Больше силы - больше ответственности

– Что ты тут делаешь, Октавиус? Разговор шёл только у меня в голове, я не произнёс ни звука. – Это ты мне скажи, Виктор. Разве не ты меня призвал? Передо мной стоял Отто Октавиус. Это был тот самый человек, которого я умертвил несколько дней назад. Он почти не отличался от того себя, даже щупальца присутствовали. Вот только теперь они были как у настоящего осьминога. – Разве? – я скорчил гримасу недоумения за маской, и похоже Отто это заметил. – Не припоминаю. – О-о, зато я помню. Столько душ для новичка. Ты мне сильно помог. – Это с тобой я заключал сделку? Хоть я не использовал этот ритуал до этого, я был уверен в его действии и знал, что ничего такого произойти не могло. – Со мной, а как же. Я был первым, кого ты убил. О чем он? Своё первое убийство я совершил очень давно, и тем человеком был не Осьминог. Или считаются лишь убийства в этом мире? Но и в этом случае должен был засчитаться Паркер. Я постарался закрыть эти мысли от Октавиуса. Хоть он и назвал меня по настоящему имени, всё-таки я бы не хотел сходу открывать все карты. Вдруг это единственное, что он знает? – Что тебе нужно и что с тобой стало? Отто прошёлся из одного конца камеры в другую. Если раньше его механические руки лишь казались живыми, то теперь они были действительно живыми, и это в каком-то смысле восхищало. Интересно, как он ощущает их на себе? – Ты знаешь, мне очень понравились все эти души. Меня сильно повысили в адской иерархии после того случая. Теперь я хочу больше. – И причём здесь я? Демон остановился около меня и посмотрел внимательно. – Я вижу, что ты не Питер Паркер. Я знаю твоё настоящее имя. Мне плевать, кто ты такой, но мы с тобой можем оказать друг другу услугу. Ага, то есть он один из тех, кто потерял память о Викторе фон Думе. Уже что-то. – И что ты предлагаешь? – Ты знаешь, почему я связался с Четвёркой? Осьминог поправил очки одним из своих тентаклей. Вряд ли у него в действительности были очки. Всё это было похоже на астральную проекцию. Как вообще работает зрение у демонов? Нужны ли им подобные аксессуары? – У тебя был рак? – Верно. Я решил, что если помогу Ричардсу в его игре, то он поднимет свои связи и поможет мне с лечением. Отто отвернулся. – Вот только после смерти я узнал, что это чушь. Никто ещё не придумал средства от рака. И вряд ли бы Ричардс сделал нечто подобное ради меня. Я не перебивал его. Пусть расскажет как можно больше. – Когда ты убил меня, я оказался там, за кулисами жизни. Всю жизнь я прожил атеистом и не верил во всю эту чепуху, – Октавиус сжал кулак. – Но теперь я знаю, что даже смерть ещё не конец. Прекрасно понимаю. – Так что ты хочешь от меня? Октавиус сплюнул. – Не думай, что я простил тебя за то, что ты со мной сделал. Нет! На лице демона-учёного проступил сильный гнев. – Ты никогда не умирал и не понимаешь, каково это было. К тому же так жестоко. Он постоял немного, утихомириваясь. – Но мне нет смысла расправляться с тобой. Я мог бы попытаться это сделать, но это ничего не даст. У меня новая жизнь, и ты можешь помочь мне сделать её более интересной. Мне хотелось уже поторопить его, но я побоялся спугнуть удачу. Не знаю, что он хочет предложить, но, скорее всего, это мой единственный шанс. – Я помогу тебе выбраться отсюда, – наконец пояснил демон. – А взамен ты поможешь мне получить ещё душ. – Что именно тебе нужно? Надо выяснить все условия контракта, прежде чем соглашаться. – Ты будешь приносить мне по душе в неделю. Это даст мне неплохую подпитку, и ты сможешь сделать это так, чтобы тебя не поймали. Убийство в неделю? Я был готов на массовые жертвоприношения. Он здорово продешевил. – А если я перестану приносить их тебе? – Тогда я заберу твою жизнь. Ты разве не знаешь, что сделки с демонами нарушать нельзя? Я кивнул. Не то чтобы я был экспертом в этой области, но кое-что понимал. – И как ты предлагаешь мне выйти отсюда? Отто приложил руку к подбородку. – Скажи мне, ты не хочешь, чтобы они узнали, кто ты такой на самом деле? И я не имею в виду личность Паркера. Я взвесил все за и против и кивнул. Не настолько страшно оказаться запертым у Ричардса, насколько опасно раскрыться как Доктор Дум. Они решат, что это я учинил все их беды, и сделают так, что моя душа даже не сможет попасть в ад. Я только час назад узнал об их противостоянии с моим двойником, про то, что есть люди, способные читать мысли, и что у Рида есть в друзьях сильнейший маг, в чьих силах стереть память всему человечеству. Я оказался слишком напористым и попал впросак. Надо выслушать, что предложит демон, и попробовать переиграть. – Что у тебя на уме? Отто подошёл ко мне и приложил ладонь сперва к своей голове, затем к моей. – Когда я боролся с раком, я придумал один способ как избежать смерти. Я называю это пересадкой разума. По иронии, я хотел выбрать целью то же тело, что выбрал ты. Вот только я не выбирал его. Если бы было так, то, наверное, выбрал бы кого-то с большим влиянием и лучшим здоровьем. Например, Капитана Америку. – Уж не знаю, как это провернул, похоже, применил магию, но мы можем сыграть на этом. – В каком смысле? – Просто скажи им, что ты – это я. – Но ведь я могу сказать это и без твоей помощи. – Вот только как ты пройдёшь проверку Ксавьера? Должно быть, он говорил про того лысого инвалида, умеющего читать память. Действительно, в этом была вся загвоздка. По удачному стечению обстоятельств, адамантий защитил мой разум от чтения мыслей. Вот только эффект спадёт, когда снимут мою маску. – И как ты мне с этим поможешь? – Ты впустишь меня в своё тело. Ксавьер прочитает мысли и это будут мои мысли. Никакого обмана. Дальше ты будешь лишь отыгрывать роль. – Кто помешает тебе остаться в этом теле? – Договор, что же ещё. Он работает в обе стороны. Всё так. Это не противоречило моим познаниям в демонологии. Вот только эти же знания подсказывали то, что демоны любят выкрутить условия себе на выгоду. Но сейчас всё выглядело более-менее справедливо, так что стоит рискнуть. – Пойдёт, где подписать? Октавиус ухмыльнулся. Ричардс вытащил меня из камеры примерно через десять минут после разговора с Октавиусом. Мы с демоном досконально обсудили план, чтобы не облажаться в неподходящий момент. На этот раз Человек-Резина повёл меня в зал, более подходящий для подобного мероприятия. Все собравшиеся сидели за столом-полукругом и меня поставили прямо перед ними. – Уже приняли решение? Я могу идти? Я указал скованными руками на дверь. Ричардс сел к остальным и ответил: – Решение действительно принято. А вот сможешь ты уйти или нет, мы определим только после того как проверим тебя. – Только без глупостей, парень, – Старк был всё ещё не в духе. – Не отнимай наше время и не отпирайся. Ксавьер поднял руку. – Тише, Тони, – затем повернулся ко мне. – Мы решили, что достаточно будет мне и Стивену выяснить твою тайну личности. Я загляну в твой разум, а Стрэндж проверит твою душу. Если мы ничего не обнаружим и выяснится, что всё, что ты сделал – убил Осьминога из самообороны, то мы отпустим тебя. – А если выяснится что-то ещё? – Будет зависеть от того, что мы увидим. – Хорошо. Я не стал возражать. Ну не брыкаться же мне и не кусаться. – Давай начнём, Стивен. Маг воспарил над столом и подлетел ко мне. Профессор выехал на коляске. Несколько манипуляций от колдуна – и вокруг нас образовалась тьма. – Эй, я ничего не вижу, – раздался голос Старка. – Так и задумано, Тони, – зачем-то пояснил Ричардс. Старк что-то пробурчал в ответ. – Снимай маску, не бойся, – сказал колдун. Но телом управлял уже не я. Октавиус уверенно перенял эстафету, и сейчас мои руки, а вернее руки Паркера двигались сами собой. Я оказался пассажиром в чужом теле, которым управляет демон. Как только маска была снята, я испытал неприятное чувство чужого присутствия. – Невероятно! – воскликнул Ксавьер. – Что такое, Чарльз? – маг напрягся. – Это… – Так и знал, что это он, – раздался голос Старка под стук металла о камень. – Нет, Старк, – возразил Ксавьер. – Это не тот, о ком ты подумал. Это Октавиус. – Что?! – выпалил уже Рид. – Вернее, его разум. Он занял чьё-то тело, я не знаю этого человека. – Всё так, вы меня раскрыли, – мой речевой аппарат сам говорил слова, скрипя связками. – Я проиграл. – Что ты сделал, Отто? – из-за тумана послышались шаги. Видимо, Ричардс встал и начал шагать туда-сюда. – У нас ведь был договор. – Договор, в результате которого я бы умер в мучениях. Я выяснил, что у тебя нет лекарства, не отрицай этого. – Я это не так сформулировал, лишь пообещал помочь как могу. – Мне трудно читать его мысли, – сказал Ксавьер. – Его мозг натренирован, но могу заверить, что это настоящий Октавиус. – А зачем был этот спектакль? – не унимался Рид. – Ты пришёл к нам на свой же маяк, затем заявился сюда. – Интересно было посмотреть на ваши лица, – Октавиус захохотал. – А сюда меня привела твоя жена. Уверен, не приди ты так скоро, она уже была бы моей. – Ах ты… – Тише, – Ксавьер остановил Ричардса. – Теперь всё становится немного проще. У нас есть Октавиус, и мы можем использовать его по плану. – Ты ошибаешься, Чарльз, – перебил его Стрэндж. – У нас есть не только Октавиус. – О чем ты? – Я не сразу это почувствовал, но внутри этого тела не одна душа. Сердце забилось. Неясно, на чей страх оно отреагировало: мой или Осьминожий? Я не мог сейчас вступить в диалог с Отто, но я мысленно скрестил пальцы, чтобы он не пустил всё псу под хвост, испугавшись экзорцизма от мага. Хотя как только маг поймёт, чья это душа, нам обоим, скорее всего, настанет конец. – Нет-нет, Отто, – Стрэндж потряс пальцем. – Не пытайся сбежать. Сейчас мы узнаем, кто этот второй. Маг начал делать жесты. В теле стало совсем неуютно и тесно. Я почувствовал, как Октавиус теряет управление. Вот только контроль ко мне не вернулся. – Где я? – голова начала озираться по сторонам и моргать. – Что происходит? Руки потянулись к лицу. – Мой костюм, – глаза устремились к людям передо мной. – Профессор Икс? Доктор Стрэндж? – Продолжим этот разговор внутри твоего разума, Питер, – произнёс голос Ксавьера внутри моей черепной коробки. – Что произошло? – Я… Я помню только выставку в Озкорп… Где я? Стрэндж отпустил кулак, и контроль над телом Паркера вернулся к Октавиусу. – Разум изначального владельца тела всё ещё здесь, – сказал колясочник людям, не участвовавшим в ментальной конференции. – И кто он? – поинтересовался Старк. – Мы со Стрэнджем не будем раскрывать его личность, как и договаривались. Старк вздохнул. – Как всё скучно. Что тогда предпримем? – Вернёмся к изначальному плану? – Вы хотите, чтобы я вошёл в доверие к Гоблину в таком виде? – Октавиус показал на себя руками. – Да, и выяснил, кто он такой и чего хочет, – добавил Стрэндж. – И не отпирайся так, будто у тебя есть выбор. – К тому же, – вклинился Ксавьер. – Мы потребуем от тебя вернуть тело мальчику после того, как ты закончишь. – И как вы себе это представляете? – возмутился Отто. – Мы что-нибудь придумаем, – Старк, судя по звуку, хлопнул в ладоши. – Тогда решили? – Да, Старк, можешь улетать, – Стрэндж повернулся ко мне. – Надевай маску обратно. Октавиус так и сделал, и маг развеял тьму. Резиновый вытянулся из-за стола, что позволило ему в один шаг приблизиться ко мне. – Только не вздумай больше нарушать данное слово, – сказал он, уменьшаясь обратно и тыча пальцем мне в лицо. – В следующий раз я этого не прощу. – По рукам, Ричардс, – Октавиус улыбнулся. – Только пока я закован, я не могу пожать тебе руку. – Попридержи коней, Осьминожка, – маг начал чертить в воздухе знаки. – Лично я с тобой ещё не закончил, так что пока побудь в заключении. Хоть эта школа магии и не была мне знакома, я определил, что именно он делает. Это будет надолго. После затянутого и нудного ритуала меня наконец отпустили. Стрэндж начертал на моих рёбрах договор, который будет соблюдать владелец тела, кем бы он ни был. Можно было подумать, что тогда, если мы с Октавиусом уберёмся из тела, исполнять договор придётся Паркеру. Но он учёл это. Кажется, он учёл вообще всё, что только возможно. Я мысленно похлопал его мастерству. Это был высший пилотаж. Складывалось впечатление, что он оканчивал юридический факультет по специальности "Магические обеты", если такой существует. Оставалось только порадоваться, что он не стал навязывать слишком много. По сути договор заключался в том, что я, или тот, у кого будет доступ к управлению телом, должен выполнить план, который Иллюминаты (так себя назвали члены этого совета) составили для Отто. Они внесли корректировки, учитывая то, что теперь Октавиус обременён другим сосудом, но суть осталась та же. Плюс ко всему, теперь я не могу творить сложные заклятья. Да, из-за потенциала Паука мне и не светило делать вещи в духе Стрэнджа, но, благодаря колдуну, теперь я не могу и свечку задуть магией. Осьминогу ничего не стоило отвечать "да" на каждое новое обязательство. Конечно, ведь не ему придётся всё разгребать. Тем более он знал детали плана, а я нет. Да, одним неудачным поступком я огрёб сразу целую охапку проблем. Теперь я привязан к демону, и он может делать со мной что угодно за крупицу подробностей. Иллюминаты разошлись, возвращаясь к своим делам. Я решил не медлить и уйти из злополучного здания. – Уходи в окно, – приказал Ричардс. – Не хочу, чтобы ты контактировал со Сью. Октавиус уже не был властен над телом, так что теперь отвечал я. – Ты так заревновал? – я решил продолжить линию поведения Отто. – Уж не боишься ли ты, что я её уведу? – Уйди вон! Я посмеялся и не стал возражать. Но внутри мне было не до смеха. Хоть я и оказался на свободе, на самом деле я остался узником внутри Питера Паркера. У меня нет возможности не выполнять задачу, и всему виной мой просчёт. К тому же, я был неприятно удивлён наличием предыдущей личности внутри моего мозга. Очевидно, моя воля оказалась сильнее, и я сразу же придавил Паркера. Но что если он когда-нибудь заберёт контроль? И что теперь с Октавиусом? Может ли он вообще теперь выйти? На всякий случай убравшись подальше, я вступил в диалог с Отто. – Что скажешь? – Разве всё не вышло замечательно? Всё, как ты и хотел, – сказал Осьминог, до сих пор оставаясь у меня в голове. – Ты можешь выйти? Я опасался, что он тут навсегда, и мне будет не так просто подавлять его. – Могу. Если ты не заметил, договор распространялся на две души. Я – уже не душа, спасибо тебе на том. – Хорошо, тогда выметайся. – Зачем? Тебе разве не одиноко? Я единственный, с кем ты можешь честно обсудить свои настоящие проблемы. Вместо того, чтобы уговаривать его, я напряг свою волю и остатки резерва и вытолкнул демона из головы. – Вообще-то это было больно! – Октавиус появился передо мной. – Так и быть, не буду мешать. – Постой! – возразил я. – Ты должен дать мне подробную информацию о деле. – Должен? – Отто постучал по очкам и посмотрел куда-то вверх. – Не думаю. Он покачал головой, затем продолжил: – Принеси мне душу, тогда поговорим. Проклятье! Ему достанется самая слабая душа из всех, которые я смогу найти. – О, и не меняй этот костюм, – попросил Октавиус. – Пока ты в нём, наша с тобой связь сильнее, и мне будет проще навещать тебя. – Из-за того, что он сделан из тебя? Октавиус кивнул. – Хоть это и чудовищно мерзко, но это так. Пока у тебя был при себе мой глаз, я ещё и наблюдать за происходящим мог. Он поднялся на щупальцах. – Ладно, удачи тебе, Виктор фон Дум. Демон-Осьминог исчез в луже булькающей слизи, оставив меня наедине с собой.