Blueprint

Звук непонятного разговора снизу разбудил Джисона. Голоса становились все громче и резче, что свидетельствовало о нарастании спора. Джисон мог разобрать только голос Минхо, но он мог сказать, что среди ссор было еще несколько человек. Джисон провел свою первую ночь в особняке Минхо ровно неделю назад. Ему не хотелось признавать, что, несмотря на беспокойный сон за беспокойным сном, он довольно хорошо устроился. Ограничения стен не были чем-то, что он мог не любить, не только из-за того, что они защищали его до сих пор, но и из-за того, что они давали много преимуществ изнутри. Эти преимущества включали: большие порции завтрака, обеда и ужина, тренажерный зал, огромную ванную комнату, бассейн, джакузи и даже поле для мини-гольфа, если ему когда-нибудь станет достаточно скучно. Джисон жил довольно привилегированной жизнью похищенного. У него не было желания возвращаться домой или драться с Минхо, потому что все, что Джисону нужно было делать взамен, — это содержать дом в чистоте. Это было достаточно просто, хотя Джисон никогда не был чистоплотным человеком… Когда он возрощался домой, он не чувствовал особой мотивации убирать свою комнату — черт с ним, он никогда не покидал ее. Было приятно видеть одежду, разбросанную по полу, и учебники, валяющиеся на его столе. Кучи тарелок, которые приносили ему горничные, Джисон не хотел их убирать, он думал, что если отец увидет, как он их убирает, он лишит его всех привилегий в еде. Он был уверен, что у мистера Хана было отвращение смотреть, как Джисон ест, потому что они никогда не обедали вместе. Минхо тоже еще не обедал с Джисоном. Каждый раз, когда Джисон чувствовал, что проголодался, он спускался вниз и обнаруживал, что место пустовало. Был шанс, что Хёнджин или Феликс могли быть там, но не Минхо. На самом деле, он давно не видел Минхо. На каждый ужин Джисон заходил на кухню, привлеченный запахом, доносившимся из кухни в его спальню. И к каждому ужину была полностью приготовленная еда с запиской, в которой ему говорилось поесть. Он знал, что это не мог быть Феликс или Хёнджин, судя по записям, так что Минхо оставался единственным вариантом. Это было странное чувство, которое сопровождало Джисона, когда он сел есть эти блюда в большой кухни. Было успокаивающее одиночество, которого он совсем не возражал. Оно легло на него, как теплое одеяло, точно так же, как еда, когда он откусил. До сих пор его любимым блюдом было японское карри. Джисон редко ел острую пищу, так как она ему не очень нравилась (и ему никогда не давали возможности расширить свои вкусовые рецепторы), но у карри был такой тонкий вкус, что он сливался с овощами, рисом и курицой Кацу. За последние семь дней Джисон съел лучшую еду, которую он когда-либо клал в рот. Оглядываясь назад, это звучало бы грустно, но жизнь Джисона с самого начала была довольно грустной. Пробуждение от беспокойного сна означало, что не нужно лежать в постели и расслабляться. К тому времени, когда Джисон спустился вниз, одетый в футболку и шорты, предоставленные Минхо, любые споры, которые происходили ранее, утихли до тихого бормотания. Джисон прошел мимо входной двери, не бросив на нее ни единого взгляда. Он вообще даже не пытался убежать. Проще говоря, Джисон не хотел убегать. Он прекрасно чувствовал себя в особняке, пока Минхо каждый вечер готовил ему еду и ни разу не показывался. Минхо, казалось, видел это в Джисоне, потому что, насколько Джисон мог сказать, поблизости не было охранников или «нянь», которые могли бы следить за ним, кроме Хёнджина или Феликса, которые иногда присматривали за ним. Казалось, они приходили и уходили, когда им заблагорассудится. Он чувствовал себя довольно свободно в доме, из которого ему было запрещено выходить. За кухонным столом сидел Минхо и еще двое привлекательных молодых людей. Они погрузились в разговор, и, судя по их напряженным выражениям лиц, Джисон мог сказать, что это серьезная тема. Минхо повернулся к Джисону, как только заметил его присутствие. Все внимание было обращено на него, включая двух незнакомцев. Их взгляды были изучающими, просматривающими его вдоль и поперек, словно его подозревали в убийстве. — Эм.. кто ты?.. — спросил один из них — его волосы были аккуратно подстрижены по бокам и оставлены на макушке. Минхо откашлялся и поерзал, словно стул был не удобным. — Ничего важного, — заверил он, вставая со стула и направляясь к Джисону с невозмутимым выражением лица. Конечно, он не был важен. Просто сын известного босса мафии. — Вернись в свою комнату. – Минхо указал головой на лестницу, засунув руки в карманы черных классических брюк. – Я думаю, что он должен остаться. Может быть, он будет поживее хозяина, — с ухмылкой предположил другой мужчина. — Я не буду вас беспокоить, — сказал Джисон, глядя в глаза Минхо, который теперь стоял всего в двух футах от него. Он был всего на дюйм или два выше Джисона, но все же был гораздо более устрашающим. Минхо посмотрел на Джисона, его глаза сузились, а затем смягчился, когда Джисон инстинктивно выпятил нижнюю губу. В половине случаев это происходило без его ведома. Он никогда не был из тех, кто умоляет или жалуется, когда не добивается своего, но часто, когда Чанбин, Сынмин или Чонин настаивали на своем и говорили ему «нет», он дулся. Он хотел бы сказать, что ничего не может с этим поделать. В этом случае действие, казалось, переломило ситуацию в его пользу, завоевав расположение Минхо. Джисон отложил этот факт на потом. — Приготовь себе что-нибудь поесть. Джисон повернулся к часам над плитой, которые показывали 12:46. Он проспал завтрак. Он вздохнул и пошел на кухню, чтобы начать готовить обед. Минхо и его гости возобновили свою «встречу», их бормотание теперь стало намного громче, чем когда Джисон был в своей комнате. Он слышал почти все, что они говорили. Минхо, должно быть, посчитал их тему безопасной для него, поскольку они не пытались быть осторожными. Они говорили о банде частных сыщиков, которые вышли из-под контроля, бросили полицию и проникли в преступный мир. Джисон слышал об этом чуть меньше года назад. Новость облетела почти каждый дом мафии. Но он не понимал, почему это всплыло сейчас, спустя год. Он думал, что о пятерых следователях-мошенниках позаботились. И Джисон, будучи Джисоном, озвучил свои мысли. — Я думал, что следователей убили. Три головы за столом повернулись, чтобы посмотреть на него. – Нет. Где ты услышал это? — спросил незнакомец с длинными волосами. Джисон посмотрел на Минхо, ожидая разрешения говорить дальше, и, не увидев в глазах старшего мужчины никаких признаков остановки, продолжил. – Мои телохранители сказали мне, что семьи убили их. Сказали, что это легкая работа и все такое. Минхо усмехнулся. — Твои телохранители солгали тебе. Частные сыщики вышли из-под контроля и всего через два месяца бесследно исчезли. У них были компрометирующие улики на многие семьи, включая твою собственную. Все думали, что их убили, но буквально на днях одного из них заметили в Осаке. – Минхо вздохнул. — Это означает, что независимо от того, на чьей они стороне, у них все еще есть все эти документы и улики о приступном мире. Нам не так уж выгодно, если все семьи и цепи будут уничтожены. — Черт… Что будет? — спросил Джисон. При этой мысли всплыло беспокойство по поводу тайны, которую хранила его «семья». Будут ли у них доказательства того, что он член королевской семьи? – Мой отец попросил меня выследить их, — сказал Минхо. Учитывая все обстоятельства, это поставило Джисона в затруднительное положение. – В Японии… Когда ты уезжаешь? – В течение недели. – Как долго тебя не будет? Я предполагаю, что Хёнджин и Феликс будут наблюдать за мной… Брови Минхо нахмурились. — Ты не останешься здесь. Не один. Хёнджин и Феликс поедут со мной. Ты тоже. – Давайте сделаем несколько шагов назад, — сказал мужчина с черными волосами до плеч. — Уён, — предупредительно сказал Минхо. – Нет, я хотел бы знать, почему у тебя живёт этот парень? Последнее, что я помню, ты сказал мне, что он не имеет значения. Сначала я подумал, что ты просто спишь с ним, но потом я помню, как ты нес его сюда с зияющей раной на бедре… Минхо вздрогнул, осознание своей ошибки отразилось на его лице. Уён изогнул бровь и ухмыльнулся. – Почему ты держишь в заложниках никчемного человека в своем доме, Ли Минхо? — Если я скажу вам, вы должны пообещать мне, что никому не скажете ни слова. В том числе и моему отцу. В противном случае я не могу позволить вам покинуть этот дом. – Голос Минхо был суровым и резким. – Понял. – Уён отдал честь Минхо. — И если до моего сведения дойдет, что вы рассказали моему отцу, я прикажу лично пристрелить тебя и Сана. – Конечно. Понял. – В его тоне было спрятано немного насмешки, но Минхо, похоже, это не заботило. Сан прочистил горло. — Это действительно так серьезно? Минхо вздохнул. – Он сын семьи Хан. – Он колебался, когда говорил, но внешне был спокойный. — Бля, — сказал Сан. — Думаю, на этот раз мне действительно придется держать рот на замке, не так ли? – Уён рассмеялся. Он немного откинул голову назад и выдохнул. — Ты не перестаешь меня удивлять, Минхо. В этом отношении ты и твой отец совершенно не похожи. — Хм, — был единственный звук, который Минхо издал в ответ. Как только Уён и Сан ушли, Джисон закончил есть свой обед и мыл посуду, когда вошел Минхо. — Мне не нравится, что ты так прерервал мою встречу. – Его лицо было сморщено, а под глазами были тяжелые мешки. — Может быть, тогда не стоило устраивать такую тайную встречу в своей кухне. – Джисон вернулся к мытью посуды. — У тебя такой чертовски умный рот. Вот почему ты всегда ввязываешься в неприятности. – Минхо закатил глаза, проходя мимо Джисона. Минхо сел за барную стойку на кухне рядом с тем местом, где сидел Хан, и потягивал охлажденный кофе. В комнате воцарилась тишина, когда полуденное солнце проникало в окна. – Где ты был? – Джисон осмелился спросить, нарушая тишину. – На этой неделе? — спросил Минхо. Джисон кивнул головой, вытирая тарелку кухонным полотенцем. – Я имел дело с рейдом, который произошел на юге. Одна из цепей моего отца была обнаружена и разграблена. Мы должны были убедиться, что доказательства того, что мы были там, исчезли. Это ответ на твой вопрос? — спросил он с сухим взглядом. Джисон посмотрел в глаза Минхо, когда отвечал: – Да. –Почему тебе любопытно? Не понравилось, что тебя так долго оставили одного? Скорее: не любит оставаться в неведении , но в его положении он не имел права так говорить. – Нет. Мне просто было скучно. Минхо рассмеялся. – Уже? Ты здесь всего неделю. Ты уже воспользовался джакузи? Джисон не был ещё там, но он определенно думал об этом. У него просто не было купального костюма, и он не видел привлекательности в том, чтобы сидеть в нем одному. Может, с компанией друзей, алкоголем и поздним ночным небом как раз тогда, когда начали появляться звезды. Это звучало привлекательно. – Нет. Я не знал, что мне дозволено туда идти в качестве вашего пленника. Минхо закатил глаза на Джисона. — Возможно, ты захочешь пойти туда перед тем, как мы уедем. Не могу сказать, что потом мы сможем расслабиться. Джисон кивнул, глядя себе под ноги, закрывая ящик с посудой. — Хочешь присоединиться ко мне? — спросил он, немного смущенный тем, что не хочет оставаться один. Боковым зрением Джисон увидел, как голова Минхо склонилась в сторону, совершенно удивленная. – Я думаю, это было бы неплохо. Ты пьешь? – Никогда не было возможности. Строгие родители и все такое, — пожал плечами Джисон. – Хочешь попробовать? Просто немного вина, чтобы успокоить нервы, — мягко сказал Минхо. – Почему нет. – Да, он действительно хотел попробовать. Он хотел знать, как это. У Джисона был опыт употребления алкоголя только из фильмов и его матери, когда она пила вино в его присутствии. Кроме того, он ни разу не пробовал его. Даже запаха не почувствовал. В фильмах это изображалось как яд, который подростки выпускали наружу. Через свою мать он понял, что это означало, что его ударят. Это было источником гнева ее и его отца. – Что мне надеть? — спросил Джисон. Минхо на мгновение поджал губы в задумчивости. – Обычно я хожу голым, но ты можешь надеть один из моих купальников. Мысли Джисона на мгновение запнулись из-за того, что сказал Минхо. Его разум быстро пришел в себя после того, как он обработал слова и кивнул, его язык не делал своей работы. — Но после ужина. Сейчас у меня есть кое-какая бумажная работа. – С этими словами Минхо ушел, направляясь в свою комнату, которая, как предположил Джисон, была связана с его кабинетом. По какой-то причине Джисон был беспокойным до обеда. Он не мог усидеть на месте и даже дошел до тренажерного зала внизу, который, как он видел, использовали только Хёнджин и Феликс. Судя по тому, что он видел, у обоих молодых людей были впечатляющие бицепсы. Но в данный момент — до ужина оставалось всего несколько минут — Джисон хотел прыгнуть с парашюта. Не ждать до обеда, когда он будет сидеть в горячей ванне с человеком, который держит его запертым в огромном доме. Джисон снова задумался. К тому времени, как обед уже подошел, Джисон ожидал, что Минхо будет есть в своем кабинете, а не на кухне вместе с ним. Он оказался неправ, когда увидел Минхо вместе с Хёнджином и Феликсом, сидящими вокруг обеденного стола с сковородкой в которой лежит жареный картофель в центре. — Клянусь, такого никогда раньше не было, — сказал Хёнджин, когда Джисон сел рядом с Феликсом, напротив Минхо. – Хм? – Джисон огляделся в замешательстве. – Что? – Он имеет в виду, что мы едим вместе. Я не думаю, что мы когда-либо делили трапезу с Минхо, — с улыбкой объяснил Феликс. – На самом деле мы не занимаемся семейными ужинами, не так ли? — возразил Минхо, звуча недовольным вниманием к нему. – Мы с Феликсом все время едим вместе, но это не мешает нашей работе, — пошутил Хёнджин. – Вы также время от времени дрочите друг другу, это не мешает вашей работе? — невинно спросил Минхо. – Иди на хуй. Иногда жизнь становится беспокойной, и в наши дни нелегко найти надежного человека, которому можно доверять. – Хёнджин скрестил руки на груди, засунув в рот ложку жаркого. – Только не беритесь за ручную работу вместе. Сделай сам. Вы как пара возбужденных подростков. Щеки Джисона полностью покраснели, когда он слушал их откровенный разговор. Казалось, они забыли, что он был рядом. — Это не то же самое, и ты это знаешь. Просто чувствую себя лучше, когда это делает кто-то другой, — пожал плечами Хёнджин. – Не то, чтобы ты знал, потому что ты в основном воздерживаешься. — Это называется самообладание, Хёнджин. Что-то, чего тебе так не хватает. На этом шутки туда-сюда не закончились. Джисон и Феликс были благословлены тем, что наблюдали, как двое взрослых мужчин ссорятся взад и вперед, как братья и сестры. В этом было что-то такое домашнее, что-то, что, как чувствовал Джисон, он упустил. Его отношения с Чаном были чем-то, что он не считал родственной динамикой, а скорее сводным родственником. Кто-то, с кем он не был близок, но все же о ком заботился. Отношения между Хёнджином и Минхо казались расслабленными и непринужденными. Ничего похожего на босса и его помощника. Они были близки, как два брата. Джисон обнаружил, что немного ревнует. Еда была вкусной, как обычно. Он подумал, что это может быть даже вкуснее, чем раньше. После того, как они поели, Феликс и Хёнджин занялись уборкой на кухне по просьбе Минхо. Он и Джисон вернулись в свои комнаты, чтобы переодеться в плавки для джакузи. Плавки уже лежали на кровати Джисона, они были черными и очень контрастировали с его простынями. Он надел их и обнаружил, что они немного свободно облегают его бедра и талию. Пришлось крепко завязать их, чтобы они не соскользнули. В остальном они сделали свою работу. Джисон редко показывался без рубашки перед другими людьми — нет, никогда. Так что мало того, что он впервые выпьет, следующий глава семьи Ли увидит его полуголым. В первый раз. Джисон спустился вниз. Кухня, которая вела в гостиную, где находилась задняя дверь, казалась пустой и тихой. Джисон решил пойти вместо того, чтобы ждать Минхо. Он открыл заднюю раздвижную дверь и вышел на каменный дворик, держа полотенце для душа под мышкой. Двор был не большой, но ухоженный и красивый. Небольшая лужайка была зеленой, а вдоль стен дома были разбросаны растения в горшках. Гидромассажная ванна находилась под деревянным навесом, и Джисон ожидал, что она окажется пустой и закрытой. Однако, с поднятыми руками на краю, сидел Минхо. Он бездельничал в углу лицом к Джисону с бокалом вина в одной руке. Джисон остановился, оценивая Минхо издалека. У него была слабая улыбка, которую Джисон мог видеть с расстояния пяти метров. Он выглядел непринужденно и расслабленно, сидя в воде без рубашки — беззащитный. — Ты столкнулся с Хёнджином и Феликсом? — спросил Минхо, когда Джисон подошел к джакузи. – Нет. Они здесь? – Джисон скептически посмотрел на джакузи, только сейчас осознав, что поправил полотенце, чтобы прикрыть грудь. Ему пришлось бы отложить его, если бы он хотел войти. – Они должны быть. Я был бы не удивлен, если бы они прямо сейчас давали друг другу ручную работу в машине. – Минхо слегка пошевелился, и вода заплясала вокруг него небольшими волнами. Джисон смотрел слишком долго, потому что теперь он понял, что Минхо был без рубашки и мокрый, и это делало с ним что-то, чего, вероятно, не должно было быть, но грудь Минхо была такой… Стоп. — Ты собираешься войти? — спросил он с весельем в голосе. — Я принес вина. – В том, как Минхо сказал эти слова, было знойное прикосновение, вопрос, спрятанный под ними, который Джисон не был уверен, что хочет раскопать. — Д-да. – Быстро и не очень грациозно, Хан бросил полотенце на одно из трех кресел для загара, стоящих рядом с навесом, и, скрестив руки на груди, подошел к джакузи. Он набрался храбрости, насколько мог, и схватился за джакузи, чтобы залезть внутрь. И всю минуту, пока Джисон делал все эти вещи, взгляд Минхо, направленный на него, не оставался незамеченным, только сейчас Джисон был с ним в воде, а он все еще оставались. – Вино? – Минхо протянул Джисону второй бокал с красной жидкостью, как только тот сел в углу рядом с Минхо. — Ага, — кивнул Джисон, схватив стакан и изо всех сил стараясь не обращать внимания на покалывание, которое он почувствовал, когда пальцы Минхо коснулись его. Джисон поставил бокал с вином, не выпивая, и решил, что сначала хочет впитать тепло воды. Он позволил своему телу погрузиться, пока его плечи не опустились, и вздохнул. Горячая вода успокоила его измученные тревогой мышцы, напряженные от чрезмерных размышлений и стресса. Он уронил голову на край ванны и закрыл глаза. Это также был первый раз Джисона в горячей ванне. На пару минут воцарилась тишина, только тихие звуки журчащей и плещущейся воды от любого движения и Минхо, делающий маленькие глотки из своего стакана. Как ни странно, его присутствие не беспокоило Джисона. Он чувствовал, что может расслабиться, хотя один из самых сильных сыновей криминального авторитета сидел в полутора футах справа от него. — Ты выглядишь довольным. – Минхо нарушил удобную тишину, но Джисон понял, что не возражает. – Ммм, — Очень мило - сонно пробормотал Джисон. – Выпей вина. Это заставит тебя чувствовать себя еще лучше. – Мх. – Джисон повернулся, чтобы взять свое вино, и наклонился, чтобы почувствовать его запах. Это был не такой сильный запах, как он себе представлял после просмотра фильмов. Вино было приятным и хорошо обжигало его чувства. Осторожно поднес алкоголь к губам и опрокинул обратно. Первый всплеск на языке вызвал тревогу, но как только он коснулся задней части горла, его окутало тепло. Это была приятная боль, которую он не прочь испытать снова. Вкус был слегка сладковатым и острым, как тропический сок. Дав осесть первому глотку, он сделал второй с меньшей осторожностью. Краем глаза он заметил ухмыляющегося Минхо. – Не торопись. Некуда спешить, — усмехнулся Минхо с понимающей улыбкой. – Тебе это нравится? – Это хорошо. Теперь я понимаю, почему люди пьют это. – Это самый простой алкоголь, который у меня есть в доме. Обычно в джакузи я пил что-нибудь покрепче. — Не сдерживайся из-за меня. – Джисон надулся, надеясь, что он не пил что-то полегче, потому что Джисон был алкоголиком-девственником. – Поверь мне, дорогой. Ты не захочешь видеть меня таким. – Минхо посмотрел на Джисона сквозь длинные ресницы почти хищным взглядом. Джисона осенило понимание, и он немного покраснел, желание закрыть лицо руками, пытающееся взять верх. Теперь Джисон заметил одну вещь: он больше не пытался скрывать свою наготу. Он не чувствовал необходимости прикрываться перед Минхо. Учитывая, что сам мужчина выставлял напоказ все, что мог показать, у Джисона в любом случае не должно было быть причин для этого. Но по какой-то причине это сильно ударило по Джисону. Комфорт, который он чувствовал с этим человеком, которого едва знал, был пугающим. Джисон никогда не любил фильмы ужасов, но этот вид страха не был тем страхом, который он чувствовал, когда был напуган до смерти монстром. Этот страх был волнующим, как сидеть на краешке стула во время фильма, задаваясь вопросом, выживет ли герой или нет. Это был тот же самый страх, который он испытывал, не зная, останется ли он с девушкой. Только Джисон не смотрел на девушку. И это испугало его. — Слушай, — начал Минхо. — Когда мы отправимся на работу, тебе придется оставаться под прикрытием. Покрась волосы, так-то и так-то. Это серьезная миссия, и я не могу делать никаких ошибок. – Взгляд Минхо был серьезным, но за ним все еще чувствовалась легкость. – Конечно. Что угодно, — заверил Джисон. – Что-угодно? — возразил Минхо. Джисон медленно кивнул с нерешительностью, опасаясь, что сказал что-то не так. — Ты будешь изображать из себя моего жениха. Моя ориентация ни для кого не секрет, поэтому вопросов не будет. Джисон на мгновение замолчал, обдумывая то, что только что сказал Минхо. Потребовалось мгновение, чтобы слова отложились в его голове, но как только он это сделал, он ахнул. — Т-твоя что?! – Джисон фыркнул. – Это вообще хорошая идея?! А как насчет твоего отца — я имею в виду мистера Ли? Разве он не знает… — Джисон встал, вода из джакузи плескалась о края ванны. – У меня все продумано. Нет проблем. Хёнджин и я выяснили это и установили для тебя удостоверение личности и предысторию, — сказал Минхо, вставая и кладя руку на плечо Джисона, чтобы успокоить его. — Тебе не нужно так сильно волноваться, Джисон. Я не глуп. — Это только притворство… – Что, ты играешь моего жениха или что мне нравятся мужчины? Джисон уставился на него, не удосужившись убрать руку Минхо со своего плеча или ответить на этот вопрос. — Все это звучит так рискованно, — пробормотал Джисон. О, Боже, у него было еще много чего сказать об этом, но он решил, что будет лучше держать все это при себе. Он действительно не думал, что будет разумно возражать Минхо. – Я работаю в рискованном бизнесе, подпольной преступности и так далее. Минхо пригласил их сесть обратно, и Джисон неохотно сделал это, скрестив руки и надув губу. – Я никогда не понимал этот мир. Хотя я так мало знаю об этом, я знаю достаточно, чтобы понять, что никто не должен делать то, что делаем мы. – Что они делают. Джисон даже не родился в этом мире, но теперь он чувствовал, что стал его частью, даже если он никогда не совершал преступления. У всех, кого он знает, есть. Всех, кого он знает, потому что есть что-то, о чем он хотел бы стереть свою память. Но по какой-то причине Минхо не заставлял его так себя чувствовать. – Мы рождены в нем. Это у нас в крови. Ты ничего не можешь с этим поделать. – Он выглядел так, будто ему было все равно, небрежно пожимая плечами. Однако на этот раз Джисон заметил слабое напряжение в шее и плечах. Это было незначительно, но заметно. И именно тогда Джисон подумал, что рождение в нем, не делает его в его крови. – Я думаю, что это просто не выбор для всех из нас. Минхо кивнул в знак согласия, склонив голову на Джисона, как он всегда делал, когда думал. — У тебя напряженае тело, Джисон. Вино поможет тебе расслабиться. Джисон усмехнулся, но все же сделал еще пару глотков, и после разговора с Минхо о кошках, машинах и лучшем времени суток, Джисон начал чувствовать, как два бокала вина начинают действовать. Он слегка наклонился в сторону Минхо, подняв бокал, чтобы взять еще вина. — Ещё, как я понимаю, — сказал Минхо, глядя вниз на взволнованную фигуру Джисона. – Мм, думаю, да. Последний раз и все. Минхо рассмеялся, от чего Джисону захотелось задушить его — или он хотел, чтобы его задушили? Его разум снова был в нерешительности. Это было вино или просто Джисон? Джисон посмотрел на Минхо, наливая еще один бокал вина. Его острая линия подбородка и богоподобная структура носа были такими несправедливыми, и все, что мог пропустить разум Джисона, было: «Бля, он чертовски горяч». — Спасибо, — сказал Минхо с растущей ухмылкой. — Я сказал это вслух? — прямо спросил Джисон, сожалея обо всех своих жизненных решениях, которые он совершал до этого момента. – Нет нет. Ты только что назвал меня чертовски горячим. — О Боже, — простонал Джисон, прикрывая лицо ладонями и откидываясь в своем углу. – Я очень сомневаюсь, что Бог имел какое-либо отношение к этому. — Иди на хуй, — сказал Джисон, убирая руку, чтобы посмотреть на Минхо своим нечетким взглядом. – О, я бы трахался, Сони. Прозвище застало Джисона врасплох, но само замечание заставило его желудок сделать сальто назад. Он ничего не мог с собой поделать, когда его глаза скользили по лицу Минхо от его губ к шее, к груди и ниже. — Я… — Джисону действительно нечего было сказать на это, особенно сейчас, когда Минхо смотрел на его губы с чем-то, что Джисон мог понять только как желание. — Ты должен быть моим похитителем, а не женихом — или кем-то в этом роде. — И ты должен быть мертв, но мы здесь. Джисон чертовски облажался.