intimita. Intimacy

˙˙˙ᵉʳᵃ ᵘⁿᵃ ᶜᵒⁿᵗⁱⁿᵘᵃᶻⁱᵒⁿᵉ˙˙˙

15 сентября 1997 г.

Понедельник

      В понедельник рано утром Гарри резко проснулся от стука во входную дверь. Он, с затуманенным ото сна взглядом, сел в постели и потянулся за своей палочкой, которая лежала под подушкой, а выбравшись из-под одеял, потянулся к аккуратно висящей рядом мантии.        Раздался шум, когда одна из его служанок раскрыла двери, и незваный гость целенаправленно вошёл внутрь. Двери хлопнули, и послышался мужской голос, приказывающий служанкам немедленно позвать его.       Гарри спустился по лестнице, поспешно накидывая мантию, с палочкой в ​​руке и напряженными плечами, ожидая опасности. Внизу его встретил довольный евнух, гордо державший свиток, украшенный золотым тиснением. Знак императорского указа. Гарри вздохнул, голова кружилась от резкого пробуждения, и с явным раздражением жестом потребовал, чтобы мужчина поскорее зачитал его. Он откашлялся.       — Ее высочество, главная супруга Слизерин-Блэк, всего несколько минут назад начала рожать. Благородному Поттеру-Блэку, вместе с другими наложницами Его Величества, предписывается войти в Зал Молитв, чтобы помолиться за благополучное рождение ребенка Его Величества и благополучие его императорской матери. И оставаться Вам там стоит до тех пор, пока не получите других указаний. Уважте указ!       Не показывая противоречивых чувств, Гарри почтительно склонился в пояснице.       — Это радостная новость. Я буду следовать указаниям Его Величества и молиться о том, чтобы рождение ребенка Его Величества прошло благополучно и чтобы и моя сестра, и ее ребенок были здоровы.       Это было грандиозно. Первенец самой высокопоставленной наложницы, которая до этого никогда не вынашивала детей дольше первого триместра, ни разу за двенадцать предыдущих беременностей, вот-вот должен был родиться. Мальчик это или девочка, Гарри не знал, потому что Беллатрикс попросила оставить это сюрпризом даже для неё, и он автоматически превзойдет по рангу большинство своих сестер, а возможно, и подавляющее большинство остальных братьев и сестер.       Гарри выпрямился, всё ещё чувствуя головокружение, и взял Аню под руку. Она с тревогой осмотрела его натянутую улыбку.       — Аня, пожалуйста, помоги мне одеться подобающе.       — Да, хозяин.

…

      Спустя некоторое время Гарри присоединился к толпе наложниц укутанных в пастельные и нейтральные тона, которые ровными рядами стояли на коленях на мраморном полу Зала Молитв. Присутствовали все, даже благородная Жасмин, которая выглядела изможденной и несчастной, глядя в пол и крепко сжимая в руках маленького плюшевого мишку, которого он видел ранее на ее месте.       Перед группой возвышался алтарь, украшенный цветами, символизирующими здоровье и удачу, а также новую жизнь и королевскую власть. В центре ярко горела свеча, время от времени мягко мерцая, — символ благополучия Беллатрикс. Если бы она погасла…       В зале царила тишина, как это обычно бывало в подобных местах, но воздух был наполнен смесью нетерпения, тревоги и зависти. Не все были рады известию о скором рождении еще одного королевского ребенка, особенно учитывая, кем была его мать.       Он влился в ряд, слившись с наложницами, и склонил голову. Рядом с ним молились благородные Эрин и Пиппа, их взгляды были устремлены в пол, а губы шевелились в безмолвных словах. Вдоль его ряда большинство почтительно выполняли приказы его величества, однако некоторые из наложниц спереди, такие как наложница Рейкпик и супруга Исла, просто сидели на коленях и читали книги, коротая время. Евнухи по бокам игнорировали это, но бросились вперед, чтобы отчитать второклассную служащую Бреннан, когда она пошатнулась и упала в изнемождении.       — Его Величество ожидает предельной искренности от Вас. Молитесь за Ее Высочество с достоинством. Все, что не соответствует идеалу, бесчестно как для Императора, так и для Его Главной Супруги.       Женщина неловко переступила коленями, смущенно пробормотав в ответ: «Прошу прощения». Евнух хмыкнул и вернулся на свое место, возобновив пристальное наблюдение.       Неловкий кашель раздался в тишине, но никто не осмелился посмотреть, откуда он доносится. Гарри поерзал, чувствуя, как начинают затекать колени. Следующие несколько часов предстоят долгие.

…

      Утомительные часы спустя их созвали в супружескую резиденцию подготовиться к встрече новорожденного королевского дитя и стать свидетелями того, как Его Величество дает ему имя. В начале своего правления Его Величество определил как будет именовать своих детей. Имена мальчиков заканчивались на -с, а имена девочек — на -а. В большинстве семей существовали уникальные традиции именования, например, в семье Блэков было принято называть детей в честь звезд.       Группа наложниц вошла во Дворец Вселенских Желаний с тревогой, Гарри же был слишком воодушевлен, чтобы даже оценить окружающее его великолепие. Все его внимание было сосредоточено на двери личного лазарета супругов и на звуке первых криков новой жизни.       Император стоял у двери комнаты, а им было приказано встать на колени позади него; консорт Исла, как самая высокопоставленная, стояла рядом с ним вместо Беллатрикс. Он ничуть не выглядел встревоженным, хотя Гарри и полагал, что он уже достаточно насмотрелся на рождение своих детей, чтобы меньше беспокоиться об осложнениях, но в его глазах горел восторженный блеск, который усиливался с каждым плачем.       Они с тревогой ожидали, когда дверь откроется и впустит их, а плач новорожденного ребенка за ней раздражал и насмешливо доносился до их ушей.       Наконец, дверь отворилась, и перед ней предстала служанка со свертком на груди, слегка поклонившись, она осталась стоять перед императором. Он выглядел как всегда невозмутимо, даже в такой радостный момент. Служанка глубоко вздохнула.       — Поздравляю, Император, с рождением двенадцатой принцессы, — рядом с ним Гарри скорее почувствовал, чем услышал, как наложница облегченно выдохнула. — Пусть Ваше правление длится вечно, и Ваше новорожденное дитя унаследует безграничную власть Вашего Величества.       Император шагнул вперед, чтобы взять дочь на руки, и уставился на крошечное лицо с нечитаемым выражением. Он тихонько замычал, наклонив голову.       — Какой странный цвет волос, — и это действительно был серебристо-белый цвет, которого не было ни у одного из ее родителей, лишь небольшой пучок торчал из-под одеяла. Это вызвало некоторое волнение в толпе. — Блэки, насквозь, да? Я помню, что у твоей сестры точно такой же оттенок.       Консорт откашлялась, присаживаясь на кровати.       — Вы… довольны ею, Ваше Величество? — Беллатрикс тревожно прикусила губу, напрягаясь в ожидании ответа Императора. Окружающая их толпа затаила дыхание.       Он снова тихонько замычал, слегка улыбнувшись, и смотрел на крошечное создание у себя на руках.       — Вполне. Наша дочь родилась, как же я могу не радоваться? Я ждал возможности подержать на руках нашего ребенка двадцать один год, и она — идеальна.       — Беллатрикс, казалось, сникла, слегка дрожа и пряча лицо от посторонних глаз. Она плакала.       — Да, она идеальна.       Император же продолжал.       — И для такой дочери подходит только имя Дельфина. В честь традиций ее девичьего рода это имя происходит от северного созвездия «Дельфин». Дельфины, изображенные на нем, — очень умные существа, и я надеюсь, что она станет столь же умна, когда вырастет.       — Благодарю Вас за то, что Вы чтите традиции моей семьи, Ваше Величество. Дельфина — прекрасно. А что насчет ее второго имени?       — Что касается её второго имени… — он задумчиво промычал. — Какой вариант выберешь ты?       Супруга выглядела потрясенной, подняв на императора взгляд блестящих, покрасневших от недоумения глаз, прежде чем взять себя в руки.       — Я… надеялась дать ей имя Амальтея, такое же, как и мое. Оно означает «Нежная богиня» по-гречески и также связано с древней традицией именования в моей семье.       — Достойное имя для моей дочери — Дельфина Амальтея Слизерин. Оно ей очень подходит.       — Да здравствует Ее юное высочество Двенадцатая принцесса! — завторили они.       После этого официальная часть закончилась, и они смогли начать разговаривать между собой, большинство из них с радостью обращались к соседям, выражая свою радость о рождении принцессы. Конечно, они прикрывали свои слова красивыми выражениями, но было очевидно, что они с самого начала молились о девочке.       Гарри остался сидеть на полу, пока наложницы вставали, чтобы лично поздравить Беллатрикс. Регулус выглядел более оживленным и счастливым, чем когда-либо прежде. Сама Беллатрикс, хотя и выглядела, что вполне понятно, усталой, казалась ликующей, наблюдая, как император укачивает их ребенка, глядя на них нежными глазами. Вероятно, он видел ее такой расслабленной, какой не знал никогда прежде, и какой еще мог бы увидеть.       Когда он еще раз взглянул на небольшой сверток, его взгляд встретился с взглядом багрово-красного императора, который горел подавляемыми эмоциями.

…

21 сентября 1997 г.

Воскресенье

      Почти через неделю после рождения двенадцатой принцессы при дворе состоялось торжество, на которое была приглашена вся семья Блэков, род по материнской линии новоиспеченной принцессы Дельфины Слизерин. Как наследник семьи, Гарри тоже был приглашен, хотя в другом случае его бы не пригласили.       Это также означало, что, будучи лордом «Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэков», его крестный отец, Сириус, и дядя Ремус тоже приехали. Он слышал разлетевшиеся по двору сплетни о том, что Беллатрикс пыталась добиться отсутствия их, но Император напомнил ей, что они — лорды ее дома, и ее дочь не будет признана Блэком без их одобрения. Излишне говорить, что с тех пор она ни слова о них не упомянула.       — Щеночек, как дела? Ты так вырос! Я думал, ты будешь примерно такого же роста, как Лили, но, судя по всему, ты теперь даже выше нее. Мерлин, прошло всего около двух месяцев с тех пор, как я тебя видел в последний раз!       — Я? — то было горько-сладкое чувство — выведывать информацию о своих родителях у других, когда он сам должен был знать о них почти всё.       Мужчина расхохотался, взъерошивая волосы.       — Да, хотя тебе еще далеко до роста твоего отца. Мерлин, этот человек — дерево! — Сириус обнял его за плечи, и, как бы ему ни хотелось ответить, Гарри вывернулся. — Хм?       — Извини, Сири. Эм, теперь существуют определенные ожидания относительно того, как другие должны вести себя рядом со мной, и, ну…       — Фу, кучка высокомерных! Не могу поверить, что не могу обнять своего крестника, своего наследничка! Ремус, скажи, какая мерзость! — Сириус бросился в объятия мужа, который вздохнул, смирившись с тем, что будет привлекать взгляды толпы до самого конца ночи.       Он поднял на Гарри усталую улыбку, глаза его были теплыми.       — Привет, Гарри. Рад тебя снова видеть. Ты хорошо выглядишь, хотя, полагаю, это от всей той вкусной еды, которой ты питался последние пару месяцев.       Гарри с тревогой оглядел дядю, который выглядел слабее, чем прежде.       — Ремус, как ты? — мужчина открыл рот, но его опередил приглушенный голос Сириуса.       — Он идиот, Гарри. Ноет мне о том, чтобы я заботился о себе, но сам же этого не делает. Поругай его, может, он послушает более авторитетную фигуру, например, тебя.       Он усмехнулся.       — Как дворянин, я не обладаю такой властью, Сириус, тем более не большей, чем лорд твоего дома.       Сириус посмотрел на него широко раскрытыми глазами.       — Не обладаешь властью? — недоверчиво прошептал он, словно услышав секрет. — Гарри, у тебя её куча! Будучи наложником Императора мира, ты занимаешь несколько высочайших должностей, и все они доступны только тем, кто входит в его гарем. У тебя есть потенциал стать одним из самых могущественных людей в мире, но даже с твоим нынешним рангом ты заслужишь уважение большинства людей.       Гарри нахмурил брови. Что? Он, человек, обладающий равной, если не большей, властью, чем лорды древних и благородных домов, таких как Блэки? Не может быть, чтобы это было правдой. Он решил прервать разговор и перейти к другой интересующей его теме.       — Ладно, а наложница Беллатрикс — твоя кто? Кузина?       Мужчина фыркнул.       — Да, хотя она ведёт себя скорее как моя тётя, командуя мной всё моё детство только потому, что она на несколько лет старше. Не понимаю, как они с Реджи так хорошо ладят.       Наложник Регулус в данный момент заискивал перед новым членом королевской семьи вместе с группой других Блэков, с нежностью рассматривая плотно завернутый сверток. Словно услышав его имя, несмотря на то, как далеко они находились от группы, он поднял голову и безучастно посмотрел в глаза своему старшему брату.       Сириус быстро отвел взгляд.       — Мерлин, неужели он всегда должен быть таким жутким?! Проявил бы хоть немного эмоций по отношению к старшему брату, которого ты не видел много лет, сопляк!       Сириус, пожалуйста, не называй дядюшку-наложника Регулус такими словами. А вдруг это бросит на меня тень, и он решит отомстить?       — Ах, сомневаюсь, что он так мелочен, он привык к тому, что я всегда его так называю. И давай вернемся немного назад. Как ты его называл?       — Наложник Регулус?       — Нет, нет, до этого. Если я правильно помню, ты сказал что-то вроде дяди…       Гарри откашлялся и неловко отвел взгляд.       — Я не понимаю, что ты имеешь в виду,       Сириус.       Сириус поднял бровь, указывая большим пальцем на наложника.       — Щенок, ты действительно называешь Реджи, этого бессердечного маленького ублюдка, стоящего вон там, дядей?       — Абсолютно точно нет. Понятия не имею, почему ты так думаешь.       — Нет, называешь. Я только что это услышал.       — Нет, не называю.       — Да!       — Нет!       — Ты-       — Ладно, помолчи! Да, он разрешил мне называть его дядей.       Сириус взвыл.       — Ха-ха, это лучшее, что я слышал с тех пор, как Джеймс ещё на третьем курсе утверждал, что Лили в него влюблена. Самое смешное, что он сказал это прямо перед тем, как она врезала ему по лицу! — даже Ремус фыркнул, его глаза заблестели от веселья.       — Чем больше я слышу о маме и папе до того, как они начали встречаться, тем больше я задаюсь вопросом, как они вообще оказались вместе.       Было приятно находиться в присутствии Ремуса и Сириуса, просто разговаривая с ними без всех формальностей, которые от него ожидали в зале суда. Он мог бы оставаться с ними всю ночь, вспоминая прошлое и шутя, однако ему нужно было заняться и другими неотложными делами. Извинившись, Гарри направился к толпе, собравшейся впереди.       Когда он приблизился к группе, они начали поднимать головы, но большинство неохотно опускали их обратно, когда он встречался с ними взглядом. Беллатрикс и Регулус, однако, не отводили взгляда и сохраняли невозмутимое спокойствие, оценивающе глядя на него. Гарри сложил руки вместе и склонил голову.       — Поздравляю Вас с рождением дочери, Консорт Беллатрикс. Надеюсь, она вырастет здоровой и сильной и принесет пользу как Королевскому дому Слизерин, так и Благородному дому Блэков.       Консорт гордо уселась, принцесса в ее объятиях издавала нежные лепечущие звуки, когда она крепче прижала ее к себе.       — Спасибо за твои добрые пожелания, благородный Поттер-Блэк, я уверена, что моя дочь станет именно такой, — Гарри поклонился ей, затем Регулусу, который жестом позволил ему подняться. Неловко постояв, он не знал, стоит ли продолжать разговор. Уйти сейчас было бы воспринято пренебрежением, но и затягивание разговора могло бы навредить его имиджу.       Позади него откашлялись, решение было принято за него.       — Ах, благородный Поттер-Блэк? — Гарри повернулся и посмотрел в маленькие черные глаза, а их обладатель смотрел на него в ответ со смешанными чувствами — притяжением и отвращением.       Он колебался с ответом, но, стоя перед такой группой людей, выпрямил плечи.       — Да?       — Осмелюсь сказать, что сегодня вечером вы выглядите просто восхитительно? — Что? — Императору, конечно, повезло иметь таких красавиц в своей постели, — он усмехнулся, не обращая внимания на недоверчивые взгляды остальных присутствующих. Так говорить о наложнице императора…       Гарри вздрогнул и потянулся за палочкой, но рука Регулуса, оттолкнувшего его назад, остановила его движения.       — Сэр Грей, воздержитесь от подобных высказываний в будущем. Мы — наложницы Его Величества, а не те люди, на которых таким, как Вы, позволено глазеть. Уходите.       — Но, наложник Блэк, я всего лишь сделал комплимент…       — Стража! Уберите этого человека! — крикнула Беллатрикс, сверля взглядом каждого кто стоял в толпе. Дельфина захныкала у нее на руках. — Он расстраивает мою дочь.       — Я не делал ничего подобного — пожалуйста… — вскрикнул он, когда его силой вывели сквозь боковые двери, а гости наблюдали, как он скрылся уже за ними. Регулус фыркнул.       — Я займусь им, кузен.       — Вы оба слишком громко себя вели. А ты… — Она перевела взгляд на Гарри. — Научись быть менее опрометчивым. Хотя Его Величество и не стал бы тебя слишком сурово наказывать, если бы ты проклял этого мерзавца, это бросило бы тень на Его гарем и, следовательно, на мое управление.       — Прошу прощения, Ваше Высочество.       — В качестве наказания, пожалуйста, вернитесь в свой дворец и поразмышляйте над своим поведением сегодня вечером. Уходите.       — Спасибо за вашу снисходительность, Ваше Высочество, — Гарри поспешно вышел из зала, опустив голову, чтобы избежать обеспокоенных взглядов Сириуса и Ремуса, а также осуждающих взглядов остальных.       Большой.

      Вечер

      Устроившись на закате в своем дворце, Гарри начал писать давно забытое и позднее письмо Гермионе, но ждал подходящего случая, чтобы связаться с ней.       Дорогая Гермиона       С восемнадцатым днём рождения! Я знаю, что этот день много значит в мире маглов, поэтому надеюсь, что он будет более радостным, чем обычно. У тебя есть какие-нибудь планы на этот день? Мне бы очень хотелось узнать, как твои дела, даже если это не кажется тебе очень интересным.       Желаю тебе чудесного дня и приятного времяпровождения с подарком, который я отправил. Знаю, ты давно этого хотела. Зная тебя, я обязательно получу краткое описание подарка в следующем письме, а также твои мысли и мнение.       Надеюсь, у тебя всё хорошо, и знай, что у меня тоже всё в порядке, несмотря на сложившуюся ситуацию. Твои советы были полезны и помогли мне адаптироваться к жизни здесь быстрее, чем я ожидал. Спасибо тебе за это.       Мне ожидать от тебя ответа в ближайшее время?

От Гарри

      Положив перо обратно в чернильницу, Гарри наложил на пергамент заклинание быстрого высыхания, а затем, убедившись, что чернила не мажутся, сложил его. Он капнул воском на сгиб и поставил на конверт свою печать, прекрасно понимая, что письмо всё равно кто-нибудь сможет открыть и проверить.       Вздохнув, он протянул письмо Киа, чтобы она передала его в Королевскую Совиную Обитель, где гарантированно доставят письма по назначению. К сожалению, ему пришлось оставить Хедвиг в доме своих родителей. Обитателям гарема ниже ранга наложницы было запрещено заводить собственных питомцев, хотя это не одобрялось даже теми, кто занимал более высокое положение. На то была одна веская причина.       Единственным животным, которое Его Величество мог терпеть, были змеи, и большинство людей были достаточно здравомыслящими, чтобы не рисковать, владея таким существом.       — Пожалуйста, сообщи ответственным евнухам, что это письмо и посылка — подарки на день рождения моему другу, и я был бы признателен, если бы они не вскрывали их, а вместо этого использовали заклинание, когда будут изучать содержимое.       — Да, Учитель, эта слуга позаботится о том, чтобы они отправились невредимыми.       — Спасибо, — с этими словами он был готов лечь спать, чувствуя себя более измотанным, чем ожидал от общения с людьми за весь день.

То же время — точка зрения Тома.

      Он с восхищением смотрел на свою младшую дочь, нежно проводя пальцем по ее щеке и дергаясь, когда она лепетала во сне. Она была такая крошечная. Как он мог создать такое миниатюрное существо?       Дельфина Амальтея Слизерин.       Имя, которое хорошо бы ей послужило и позволило бы ей выделиться из толпы, в отличие от его собственного, слишком заурядного, чтобы оставить за собой след. Так и было до тех пор, пока он не прославился как наследник Слизерина, а позже и как Лорд рода. В некоторых кругах он даже носил другое имя, Вол-де-Морт, от которого быстро отказался, когда стало ясно, какой силой обладала его фамилия       Фамилии значили всё в мире волшебников, и даже в мире маглов, что отразилось и на их теперь совместном существовании. А помимо всего прочего, существовали королевские и дворянские дома, к которым его дочь принадлежала с обеих сторон.       Блэк — род, чья власть сохранялась на протяжении поколений, несмотря на существенные недостатки её носителей, и линия Слизерина, чьё влияние не исчезло, хотя многие и считали, что она была истреблена.       Две его дочери были связаны с ним этой связью: его любимая Карина, которая так походила на Регулуса, такая же умная и коварная, как и подобает слизеринцу. А теперь долгожданная дочь его и его супруги, маленькая Дельфина, чьи таланты уже начали проявляться, судя по невнятным шипящим звукам, которые она издавала.       А ещё был Поттер. Или, точнее, Поттер-Блэк, поскольку Сириус Блэк частично усыновил его, сделав своим наследником. Он, как он надеялся, даст Тому ещё одну нить с прославленным Домом Блэков, который когда-то смотрел на него свысока.       Теперь им оставалось лишь смотреть вверх и надеяться, что он обратит на них хоть какое-то внимание.

˙˙˙ⁿᵒⁿ ᵉʳᵃ ˡᵃ ᶠⁱⁿᵉ ˙˙˙