The time when i can call you mine

Тэхён гнал своё чёрное ауди по ночному Сеулу, пытаясь угомонить резко ожившие бабочки в собственном животе. Он чувствовал себя школьником, который наконец-то сбежал на свидание и предвкушает будущую ночь. За окном мелькали другие машины, высотки и какие-то вывески круглосуточных магазинов, но Ким предпочёл полностью сосредоточиться на дороге до нужного ему квартирного дома, что находился далеко от центра города, в районе для особо богатых жителей. Его, наверняка, уже ждали, может быть, уже заждались, пока городские пробки упрямо останавливали Тэхёна на дороге. Парень никогда ещё так не спешил, внутри всё бушевало и жаждало наконец прикоснуться с самому желанному человеку. К тому же, кто он такой, чтобы ограничивать свои желания? На зелёный свет светофора, парень надавил на педаль газа до упора и губы сами собой расплылись в улыбке. Тэхён добирается до нужного двора, нарушив несколько правил дорожного движения и непременно получив несколько штрафов, но сейчас ему плевать, оплатит позже. Важно только то, что он на месте, что ему больше не придётся сдерживать свою любовь и изображать безразличие к дорогому человеку ради спокойствия и безопасности. Парень выходит из машины, довольно стремительно направляется к дверям подъезда и прикладывает ключи, свои ключи, которые лишь подтверждали его право быть здесь. Всё кажется до жути правильным и очевидным, пока до рассвета далеко, пока никто не видит. На часах давно перевалило за полночь, подъезд погружён в мёртвую тишину, поэтому по ушам Тэхёна сильно режут звуки собственных торопливых шагов. Наверно, он слишком нервничает, может быть, недостаточно аккуратен, но когда парень видит нужную дверь, то крышу сносит моментально и он чувствует, что больше не может думать о последствиях. Тэхён устал скрывать, устал делать вид, что свободен и упрямо отвечать прессе, что его сердце полностью свободно. Сколько уже продолжается его наглая ложь? Год, два? С того момента, как он увидел его? Ким Тэхён делает последний глубокий вдох и поворачивает ключ в замочной скважине, дверь привычно поддаётся, бесшумно открывается, предоставляя гостю вид на светлую прихожую с дорогим ремонтом. Каждый уголок был знаком, парень даже знал где конкретно находятся все гели для волос, расчёски, зонты и прочая ерунда. Тэхён был своим в этой квартире, что радовало и огорчало одновременно. Закрывая за собой тяжёлую дверь, он по одному только запаху понял — тот, к кому он ехал, здесь. Потому что пахло его духами, его любимым порошком и пиццей, которую он наверняка успел заказать. — Тэхён? Это ты? — радостный голос из кухни заставляет сердце Кима затрепетать и бешено забиться. Тэхён разувается и делает несколько торопливых шагов в сторону комнаты, из которой во всю исходит запах пиццы, он лишь ещё сильнее улыбается. — А ты ждал кого-то ещё? С этими словами Тэхён заходит на кухню и приподнимает правую бровь, видя как темноволосый парень за столом пытается как можно быстрее дожевать пиццу, чтобы встретить Кима приветственным поцелуем. — Ни в коем случае, — с набитым ртом бубнит он и приподнимается со своего стула, раскрывая руки, чтобы наконец-таки прижать к себе, потому что соскучился, потому что безумно хочет вновь ощутить прикосновения, потому что больше не может ждать. — Я думал, что умру без тебя в этом Милане. — Да ладно? Некому было развлечь Чонгука? — дразнит Тэхён, хотя чувствовал в точности тоже самое, внутри него разгорались все чувства разом, когда он с силой прижался к парню. Он сразу уловил духи, который при объятьях чувствовались ещё лучше и запах его собственного тела. — Помолчи лучше, не порть атмосферу. Тэхён мягко смеётся и растворяется в Чонгуке как-то даже слишком стремительно, оправдывая себя только тем, что правда соскучился. Они не виделись две с половиной недели из-за поездки Чона и его мужа в Милан на презентацию какой-то невероятной штуки в отраслях производства. Ким думал, что съест сам себя за это время, потому что тоска по Чонгуку становилась с каждым днём всё сильнее. — Я думал, что с ума сойду, — шепчет Ким, утыкаясь прямо в шею парню. Он не слышит ничего кроме стука собственного сердца и часов на стене, что медленно отсчитывали секунды. — На этот раз у нас с тобой есть время до завтрашнего вечера. — А куда ты дел… — У него какая-то деловая встреча в Милане, я сказал, что мне там не нравится и всё, вопрос решён. Он купил мне билет и я прилетел сюда, к тебе. Чонгук особенно выделил последние два слова, прекращая объятья. Парень смело положил свои руки на талию Кима, наблюдая за растерянностью на его лице. Тэхёна всегда вело от подобных фраз, они по-особенному влияли на него, заставляли верить в то, что Чон принадлежит ему, что их отношения имеют шанс на что-то большее. Иногда, в такие моменты Чонгуку хотелось заткнуть рот и запретить говорить что-то даже отдалённо похожее на любовные признания настоящих пар. Тех, которые могут открыто показывать свою привязанность, держаться за руки и целовать у всех на глазах. Тэхёну хотелось заставить Чонгука взять слова обратно, но руки Чона вдруг начали медленно подниматься выше, слегка задевая ногтями мышцы пресса. Чонгук смотрел хитро, мягко подталкивая своего партнёра к стене, чтобы обеспечить ему хоть какую-то опору. Ким поддавался, как и всегда, смотря прямо в глаза Чону, видя в них целую вселенную со всеми звёздами, метеоритами и кометами. Тэхён тонул все сильнее, плохо понимая где грань полной потери самоконтроля, потому что стёр её когда-то очень давно — в их первую ночь вместе. — Ты такой красивый… — шепчет Чонгук, приближая свои губы почти вплотную к чужим, в его глазах светится желание, а руки начинают беспокойно блуждать по телу Тэхёна. Ким уже не ловит чужой взгляд, заостряя внимание на пухлых губах, его руки вплетаются в чужие тёмные волосы на затылке и как-то даже немного робко притягивают ближе, чтобы почувствовать его вкус. Парень закрывает глаза и целует с чувством и какой-то нежностью, ему хочется передать все свои невыразимые чувства, донести намерения и желания. Чонгук поднимает свои руки на чужие плечи и нервно оглаживает их, наслаждаясь этой долгожданной возможностью. Он тает от нежности поцелуя, но после некоторого времени делает его немного более развязным и беспорядочным. Парень то отчаянно сминает нижнюю губу Тэхёна, то позволяет ему вести и отдаётся ощущениям. У него всё бурлит от желания почувствовать Кима внутри и его прикосновения по всему телу. Когда Тэхён отлипает от стены позади и решает взять инициативу в свои руки, Чонгук ухмыляется и с готовностью меняется с парнем местами. По телу идут мурашки, когда Ким припадает губами к шее, стараясь не оставлять там пятна во избежание проблем. Тэхён чувствует себя как никогда лучше, он готов всю жизнь расцеловывать тело Чона, дарить ему чувственные поцелуи и доводить до пика раз за разом, он готов ради него на всё. — Я ужасно соскучился, — будто бы в бреду шепчет Ким в перерывах между поцелуями. Он оставлял влажную дорожку из своих ласк, стараясь уделить внимание каждому участку кожи, чтобы Чонгук почувствовал его любовь. И он чувствует, потому что благодарно сжимает футболку Кима на спине и тихо стонет тому на ухо. Чон, кажется, готов распластаться прямо на этой стене на кухне лишь бы никогда не терять человека, который сейчас так старательно вылизывает его, аккуратно опуская ворот рубашки, чтобы обеспечить себе доступ к груди. Тэхён знает как чувствует себя Чон, поэтому даже не думает останавливаться. Его горячие и влажные губы исследуют тело Чонгука, заставляют его прижимать голову Кима ближе к себе, вплетая пальцы в его до жути непослушные волосы. Тэхёну нравиться завладевать вниманием Чона, ощущать его дрожь и прижиматься как можно ближе. Ким проживал каждый раз как последний, просто наслаждаясь моментом, потому что был риск потерять всё в одно мгновение. Их встречи могли прекратиться от одного неосторожного взгляда или нелепого слуха, мужу Чонгука достаточно было лишь допустить мысль о возможной связи парней и вся их жизнь полетит под откос. Странно, что Чон вообще так рискует своим комфортом и роскошью, постоянно ищет повод для встреч и старается как можно чаще оставаться дома одному, чтобы иметь возможность хотя бы просто поцеловать самые желанные для него губы. Тэхён своими поцелуями доходит до сосков, он чувственно играется с одним из них языком, а другой неосторожно трогает рукой, слыша сбивчивое дыхание Чонгука, который поднял голову и судорожно ловил ртом глоток воздуха. Его голова кружиться от всех ласк, а ноги медленно становятся ватными. От падения спасает стена и Ким, который буквально прижимал парня к дорогим обоям бежевого цвета с изображением каких-то цветов. Рубашка почти не держится на Чонгуке, больше половины пуговиц оказываются расстёгнуты Тэхёном, которому этот элемент одежды явно мешал и действовал на нервы. Кому будет интересна какая-то тряпочка, когда под ней скрывается прекрасное тело с отточенными в спортзале мышцами? Киму становится до жути неприятно в моменты осознания: не он один имеет право вот так в открытую любоваться этой медовой кожей, касаться губами груди и нежно тереться носом, чувствую родной запах, который невозможно перепутать ни с чем другим. Тэхён злится от одной только мысли — у Чонгука есть муж и глупо предполагать, что они никогда не трахаются и не прижимаются друг к другу особенно холодными ночами. Черта собственника никогда не проявлялась ещё в каких-то моментах, потому что Ким был не жадным, он готов поделиться всем, но не Чонгуком. Чонгука хотелось украсть, забрать себе на целую вечность и целовать до жжения в лёгких. Тэхён чуть ли не мурлыкает, слыша чужие стоны, что хрипло издаёт Чон. Он уже весь разгорячённый и возбуждённый. Это понятно по его члену, который нагло начал упираться в ляжку Кима, обращая на себя всё внимание. Понимая, что уже пора переходить на горизонтальную поверхность, Тэхён довольно улыбается и тянет руки вниз, к бёдрам своего желанного любовника, чтобы резко приподнять его и крепко обхватить. Чонгук нетерпеливо впивается жадным поцелуем в губы Кима, отнимая воздух и возможность соображать. Ему уже хочется разложиться на мягких простынях и до конца отдаться парню, ощутить наполненность и засмеяться от чувств внутри. Чон не может держать себя в руках, когда Тэхён так близко и судорожно сцепляет руки в замок позади чужой шеи, перекрывая путь к отступлению. Тэхён улыбается в поцелуй и через какое-то время всё же аккуратно шагает на выход из уютной кухни. Он смог бы дойти до спальни даже вслепую, потому что был там множество ночей, теряясь в ощущениях и в Чонгуке, от отдавал и отдавался, не жалея ни о чём. Неспешными шагами с небольшими перерывами на особенно чувственные поцелуи и всхлипы Чона, Тэхён смог дойти до шёлковых простынь и бережно уронить парня на них. — С моего последнего прихода здесь ничего не изменилось, даже та книга валяется на том же месте, — говорит Ким, пока смотрит на распластавшегося на кровати Чонгука и медленно снимает свою футболку. Тело горит и жаждет прикосновений, просит ласки, но парень медлит, наслаждается видом на своего любовника. Чонгук судорожно снимал свою рубашку до конца, пытался выпутаться из неё, пока жадно глотал ртом воздух. В комнате слышалось лишь его сбивчивое дыхание и особенно чувственные вздохи. Парень смотрел прямо в глаза Тэхёну и таял, любя их до невозможности. Чонгук светился обожанием и нежностью, он был готов лежать и любоваться своим драгоценным любовником сутками лишь бы никогда не возвращаться в жестокую и серую реальность к отвратительному мужу, светским мероприятиями и поцелуям от нелюбимого. Чон еле смог сдержаться и подождать, пока Ким снимет свою футболку и блядские штаны, чтобы не накинуться на парня с поцелуями. Он послушно лежал и ждал, когда Тэхён с похотливой улыбкой вновь наклониться над ним и продолжит ласкать во всевозможных местах. И Тэхён продолжил, блуждая руками по разгорячённому телу, изучая его вновь вдоль и поперёк. Он проводил языком по груди, спускаясь всё ниже к поясу чёрных брюк, в которых Чонгуку было невыносимо тесно. Горело всё тело, Тэхён чувствовал, как Чон слегка царапал его спину, пытался прижать его как можно ближе и почувствовать каждой клеткой кожи. Разум туманился всё сильнее, а член в боксёрах Кима начал пульсировать, призывая ко вниманию. Чонгук будто бы понял это, поэтому резко толкнулся вперёд своим пахом, вызвав громкий стон Тэхёна. В комнате как-то резко закончился воздух, а тишину начали заглушать сбивчивые стоны, потому что Чон продолжил совершать толчки, отвлекая Кима от своего занятия. Им обоим хотелось как можно быстрее почувствовать друг друга, но долгая разлука брала своё, никто не мог так быстро насытиться чужим телом и ласками. — Я так не хочу, чтобы всё это прекращалось, — хныкал Чон, крупно дрожа от того, что Тэхён одной рукой прижал его к кровати, а другой начал пытаться расправиться с ремнём. — Я ведь представляю тебя на его месте. Всегда. — Чонгук, — предупреждающе шикнул Ким, понимая, что это вовсе не тот диалог, к которому был готов парень. Сейчас в голову возбуждение ударяет с каждой минутой всё сильнее, вынуждая его как можно быстрее снять ремень и одним резким движением расстегнуть чужую ширинку. Чонгук непроизвольно стонет от сладкого предвкушения, но от разговора отходить вовсе не намерен, поэтому замедленно хватает запястья своего любовника и садиться. — Ты мне не веришь? От его слегка охриплого голоса Тэхёну хочется зажмуриться и сладко промурлыкать парню на ушко, поверить во всё, что угодно, и отдать всё, что у него есть. — Послушай, Тэхён, — сбивчиво произносит Чон, судорожно придвигаясь как можно ближе. Парень перемещает свои руки прямо на лицо Кима и чуть ли не касается своим носом чужого. — Я ведь не люблю его и никогда не любил. Я… — Чонгук, — убито шепчет он, — я знаю. Тэхёну стало совсем плохо от направленного на него взгляда. Чонгук смотрел своими яркими и до невозможности живыми глазами прямо в душу, создавал между ними космос невероятной величины и позволял чувствовать себя до прекрасного любимым. — Нет, не знаешь, — упрямо говорит Чон прямо в губы. У него раскрасневшиеся щёки, растрёпанные волосы и блестящий от проступивших капелек пота нос, Тэхёну невероятно сложно удержаться, чтобы не поцеловать парня прямо сейчас. — Я не просто не люблю его, я его ненавижу, слышишь? Я бы с ума сошёл, если бы не ты. Ты, глупенький, даже не представляешь, насколько ты мне важен, мне так часто хочется поцеловать тебя прямо при всех. Чонгук хихикает, пока Тэхён с глупо-распахнутыми глазами смотрит прямо на него и не может даже слова сказать от какого-то лёгкого потрясения. Ким не понимает, что сейчас твориться с Чоном, но желание поцеловать тут же меняется на желание обнять и защитить абсолютно от всего в этом злом и жестоком мире. — Тэхён, ты не просто любовник, — шепчет совсем тихо, но Ким слышит каждый звук, — ты ведь любовь всей моей несчастной жизни. В его голосе можно услышать боль, немного печали и огромное количество отчаяния, Тэхён тянется к его плечам руками и получает благодарный вздох. Ким толком не понимает, что двигало им, когда он ввязывался во всё это, но знает, что сейчас не уйдёт ни за что на свете. Как бы он не уставал прятаться, парень не оставит Чонгука, Ким даже готов увезти его прямо сейчас на любую точку мира и спрятать там, за своей спиной от всех-всех трудностей. — Скажи, что я твой. Пожалуйста, я больше так не могу. Ещё один шепот, что оглушает Тэхёна. В его горле моментально пересохло, но собрав остатки сил, он всё же тихо отвечает, смотря в эти просяще-нуждающееся глубокие глаза. — Ты мой, только мой… Только как жаль, что это единственное время, когда он может назвать его по-настоящему своим. Эти ночи закончатся, все фразы останутся похоронены в этой темноте, утром об этом нельзя будет вспоминать, а сейчас Тэхён с любовью в глазах тянется за горько-сладким поцелуем. Чонгук опускает свои руки на чужие плечи, проводит ладонями по ним пару раз, а затем надавливает, заставляя парня упасть спиной на простынь. Чон не медлит, отрывается на некоторое время, чтобы наконец снять с себя брюки, а затем садится на бёдра любви всей его несчастной жизни. Тэхён почти не дышит, лишь завороженно смотрит на Чонгука, ждёт, чтобы вновь поцеловать и насладиться ощущением бабочек в животе. — Знал бы ты, как я тобой восхищаюсь, — шепчет прямо в губы Чон, медленно качая бёдрами вперёд-назад, создавая приятное трение. Ким сжимает талию любимого в своих руках, надеясь не оставить следов, пока глаза закатывались сами собой от приятных ощущений. Чувственные поцелуи туманят разум, заставляют Тэхёна шептать разного рода непристойности прямо на ухо Чонгуку. Чон лишь постанывает, судорожно дыша, время от времени прикусывая чужие губы в попытке выразить собственные чувства. — Чон-н… Чонгук, — говорит прямо в поцелуй Тэхён, опуская руки на чужую задницу. Чон не слушает, продолжает раскачиваться и переходит на линию подбородка, старательно выцеловывая её. — Блять, Чонгук… Постой. Парень слышит в ответ лишь мычание, сопровождающее очередным сильным ёрзанием на его собственном члене, который к этому времени оказывается болезненно возбуждённым. Киму было достаточно прелюдий, поэтому он уверенным движением вновь поднимает руки выше, хватаясь за плечи Чона. В ответ на его мутный взгляд, Тэхён лишь ухмыляется и аккуратно переворачивает парня на спину, тут же целуя в эти самые плечи. Внутри всё скрутилось в узел от предвкушения, а Чонгук, что почти постоянно облизывал собственные пересохшие губы, ситуации никак не помогал. Тэхён, покрывая такое родное тело поцелуями, начал аккуратно стягивать нижнее бельё Чона. Чонгук вздрогнул и тут же откинул голову назад, утопая в ощущениях. Ким его понимал, он сам был готов с ума сойти от собственных чувств, что постоянно захлёстывали его с новой силой. Когда от чужого нижнего белья получилось избавиться, Тэхён не медля потянулся к прикроватной тумбочке Чона, где лежало всё необходимое, пока сам Чон чуть ли не задыхался, лежа на этих простынях. Вернувшись в своё положение, он немедля выдавил себе на пальцы достаточное количество смазки, параллельно растирая. — Тэхён, ну чего ты там так долго, — хнычет Чон, сжимая простынь в кулаках. Тэхён лишь нежно улыбается, смотря на нуждающегося любовника, в чьих глазах отражалась вся вселенная разом, и наконец придвигается ближе. Ноги Чона разъезжаются сами собой, поэтому Ким без проблем касается входа, слегка надавливая. — Тэхён, давай уже! Я был в душе перед твоим приходом! — Так ты…готов? — удивлённо улыбается Ким и проникает сразу всем пальцем, внутри действительно не так тесно, Чонгук явно потратил достаточно времени, чтобы сейчас приступить к самому главному. После пары толчков, парень добавляет второй палец, довольно быстро, по привычке находит нужную точку внутри и слышит сладкий стон, что моментально сводит с ума. Он разводит пальцы на манер ножниц, готовя Чонгука к своему члену, хочет, чтобы всё прошло максимально безболезненно, но сам Чон постоянно ёрзал, насаживался на пальцы сам и хныкал, явно прося о большем. Тэхён не торопился, несмотря на собственное возбуждение. Ему нравилось видеть такого Чонгука, который больше походил на оголённый провод и особенно ярко реагировал на каждые прикосновения и слова. — Тэхён, — совсем жалко и беспомощно прошептал Чон, кусая свои сухие губы. Ким тут же тянется за поцелуем и жадно впивается в чужие губы. По тому, как отчаянно двигает губами Чонгук, можно понять, что он почти на пределе. Медлить больше нет смысла, не после такого многословного поцелуя, поэтому Тэхён довольно быстро находит оставленный заранее презерватив на тумбочке и отстраняется. — Смотри на меня. Чонгук тут же повинуется, в его голове пульсирует возбуждение, мешая думать о чём-то ещё. Парень слышит треск фольги и почти до крови закусывает расцелованные и опухшие губы. Тэхён раскатывает презерватив по своему члену, сходя с ума от желания наконец почувствовать Чонгука. Ким оставляет мягкий поцелуй на внутренней стороне бедра, прежде чем осторожно толкнуться до конца. Протяжный стон наполнил комнату, Чон сильно прогнулся в пояснице, чувствуя наконец наполненность. Он скучает по этому ощущению каждый раз и каждый раз желает вновь его почувствовать неважно с какими рисками. Парень чуть ли не задыхается, когда Ким начинает двигаться, наращивая темп. Тэхён не отрываясь смотрел в глаза Чона, входя раз за разом как можно глубже, почти каждый раз попадая по простате. Ему даже казалось, что вскрики Чонгука услышат соседи сверху или снизу, но сам замужний парень об этом не заботился. Он хватался за простыни, скулил, стонал и не думал ни о чём, кроме Тэхёна. — П…поце…луй м…меня, — запинаясь и чуть ли не задыхаясь говорит Чон в перерывах между своими громкими стонами. — Пп…пожал…пожалуйста… Тэхён не в праве отказать, поэтому плавно тянется к своему партнёру, не прекращая движения внутри него. Целоваться с Чонгуком приятно, а чувствовать его вздохи прямо на своих губах — ещё лучше. Перед глазами Кима всё плывёт, превращается в туман, что лишь иногда рассеивается при особенно ярких вспышках удовольствия. — Мне, — вдыхает Чон и большим усилием продолжает на выдохе, — нравиться чувствовать тебя в себе. Это заставляет Кима сойти с ума намного быстрее и начать немедленно ускоряться, зарываясь головой куда-то в шею Чонгуку. Тэхён облизывает, несильно прикусывает нежную кожу и утопает в ощущениях всё сильнее, его тянет к Чону с каждой секундой всё сильнее и даже такого контакта как будто бы мало. Разгорячённое тело Чонгука принимает в себя так правильно и приятно, что голова кружиться. Тэхён всё ещё не понимает как он сих пор умудрился сдержаться и не украсть парня себе, куда-то на край света в собственные тёплые и надёжные объятья. Он бы смог позаботиться, смог бы не причинить вреда или боли, смог бы отдать всю свою безграничную любовь. Ким двигает своими бёдрами, пытаясь входить как можно глубже. От постоянного попадания по нужной точке, Чонгук стонет до неприличного громко, царапает чужие плечи и плавиться всё сильнее. Голова не соображает, парень улыбается и выкрикивает имя своего самого прекрасного любовника, чтобы он знал до чего может довести Чона. Просто чтобы знал насколько сильно хорошо Чонгуку именно с ним. Шлепки становятся всё более частыми, Тэхён чувствует что уже на грани, поэтому судорожно тянется к члену Чона. Он слегка касается изнывающего органа и парень мгновенно изливается с громким вскриком с застывшей улыбкой на губах. Ким тут же целует его линию челюсти, проводит по ней языком и в ускоренном темпе спешит за своим удовлетворением. Они чувствуют себя хорошо, когда после близости просто лежат рядом и держаться за руки. Тэхён ощущает сильную хватку ослабленного Чонгука, который несмотря на своё измотанное состояние крепко переплёл пальцы со своим любовником. Ким слышит как дышит парень: прерывисто и тяжело, но удовлетворённо. Обычно в этот момент они вынужденно прощаются, Тэхёну нельзя ночевать здесь, это будет довольно подозрительно, да и мало когда муж Чонгука оставляет его одного в квартире на ночь. Но сейчас всё по-другому. Они могут уснуть вместе и ощутить что это такое — обнимать друг друга во сне, чувствовать вместо холодной подушки родное тело и улыбаться даже сквозь сон. Ким не может унять собственное сердцебиение, пока меняет простыни и ждёт Чона из душа, внутри него сразу столько чувств, что ещё немного и они выльются через край, затопят всё вокруг и заставят утонуть самого Тэхёна. — Я тебя люблю, — Чонгук произносит это, когда заходит в спальню. У него довольно усталый вид, полотенце на бёдрах и мокрые после душа волосы. Они выглядят довольно беспорядочно, но они кажутся Тэхёну настолько привлекательными, что он не может сдержать свою полную восхищения улыбку. — Я тоже тебя люблю, Чон Чонгук. Кто тебе звонил, я слышал звонок минут десять назад? Восторг в глазах Кима не передаваемый, он стоит с разведёнными в разные стороны руками и ждёт любовь всей своей жизни. Чонгук идёт и прижимается как в последний раз, впечатывая свой запах в до дрожи любимого человека. Им тепло и уютно, каждый из них отдал бы всё до копейки, чтобы иметь возможность обниматься вот так вот каждый день в любую удобную секунду. — Я хочу быть Ким Чонгуком. У Тэхёна сохнет в горле, он чувствует как парень обвил его ещё сильнее и заплакал. Внутри всё вмиг оборвалось, да и дышать уже получалось плохо. Чонгук стоял и плакал. Горько и бесшумно, все его рыдания были заглушены плечом Кима, но отсутствие звуков в такой момент было даже хуже. — Чонгук? Что случилось? Это он тебе звонил? — Нет, но не переживай, — приглушённо слышится тонкий и совершенно сломленный голос. — Он больше меня не тронет. И тебя тоже. — Чонгук? Тревога не знала границ и росла в Тэхёне всё сильнее с каждой секундой. Он отстранил от себя Чонгука и увидел мокрые дорожки слёз на его щеках. — Чонгук, что произошло? Звонкий смех совсем не сочетался с заплаканным лицом Чона, Ким немедленно усадил его на кровать и сел совсем-совсем близко, чтобы смотреть в самые глаза. Он продолжал плакать, изредка прорывался истерический смешок, это заставляло Тэхёна сходить с ума. Парень начинал теряться в догадках и начал придумывать себе самое страшное. — Всё хорошо, я просто хочу, чтобы мы были вместе. Я больше не могу жить с ним, Тэхён. Сердце Кима бешено колотиться, на часах уже перевалило за полночь, а из открытого окна шёл поток свежего ночного воздуха, вызывая мурашки по всему телу. Тэхён держит лицо парня в своих руках, ощущая сырость в ладонях и смотрит. Долго и выжидающе. Ему немного страшно, но он безумно хочет помочь Чонгуку, он хочет решить его проблему и отчасти готов лишиться всего, если это потребуется. — Поцелуй меня, пожалуйста. Он говорит это таким тоном, что Тэхён не может ослушаться, он рассыпается на атомы, когда сокращает между ними расстояние. Их поцелуй нежный и по-особенному трогательный с привкусом слёз и хорошо выраженным отчаянием. Внутри Тэхёна порхают бабочки, извергаются вулканы и горит целая Вселенная, которая крутиться вокруг одного Чонгука. Их приятный поцелуй прерывает поворот ключа в двери, Ким как ошпаренный отстраняется от Чона, но тот с абсолютным спокойствием хватает его за плечи и удерживает рядом на очень близком расстоянии. Если сейчас зайдёт муж Чонгука, то оправдаться точно не получиться. — Чонгук, ты что творишь, мне нужно спрятаться! — Ким предпринимает ещё одну попытку встать, но Чон продолжает держать. Он смотрит прямо в глаза и уже не плачет, в нём бушует сразу несколько эмоций, но ни одна из ни не похожа на страх. — Чонгук, он нас убьёт. Если что, скажи, что я тебя домогался или шантажировал, хорошо? Чонгук, не молчи! Он не отвечает, тянется за поцелуем и отдаёт Тэхёну всю свою нежность. Они не замечают никого кроме друг друга до того момента, как дверь в квартиру всё же открывается, а уже через секунду в комнате появляется фигура высокого светлого мужчины. — Кхм, Чон Чонгук, извините, я пришёл, чтобы сообщить — ваш муж мёртв.