Часть 2
28 апреля 2024 г., 17:05
С момента похорон прошло чуть больше двух недель, Чонгук всё это время ходил словно мертвец и часто плакал. Дело было не в глубокой скорби, и тем более не в большой любви к покойному мужу, Чону просто было противно от самого себя.
Парень был до дрожи рад, что сейчас свободен и не вынужден терпеть периодические телесные наказания со стороны супруга, но по ночам ужас достигает своего предела, потому что он — убийца. Возможно, не совсем жестокий и бездушный, но он купил смерть мужа, причём за приличные деньги. Чонгук всё подсчитал: место, время, своё собственное местонахождение. Всё получилось, стрелявшего не смогли найти, а заказчика и подавно.
Тэхён постоянно был рядом, Чон обнимал его по ночам и целовал по утрам, чтобы выразить свою вселенскую преданность. Он был до дрожи благодарен Киму за его молчаливую поддержку, за то что тот ездил вместе с ним по участкам, моргам и необходимым встречам для решения вопроса с похоронами, потому что сам Чонгук мало что в состоянии был решить.
Тэхён отвечал на все звонки вместо Чона, принимал соболезнования и стоял на кухне по пол дня, чтобы не приглашать в дом лишних людей и накормить Чонгука любимым бульоном. Ким не расспрашивал своего парня, не требовал деталей, он понял основную суть и больше не смел туда лезть, пока сам Чон не будет готов.
— Замёрз? — шепчет парень прямо Чонгуку на ухо, аккуратно поглаживая спину.
На улице по-настоящему холодно, дождь стучит по их чёрным зонтикам и отдаётся где-то в голове. Всё тело болит и немного ноет, просясь обратно в кровать. В это особенно отвратительное утро особенно сильно не хотелось просыпаться и открывать глаза. Чон готов поклясться, что если бы не Тэхён и его лечебные поцелуи, не смог бы даже перевернуться на другой бок и вылезти из-под большого тёплого одеяла.
— Нет, всё хорошо, Тэ, — отвечает Чонгук и смотрит прямо в его обеспокоенные глубокие глаза с отражением целой вселенной. Чон слабо улыбается и вновь устремляет свой взгляд под ноги, чтобы лишний раз не наступить в грязь. Они должны уже скоро подойти к дому Намджуна — лучшего друга покойного мужа — и выслушать юриста, что будет зачитывать его завещание.
В целом, Чонгуку не стоило брать с собой Тэхёна, это выглядит не очень красиво, но Чону так плевать, что он был готов привести с собой целую компанию, если бы от этого полегчало. Ким согласился моментально, не стал ничего спрашивать и молча последовал за своим парнем в дом к человеку, что пару недель назад застукал их за поцелуем.
— Волнуешься?
Вопрос, на который ответ и не нужен, это видно по самому Чонгуку, по его немного дрожащим рукам и абсолютно пустому взгляду.
— Мне кажется, он ничего мне оставил.
— Даже не думай об этом, деньги не проблема, — вновь шепчет Ким прямо на ухо, чтобы Чон точно его услышал. — Я зарабатываю достаточно, чтобы обеспечить нас всем на первое время, слышишь? Чонгук, нам не нужны его деньги.
Чонгук вновь слабо улыбается и молчит, он почему-то надеется, что заберёт у покойного мужа как минимум половину имущества и увезёт Тэхёна подальше от Сеула и разных слухов, что уже идут среди светской верхушки. Многие лично приезжали в дом Чона, вели милую беседу, но при виде Кима мгновенно понимали — парни являлись любовниками.
Осуждение лилось из них нескончаемыми потоками, поэтому сейчас почти каждая шишка в городе знает — Чонгук всё время изменял своему мужу и спал с Ким Тэхёном.
— Если они решат сказать что-то против тебя, мы уйдём, — довольно решительно произносит Чон, подходя к высоким воротам дома, за которыми не было видно ничего. Намджун был довольно скрытной личностью и жил за семью замками, доверяя лишь мужу Чонгука, что до сих пор не понималось обществом и самим Чонугком в том числе. — Они не посмеют оскорблять тебя, если вдруг захочешь, можем их потом побить.
Ким хрипло смеётся и тянется к руке своего любимого, переплетая пальцы между собой, пока они ждут кого-то из охраны. Чонгук тает и начинает дышать более менее спокойно, сосредоточившись на таком приятном прикосновении. Внутри порхают бабочки и уже вынуждают парня повернуться для поцелуя хотя бы в щёку, но ворота с грохотом открываются и показывается охранник — дядька в чёрном костюме с абсолютно каменным лицом.
— Чон Чонгук, вас все уже ждут в доме, пройдёмте за мной. Ваш сопровождающий может подождать тут или посидеть в машине.
Человек многозначительно кивнул на чёрное ауди, стоящее недалеко от дома, заставив обоих парней нахмуриться. Тэхён лишь поджал губы и непонимающе посмотрел на своего парня, который вспыхнул как спичка всего за пару секунд.
— Это не сопровождающий, понял? Это мой парень и он пойдёт со мной в дом.
— Но мне приказали пустить только вас.
— Мне плевать, — выкрикнул Чон, со злобой глядя на охранника. Все несколько недель стресса сказывались на нём слишком сильно, парень был готов плеваться ядом и кричать сколько угодно, пока его не услышат. — Мой парень имеет право присутствовать на этом мероприятии, он тоже знал покойника и знаком с Намджуном! Пропусти нас.
Мужчина в костюме нахмурился, но не стал противиться и продолжать конфликт, невооруженным взглядом было видно насколько нестабилен сейчас Чонгук. Охранник слабо кивнул головой и отошёл с дороги, пропуская пару вперёд. Он закрыл за ними ворота с тяжёлым вздохом, уже предчувствуя недовольство Намджуна и угнетающую атмосферу, что будет царить в доме.
Чонгук старался держать уверенно, когда вёл Тэхёна по выученному за годы маршруту. Они не расцепляли рук, предпочитая, наоборот, переплести их ещё сильнее, показать всем, что они принадлежат друг другу и подарить заботу. Внутри дома, двери которого открыл уже другой охранник, было до невозможности душно и пахло ароматическими свечами. Чону тут всегда не нравилось, он задыхался в этом плотном воздухе, а желание убежать росло с каждой секундой.
Сегодня такое провернуть не получиться, ему придётся досидеть, выслушать завещание, сделать какие-то выводы и, если надо, доказать свою правоту. Чон был настроен серьёзно, в отличии от Кима, который чувствовал себя слегка потеряно. Он сильно переживал за своего парня и боялся, что никак не сможет ему помочь в случае конфликта. Тэхён ощущал свою уязвлённость в данный момент и от этого переживал всё сильнее.
Пара прошла внутрь дома, повернула направо и оказались в большой и просторной гостиной, где уже собрались все. Были родственники покойника, сам Намджун, их общие знакомые, коллеги и даже бывшие любовницы, которыми баловался бывший муж Чона в первый год брака. Чонгук моментально нахмурился, не понимая, откуда здесь столько людей, но вопросов задавать не стал, спокойно принимая на себя все возмущённые взгляды. Намджун решил высказаться за всех.
— Зачем ты его привёл?
— Захотел.
Волна изумительного вздоха прошлась по всем, некоторые даже скривили лица и предпочли специально не смотреть в сторону новых гостей. Они все считали Чонгука низким существом, неблагодарной сволочью и не умеющим любить мужем, но никто из них даже не подозревал насколько плохо ему было в браке и насколько хорошо с Ким Тэхёном. Эти люди не знали ничего о его жизни, поэтому Чон без зазрения совести лишь крепче сжал руку возлюбленного и потянул его за собой в сторону свободного диванчика.
— Чонгук, это полное неуважение к своему мужу, — возмущается какая-то женщина, которую Чонгук видел всего раза два, но точно запомнил, благодаря её невыносимой капризности. — Все итак считают многоуважаемого Ким Тэхёна вашим… так сказать… любовником, зачем вы провоцируете общество лишний раз?
— Он и был моим любовником, представляете? — совсем не дружелюбно отвечает парень, садясь на диван. Их с Тэхёном колени соприкасаются и Чон чувствует уверенность в себе и в своём будущем с любимым человеком. Зачитывание завещания всего лишь этап, они посидят тут, послушают, а потом уедут к себе, где будут долго-долго обниматься и целоваться, согревая друг друга собственным теплом. — Мы с ним спали на нашей с мужем кровати, представляете? Он целовал меня везде, куда только мог и мне нравилось. Так что, давайте мы закончим эту тему наконец и выслушаем приглашаемого юриста.
Намджун прокашлялся как раз в тот момент, когда малознакомая Чонгуку женщина с глубоко удивлёнными глазами вновь открыла рот, чтобы что-то сказать. Хозяин дома не хотел конфликтов или ссор, он сам не желал бы видеть большинство людей за этим столом, но правила и этикет требовали другого. Ким прокашлялся ещё раз и оглядел всех, кроме новоприбывших гостей, а затем подошёл к юристу и велел начинать.
— Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим, — тяжело вздохнул Намджун и сел куда-то поодаль ото всех, потому что сам знал всё это завещание «от» и «до».
— Ты немного дрожишь, — замечает Тэхён, когда внимание всех переключается на человека в костюме и у парня получается наклониться к уху Чона. Ким второй рукой касается чужой коленки и мягкими движениями пытается успокоить.
Действует, но не так, чтобы полностью избавить Чонгука от всех его негативных эмоций.
— Эти суки не заслуживают даже одного твоего взгляда, — шепчет Чон в ответ с явным раздражением в голосе. Ему до дрожи хочется спрятать своего парня и одновременно показать сразу всему миру, потому что он был вынужден слишком долго скрываться. Чонгук был благодарен за то время, что Ким отдал ему, не надеясь на что-то там впереди, они просто были друг у друга ночами, пытаясь получить и подарить достаточно любви.
— Итак, рад всех сегодня видеть, но жаль, что по такому грустному поводу, — говорит мужчина в белой отглаженной рубашке и в чёрных брюках с идеальными стрелками, сопровождая речь дежурной улыбкой. — Мне было поручено осведомить вас о содержании завещания вашего друга, знакомого, для кого-то мужа, от лица всей нашей компании, где покойник официально всё это оформил. Мы тщательно проследим, чтобы всё было по его воле и распределилось именно таким образом, как написано в документе.
— Ты знал, что у твоего бывшего вообще было завещание? Он же относительно не старый ещё.
— Ну-у-у, знаешь, он был параноиком, считал, что его деньги много кому нужны, — тихо отвечает Чон Тэхёну, прижимаясь для этого ещё ближе. Родное тепло было сейчас так необходимо, как никогда раньше.
Спустя ещё парочку дежурных фраз и прочих никому не важных фактов, юрист перешёл к сути и открыл свою полупрозрачную папку с разными бумагами, откуда достал нужные листочки. В этой комнате перестали дышать почти все, продолжал один Намджун, гипнотизируя Чонгука со спины, он наблюдал за этим парнем не один год и впервые не чувствовал к нему раздражения, какое было раньше. Теперь для Кима это просто человек, тот, кто когда-то был в браке с любовью всей его жизни.
— Итак, по завещанию, все права на фирму, все акции, вложения переходят Ким Намджуну, — с доброжелательной улыбкой начинает юрист, смотрит на хозяина дома, кивком поздравляет, но получив в ответ до дрожи холодный взгляд, прокашливается и продолжает на более серьёзной ноте. — Небольшой дом в Пусане и все машины переходят в право пользования Ли Джинсу, его сестре, квартира в Сеуле и одна четвёртая часть финансов покойника передаются Чон Чонгуку, его мужу.
Что говорили дальше больше не волновало, с победной улыбкой бывший муж умершего бизнесмена повернулся к Тэхёну и подарил ему одну из самых ярких эмоций. Чонгук видел, как Ким тает и просто смотрит на радость любимого, от чего не мог не улыбаться ещё шире.
Квартира и приличные деньги, супруги теперь в расчёте. Чон по-настоящему сияет, у него получиться остаться в своей квартире с Тэхёном, в тех стенах, в которых они любили, немного плакали и чувствовали себя настолько счастливыми, что голова кружилась. Лёгкая неприязнь к себе у Чонгука растворилась прямо в эту секунду, он теперь ни о чём не жалел, стать убийцей ради своего счастья не так уж и плохо. Можно перетерпеть, особенно когда рядом сидит Тэхён, в чьих глаза читается лишь восхищение любимым.
Его не испугал поступок Чона, он не отказался от него из-за этого, не осуждал ни секунду, только и мог что любить. Чонгук дышал часто-часто, не обращая внимания на это странное общество людей вокруг, был только он сам и Тэхён, их нежность и готовность жертвовать чем угодно ради собственного счастья.
Всё оставшееся время Чонгук сидел будто бы на иголках, ему уже хотелось как можно быстрее закончить со всем этим и оказаться дома в родных объятьях. Он не мог думать ни о чём другом, кроме Тэхёна и его глубоких глазах, в которых была видна целая вселенная. Кима хотелось зацеловать, прижать как можно ближе и трогать всё, до чего дотянется рука.
Ким Тэхён был личным наркотиком Чон Чонгука, употребление которого наконец-то можно не скрывать.
Ким Тэхён был личной зависимость Чон Чонгука, которая не нуждалась в лечении.
Ким Тэхён был личным морем Чон Чонгука, в котором он тонул без сожалений и возможных последствий.
Именно поэтому, как только юрист закончил зачитывать всё и отвечать на интересующие вопросы, Чонгук быстро потянулся к своему парню и оставил на его губах поцелуй, поразив при этом самого Кима и парочку людей, что видели это. Чон со смущенностью и неким волнением наблюдал за тем, как Тэхён с лёгким замешательством касается кончиками пальцем своих губ.
Всё ощущается в новинку, потому что впервые им не приходиться бояться и быть осторожными в любви. Больше не нужно скрываться ради безопасности, нет необходимости врать и притворяться незнакомцами на некоторых мероприятиях и пытаться унять непонятно откуда взявшуюся улыбку до ушей. Вокруг этих парней теперь была полная свобода, никто и ни за что не мог отобрать её на данный момент, но они бы и не позволили. Слишком много пришлось за неё отдать.
Тэхён продолжает трогать свои губы и смотреть в глаза возлюбленному, заставляя его влюбляться с каждым мгновением всё сильнее. Теперь складывалось впечатление, что можно всё: и целовать, и обнимать, и неосознанно тянуться рукой. Чонгук проигнорировал какой-то едкий комментарий в их сторону и взял возлюбленного за свободную руку, чтобы наконец-то увести отсюда.
Ким вообще не сопротивлялся, лишь послушно встал следом за парнем и смотря куда-то в пол делал шаги. Он чувствовал себя подростком, внутри которого порхало множество бабочек, их первый поцелуй на людях принёс слишком много эмоций, он заставил серьёзного и относительно спокойного Тэхёна превратиться в маленький смущающийся комочек.
— Всем пока, мы наконец-то уходим! — слишком довольно для такой церемонии сказал Чон, пытаясь протолкнуться сквозь людей, что решили встать и поблагодарить юриста за что-то. Чонгук не особо понимал смысл в этом, поэтому лишь стремился поскорее увести своего парня отсюда.
— Подожди, Чон, я бы хотел поговорить с тобой.
Чонгук теряет улыбку со своего лица и мгновенно оборачивается на Намджуна, который смотрел на него слишком уж серьёзным взглядом. Ему не хочется разговаривать с ним, но что-то внутри заставляет кивнуть и выйти на улицу ещё и вместе с ним. Внутри всё ещё люди, они разговаривают с юристом, некоторые обсуждают Чонгука и гневно желают ему всего самого плохого, а некоторые действительно грустят по бывшему мужу Чона.
— Я бы не хотел иметь с тобой что-то общее или неразрешённые дела, — серьёзно и довольно холодно проговаривает Чон, сжимая руку Тэхёна, что стоял рядом. Ким уже перестал трогать свои губы и сердечки, что будто бы светились в его глазах, пропали, потому что волнение за любимого вернулось. Намджун не внушал спокойствия, с ним не вязалась никакая дружелюбность, он выглядел так, будто мог создать проблемы.
— Именно поэтому нам и нужен этот диалог, — устало произносит Ким, потирая глаза. — Я предполагаю, что к смерти своего бывшего мужа причастен именно ты. Я не буду тебя осуждать или винить, для тебя это был единственный шанс вырваться на свободу и жить как хочешь.
— Что ты несёшь?
— Не перебивай, мы оба знаем, что я не глупый. Догадаться не сложно, учитывая то, что ты, оказывается, спал с Тэхёном уже довольно давно. — Намджун не обращает никакого внимания на удивлённо-ошарашенный взгляд Чонгука и продолжает. — Я не буду пытаться посадить тебя за решётку, давать какие-то показания против тебя, ты в какой-то степени хороший парень, просто хочу кое-что показать, ладно?
— Намджун? Что блять с тобой?
Чонгук взволнован, но довольно быстро приходит в себя. Ему нужно оставаться спокойным, чтобы отстаивать свою точку зрения, хотя в такой ситуации это кажется бесполезным. Тэхён также внешне выглядит невозмутимым, лишь держит любимого за руку крепче, пытаясь как-то поддержать. Оба парня бояться дышать, пока Намджун листает что-то в своём телефоне. Проходит несколько мучительных минут, прежде чем он заговаривает.
— Вот, Чон, читай, — снова холодным и ничего не выражающим тоном говорит Ким, протягивая смартфон в чужие руки. — Я думаю, так тебе будет спокойнее.
Тэхён отпускает руку, но остаётся рядом, слегка касаясь плечом плеча. Он не знает как помочь, но пока что пытается просто понять ситуацию, что сделать довольно сложно, так как Ким не видит экрана телефона. Чонгук судорожно листает чужую переписку и издаёт парочку истерических смешков, не сулящих ничего хорошего.
— Намджун, это что вообще такое? О чём вы вообще тут разговариваете?
— Ты опередил его, Чон. Ты, молодец, оказался умнее, чем я думал.
Чонгук возвращается телефон и, не сказав ничего на прощанье, покидает территорию дома, слыша шаги любимого за своей спиной. Они идут к машине со смешанными эмоциями, которые не могут вылиться во что-то более менее разумное и понятное. У Чона в голове каша, а у Кима полная потеря контроля и огромное желание спасти своего любимого вперемешку с жуткой паникой за него.
— Я просто опередил его, Тэ, — на выдохе говорит Чон, когда парень завёл машину и наконец выехал на трассу. Им нужно подальше от того дома, подальше от этого города и, возможно даже, страны. — Мой бывший муж уже оформил заказ на меня, ему оставалось только оплатить.
— Заказ…?
— Заказ на моё убийство, — истерически произнёс Чон. Его будто бы трясло, но вина и правда ушла. — Тэхён, я бы умер, если бы не опередил его. Кто-то из нас в любом случае умер бы, наш брак был изначально обречён.
— Чонгук, он бы не посмел! Он столько денег спускал на твои хотелки, брал тебя с собой, даже когда это необязательно.
— Тэ, — убито шепнул парень в ответ, — я хочу уехать, очень далеко. Пожалуйста.
И они уезжают, на следующей неделе их уже нет в стране, Ким Тэхён сделал всё, чтобы как можно скорее привезти Чонгука на более менее спокойную территорию. Они отдыхали, пили и целовались до беспамятства и головокружения от нехватки воздуха. Чон впервые за долгое время смог спать и не бояться шорохов с улицы, парень больше не был чьей-то тряпичной куклой, его искренне любили и буквально купали в заботе и внимании, теперь не приходилось скрываться.
Теперь Ким Тэхён мог бесконечное количество ночей обнимать своего любимого и не ненавидеть утро за необходимую разлуку, именно в этот период оба поняли насколько счастливо себя чувствуют и насколько неважными оказались их страхи в прошлом.
