Часть 6
6 февраля 2026 г., 00:56
4 июня 2022 г, Сеул
— Какого хрена это сейчас было? Что он вообще о себе возомнил? Сука… — зло прорычал Тэхён, хлопнув дверью клуба с такой силой, что металлическая коробка двери задребезжала. Он вылетел на улицу в одном рывке. Внутри всё искрило от приступа неконтролируемой злости. Трясущимися пальцами достал сигарету и прикурил. Нужно было взять себя в руки и успокоиться. Июньский ночной воздух, прохладный после дождя, ударил в лицо, немного остужая голову и приводя в чувства. Ким поднял голову на звёздное небо, выпуская клубы дыма вверх. Как же всё бесило! Бесил проигрыш. Бесил Чонгук со своими чёрными бездонными затягивающими в бездну глазами. Бесило то, что он сам, Тэхён, готов был сделать всё, что тот ни скажет, подчиняясь приказам этого проклятого парня. Что вообще происходит? Тэхён остановился на тротуаре, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Дыхание рвалось короткими толчками. Он проиграл. По всем фронтам. Чисто, без шансов на оправдание. Теперь нужно просто всё как-то исправить, забыть. Немного поразмыслив, Ким достал телефон. Экран бликовал от уличных огней. Нервно нашёл нужный контакт в журнале недавних вызовов. На том конце ответили буквально через пару длинных гудков. — Чимина, а ты где? — Тэхён буквально прорычал в трубку. — Тэхёни-и, привет, друг! Как где? Я в «Грязной утке», мы же договорились здесь встретиться. Здесь столько красивых девочек… ну и мальчиков тоже… — Пак пропел в трубку пьяненьким голоском. Фоном слышалась музыка, гул чужих голосов и громкое улюлюкание толпы. — Надеюсь, это не отец тебя по башке треснул, так, что ты забыл, что мы собирались в бильярд. — Да? Серьёзно? Бильярд? А почему я здесь? Ой… — пискнул в трубку Пак, и Тэхён буквально увидел, как на том конце он испугано прикрыл рукой рот. — Окей, сиди на месте. Я сейчас буду. — Прости, Тэхёни. Я исправлюсь. Сейчас закажу тебе выпить. Я за нашим столиком, — виновато проговорил Чимин, только Ким его уже не слышал, сбросив вызов и направившись к своему автомобилю.***
«Грязная утка» сияла в ночи, как чёрный драгоценный камень. Три года назад это место переродилось из старого подвала в один из дорогих закрытых клубов города. Теперь здесь были чёрный оникс на стенах, золотые прожилки в мраморе пола, хрустальные каплеобразные люстры, которые медленно вращались, рассыпая по залу тысячи искр. Вход только по списку или по рекомендации, ну или если тебя знают в лицо. Счёт в вип-зоне мог спокойно сожрать месячную зарплату среднего офисного работника. Внутри было прохладно от кондиционеров, пахло белыми лилиями, дорогими духами и лёгким сигарным дымом из отдельных комнат. Глубокие обволакивающие басы хаус-музыки ощущались в груди, как второе сердцебиение. На танцполе двигались силуэты, а официанты в чёрных бархатных жилетках скользили между столиками с подносами, уставленными коктейлями всех цветов радуги. Чимин сидел в угловой кабинке второго этажа. Ноги закинул на диван, одной рукой лениво держал почти пустой бокал виски, во-второй — телефон, с которого он только что отправил кому-то сообщение. Щёки розовые, сильнее обычного блестящие глаза, растянутые в пьяной улыбке губы. Он был уже изрядно навеселе. В том состоянии, когда мир вокруг него мягко покачивался, а язык развязывался без всяких тормозов. Увидев Тэхёна, поднимающегося по мраморной лестнице, Чимин расплылся в широкой улыбке и помахал рукой, чуть пролив виски на кожаную обивку. — О-о-о, вот и он! Мой король! Прости своего глупого подданного, — пропел он, растягивая гласные. — Иди сюда скорее, пока я не свалился под стол от… счастья. Тэхён рухнул на диван рядом, не глядя по сторонам. Официант мгновенно материализовался с подносом, на котором уже стоял бокал Old Fashioned — двойной бурбон с вишенкой на серебряной палочке. — Привет, Чимини, — выдавил Тэхён, глядя в бокал, как в бездну. — Тэхёни, ну прости. Твой отец… — Чим, давай не сейчас. Оставим умные разговоры на потом. Я здесь не за этим. Чимин наклонился ближе, положил горячий подбородок ему на плечо. От него пахло алкоголем и ванильным вейпом. — Кто обидел моего лучшего друга? Только скажи мне, и я порву его на британский флаг. Тэхён одним глотком выпил треть бокала. Горло обожгло: — Я проиграл реванш. — Как проиграл? Кому? — Чимин пытался сообразить, о каком реванше говорит его друг. — Погоди… Ты проиграл тому красавчику, у которого выиграл секс? — Да. Ему. Ему, сука… — Злость с новой силой побежала по венам Кима. — Ого, — промямлил Пак и присвистнул. — Расскажешь? — О чём? Он выиграл, а потом решил поиграть в игру «возбудим и не дадим». Чёртов Чонгук. Теперь я его должник. И я хочу его. Вот и весь рассказ. Но сейчас я хочу забыться. Напиться. И… найти кого-нибудь. Прямо сейчас. Чтобы утром не помнить даже, как его пальцы лежали на моей ширинке. Чимин внимательно посмотрел на него, потом медленно кивнул, как будто принял какое-то решение. — Ладно, мой злой котик. Пей. Он махнул рукой в сторону зала: — Вон тот, в чёрном вельветовом пиджаке у барной стойки — модель, только что прилетел из Милана. Вон тот, с платиновыми волосами и цепью — диджей, вчера был везде в сторис. А вон тот, у колонны… у него взгляд, будто он уже знает, как тебя укусить за шею так, чтобы ты забыл своё имя. Тэхён допил бокал до дна и жестом попросил ещё один. — Мне всё равно кто, — пробормотал он. — Лишь бы вытравить этот чёртов подарок из головы. Чимин пьяно засмеялся. Наклонился и чмокнул Тэхёна по-дружески в висок. — Ты можешь переспать со всем этим залом, детка. А завтра всё равно будешь вспоминать именно тот момент, когда он просто посмотрел на тебя после последнего удара. Но сегодня я тебе помогу притворяться, что это работает. Пей. Выбирай. Я даже отвезу тебя домой. — Он откинулся назад и поднял свой бокал. Тэхён принял новую порцию спиртного из рук официанта. — Тогда начинаем, — сказал он хрипло, глядя в мерцающую темноту зала, где уже кружились чужие тела под громкий бит. Пак улыбнулся уголком губ и слегка покачнулся, поровозгласив: — За забвение, которое всё равно не придёт. Чин-чин, Ким Тэхён. Спустя какой-то час Тэхён уже не считал бокалы. Бурбон сменился тёмным ромом с горьким послевкусием, который официант принёс молча, видя, что сегодня в вип-зоне атмосфера тяжёлая. Чимин рядом то хихикал, то просто смотрел в пустоту, покачиваясь в такт музыке, пока Тэхён медленно тонул в собственном гневе и алкоголе. В какой-то момент он встал. Мир качнулся ровно настолько, чтобы придать злости остроты. «Я должен это выжечь. Выжечь его взгляд, его спокойную уверенность, его чёртову татуированную руку, которая даже не дрогнула, когда он забил этот проклятый последний шар. Если не получится забыть, то хотя бы заткнуть на одну ночь». — Я пошёл, — бросил он Чимину. Пак приподнял бровь, допивая очередную порцию: — К модели или к диджею? Тэхён не ответил. Просто кивнул в сторону парня, который уже давно стоял у края вип-зоны: высокий, широкоплечий, в чёрной шёлковой рубашке, расстёгнутой достаточно, чтобы виднелись ключицы и начало татуировки на груди. Тёмные волосы зачёсаны назад, серебряная цепочка на шее поблёскивала в свете неона. Взгляд тяжёлый, но не вызывающий, скорее выжидающий. — Он подойдёт. Чимин проследил и тихо хмыкнул. — М-м-м. Опасный выбор. Иди, мой злой котик. Если что, кричи «Чимин», и я прибегу с охраной. Тэхён пошёл прямо к намеченной цели. Парень оттолкнулся от перил, шагнул навстречу. Они встретились в коридоре, ведущем к приватным комнатам. — Уходим? — спросил парень низко, с лёгким акцентом. Тэхён посмотрел ему в глаза: тёмные, с золотыми искрами от света: «Не Чонгук. Не те глаза. Но сегодня сойдёт любой, лишь бы забыть». — Да. И быстро. Парень кивнул. Осторожно, на пробу, положил руку Тэхёну на поясницу и повёл дальше. Охранник у чёрной двери с золотой табличкой «Private» даже не поднял взгляд. Комната была небольшой, обставленной со вкусом: тёмно-синие стены, чёрный кожаный диван, приглушённый свет по периметру потолка. Дверь закрылась с мягким щелчком. Тэхён не дал парню времени на разговоры. Он развернул его к себе, схватил за воротник расстёгнутой рубашки и толкнул спиной к стене. Парень выдохнул от неожиданности, но в глазах мелькнуло не раздражение, а интерес. — Без имён, — сказал Тэхён хрипло, почти рыча. — Без слов. Жёстко. И чтобы утром я ничего не помнил. Парень медленно кивнул, губы растянулись в лёгкой понимающей усмешке. — Как прикажешь. Тэхён не стал ждать. Прижал его сильнее к стене, рукой обхватил за шею, не душил, но держал твёрдо, чувствуя, как под пальцами бьётся пульс. Наклонился и грубо, требовательно впился в губы, сразу пуская в ход зубы. Парень ответил тем же: язык, зубы, лёгкий стон, который Тэхён проглотил. Он оторвался только чтобы сорвать с парня рубашку. Пуговицы полетели в разные стороны, и ткань с треском разошлась. Руки Тэхёна скользнули по груди, вниз по прессу, зацепили ремень и одним движением расстегнули его. Джинсы сползли до середины бёдер вместе с боксерами. Парень тяжело дышал, но не сопротивлялся — только смотрел. Ким развернул его лицом к дивану и толкнул вперёд, так, чтобы тот упал на колени и локти. Сам встал позади. Смазка была в маленьком чёрном флаконе на столике — стандарт для таких комнат. Тэхён взял её, выдавил на пальцы, потом на себя. Один палец, второй. Парень выгнулся, тихо застонал и подался назад. — Давай… — выдохнул он. Ким вошёл одним толчком до конца. Оба замерли на секунду. Ухватил его за бёдра и начал двигаться сильно, ритмично, без жалости. Каждый толчок выбивал из парня короткие рваные стоны. Тэхён наклонился, прижался грудью к его спине, зубами прошёлся по плечу, оставляя красные следы. «Я сильнее. Я контролирую. Это я решаю, когда остановиться. Не ты, Чонгук. Никогда больше не ты», — мысли, подогреваемые эмоциями, никак не хотели останавливаться — ни на минуту. Он трахал незнакомца жёстко, почти злобно, как будто пытался изгнать из себя чужое имя каждым движением. Парень кончил первым. Выгнулся, заскулил, сжал кулаки на кожаной обивке. Тэхён дошёл следом, вжимаясь в него до предела, сдавливая бёдра так, что останутся синяки. Потом тишина. Только тяжёлое дыхание и приглушённые звуки басов из зала. Ким отстранился первым. Вытер руки салфеткой со столика, застегнул джинсы. Парень медленно поднялся, повернулся к нему: щёки красные, губы искусанные, на шее и плече свежие следы зубов. — Ты… в порядке? — спросил он тихо, уже без той уверенности. Тэхён посмотрел на него пустыми глазами: — Уходи. Парень кивнул без обид и лишних вопросов. Подобрал рубашку с пола, накинул на плечи и вышел, тихо прикрыв дверь. Тэхён остался стоять посреди комнаты. Пот стекал по виску. В голове пустота. Но не та, о которой он просил: «Какого чёрта?» Он медленно опустился на диван, провёл рукой по шее там, где должен был остаться чужой укус. Достал телефон. Чимин написал несколько минут назад: «Жив? Не разнёс комнату? » Тэхён долго смотрел на экран. Потом напечатал короткое: «Нет». И выключил телефон. А в голове всё так же стоял Чонгук. И ни один чужой стон, ни хороший секс не смогли его оттуда вытравить.***
Спать с ощущением, что за тобой наблюдают, — то ещё удовольствие. А Тэхён, находясь в полудрёме, затылком чувствовал на себе чей-то взгляд. Повернув голову и открыв глаза, он столкнулся с внимательным взглядом пары зелёных глаз и чуть не заорал во всё горло с испуга. Напротив него на соседней подушке сидела кошка, пристально его рассматривая. Зеленоглазое чудовище даже не собиралось никуда уходить с нагретого места. От её взгляда стало жутко: — Ну хоть не чёрные, и то хорошо, — пробубнил Тэхён и завернулся поплотнее в одеяло, как будто опасаясь, что этот мелкий хищник отберёт его. — Чими-и-ин, убери это пугало. — Чего ты орёшь? Никакое это не пугало. И вообще Люсьен у нас дама благородных кровей, обидится — мало не покажется. Будешь ходить по стеночке. — Пак взял кошку на руки и чмокнул в носик. Люсьен явно не разделяла его восторга, воротя морду в другую сторону от хозяина. — Я же сказал тебе: никаких животных в моей квартире. — Тэхён выпутался из кокона и сел на кровати, растирая заспанное лицо. Благо организм крепкий, а похмелье было не критичным. Хотя при резких движениях головы перед глазами начинали летать самолётики. — Ты сам чудовище, Тэ. Куда я должен был день мою красотку, переезжая к тебе на время ремонта? Не оставлять же одну с рабочими. Съели бы ещё её. — Придурок, котов не едят, — усмехнулся Тэхён. — Спасибо, что привёз меня сюда, а не в особняк. А то отец бы меня сегодня весь день терроризировал своими нравоучениями. Он, конечно, мужик мировой, но иногда включает мамочку. Кстати, ты мне так и не рассказал, чего он от тебя хотел-то? — Ути, моя пусичка, — сюсюкался Чимин с Люсьен. — Давай вставай, умывайся и пошли завтракать. Расскажу тебе все новости. И не задерживайся, а то Люсьен нельзя голодать, она тогда нервная становится. Пак развернулся и с пусичкой на руках отправился на кухню, а Тэхён отправился в душ, желая смыть с себя, как ему казалось, тонну грязи. Через полчаса Ким уже сидел на свой кухне перед дымящейся тарелкой похмельного супа, посвежевший и весьма довольный. — Чим, ты лучший. Ты знаешь об этом? — Тэхён одарил друга одной из своих самых обворожительных улыбок. — Ага, вспоминай об этом почаще, — в ответ заулыбался Пак. — Так что там с отцом? — В общем, господин Ким решил нанять нам нового дизайнера и эксперта в камнях. Как говорится, свежую кровь. — Как бы он нашу кровь не выпил. А ты тут причём? Не помню, чтобы ты отвечал у нас за персонал, — поинтересовался Тэхён, отправляя в рот очередную ложку супа. — Ну, ему нужна была информация о нём. — Что-то ты не договариваешь… Я его знаю? — Не думаю. Как я понял, он недавно в нашем городе. Явился к нам в салон под видом заинтересованного покупателя, а сам сорвал мне такую сделку! — Глаза Чимина от возмущения стали размером с блюдца. — Этот противный Чхве, ну, который мерзкий журналюга, пришёл купить подарок своей беременной очередной невесте. Та визжала, что ей нужен достойный её бриллиант, ну я предложил ей Кардинала. Его баба аж пищала от восторга, а я считал свою премию с продажи. Как вдруг подошёл этот доморощенный эксперт, наплёл им, что камень не настоящий и сорвал мне сделку. — Пока всё равно не понимаю, какое отношение имеешь ты ко всей этой истории с наймом эксперта на работу? — Ким вопросительно посмотрел на друга. — Этот парень оставил свою визитку Чхве, а я её конфисковал у него. А на следующее утро Чхве позвонил твоему отцу с то-о-онким намёком, что эта неприятная для него ситуация может стать достоянием всей Кореи. А ты сам знаешь, как твой отец относится к деловой репутации. — Знаю, — вздохнул Тэхён. — Ну вот он и решил, что такой специалист пусть принесёт лучше пользу, чем вред. И я так понимаю, в понедельник нам его представят. Могу сказать только одно: он чертовски хорош собой. И если бы я не был по девочкам, то не упустил бы такой лакомый кусочек. Хотя-я-я… Может, сменить ориентацию? — в шутку задумался Пак, а Тэхён закатил глаза и разразился весёлым смехом. — Ладно, посмотрим. Поеду в особняк, отлежусь. Нужно быть в форме к понедельнику. — Подожди, а что у тебя с этим твоим победителем? Я так понимаю, ты запал на него. Что будешь делать? Искать? — Нет, не буду. Он сам явится за долгом. Вот тогда я уже не упущу шанс поквитаться с ним. — Тэхён поднялся из-за стола, направляясь на выход. — И да, он, сука, теперь не выходит из моей головы. Что ни говори — достойный соперник. Ну или партнёр, там как пойдёт.***
6 июня 2022 г, Сеул
Офис ювелирной компании «KIMSALE» располагался в одном из престижных районов Сеула, внутри современного стеклянного небоскреба. Войдя внутрь, Тэхён словно оказывался в просторном помещении, наполненном светом благодаря огромным панорамным окнам, откуда открывался захватывающий вид на город. Интерьер сочетал современные элементы дизайна с традиционным корейским стилем, создавая уникальную атмосферу гармонии и утонченности. Прошагав через холл, Ким вошёл в лифт, поправляя галстук, который казался ему удавкой. Вышел на верхнем этаже, миновал стол личного секретаря и направился в свой кабинет. Тэхён прошёл по мягкому серому ковру к рабочему столу из черного стекла, расстегнул пиджак и сел, положив рядом с собой кейс. Пока загружался ноутбук, вызвал по внутренней связи секретаря. — Дженни, принеси, пожалуйста, отчет из лаборатории за прошлую неделю. Тэхён прислушался к своему организму: — Хотя знаешь что, принеси мне сначала кофе, а чуть позже отчет. Мне нужно взбодриться. Джени направилась выполнять поручение, когда на выходе её буквально снёс влетевший в кабинет Чимин, бросив ей на ходу: — Два кофе и мне что-нибудь сладенькое! Привет, мой король. Отлично выглядишь, даже и не скажешь, что всего лишь сутки назад ты опустошил месячный запас алкоголя в «Утке». Чимин пожал руку другу и плюхнулся в одно из кожаных кресел для посетителей. — Привет, Чим. Корейская косметика творит чудеса. Жаль, нельзя поправить так же всё остальное. Только утро, а я уже устал. — Тэхён развалился в своём кресле и уставился на противоположную стену. Она являлась особенностью его кабинета. Роспись на ней в технике традиционного корейского искусства, изображающей природу полуострова, всегда его умиротворяла. Всё было сделано по его вкусу, чтобы на рабочем месте было приятно находиться. — Ваш кофе, господин Ким. И ваш, господин Пак. — Дженни принесла всё необходимое и удалилась, тихонько прикрыв за собой дверь. — Ты, кстати, почему не в салоне? — Тэхён отхлебнул горький напиток и перевел взгляд на друга. — Мне откуда знать? Босс велел явиться с утра в главный офис. — Господин Ким, господин генеральный директор просит вас пройти в его кабинет вместе с господином Паком, — передала информацию секретарь, появившись в кабинете босса с двумя папками отчетов. — Ну, началось. Идём, Чим. Отец ждать не любит. Пройдя дальше по коридору, друзья, минуя секретаря генерального, оказались у его кабинета. Предварительно постучав, Тэхён пропустил вперёд Пака и следом вошёл внутрь сам. За столом отца, в кресле, спиной к ним сидел мужчина. Намджун поднял голову на вошедших: — Проходите. Тэхён, Чимин, хочу представить вам нового сотрудника. Нашего нового дизайнера и консультанта по драгоценным камням. Вам втроём придётся работать над новым проектом. Прошу любить и жаловать. Как в замедленной съёмке кресло с сидевшим повернулось к вошедшим, и молодой человек в деловом костюме, поднявшись, представился и слегка поклонился: — Чон Чонгук. — Любить и жаловать… — Тэхён пропустил момент, когда его челюсть встретилась с полом.
