Больше силы - больше ответственности

У меня оставалась неделя для того, чтобы принести жертву. Не то чтобы мне было сложно это сделать. Только по пути в общежитие я приметил по меньшей мере сотню способов, как можно убить проходящих мимо горожан и не попасться. И это я ещё не включал фантазию. Вот только была загвоздка. Помимо того, что, сделав подобное, я бы и до сегодняшней ночи рисковал попасться, теперь меня к тому же сковывал контракт со Стрэнджем. Стивен Стрэндж – опасный человек, и с ним не стоит шутить. Он связал мне руки, а если точнее – рёбра, так что мне придётся плясать под его дудку ещё какое-то время. На удивление, запрета на причинение кому-то вреда он мне не дал, что не могло не радовать. Если по правде, убивать он мне всё же позволил… С ограничениями. Но это не значило, что он подарил мне лицензию на убийство. Во-первых, я не мог убить невиновного. По его словам, если я захочу сделать подобное, то со мной произойдёт нечто страшное, и маг об этом узнает. Оценку степени невиновности Стрэндж возложил на плечи Осьминога. По крайней мере, он так думал. Маг попросил Ксавьера оценить разум, занявший тело Паркера на предмет моральных качеств. После долгой процедуры Профессор вынес вердикт, что качеств этих достаточно, чтобы не убить безоружного человека без защиты и не проявляющего явных признаков угрозы. Оставалось только гадать, совпадают ли мои понятия о невиновности с понятиями Октавиуса, но лучше лишний раз не рисковать. Во-вторых, если всё же мне придётся кого-то лишить жизни, об этом тут же узнает Стрэндж и либо придёт сам, либо направит кого-то из своих доверенных лиц, чтобы узнать, что произошло. Из этого следовало, что у меня не остаётся способов принести жертву Октавиусу… Ну почти. Кое-что мне в голову всё же пришло. Ну, самое очевидное – я могу заставить кого-то это сделать. Если я хоть что-то смыслю в магических договорах, то это не должно засчитаться. Вот только это не так просто, как кажется на первый взгляд. Если я завалюсь в ближайший дом с пистолетом наперевес и заставлю главу семейства покончить с собой во славу Осьминога, то это может засчитаться за убийство, так что это не вариант. К тому же неясным остаётся, что тогда делать с остальными. Значит, надо найти кого-то, кто готов сделать это сам. Но это значит раскрыть себя незнакомцу. И много ли людей я смогу найти, способных на такое? Можно попробовать нарваться на драку и совершить убийство из самообороны. Это уже ближе к тому, что нужно. Вот только меня терзало нехорошее предчувствие по этому поводу. Ведь чтобы сделать всё как надо, я должен убить человека ритуально. И дело не в том, что мне будет сложно победить кого-то в единоборстве, а затем забрать его душу. Тут я не сомневался в своём успехе. Мне было неясно другое: поймёт ли что-то Доктор Стрэндж? Я могу представить эту картину: тот, с кем только что заключили нерушимый договор, почти сразу убивает человека, пускай и в драке, а после стоит наперевес с ритуальным ножом. И если в здании Бакстера Стивен мог не заметить Октавиуса в теле с двумя душами, то в такой ситуации маг может оказаться не настолько слеп. Всё-таки, существо, пожирающее свежую душу может броситься в глаза верховному магу Земли. К тому же я не маньяк. Убийство не доставляет мне удовольствия, я совершаю подобное лишь из необходимости. В своём мире я убивал лишь тех, кто мешал мне построить светлый мир. Здесь я убил Октавиуса, представляющего из себя бубонную язву на теле планеты, что, в конечном итоге, одно и то же. Так что я не стану убивать просто так. Получается, остаётся только один вариант – я должен найти подходящую цель и человека, который сможет мне помочь её устранить. С этими мыслями я вернулся в общежитие. Из анализа последних дней я сделал вывод, что мне следует чаще спать. В новом теле я ощутил огромный прилив энергии и вновь почувствовал себя молодым. К моему несчастью, из-за этого я слишком зазнался. Будучи зрелым человеком в своей прошлой жизни, я позабыл, какие искушения преподносит жизнь юноши. И там, где я раньше несколько раз подумал бы, прежде чем ставить ногу, теперь нёсся сломя голову, забыв об ограничениях. Так что я решил не повторять ошибок и первым делом отправился спать. Без будильника. С учёбой разберусь позже, самое главное – восстановить силы. Раньше я редко видел сны, особенно если сам того не хотел. Но сейчас мне снилось, как я падаю в бездну, попутно пытаясь зацепиться за протянутые стальные канаты. Но лишь ударялся о каждый и каждый раз получал сильное увечье: ломались ноги, руки и рёбра. Всё же я сумел удержаться за один. По нему шла, балансируя, Сью. Она прошла прямо надо мной и исчезла. Вслед за Шторм ступала рыжая девушка. Сперва мне показалось, что это та девушка-телепат, с которой я дрался против зомби. Но когда она подошла ближе, то я не смог её узнать. Она остановилась и присела на корточках. На ней был бежевый свитер и джинсы. Немного задержавшись, она посмотрела на меня с грустью и пошла дальше. Я не смог больше держаться и падение продолжилось. Спустя, казалось бы, вечность меня поймала исполинская рука в металлической перчатке. Когда я обернулся, чтобы посмотреть, на чью ладонь я упал, то увидел Тони Старка. Забрало его шлема было приподнято. За ним показалось лицо. Распухшее, будто он дрался с серьёзным противником, забыв при этом надеть защиту. Старк открыл рот, и я почувствовал запах гнили. Он поднёс руку ко рту и закинул меня внутрь. Проснулся я в холодном поту. За окном было темно. Я всё ещё ощущал, как мои кости скрипят на зубах Железного Человека. Посмотрев на часы, я понял, что прошли ровно сутки. У меня осталось шесть дней до того, как срок истечёт. Под покровом ночи я пошёл в библиотеку, чтобы воспользоваться компьютером. На нём я написал небольшую программу, парсер, который должен был собрать для меня информацию о преступниках. Мне необходимо было найти подходящую цель для жертвы, и я решил выбрать среди самых отчаянных злодеев. Запрос не включал в себя только сверхлюдей. Из этих преступников мне предстояло выбрать подходящую жертву и исполнителя. Я ломал голову, как провернуть всё так, чтобы исполнитель не узнал мою личность и при этом совершил убийство по всем правилам. По своей сути жертвоприношение заключалось в том, чтобы убить цель во славу нужной сущности. Для этого требуется знать одно из имён получателя. В моём случае – Отто Октавиус, но подойдёт и Доктор Осьминог. Его имя следует записать в любом понятном убийце виде на оружии, которым этот самый убийца оборвёт линию жизни цели, либо же смерть должна произойти в начертанном на земле круге с тем же именем внутри. Мне сильно повезло, что в случае с Отто подойдёт простой иероглиф в виде осьминога, который будет означать то же самое, что и имя. Так будет проще отделаться от лишних вопросов со стороны исполнителя, чем если писать имя латиницей. Тем более, это позволит мне расширить круг поиска и включить в него людей, которые не знают английский, либо не умеют читать. Это на случай, если я совсем отчаюсь и мне придётся нанимать отбросов с улицы за пару долларов, чтобы они нанесли последний удар. С этой внутренней дилеммой я оставил компьютер работать в пустой библиотеке и направился в лаборатории. Мне требовалось пополнить картриджи с паутиной. Запас, оставленный Паркером для себя, уже заканчивался, так что мне было необходимо выяснить нужный состав и повторить его. Пока я занимался этим, мне вспомнилось, что Ричардс сделал с моим основным оружием. Он помнил свою прошлую стычку с Паркером и придумал антипод для его паутины. Не хочется вставать на одни и те же грабли, так что есть смысл заняться улучшением Паркеровского изобретения. Я вновь поразился тому, насколько оригинальная паутина хороша. Нет смысла менять её, для большинства целей она подходит идеально. Зато на её основе можно сделать некоторые вариации. Я начал экспериментировать с химикатами в лаборатории. Снова это чувство открытий и исследований! В своём мире я уделял науке много времени и, казалось, открыл всё что только можно было на моём веку. Но здесь появилось так много нового и неизведанного, от чего голова шла кругом. Я мог продумать множество вариаций того, что можно сделать с этой паутиной. Однако увлекаться не стоит. Да, я могу просидеть здесь всю неделю и не заметить, как пролетит время. Вот только на кону моя жизнь и я не хочу терять свой второй шанс. Так что я остановился на одном варианте состава. Я назвал его "Гипотермической паутиной". Она не была настолько крепкой, как обычная и на ней будет сложно совершать полёт, но при попадании на различные поверхности она могла охладить их. Мне было трудно проводить тесты здесь, но я был уверен, что при нужных условиях она смогла бы даже заморозить воду. А самое главное, теперь я могу использовать эту паутину в своих веб-шутерах, не боясь противодействия Ричардса. Стоит носить с собой пару картриджей на всякий случай – пригодится. – Привет, Питер, – раздался голос позади меня. Я совсем забылся и не заметил, как наступило утро. Обернувшись, я определил, кто со мной говорил. – Доброе утро, мистер Коннорс. Это был преподаватель по биологии Кёртис Коннорс. Мне он запомнился, так как у него не было правой руки. Я протянул ему свою левую, и мы обменялись рукопожатиями. – Тебя не было вчера на занятиях. Что-то случилось? Я спрашивал у твоих друзей, они сказали, что ты в последнее время странный. – Просто приболел, – отмахнулся я, собираясь уходить. – Я понимаю, но всё-таки не стоит пренебрегать учёбой и лучше о таком хотя бы сообщать, – он схватил меня за плечо. Мне стало тревожно и захотелось вывернуть его руку, но я остановил себя. Будет совсем нехорошо, если я под личиной Паркера буду избивать инвалидов. Коннорс продолжил как ни в чём не бывало: – Ты ведь поступил сюда благодаря своему уму. Не стоит его терять попусту. Преподаватель улыбнулся. – Кстати про твой ум, ты не мог бы мне помочь? А я тогда замолвлю за тебя словечко перед комиссией, – он подмигнул. Это всё для него какая-то шутка? Должно быть, если он так печётся о Паркере, то они хорошо знакомы, и он считает подобное отношение нормой. Я не стал одёргивать руку или угрожать ему, а просто ответил: – Конечно, в чём вопрос? Однорукий поднял с пола кейс, который нёс до этого и потащил его к столу. – Ты мне всегда нравился своей проницательностью и внимательностью. Я уже стар и соображаю не так хорошо как вы, молодые, – он раскрыл кейс и достал какие-то склянки и бумаги. – Не мог бы ты взглянуть на мои расчёты? Не такой уж он и старый. По редкой седине я определил, что ему скорее всего за пятьдесят, но сохранился он неплохо и выглядел моложе сорока. – Без проблем. Я немедленно направился к столу. После получаса чтения бумаг и исследования принесённых им образцов у меня начали вставать дыбом волосы. Уж не знаю, кто он такой и чем занимается, но он точно не обычный биолог. – Ну, что скажешь? – он посмотрел на меня с надеждой. Всё это время он сидел за соседним столом и писал заметки. Я огляделся, чтобы убедиться в том, что вокруг никого нет. – Вы делаете это для института? Коннорс потёр лоб и помотал головой. – Нет, это мои личные разработки. В общем-то, надеюсь, что ты не будешь болтать об этом. Я кивнул. Мне было понятно, почему он не хочет, чтобы об этом кто-то знал. Вряд ли он думал, что обычный студент увидит здесь больше, чем нужно. Вот только он не осознавал с кем имеет дело. Из формул и образцов в пробирках я понял, что он занимается генетическими исследованиями. А если конкретно, мутагенами. Работал он с людскими клетками, и клетки эти были полностью модифицированы. То, чем он занимался – полная мерзость. Если он не нашёл какой-то способ, чтобы изменить уже готовые образцы, то скорее всего взял их у генномодифицированных людей. Но нестабильные молекулы в образцах разрушались со стремительной скоростью. По моим прикидкам, эти люди уже давно мертвы или сильно мучаются. Либо он замешан в каком-то большом заговоре, либо лично проводит эти жестокие эксперименты. Надо выяснить, что этот человек замыслил. А для этого я попробую долить немного масла в огонь. – Доктор, я нашёл у вас несколько ошибок в расчётах… Коннорс ушёл довольный. Конечно, ведь я помог ему сделать научный прорыв. Наверняка когда он покинул лаборатории, то запрыгал от счастья. Сегодня у него ещё были занятия, так что я оставил слежку за ним до вечера. Руки чешутся узнать, что же там происходит. Даже если придётся потратить время, отведённое мне до поиска жертвы, я всё равно хочу узнать, что с этим профессором не так. Вполне может оказаться, что он является пешкой в чьём-то большом плане, и если так, я должен быть готов. Если же он занимается этим в одиночку, то вполне может оказаться, что он станет той самой целью. Так как я завис слишком долго в лаборатории с паутиной и Коннорсом, мой компьютер уже заняли. Но я подготовился к такому раскладу. Всё, что мне было нужно, собиралось фоном на флэш-карту, и я всего-навсего, под возмущения девушки за столом, вынул её из компьютера и ушёл к другому. Я рассортировал полученную базу данных по тяжести преступлений и доступности персоны. Мне встретилось много имён. Все они мне ничего не давали, и я не мог определиться, кого именно мне выбрать. Я постарался сузить поиск до тех, кто сидел по предумышленнному убийству, но всё равно это были лишь имена. – Питер, с добрым утром! Опять меня кто-то отвлекает. Терпеть не могу двойную жизнь. Как Паркер это всё выдерживал? – Гарри! – я постарался выказать дружелюбие. – Как дела? – Да ничего. Ты-то как? Улыбка поблекла на его лице. – У тебя что-то случилось? Почему всем не наплевать? – Нет, просто болел, – в очередной раз использовал я одну и ту же отговорку. – Наверное, у тебя очень заразная болезнь, если ты так старательно стараешься избегать друзей. Он поднял руки и засмеялся, показывая, что шутит. В ладони он сжимал газету. – Что-то опять случилось? Озборн посмотрел на таблоид. – Не бери в голову, – отмахнулся он. – После того как отец начал спонсировать прессу, мне начали выписывать по пачке этой макулатуры в день. Хоть печку топи. Он передал мне бумагу. – Хочешь, почитай. Как обычно, слухи, сплетни, скандалы, интриги и расследования. В общем муть. Я принял бумаги и развернул её. На глаза попался заголовок "Почему Невидимая леди несколько дней не появляется на публике?". Да, стало понятно, почему люди покупают такое. Захотелось прочесть статью, но я остановил себя. Пустая трата времени, а внутри наверняка пустышка. Половина новостей была про Фантастическую Четвёрку: "Роман с камнем, или как Оса стала без ума от Существа" "Рид Ричардс – гость из далёкой галактики, оставшийся на Земле из-за женщин" "Великая подмена: Почему никто никогда не видел Человека Факела и Капитана Америку в одной комнате?" Я уже хотел отложить газету в сторону, когда заметил заголовок на одной из страниц в середине. – Говорю же, ни о чём… Я начал внимательно читать. "Серийный убийца вышел из тюрьмы полностью оправданным. Как Фрэнку Кастлу удаётся избежать наказания? Эксклюзивное интервью с его адвокатом Мэттом Мёрдоком" – Тебе это интересно? – с сомнением спросил Озборн. В статье не было ничего содержательного, редактор, очевидно, был предвзят к подсудимому, но пара моментов заставили меня заинтересоваться. Адвокат рассказывал о том, что большинство из обвинений, предъявленных Кастлу были несостоятельными, так как тот оборонялся. Было доказано, что он действовал исключительно с целью защитить свою жизнь или же жизни людей вокруг и применял только легальное оружие, на которое у него была лицензия, если она требовалась. Плюс ко всему, ему смягчили приговор, так как Фрэнк – ветеран, и это положительно повлияло на присяжных. Заинтересовавшись его делом, я снова повернулся к компьютеру, чтобы поискать имя Кастла в базе. Озборн забрал газету обратно, чтобы узнать, что меня там заинтересовало. Фрэнк нашёлся под пометкой "Каратель". Сперва я подумал, что в статье преувеличили и Кастл на самом деле отбился лишь от пары бандюг в подворотне. Но материалы дела показывали, что он за последнее время совершил около ста доказанных убийств. Я мысленно улыбнулся. Кажется, я нашёл того, кого искал.