Любовь, пропасть и вечность

       Александр Шепс, Александр, Саша, ну йошкин кот, почему нет-то?        — Я не хочу, чтобы вы учавствовали в Битве Сильнейших, — заявил старший брат, когда узнал, что Олег и ты тоже решили учавствовать.        — Это ещё почему? — ты хмурилась, не зная с чего Саша так захотел. Много хочет.        Не спрашивала ты его вообще, уже всё решила.        — Я тогда поддаваться буду, проиграю ещё из-за этого. Вот надо мне это? — он не дожидался ответов. — Нет.        Но Олег не собирался отступать. Он тоже для себя решил идти. Для победы. Для того, чтобы доказать, что он не менее способный, чем брат или кто ещё. Он может победить, для этого у него уже есть всё. Он сможет.        — Нам же лучше, — пытался превратить разговор во что-то менее напрягающее Олег.        Но ледяной взгляд выразительно-голубых глаз показывал лишь недовольство и держащую при контроле пассивную агрессию. Саша вообще человек резкий, ему если что не понравится, то у него и тон сразу другой, а с его хрипотцой за устрашающий может сойти. Если его поведение по кусочкам разбирать, то достаточно длинный анализ получится. Так в принципе с почти любым человеком, но Саша даже для вас несколько скрытен, так же как и Олег. Они это переняли будто друг у друга, получа крупицу подобного поведения от родителей. Несмотря на то, что ты и Олег одного возвраста и в общем рождены в один и тот же день, отличаетесь вы во многом.        Прошло достаточно много времени, пока вы пытались успокоить брата и объяснить хоть что-то. Но вы смогли. Александр оставался на своём, всё-таки был недоволен протестом, но эта тема больше не поднималась. По крайней мере не при тебе.        В день съёмок вы вместе встретились в здании, где всегда проходили предыдущие сезоны битв, и повстречались с другими сильнейшими экстрасенсами, которые были приняты.        Тема Сашиного нехотения прохождения Олега и тебя в битву поднялась, и Олег снова попытался то ли превратить это в шутку, то ли наоборот углубиться, сказав про корону из-за которой валится штукатурка на потолке.        «Интересная фраза» — только и подумала ты, вспоминая квартиру, в которой живут братья. Ты давно жила от них отдельно, снимая квартиру. Это было правильным решением, тем более теснить старшего брата не хотелось. После такого шага ты чувствовала себя более свободно, воодушевлённо. Иногда, смотря в окно квартирки, ты ловила себя на мысли, что хотела бы окончательно переехать в столицу. Вообще Москва как-то манила к себе, хотелось наслаждаться ей вдоволь, ходить по ней и любоваться днём и ночью. Ночные города особенно привлекали, словно звали на встречу внутренней приятной паники, которую закрывала чистая, детская, наивная радость. Кажется, так ты набиралась сил. Твоё место силы — ночные огни города.        После слов Олега было видно, как Александр продолжал улыбаться, несмотря на то, как ему было неудобно, особенно когда Марат подхватил эту шутку и напрямую спросил у него. А ты старалась стоять как мышка, чтобы не дай бог не попасть под горячую руку, потому что просто представив это, почувствовала неприятный ком, подходящий к горлу, а это только мысленное представление. Но тебя пронесло.        Ты даже помнишь, как все начали отходить от этого, возвращаясь к главному, а ты протяжно выдохнула, не сразу замечая, что задержала дыхание. Но этот нервный выдох только привлёк внимание, вызывая больше тревоги и настоящее волнение от незнания того, что можно было бы ответить. Нормальное что-нибудь, пожалуйста. Не нервные кивки.        — Испугались? — только спросил Башаров, посмотрев на тебя, что напряглась от его вопроса.        Вновь вдохнув воздуха, ты подняла на Марата голову, замечая, как все взгляды направлены на тебя — на всю напряжённую фигуру. Оглянув всех девять экстрасенсов, зацепившись на братьях, что могли лишь многозначительно поднять бровь чуть выше обычного, и от волнения у тебя во рту скапливалась слюна. Взор вновь остановился на ведущем. Встав ровно, ты принялась прокручивать ответы.        «Ладно, это самое лёгкое».        — А как тут не испугаться? Слово скажи, под горячую руку попадёшь, — отшучивающе нахмурилась ты, слегка улыбаясь от нервов.        В общей картине этот выпуск был хорошим. Ты рада, что не попала в перепалку, это главное.        Но каждый раз, когда заканчиваются съёмки, остаётся куча времени. Можно немного остаться в готическом зале, потом пойти собираться, а после мирно, дружненько уйдти прочь от этого места, пробиваясь через толпу фанатов, а затем в тёплую квартирку. И уже какую неделю ты хочешь подойти после фразы «Стоп, снято!» и просто поговорить с одним человеком. Не важно о чём. Хоть просто постоять. Но ты боишься. Этот человек после своего первого участия в испытании «сильнейших» стал любимчиком большой, девячьей фан-базы. Иногда даже хочется просто его взять за руку, дать знать, что ты хочешь с ним поговорить, дать знать, что ты здесь существуешь и вообще не являешься обузой братьев, как посчитали многие, явно считая именно тебя десятой, лишней так называемые «хейтеры» — зрители, которые готовы загнобить тебя за каждую малейшую оплошность.        — Стоп, снято!        И опять. Ты стоишь пару секунд на месте, точно заколдованная в статую и осматриваешься немного позднее по сторонам. Сегодня ты хотела бы попросить Сашу подвезти тебя, и поэтому нужно было бы подождать его. А он всегда с кем-то разговаривал, быстро находил собеседника. Ты же противоположность, которая могла лишь перебрасываться фразами, поддерживать тему в группе людей, но никак не один на один. Неважно почему — возможно человек не тот, а вожно дело-то и не в нём, — важна сама суть проблемы.        — Олеж, — ты быстро подходишь к брату-одногодке, заприметив его всего в нескольких метрах. Быстро подойдя к нему за несколько шагов, точно формируя вопрос в голове, ты спрашиваешь: — Вы сегодня на машине?        Шепс отвлекается от начавшегося совсем недавно разговора, переключаясь на тебя, уже стоявшую рядом. А ты лишь сейчас заметила Диму, который спокойно смотрел на тебя, словно изучая. В груди пекло, а в голове так и дали знать о себе таракашки, что в один голос твердили: «Вперёд!» Куда вперёд — непонятно. Вперёд только ребятам по ногам пойти, а этого ты точно не хотела.        — Да, — ответил он и, догодавшись о твоей просьбе, добавил: — Тебя подвезти нужно?        Пытаясь вести себя более естественно, чтобы Олег не заподозрил чего-нибудь, потому что тогда он станет этим дразнить и возможно даже шантажировать чем-нибудь незначительным, ты улыбнулась и посмотрела только на него, не отвлекаясь на Матвеева, куда взгляд так и наровил, желал скользнуть.        — Конечно, — протянула ты, улыбаясь шире. — Как ты узнал? Духи? — только усмехнулась, указывая на медиумные способности брата.        Ты любила так шутить, подкалывать без повода, не особо обращая внимания на то, что являешься такой же.        «Но я же тебя не угадываю» — беззаботно отвечала ты в ответ.        — Тут и без духов можно прочитать, подлизываешься перед просьбой, — объяснил Олег, улыбнувшись на последок одной стороной губ уже чуть нахмурившейся тебе.        — Чеширский кот, — вдруг бросил Матвеев, улыбнувшись так же широко во все тридцать два.        Твоя улыбка сразу пропала, и ты недоумённо повернулась к парню. Чего?        — Ты и чеширский, — хлёстко ответила ты подобно ребёнку, от чего-то запомнив эту улыбку в голове, из-за чего сама, почти не замечая, подняла уголки губ на секунду, чтобы потом их опустить и поднять подбородок, при этом прикрыв веки. — А я — благородная кошка! — но, открыв глаза и опустив подбородок, быстро и немного растерянно добавила: — если вообще кошка. Я человек вроде как.        Ты глянула на руки, для чего-то проверяя своё существование в том теле, которое у тебя было часом ранее. Достаточно странное внезапное хотение. Перевернув к себе руки тыльной стороной, ты почувствовала чужую руку на своей голове, что легонько потрепала локоны волос. Расширив от удивления глаза, ты подняла голову и увидела усмехающегося чернокнижника, чью руку ты чувствовала. Он в последний раз похлопал по макушке, и ты удивлённо, всё ещё не отойдя от контакта стала оборачиваться на брата, но что-то дёрнуло тебя не смотреть и вновь повернуться на Дима, заглядывая в тёмно-коричневые глаза.       Перезагрузка совершена        — Ах ты.! Для птиц дом мне тут устроил! — прошипела ты, пытаясь дотянуться до макушки чёрных локонов.        Ваш рост отличался, и из-за этого достать было тяжело. Ты стояла на носочках, чуть подпрыгивая, но касаясь лишь окончания лба. Чернокнижник тоже не стоял на месте и отходил маленькими шажочками, улыбаясь с твоих неудачных попыток. Но через буквально секунд десять, парень, явно сдаваясь, сделал один шаг назад и просто наклонился на встречу к тебе. Ты опешила от его действий, пока рука не потянулась к тёмным волосам и не потрепала их, создавая неряшливый вид. Скоро встав в нормальное положение, Матвеев улыбнулся. Тёпло, мягко, нежно и по-глупому.        — Теперь мы квиты, благородная кошка, — и он протянул руку в знак примирения.