Последний шанс

      Проходит очередной скучный и абсолютно бесполезный день, в котором Уён всё никак понять не может – нафига ему отношения? Ну реально, зачем весь этот нервотрёп? Так ещё и ответственность с заботой и лаской, кой парень никогда не страдал. Так в придачу ко всему вышеперечисленному - жирный финансовый минус, ведь «девушек надо баловать» говорила бабушка. Тьфу ты. Ему больше нравилось заключение мамы: «главное хорошо потрахаться, сына. А шмотки пусть сама себе покупает, сучка». Мда, ещё с подростковых лет было понятно, что мама заранее ненавидит его будущую пассию.       И вот ему уже двадцать, а девушки так и нет. И проблема не в плохой внешности. Вовсе нет! Так как парень был очень красив, невероятно харизматичен и привлекателен, так ещё и чертовски сексуален. Просто… он просто не хотел, чего не могли понять остальные. И это дико бесило.       -Сына?!       «Блять!»       -Я нашла симпатичную сучку для тебя.       Уён мысленно воет и просит всех известных богов помочь ему. В такие минуты даже обидно, что он атеист. Быть может поэтому ему никто не помогает?       -Глянь на эту мордаху!- мама с небольшим восторгом тычет телефон чуть ли не в нос, и садится в кресло младшего.       Парень чисто ради приличия разглядывает фото, ведь никакого интереса абсолютно не испытывает. Девушка симпатичная и достаточно миловидная, стройная и ухоженная.       -Миленькая,- произносит он, увеличивая фото, дабы рассмотреть лейбл на куртке.- Она мне даже нравится,- мама расплывается в счастливой улыбке, и уже было собирается что-то сказать, как Уён опережает.- Правда жаль, что я гей. Но так-то да, симпатичная.       Женщина давится воздухом, во все глаза вытаращившись на парня, проходясь взглядом от макушки до стоп, будто ища осязаемое и визуальное доказательство ранее произнесённым словам.       -Всё нормально?- спрашивает парень, невольно и сам принимаясь оглядывать себя на источник пятен, складок на одежде или растрёпанных волос.- Что ты так смотришь? Ищешь чего?       -Ага,- приподнимается и подходит ближе, оценивая внешний вид,- гей-маячок,- выпаливает она, заставляя поперхнуться в этот раз сына. Задирает его руки и заставляет повернуться на 360°.- Правда я точно помню, что при родах его не было.       Парень закатывает глаза, сделав мысленный фейспалм. Ну вот почему его мать такая? - Эх, ладно. Думала я, что ты кого поебывать будешь… но судя по всему – тебя.       -Мама!!!- парень от возмущения скоро лопнет. Так мало того, он ещё и покраснел, дико смущаясь слов и ситуации в целом.- Как так можно?       -Хуем,- флегматично отвечает, пытаясь что-то найти в телефоне.- Могу полностью о процессе рассказать. С подробностями.       -Нет!!- кричит он, выкладывая вперёд руки в блокирующем и останавливающем движении.- Что я тебе такого сделать успел, что ты так издеваешься надо мной?       Женщина переводит на него взгляд, без слов говоря, что он идиот, и возвращается к экрану.       -Тебе двадцать, Уён! Ясен пень я хочу, чтоб у тебя была девушка и отношения, хотя бы на одну ночь. Но раз уж ты любишь радужный окрас, то хотя бы парня мне приведи. Желательно при деньгах,- усмехается мать, виновато опуская взгляд.- Я за кредит не заплатила в этом месяце… и прошлом тоже.       Чон охреневше и зло пялится на маму, пытаясь не наорать.       -Как не заплатила?- возмущённо спрашивает он.       -Легко,- откинувшись на спинку мебели, говорит она.- Научить?       Уён зло рычит, ударяя кулаком журнальный столик.       -Эээ!!! Рычать будешь на своего пидрильного дружка. А на мать не смей!       -Как ты могла не погасить кредит? Я ведь на работе дополнительную смену ради этого взял… Там же за два месяца было.       -Не забывай, я ещё за предыдущий не заплатила,- гордо говорит она.       -И ты так легко мне об этом говоришь?!- он отчаянно падает на кровать, лицом утыкаясь в матрас, зло прошипев:- Чтоб у тебя секса два месяца не было!       -Ах ты сученыш!!- женщина подрывается с кресла, и, подлетев к кровати, сильно хлопает сына по заднице.       -Айщ!- обижено вопит он, потирая пострадавшее местечко.       -Секс – это святое. Если лишить меня этого антистресса… пиздец грядет великий. И в первую очередь пострадаешь ты, говнюк. Так что…       -Так что иди трахайся и не донимай меня.       Он подымается с кровати, направляясь к выходу, как у самой двери его перехватывает мать, всучивая телефон в руки.       С экрана на парня смотрит красивый мужчина, лет двадцати восьми. Даже по фото понятно, что он не выше самого Уёна. Деловой прикид, очки в лёгкой оправе, которые невероятно ему подходят. Тонкие губки, маленький и аккуратный носик, русые волосы и очаровательные глазки. Мужчина кажется очень милым и нежным, но демонический отблеск в глазах говорит сам за себя.       -Красивый, правда?- щебечет матушка, заметив заинтересованный и горящий взгляд сына.- Видишь, какая я заботливая и хорошая мать? Приготовила для тебя и девушку и парня.       Чон заторможено реагирует на слова женщины, переводя на неё уничтожающий взгляд.       -Ты как вообще додумалась до такого?- мать хихикает, не собираясь отвечать на вопрос.- Я вообще про своё голубое нутро на ходу придумал…       -Даже если и придумал – ты всё равно гей. Я прям по запаху чую.       -О боги,- закатывает глаза он.       -Так что либо ты берёшь в оборот этого красавчика, либо я сведу тебя с нашим соседом,- грозно предупреждает она.       -Ему 56!!- возмущённо ноет парень.       -Ничего страшного. У него ещё всё рабочее,- забирая из рук сына телефон, женщина открывает дверь.       -Не понял. Ты откуда знаешь?... Твою мать!- воет Уён, накрывая лицо ладонями.       

***

      Желанием свести парня хоть с кем-то, даже с 56-и летним дедуганом грезит не только мать парня, но и его родственники с друзьями, чего они особо не скрывают.       Посидеть в социальных сетях и расслабиться при банальном общении с парнями просто невозможно, ведь все как один начинают об одном.       Благо сегодня Юпитер в Венере, или Луна в звезде. Хрен его знает, что за астрономический феномен и у каких планет период спаривания, но друзья решили обсудить презервативы, разговор из которого перетёк в секс шоп. Чон таким не страдает, хоть и не хуже других знает о многих тонкостях, но поугорать с откровений и опыта друзей очень даже хочет.       Сан прислал анекдот, в котором девушка не могла определиться со вкусом презервативов.       Ответ не заставил долго ждать. Видеосообщение прислал знаток всея секс шопа – Ёсан:       -Честно, не понимаю прикола резинки со вкусами,- он отвёл взгляд в сторону, скривившись.- Сосать член в презервативе… это то же самое, что сосать сосиску в целлофане,- почесав подбородок, вещает он, скептически выпучив губки.- Ну, разве что если это незнакомый мужик.       Чон похихикал с обознаности в сием тонком деле одногруппников, и переслал видеосообщение лучшему другу. Юнхо ответил практически моментально.       16:07       Yun:       ^ Согласен с милашкой       ^ Только вот вопрос       ^ Если это незнакомый мужик       ^ НАХУЯ ЕМУ СОСАТЬ????              Уён начинает ржать на рабочем месте, прямо возле кофейного аппарата, привлекая к своей скромной персоне уйму внимания. Бариста постукивает его по плечу, сам начиная хихикать с заразительного смеха парня.       -Прости, Чонхо,- отмахивается он, пытаясь успокоиться.- Спасибо,- благодарит за стакан воды с лимоном, любезно предоставленный коллегой.       -Да не проблема,- легко пожимает плечами он, возвращаясь к работе.- Сонхва просил максимально вежливо и со всем тебе присущим очарованием и профессионализмом обслужить тот столик,- Чхве кивает в сторону ранее упомянутого места, и вся уверенность спадает с лица парня.       За столом сидел тот самый мужчина, которого ему не так давно показывала мама. Он был одет всё в тот же деловой костюм, а на переносице так же покоились очки. Белая рубашка очень красиво и удачно оттеняла смуглую кожу, а лёгкий макияж с красивой и строгой укладкой делали его максимально горячим. Чёрт! Красивый засранец.       Чон резко оборачивается, стукнув ладонью о столешницу, от чего бариста дёрнулся.       -Его может обслужить кто иной?- в полголоса и с паникой в глазах спрашивает он.       -Ну, я могу,- предлагает младший.       -Отлично! Я пошёл,- и быстро ретируется в сторону подсобки, коя выполняла роль хранения некоторых продуктов, дабы переждать пребывание мужчины в заведении.       -Да ты в край охренел, Уён!- раздражается Чхве, перехватывая того у двери.- Если ты забыл, то напомню, что я бариста, а не официант. Заказы мне приносишь либо ты, либо же сами посетители подходят. Никак не наоборот.       Чон недовольно морщится, тщетно пытаясь вырвать руку из мёртвой хватки.       -Хорошо пристроился,- возмущается он, на что младший самодовольно хмыкает.       -Сонхва-хён меня любит и балует как может,- нежно улыбается он.       Уён лишь кривится с этого диалога и картинок-воспоминаний в голове. Он любит Сонхва-хёна. Любит его нежное и чрезмерно доброе сердце, чем люди частенько пользуются. Любит его дружеское отношение к персоналу и поблажки, так как он частенько закрывал глаза на проколы подчинённых.       Но ещё, он любит его за такую очаровательную, искреннюю и красивую любовь к Чонхо. Должно быть, это единственная пара, которой он восхищается, наблюдает с замиранием сердца и зефирками в животе. Не сказать, что они слишком открыто демонстрируют свои отношения, но их взгляды, взаимные тёплые улыбки и мимолётные касания – очень красноречивы.       Он часто ловит себя на мысли, что хочет так же. Хочет таких же чувств и эмоций. Хочет такого же заботливого и переживающего Пак Сонхва, который с трепетом будет укутывать в собственный вязаный шарф, ведь Чонхо пришёл в лёгкой ветровке, в холодный январский день.       Уён понимает, что завидует белой завистью, но так же не уверен готов ли он к отношениям.       -Что не так-то? Ты от клиентов никогда не отказывался,- негодует Чхве, прикладывая ладонь к чужому лбу, от чего Чон смущённо улыбается. «Забота не всегда тягостна».       -Мама хочет свести меня с этим мужиком,- жалуется он.       -Оу… ну, тогда тем более живо к нему,- и толкает в спину друга, приближая к заветному.       -Предатель,- обиженно вопит парень, медленно подходя к столику.       Неуверенно становится напротив, как парень успел понять - особенного гостя, и ждёт внимания к себе, дабы принять заказ, но мужчина будто в издевательской манере продолжает изучать свой телефон, даже не развернув меню.       -Самоуверенный напыщенный индюк,- шепчет под нос Чон, после чего мужчина резко переводит на него хмурый взгляд.       «Вот же блять! Он ведь не мог услышать? Не мог же?..» мысленно паникует парень. Он прокашливается и пытается вернуть былую уверенность с фирменной улыбкой, что, судя по всему, выходит кривовато.       -День добрый! Что будете заказывать?- вежливо интересуется он, разворачивая блокнот и отводя взгляд в бумагу, ведь от чужого изучающего и тяжёлого… трудно дышать.       Мужчина откладывает телефон и откидывается на спинку стула, склоняя голову набок и проходясь глазами по всему парню, от чего последнего кидает в дрожь. Его словно публично раздевают, абсолютно не стесняясь этого.       -Я подожду коллегу. Закажем вместе.       «Как гуманно» мысленно закатав глаза, думает парень.       -Тогда я подойду позже,- улыбаясь и слегка кланяясь, говорит он, уже отступая на один шаг назад.       -Постой,- тормозит его мужчина, поправляя очки, после чего усмехается, вновь глядя на официанта.       -Слушаю,- немного растерянно поворачивает голову он, так и оставив ногу в изначальной позиции, готовясь к скорейшему побегу.       -Ты не слушай. Просто стой,- спокойно «просит» тот, на деле же это звучит как мягкий приказ, без права на ослушание.       Посетитель опускает взгляд на грудь официанта, читая имя с бейджика, вновь улыбаясь, только в этот раз без явного высокомерия.       -Уён,- проговаривает он, будто смакуя имя.- Чон Уён,- вновь повторяет, встречаясь взглядом с растерянным парнем, от чего вновь улыбается.- Красиво,- он явно говорил об имени, да вот только в этот самый момент опустил взгляд с глаз младшего на его губы.       Чон краснеет, начиная нервничать, и заводит руку за шею, немного потирая её в попытке стереть выступившие мурашки. Да вот напрасно. Взгляд бегает по всему заведению, лишь бы не смотреть на НЕГО, руки сжимают фартук, от чего белеют костяшки. Про блокнот он вообще забыл, хотя тот достаточно звучно упал на пол минутами ранее.       Посетителя явно забавляет и радует такая реакция парня: его метания, переживания, желание уйти, но невозможность примкнуть к позыву. Мужчина не любитель таких игр. Отнюдь. Просто парень уж слишком красив, привлекателен и мил. Не хотелось так быстро его отпускать.       Но к столику подходит коллега, потому игру, к большому сожалению старшего и явному счастью младшего, приходится завершить.       -Ладно, милашка, можешь идти.       Чон кивает и быстро смывается.       -Что это было, Джун?- с претензией и сведёнными к переносице бровями интересуется друг.       Старший хмыкает, вновь откидываясь на спинку стула, переводя заинтересованный взгляд на дверь за которой спрятался парень.       -У него родинка на губе,- с глупой улыбкой поясняет он.- И под левым глазом.       Минги непонимающе смотрит на собеседника, дожидаясь логического ответа или хотя бы продолжения, но кроме мечтательного взгляда ничего не находит, потому лишь вздыхает и принимается изучать меню.       

***

      Хонджун посещает ресторан два, а иногда и три раза в неделю… уже целый месяц! Это и радует и невероятно бесит парня, ведь ни одна их встреча не обошлась без неловкостей. Неловкостей именно для парня, так как сам мужчина вёл себя вполне спокойно и расслабленно. Это ещё больше бесило.       Старший всё так же продолжал изучать взглядом. Хотя, казалось бы, за целый месяц на Чоне не осталось ни единого незамеченного места. Но Ким всё равно смотрел. С неким восхищением и собственническим прищуром, что злило, раздражало и… заводило парня. Это просто невыносимо! Он и подумать не мог, что принадлежать кому-то, даже просто посредством взгляда, будет так горячо и желанно.       И да, мама была абсолютно права, когда говорила что он идиот, так как парень стал избегать посетителя. Как взгляда, так и каких-либо лишних диалогов не по делу, а так же попыток старшего приблизиться. Чон знает, что он невыносим, но поделать ничего не может, ведь старший снова пришёл и снова требует именно Уёна, кой прячется в излюбленной коморке.       Глубокий вдох-выдох. Улыбку на лицо и в путь. Прямиком в лапы волка. Ах да, он опять сидит один и вновь будет просить его сесть напротив, а Уён просто не сможет отказать, так как слово посетителя - закон… да и сам парень этого хочет.       Такие моменты кажутся для него чем-то более интимным и особенным чем те же свидания. Их игры в гляделки, в которых постоянно проигрывал сам Чон, ведь просто не мог выдержать взгляд Кима, робея и смущённо опуская глаза в пол. Их короткие фразы абсолютно ни о чём, но до чего ж красивый и глубокий баритон у Джуна. Ему нравится слушать голос старшего, но и минуты в абсолютной тишине ему так же дороги. Он любит сидеть молча, отстранённо глядя в окно и чувствовать на себе внимание посетителя, без которого он не может представить следующую неделю.       Ему очень льстит эта необъяснимая, но такая приятная заинтересованность со стороны именно этого мужчины. Потому так невыносимо обидно было не получить хоть малейшего внимания в этот раз. Парень просто записал заказ на две персоны, не удостоившись даже взглядом, и растерянно ушёл отдать листик на кухню.       Он был очень расстроен и подавлен, но даже и подумать не мог, что сможет разозлиться настолько сильно, когда увидел симпатичную девушку, занявшую место напротив старшего. Он готов был её просто уничтожить, так вдобавок ко всему Ким ей ещё и улыбался. Впервые! Это не первое его появление в компании с кем-то, будь то коллега, брат или девушка. Но он никогда и никому так ярко не улыбался, а уж тем более не смеялся.       Уён с яростью сжимает стакан, который натирает уже минут пять, параллельно прожигая взглядом весёлого старшего. «Улыбка ему к лицу».       Чонхо долго наблюдал за нервным другом и его способами отвлечься, но рабочие девайсы он портить не позволит, потому и выхватывает посуду под недовольный вопль.       -Прекрати вымещать злость на невиновных. Вообще-то это мой любимый стакан,- причитает он, наконец тщательно протерев стеклянную ёмкость.- Вместо этого пойди к нему, и, в коем-то веке, поговори нормально.       -Та поздно уже, Чонхо,- вздыхает он.- Глянь, как он ей улыбается. Должно быть я слишком заигрался и просто опоздал,- грустно усмехается, разворачиваясь на 180° и облокачиваясь о столешку.       Друг скептически машет головой, поправляя идеально сложенную посуду, вынимая из общей массы блюдце, на которое отправился вишнёвый чизкейк. Он протягивает тарелку парню, кой принимает с благодарной улыбкой. Отламывает кусочек пластмассовой ложкой и погружает в рот, с наслаждением смакуя любимое лакомство.       -Ничего не поздно, Уён~а,- проговаривает Чхве, с радостью наблюдая за уплетающим сладость хёном.- Просто поговори с ним,- нежно заправляя за ушко прядку отросших волос, заверяет он.- Поверь, это поможет.       Парень смотрит на него с долей недоверия и скепсиса, но решает, что лишним это уж точно не будет. Хуже явно не должно стать…       -Хорошо,- облизывая губы и передавая блюдце другу, обещает он.- Хотя бы попробую.       Чхве улыбается, протягивая салфетку.       -Умница, хён!              Уён не замечает злобного оскала в свою сторону, не видит, как хён разбил стакан, глубоко прорезая ладонь, не улавливает момент, как ему перевязывает руку перепуганный персонал и как заведение покидает расстроенная девушка.       Не замечает, так как абсолютно не вовремя уходит в коморку, дабы привести мысли в порядок. А когда собирается покинуть её, уже проворачивая ручку двери – как та резко распахивается, отталкивая парня к стеллажу с мукой и крупами.       Он морщится от резкой боли, ведь ударился плечом о верхнюю полку. Переводит агрессивный взгляд на незваного гостя и замирает.       -Это место только для персонала,- с захлопнувшейся дверью произносит он, полностью погружаясь во мрак, ведь освещения в маленьком помещении нет. Потому парень зачастую не закрывает дверь, либо включает фонарик телефона, кой в этот раз слишком рано выключил, а затем и вовсе выронил от внезапного появления старшего.- Посторонним сюда нельзя…       Его резко отрывают от стеллажа, припечатывая к ближайшей стене. Хоть и темно, но Чон замечает нехороший и отнюдь недобрый отблеск чужих глаз. Всё-таки крохотного лучика света пробивающего сквозь дверную щель достаточно, дабы уловить это (либо он просто кожей чувствует). Но абсолютно недостаточно, чтоб разглядеть лицо старшего, что уж говорить о мимике.       -Ты в край охренел, Уён!- рычит он на ухо, проводя левой рукой по шее, царапая шершавым бинтом.       -Что у вас с рукой?- с тревогой спрашивает младший, накрывая своей ладонью чужую.       -Стаканчик разбил,- лепечет он, дотрагиваясь губами чонового ушка,- когда наблюдай за тобой и твоим наглым дружком.       -Чонхо?- хмурится Уён, ощущая зубы на ушной раковине.- Он ничего плохого не сделал. Лишь хотел помочь…       -Себе пусть поможет и руки подальше от тебя держит,- зло выпаливает он, кусая шею.       -Айщ… прекрати,- просит младший, тщетно пытаясь оттолкнуть рассерженного старшего, кой словно прилип к нему.- За собой бы следил! Сам приволок какую-то стерву и улыбался ей весь вечер, козёл!       Он понятия не имеет, откуда находит силы, но буквально в считанные секунды меняет их местами, яростно впиваясь в шею мужчины. Тот усмехается такой напористости и инициативе, поглаживая смольные волосы.       -Всё-таки удалось заставить тебя ревновать,- хмыкает он, задирая голову и полностью открывая парню шею.- Но ты не мог так мило и слащаво ворковать с тем пареньком, к тому же в моём присутствии,- он немного морщится, ведь младший абсолютно не щадит: засасывает и помечает буквально каждый сантиметр кожи, чередуя с укусами.       Спустя какое-то время терзания, Чон отрывается от чужой шеи, пытаясь сфокусироваться и найти глаза старшего. Приближается вплотную, немного склоняя голову, и практически дотронувшись до притягательных губ, шепчет - «Говнюк», после чего моментально врезается в них.       Сложно назвать это поцелуем, больше походило на борьбу, в которой каждый пытался взять инициативу, каждый раз сталкиваясь зубами, языками и покусывая губы. Но, в конце концов, младший сдался, полностью расслабляясь, приоткрывая рот и с тихим мычанием принимая язык довольного старшего.       Хонджун абсолютно не стеснялся исследовать тело парня. Ранее он позволял только рассматривать его, пожирать взглядом, раздевая и глотая слюни, позорно пряча стояк за длинным пиджаком. Сейчас же он трогает его везде: сжимает крепкие бёдра, сминает упругие ягодицы, обвивает тонкую талию, каждый раз задирая рубашку. Фартук давно отправился на пол, потому ему ничто не мешает в полной мере насладиться этим телом.       Он потихоньку расстёгивает каждую пуговицу белой ткани, продолжая терзать мягкие губы. Поцелуй стал слишком мокрым и развратным. Они задыхались, но дольше чем на пару секунд не отстранялись друг от друга. Поэтому избавившись от рубашки, припадает к давно манящим ключицам, щедро одаривая их красными метками.       Уён со сбившимся дыханием пытается избавить он ненужной одежды старшего, дрожащими пальцами освобождая пуговицы из петель. Нетерпеливо стягивает рубашку вслед за пиджаком, абсолютно не заботясь о её сохранности, и так же быстро принимается расстёгивать брюки, практически разрывая молнию.       -Ты куда-то спешишь?- со смешком интересуется старший, наполовину расстегнув джинсы парня.       -Если ты не заметил, то я напомню что мы в подсобке!- рычит он, опускаясь на колени и стягивая брюки вместе с бельём до щиколоток.       -Тебя это не заводит?- томно спрашивает он, откинув голову на стену.       Парень проводит рукой по возбуждённому органу, склоняясь к нему, слегка выдыхая тёплый воздух на головку.       -А тебя?- интересуется он, облизывая её.       Джун мычит, смачивая слюной пересохшие губы. Хотелось бы видеть, как Чон ему отсасывает, как играет с головкой, обводя языком по кругу, как проходится им от основания до уретры, как пытается полностью погрузить член в себя но принимает лишь до половины.       Ким кладёт руку на волосы младшего, слегка надавливая, но не углубляя. Сползает ею на шею, поглаживая. Пусть ласки парня и неумелые, но до чего ж приятные.       Уён старался взять глубже, но в итоге решил помогать рукой, размазывая слюну до основания. Он действительно хотел сделать приятно хёну, потому слышать его тихие мычания и редкие постанывания было настолько приятно и возбуждающе. Хотя казалось бы, куда больше?       Хонджун тянет младшего за волосы, подымая с колен и впиваясь в губы, расстёгивает его джинсы окончательно, стягивая до колен. Разворачивает лицом к стене, немного прогибая в спине заставляя опереться руками о стену. Затем спускает боксеры, отстраняясь. Наощупь находит небольшую флягу, которую ранее принёс и возвращается к Чону, обнимая за талию и потираясь о промежность.       -Что это?- тихо спрашивает, ощущая холод стекла на груди.       Мужчина хмыкает, немного отодвигается и выливает жидкость на пальцы, размазывая практически по всем, немного захватывая и ладонь. Субстанция жирная и в меру плотная, за счёт чего не стекает по руке, не капает на пол и одежду, если использовать в разумных количествах. Плюсом служит то, что она не клейкая, липкая и без особого запаха.       Он размазывает немного импровизируемой смазки на дырочку, периодически надавливая. Спускается к яичкам, кончиками пальцев поглаживая и ощущая, как они поджимаются. Возвращает руку на исходную и погружает указательный палец на одну фалангу, остальными оглаживая сжимающееся колечко.       Вводит полностью, медленно совершая поступательные движения. Чувствует, как анус расслабляется, позволяя двигаться быстрее и вскоре добавить второй палец.       -Молодец, Уён,- поощряет он шёпотом, опаляя чувствительное ушко.       То, как парень всеми силами пытается расслабиться, опустить смущение тихо постанывая на каждый толчок, как с добавлением третьего пальца сам начинает насаживаться, сжимая в напряжении чужое предплечье. Это манит и заставляет действовать аккуратнее и нежнее. Ким и так не планировал быть грубым, а уж тем более – брать силой, ведь это вовсе и не требовалось, учитывая их взаимную тягу.       Он быстро смазывает себя и приставляется сзади, мягко проталкиваясь в подготовленное и расслабленное нутро, замирая. *

      Парень просто полыхает изнутри. Было слегка неприятно и тянуще, но с добавлением третьего пальца в глазах начало белеть, а тихие мычания и постанывания – сами непроизвольной волной стали срываться с уст. Было трудно удержаться на ногах и жарко от прикосновений старшего, потому он и слегка отпрянул, прогибаясь ещё больше и хватаясь за чужую руку, сжимая её.       Когда он почувствовал пустоту – напрягся, а когда хён вновь примкнул к нему, надавливая головкой на анус… просто отпустил все сомнения, напрочь отключая мысли и отдаваясь в умелые руки.       Проникновение было слишком плавным и лёгким, практически безболезненным и… нежным. Возможно, этот эффект замылился трепетными действиями старшего, кой с ярким вожделением оглаживал каждый доступный участок тела, придерживая самого Уёна, который прерывисто дышал. Целовал плечи, покусывал позвоночник и словно ждал разрешение, призываемое к дальнейшим действиям.       Что он и сделал. Оторвав голову от стены и благодаря рукам, опираемых на вертикальную поверхность – подтолкнул возбуждённое тело, к не менее заведённому, соприкасаясь потной спиной с горячей грудью. Слегка выпятив таз вперёд и опустив голову, он резко возвращается в исходную, с характерным шлепком встречаясь с пахом Кима, откидывая голову тому на плечо.       Хонджуну повторять дважды не нужно, да и более красноречиво ведь не скажешь. Потому поцеловав его в плечо, начинает толкаться, принимая неторопливый темп.       Неторопливый, тягучий, глубокий. Мужчина словно издевался, задавая такой медленный темп. Пусть он и входил каждый раз на всю длину, делая ощущение ещё более яркими, заставляя парня сдерживать рвущиеся наружу стоны от таких глубоких движений и побуждая смущаться звуковому сопровождению шлепков тело о тело. Ему. Было. Мало. Он хотел сильнее, грубее, быстрее. Он хотел такой темп, от которого и так слабые ноги будут просто подгибаться, от которого будет не стыдно стонать, ведь он просто не сможет это контролировать… и от которого будет больно. Он знает, что старший ему не навредит, учитывая то, как долго он себя сдерживал, и сдерживает до сих пор, но… ему хочется, чтобы хён был немного грубее, и перестал терпеть и изводить их обоих.       Они и так слишком голодные. Слишком долго изнывали желанием овладеть телами друг друга, слишком долго сдерживали своих демонов, подкармливая похоть лишь глазами. Слишком долго владели над собой и своей жаждой, затуманивая её здравым рассудком и воспитанными жестами с приличием… которые потерями какой-либо смысл под напором их неудержимого влечения.       И Уён чувствует, что если Хонджун помедлит ещё хоть немного, то просто сгорит. Потому перебаривая смущение и переступая через гордость, прорезает тишину:       -Трахни меня уже как следует!- рычит он, стискивая зубы.- Или я за себя не ручаюсь…       Ким смеётся, совершая ещё один толчок и замирая. Склоняется ко всё ещё лежавшей на его плече голове младшего, скользит израненной рукой вдоль всего туловища, фиксируя на шее, слегка надавливая. Второй же окольцовывает изнывающий член, услышав жалобное мычание.       -Будь по-твоему,- шепчет он в чужие губы, сразу же накрывая их в требовательном поцелуе, возобновляя движения.       Вот теперь Уён не контролирует свои стоны и их высоту. Джун словно ждал этого. Он явно хотел, но ожидал зелёный свет, кой так дерзко зажегся. Теперь, полностью убрав ногу с тормоза, он словно мчится на максимальной скорости. Спасает лишь свет, который везде убрал красный окрас, подчистую сменив на травяной.       Уён чувствовал сильный и властный темперамент с амбициями старшего. Он знал, что тот сдерживался, но и подумать не мог что настолько сильно. Его буквально вдалбивают в стену, не давая и секунды отдыха. Ким приподнял его ногу, опирая о нижнюю полку стеллажа, и Чон просто задыхался. Задыхался от нехватки кислорода, который поступал в мизерных количествах из-за руки на шее. Задыхался от горячих, развязных и мокрых поцелуев, которые хоть немного сдерживали бесконтрольные стоны, вызванные сменой угла проникновения. Задыхался от бешеного темпа, ритмичных и глубоких толчков, которые так точно попадали по простате. От тяжёлого дыхания, властных прикосновений чужих рук, которые были и ощущались буквально ВЕЗДЕ. От умелых манипуляций с его возбуждением, которому уже в очередной раз жестоко перекрывали попытку блаженно завершить.       Он действительно хотел плакать и стыдливо просить мужчину позволить ему позорно кончить, но тот и рта не давал открыть, затыкая его то поцелуем, то рукой, которую он яростно кусал, в которую открыто и бесстыже мычал.       -Тшш… тише, малыш,- с небольшими паузами меж толчков говорит он.- В противном случае… нас очень позорно… спалят, ммм…       -Ты не закрыл… дверь?- всё же позволяют спросить, сразу же заглушая стон ладонью.       -Она не закрывается… Сонхва сказал…       -Чего??- возмущается он, получая чреду резких и ритмичных толчков.- Предаатеель… ахмм…       Его снова нагло затыкают, бессовестно оглаживая нёбо языком. Мужчина, должно быть, уже полностью изучил рот младшего, грязно вылизывая его и постанывая в унисон.       Движения приобретают скорее сумасшедший характер без какого-либо ритма. У парня онемели ноги, поджались пальцы, и он просто старается не рухнуть на пол, удерживаясь благодаря крепкому телу позади и слабой хватке о железный прут.       Ким чувствует, что уже близок, ощущает так же и финиш младшего, начиная надрачивать в такт собственным движениям. Он кусает его в шею, заглушая рвущееся наружу животное рычание, уже не пытаясь сдерживать хриплые мычания парня. Ослабляет хватку на шее, скользя рукой к щеке, слегка поворачивает и приподнимает голову, впиваясь ненасытным поцелуем, доводя Чона до пика и проглатывая его стон.       Чувствует собственную разрядку, пытается отстраниться дабы выйти и довести себя вручную… но Уён отрицательно мычит, лениво машет головой, размазывая слюну по щекам Джуна, и притягивает того за бёдра назад. Он из последних сил несколько раз толкается назад, натягивая себя на член старшего, синхронизируясь с его движениями и впитывая чужой рык. Младший открывает в немом стоне рот и быстро, быстро дышит, пытаясь осознать происходящее и понять свои ощущения. Ему… приятно? Да! Чёрт побери, ему понравилось!       Он отрывает от чужого плеча голову, сразу же морщась и болезненно шипя. Шея дико ныла и болела. Он потирает её рукой, опираясь второй о стену. Спустя несколько мгновений чувствует массирующие движения на изнывающем месте.       Хонджун разминает уставший от напряжения и неудобной позы участок, так же спускаясь ниже, уделяя внимание и позвоночнику. Он вновь ощущает эту лёгкость и доверие со стороны парня, как он расслабляет плечи, немного подрагивая, и как накрывает своей ладонью его, которая принялась разминать плечи.       Младший оборачивается, подходя ближе, и упирается лбом в шею старшего, приобнимая руками за плечи. Мужчина отвечает на объятия, обхватывая ладонями тонкую и изящную талию, притягивая ещё ближе. Ему льстит нежность Уёна. Она слишком внезапная, неожиданная, но невероятно приятная. Он с трепетом обнимает, поглаживает по волосам и целует в висок.       От ранее пугающей темноты осталось лишь манящее чувство предвкушения. Ведь помимо тактильных ощущений и обоняния они полностью слепы, что делает ситуацию и положение более выгодным и желанным. Так как получать внезапные прикосновения, неожиданные поцелуи и укусы – уж слишком приятно, чем они не обделяли друг друга минутами раньше.       Сейчас же, они просто наслаждаются и восстанавливают дыхание, даря друг другу ленивые и мягкие поцелуи, без какой-либо грубости, пошлости и дерзости.       -Не привыкай,- отстранившись от полюбившихся губ, проговаривает Чон.       -К чему?- негодует мужчина, проводя носом за ушком, чем вызывает мурашки по спине и рукам. Он ухмыляется, наслаждаясь такой реакцией.       -К нежностям,- выдыхает он, отодвигая от себя и от своей, как оказалось, чувствительной шеи чрезмерно приставучего и разнеженного старшего.- И это… не делай так…       -Как так-то?- его действительно веселит эта ситуация и смущение парня, которое умиляет.       -Не приставай ко мне! И не трогай мою шею.       -Сложно, малыш. Боюсь расстроить тебя,- вновь по наитию приближаясь к чужому ушку,- но мне нравится тебя смущать,- облизывая мочку и немного задевая шею, шепчет он.       Уён отпрыгивает как ошпаренный, ударяясь локтём о железный прут. Мало того, что ситуация и положение неудобное, так помимо этого ещё и наличие приспущенных штанов, из-за которых он чуть не навернулся. Под ногами чувствуется что-то мягкое, и парень с ужасом осознаёт, что именно… рубашка!       Он резко нагибается, вытаскивая из-под кроссовок собственную(?) одежду, перекидывая через плечо и принимаясь приводить себя в порядок… в максимально возможный в их случае порядок. Слышит, что мужчина тоже одевается, и только сейчас вспоминает одну интересную и загадочную деталь.       -Чем ты меня смазывал?- застёгивая джинсы и принимаясь за рубашку, интересуется он.       Хонджун ухмыляется, всеми силами сдерживая рвущийся наружу смех.       -Оливковым маслом.       Чон так и замирает с одним продетым рукавом, охреневая по десятибалльной шкале на одиннадцать.       -Ты придурок?!- кипит он, нервно натягивая и второй рукав.- Ты, блять, где его взял вообще?       -Ну, мне всегда было интересно, зачем вы кладёте масло на стол к остальным специям…       Младший тихо хнычет. Теперь он понимает, почему маме понравился мужчина, ведь абсолютно точно такой же…       -Извращенец!! Это для салата и мяса…- ноет он, еле как застёгивая пуговицы.       -А да?..- почесав затылок, дразнится он.       -Спасибо хоть не уксусом,- бурчит он, начиная истерично хихикать.- Готов?- уточняет он, расчёсывая волосы пальцами.       Ким подымает пиджак с пола, сам прокручивая дверную ручку, тут же щурясь от света. Они покидают маленькое помещение, захлопывая дверь. Но не успела она закрыться, как перед ними появляется охреневший Сонхва, оценивая взглядом.       -Ну и видок,- ошалело говорит он.       Парни переглядываются и замирают. То, что они перепутали рубашки ещё полбеды, ведь размер у них практически одинаковый. Проблема в том, что почти вся, ранее идеально белая ткань была потоптана, так ещё и застёгнута через пуговицу. Пиджак старшего был надет вообще наизнанку, что его абсолютно не смущало, как и растрёпанные волосы в комплекте со спермой на его брюках, и на джинсах самого Чона тоже… о нет.       -Блять!- хнычет он, желая провалиться сквозь землю, или же просто исчезнуть прямо здесь и сейчас. Он пытается спрятаться за Джуна, заприметив ещё одну «интересную» деталь, от чего мысленно плачет.       -Кхм, Джун~а... не мог бы ты ширинку застегнуть… пожалуйста,- сам смущаясь и неловко отводя взгляд просит Пак.       -Нахрена?- негодует тот, опуская взгляд на свой пах, ещё больше раздвигая ноги.       -Как раз таки, чтоб твоего хрена видно не было!!!- взвывает сконфуженный старший, закрывая подошедшему Чонхо глаза.- Тут вообще-то дети!       Ким закатывает глаза и без доли смущения застёгивает змейку, в абсолютно неторопливом темпе.       Уён, прячущийся за плечом хёна, прикрывающий собственный пах и бедро, которое так же было в белёсых потёках думает, что хуже уже просто некуда…       -Заёбанный видок у тебя, сына,- с ярким сарказмом говорит женщина, а парень всё же отчаянно воет.