить более болезненно. Новенький издал зевок, глаза уже слипались. Сколько было времени, парень не знал, но видимо уже достаточно много, ведь Ли успел утомиться. Приняв более удобную позу, (а сделать это в тесном пространстве было сложно), Ли прикрыл глаза не в целях уснуть, а лишь немного расслабиться.       Прошло минут пять-семь, как белокурая голова новенького упала на плечо Тревиса, сидевшего рядом. Фелпс нахмурил брови и изо всех сил толкнул мальчишку локтем в бок. Ли не проснулся, продолжив умиротворённо лежать на плече одноклассника. Тревис что-то недовольно пробормотал себе под нос и немного вытянул ноги, пытаясь принять более удобное положение. Фелпс принялся бдеть, пока новый знакомый тихо посапывал на его плече.       Сыну владельца школы было не в первой не спать всю ночь. Парень частенько оставался в подсобке на ночь, (обычно улизнув уже глубокой ночью), а за несколько минут до подъёма возвращался в комнату. Так проходило уже на протяжении нескольких лет, и всё это время Тревис оставался незамеченным.       В отличие от других, Тревис быстро привыкал к суровым условиям жизни. Научился обходиться без сна, при этом оставаясь внимательным. Научился есть безвкусную еду и заучивать ненавистные до тошноты молитвы и правила. Для семьи Фелпсов это не было чем-то странным и необычным. Это был привычный ритм жизни, которым управлял Кеннет Фелпс, держа под контролем как своего сына, так и жену.       Тревису всегда запрещались обычные вещи. Вроде проявления эмоций, общения со сверстниками и тому подобное. Младший Фелпс жил двойной жизнью. Дома — прилежный мальчик, беспрекословно выполняющий любое отцовское поручение. В школе, именно в обычной старшей школе Нокфелла — хулиган и задира. Да, дома Тревису запрещали проявление эмоций, а за непослушание можно было отхватить несколько ударов крепким отцовским ремнём. Дома Тревис был слабым, а в школе — наоборот. Там можно было вдоволь насладиться драками, унижениями слабых. Ботаны, фрики и просто скромные ребята — все они становились мишенью издевательств Тревиса Фелпса. Для Тревиса это было отдушиной, хотя сердце всегда подсказывало, что его поведение неверное. Тревис продолжал поддерживать статус хулигана.       Школьный туалет также стал для Тревиса роднее дома. После очередной ссоры с отцом или личных переживаний Фелпс всегда мог прийти в один из школьных туалетов. Закрыться в одной из кабинок и начать плакать. Плакать так, что глаза опухали в край, а голова начинала болеть. Именно в те моменты Тревис мог позволить себе быть слабым.       Так прошла вся ночь. Тревис так и не спал, лишь слушал дыхание Ли, лежавшего на его плече всю ночь. Свеча уже успела погаснуть. Именно благодаря ней и долгим годам пребывания в подсобке, Тревис научился определять время без часов. Одной свечи хватало ровно на ночь, когда та гасла приходило время возвращаться в комнату. Парень толкнул спящего Ли в плечо, заставляя того открыть спящие глаза.       — Просыпайся, — устало пробормотал Тревис, в его голосе слышалась сонливость, которую тот изо всех сил пытался скрыть. — Нужно возвращаться в комнату.       Ли зевнул, прикрывая рот рукой, и по привычке встал во весь рост, ударяясь головой о низкий потолок каморки. Выдав банальное: «ай». Новенький потёр удар и немного наклонился, посмотря на Тревиса. Тот поднёс палец к губам, жестом показывая быть тихим. Медленно открывая дверь, Фелпс забрал ручку, запихав её обратно в брюки.       В такое время здание школы словно замирало. Не было никаких звуков, кромешная тишина, в которой был слышен абсолютно любой звук, будь то скрип старой половицы, из-за чего оба парня шли как можно аккуратнее.       Благополучно добравшись до комнаты, Тревис кое-как привёл себя в порядок. Поправил волосы, заправил водолазку в брюки, спрятал ручку от подсобки в пространство между стеной и кроватью. Ли молча сидел на своей кровати, сверху наблюдая за действиями Фелпса. Удивительно, но на плече у сына владельца школы парень выспался лучше, нежели на кровати в обычное время.       — Будь сегодня внимательным на уроках, не задерживайся на улице. — Прошептал Тревис, поправляя подушку и одеяло. — Я поговорю с отцом. — Ещё тише проговорил Тревис, но Ли очень чётко услышал его последние слова.       По всему зданию школы прозвенели колокола, означающие наступления утра. Ли попытался сделать вид только проснувшегося человека и якобы надевал форму. В то время Тревис уже пропал из комнаты. Тут же проснулись и Мэтью с Энтони.       — Доброе утро, пацаны. — Промямлил Гик, зевая. — Ли, ты когда вчера пришёл? Мы переживали. — Вздохнул парень, почесав лысый затылок.       — Меня немного задержали, — соврал новенький, зная, что о их ночи с Тревисом лучше никому не знать. — Всё в порядке. — Ли спрыгнул с кровати и снова обулся, ожидающе посмотрев на соседей.       Парни пожали плечами и по спартански собрались. Быстро напяливая привычную форму. Не забывая про маленький аксессуар — крестик на веревочке, то, что должен был носить каждый ученик школы. Соседи по комнате направились в коридор, а следом в столовую.       В столовой, как всегда, было множество людей. Как упоминалось ранее, здесь пересекались как мальчики, так и девочки. Только вот столы для них были разными, и разговаривать друг с другом им было запрещено. Ли вновь встретил девушку из автобуса, которая уже несла поднос с едой и задержала свой пустой взгляд на новеньком, видимо узнав его. Мэтью также заинтересовался незнакомкой и в лучших традициях дёрнул ту за длинную, немного старомодную косу. Девушка опешила и распахнула глаза, наконец-то её безжизненные зрачки стали куда живее. Гик толкнул новенького в плечо, делая вид, что это он дёрнул девушку за косу.       Незнакомка залилась румянцем и сразу перекинула косу через плечо, убирая её со спины. Ли издал непонятный звук, который вроде являлся извинением, и быстрым шагом направился к столу, закрыв лицо руками. Послышался громкий смех Гика и осуждающий вздох Энтони, который крикнул в след удаляющейся девушке слова извинений.       В свою очередь Мэтью взял порцию и для Ли, втроём они вновь оказались за привычным столом. Мэтью пытался сдержать смех над красным, словно помидор, лицом новенького. Потрепав того за волосы, Гик щёлкнул Ли по носу и выдал извинения сквозь нарастающий смех.       — Тони, ну ты видел его лицо? — Ухохатывался Мэтью, обращаясь к Энтони. — Ли — похититель женских сердец. — Хлопнул парень новенького по спине, заставляя того выпрямиться.       — Не думай, Ли. — Закатил глаза часовой. — У Мэтью плохое чувство юмора. — Покосился тот на друга, который недовольно надул губы и приступил к завтраку.       — Всё в порядке. — Подбадривающе улыбнулся Ли, беря ложку в руку. — Я не обижаюсь. — Парень был честен в своих словах. Он никогда не обижался на подобные шутки от друзей, ведь знал, что это сделано не со зла, но перед незнакомой девушкой было стыдно.       Завтрак был окончен, и парни разошлись по кабинетам. Ли был намерен прислушаться к совету Тревиса и быть внимательнее на уроках. Парень присел за парту, в кабинет медленно подтягивались другие ученики.       Первые десять минут урока Ли изо всех сил старался вникать в слова монахини, ведущей занятие. Но спустя это время ему надоело изображать заинтересованность. Голова загудела, спина затекла, захотелось в туалет.       Только Ли растянулся на стуле, вспоминая свои позы сидения в обычной школе, тот осознал, что сидеть так здесь плохая идея и вернулся в исходное, не самое удобное положение. Взгляд парня столкнулись с Тревисом, сидящем на том же месте. Ли не видел лица Фелпса, лишь его спину. Но этого было достаточно, чтобы разжечь в голове новенького воспоминания о совместном времяпровождения в коморке. Судя по словам Тревиса, подсобка была его секретным местом, и он поделился этим с Ли. Было ли это каким-то знаком внимания, новенький не знал, но общий секрет заставлял грудь парня наливаться неким теплом.       Уроки закончились. Ли наконец-то смог размять спину, сходить в уборную, а следом направиться на улицу. Парень быстрым шагом шёл в то место, где вчера познакомился с голубоволосым человеком по имени Сал. В глубине души Ли надеялся, что парень придёт вновь. Но на месте никого не было. Лишь вновь автобусная остановка и вдали здание под названием: «Апартаменты Эддисона».       Ли вздохнул и пнул мирно лежащий камень. Парень ходил вокруг ограждения, ожидая увидеть хоть кого-нибудь. День был в самом разгаре. Множество разных людей спешило кто куда, и никто из них не обращал внимание на мальчишку за ограждением. Вот вдали видится автобус. Через мгновение транспорт оказывается у остановки, а из него выходят люди, прибывшие в нужное место. Вместе с обычными людьми из автобуса вышла громко смеющаяся компания подростков, состоящая из трёх человек. Один из них выделялся больше всего. Высокий, даже очень. Худой, с больше напоминающим палку телосложением. Длинноносый и с безумно роскошными волосами, доходящими до поясницы, учитывая рост незнакомца. Такое ощущение, словно он растил их всю жизнь. Рядом с ним тоже не низкая шатенка в фиолетовом свитере с камерой в руках. С другой стороны немного полноватый рыжий и кудрявый парень. Компания встала у остановки. Носатый парень чиркнул зажигалкой, закурив. Его рыжий друг показушно зажал нос рукой, что-то недовольно бормоча, а девушка залилась звонким смехом.       Ли наблюдал за подростками издали, надеясь, что они не замечают его. Парню настолько наскучила эта рутина и одни и те же люди в его жизни сейчас, что любое событие для него было праздником. Ли всегда был общительным человеком, который мог влиться в любую компанию. Сейчас он только и жаждал, что познакомиться с этими подростками, но чертово ограждение.       Ли осмотрел ограждения лучше. Ничего. Оно слишком высокое, чтобы перелезть, так ещё и с острыми наконечниками на конце. Вкопанное в землю, из-за чего под низом тоже не пролезть. А прутья слишком близко друг к другу. Ли прошёл чуть дальше и ничего, что могло бы помочь ему выбраться, не обнаружил. Парень сел на землю, оперся спиной на ограждение, тяжело вздохнув. Тут новенький вновь перевёл взгляд на ограждение заметил небольшое отличие в заборе. В одном месте, видимо, не хватало одного прутья, из-за чего пространство между ними было чуть больше. Ли присмотрелся и действительно, одно прутье просто отсутствовало. Походу, брак производства, а издалека глазу не заметно, учитывая, что дефект находился в отдаленной части двора.       Ли огляделся. Поблизости никого. Парень схватился руками за соседние прутья и просунул голову в отверстие. Пролезает. Следом новенький протиснул туловище после ноги. Ли повернулся и не мог поверить своим глазам. Он за ограждением. В крови парня кипел адреналин. Сам не зная, что делает, тот улыбнулся и побежал через дорогу, напрочь забывая про правила дорожного движения. Школа позади. Сердце мальчишки стучало с бешеной скоростью. Ли был готов к наказанию, уже предчувствовал, как горели его руки от ударов линейкой, как хрустели его колени от стояния на них. Сейчас ему было всё равно. Он не мог поверить, что находится вне ограждения.       Компания подростков так и стояла на автобусной остановке, пока один из них курил. Ли уверенным шагом подошёл к ребятам, привлекая их внимания на себя. Ли, сам того не осознавая, улыбался, как умалишённый, но ничего поделать со своей радостью не мог.       — Привет. — Выдал тот, пытаясь прийти в себя. — Не против познакомиться? — На одном дыхании протараторил Ли, поглядывая на лица подростков.       — Валяй. — Пожал плечами курильщик, бросив тлеющую сигарету в мусорный бак. — Я Ларри. — Представился длинноволосый парень. — Это Эшли. — Кивком указал он в сторону девушки. — Это Тодд. — Махнул в другую сторону Ларри.       — Я Ли. — Продолжал улыбаться парень, словно маленький мальчик, получивший в подарок желаемую игрушку. — Вы местные? Я приехал в Нокфелл совсем недавно, ничего не знаю ещё.       — Да, мы местные. — Добродушно отозвалась Эшли, имеющая очень приятные черты лица и такой же голос. — Ты переехал сюда с родителями? — Поинтересовалась девушка. — Мы с радостью покажем тебе город.       Ли ещё больше засветился от счастья. Парень утаил о реальной причине приезда в Нокфелл, соврав, что он с родителями путешествуют. Незаметно, новенький стянул с себя деревянный крест, оставив его в брюках.       Подростки принялись показывать Ли местные достопримечательности. Старшую школу Нокфелла, которую посещали и они. Различные памятники, монументы, парки и аллеи. День был был по настоящему летним и знойным, из-за чего Ли сто раз проклял школьную форму, которая была плотной, так ещё и полностью черной.       Ребята продолжали расспрашивать Ли о его жизни, а тот продолжал врать. Парень не хотел делится своим положением, в принципе не желал вспоминать о школе на момент свободы. И так все его мысли были лишь о том, что будет, когда он вернётся. Может ему и вовсе не возвращаться? Нет, будет только хуже.       По мере знакомства Ли уже мог что-то сказать о ребятах. Ларри был достаточно общительным и острым на язык парнем, чем-то напоминающий Мэтью. Ларри знал, как правильно разбавить обстановку шуткой или каламбуром. Эшли чем-то напоминала парня, даже внешне ребята были похожи. Девушка была доброжелательной, с множеством интересных хобби. Одним из них являлась любовь к фотографии, оправданная камерой, которую Эшли несла всю дорогу в руках, попутно делая снимки то пейзажей, то друзей. Тодд был более спокойным, нежели его друзья, но очень начитанным и приятным в общении, умеющим поддержать разговор на любую тему.       — Мальчики, смотрите, какой кадр! — Уголки розовых губ Эшли стремительно поднялись вверх, а тонким пальцем с черным лаком на ногтях девушка указала куда-то в небо. Ли устремил взгляд туда, где действительно сиял прекраснейший закат, небо было розоватым, а облака плавно расплывались в нем. Эшли подняла камеру, быстро щёлкнув на кнопку.       — У тебя прям глаз художника. — Отметил Ли, складывая руки на груди. — Покажи-ка. — Парень встал на носочки, вытягиваясь, дабы заглянуть в камеру Эшли. — Красота. — Распахнул глаза Ли, заставляя девушку издать смешок.       Ребята вновь продолжили путь. В первые за это время Ли почувствовал себя так легко, как сейчас. Парень абсолютно потерялся во времени, не думая о последствиях своих гулянок. Единственное, что ему хотелось — чтобы день не заканчивался. На секунду Ли задумывался: стоит возвращаться обратно? Почему бы не открыться новым знакомым, попросить деньги на билет и уехать домой к родителям? Ли отмахнул эти мысли. Уехать он всегда успеет. Главное, чтобы потайную лазейку никто не обнаружил, а дальше разберется.       Подростки вернулись к тому самому зданию, носившему название «Апартаменты Эддисона». Ли впервые видел пятиэтажку так близко. Он сразу вспомнил про странноватого Сала, носившего маску. По словам того, он жил в этих самых апартаментах.       — Хэй, вы живёте здесь? — Посмотрел на ребят Ли, указав пальцем на здание.       — Мы с Ларри и ещё одним другом проживаем в апартаментах. — Кивнул Тодд, поправляя очки на лице. — Этим домом владеет семейство Эддисонов. Сейчас здание принадлежит Терренсу Эддисону.       Ли кивнул словам Тодда. Видимо, под «ещё одним другом» парень имел ввиду Сала. Ли сразу занервничал. Этот самый Сал прекрасно знал о том, что новенький находился в воскресной школе на лето, и мог ненароком развеять фальшивую историю жизни Ли.