Небесная симфония Дьявола

«Высший суд — это не тот, который решает о нашей вине или невиновности, а тот, который проявляется в наших собственных суждениях и решениях, когда мы сталкиваемся с выборами между правдой и ложью, добром и злом.» По бесконечным ступенькам бежала девушка в белом платье в стиле ампир, с короткой стрижкой, как предвестник хорошего. Ожерелье из жемчуга, нежно переливаясь, украшало ее шею. Внезапно, цепь ожерелья сорвалась одним резким движением, и жемчужины разлетелись вокруг, словно звезды в ночном небе. Это не случайность, её всё больше раздражали подарки демона. Они медленно опускались, падая на землю, а затем скатывались во все стороны. Каждая жемчужина отражала свет и магию, исчезая в бесконечности. В этот мгновенье девушка остановилась и смотрела на эту красоту с невероятным восхищением. Как жемчужины летят в разные стороны, словно звезды, исчезая в бесконечности. Вместо горечи или печали, она улыбнулась, осознавая, что иногда разрывы и потери могут быть освобождающими, освещая путь к новым возможностям и свободе. — Хотела бы я сделать нечто такое же столь красивое, откинуть всех и убежать подальше. Единственное что у меня получилось — это также каждый раз распадаться на части. Она уставилась на свое отражение на гладкой поверхности зеркала. Взгляд ее смешивался с некоторым недоумением и сомнениями. Она покачала головой, осознавая, что даже в этом моменте она не была самой собой. В ее уме кружились вопросы, на которые она не находила ответов. Почему он решил изменить ее облик без ее согласия? Что за таинственные планы скрываются за этим превращением? Она задала себе вопросы, которые требовали ответов, но которых она не знала. Но несмотря на смутные чувства и недоумения, она знала, что теперь перед ней стоит выбор — принять новый облик и следовать путем, который он для нее выбрал, или начать искать свою истинную сущность вне его влияния. Пока она продолжала смотреть на свое отражение, она задумалась о возможных причинах, по которым он изменил ее облик. Может быть, он хотел скрыть ее от остальных, создавая новую идентичность, чтобы она не вызывала подозрений или не привлекала внимания. Или, возможно, ему просто нравился этот типаж девушек, и он видел в нем что-то привлекательное или уникальное. Но независимо от его мотивов, она осознавала, что в конечном счете она может снять это как только остаётся на едине с собой и иногда в его присутствии. Вики осторожно достала письмецо. Ее руки дрожали от предвкушения и нервного возбуждения. Конверт был запечатан и на нем было написано ее имя. Сердце ее забилось быстрее, когда она начала распечатывать его. Внутри оказался тонкий лист белой бумаги с аккуратно написанным текстом. Она начала читать слова, которые были предназначены именно ей. Каждое слово проникало в ее сердце и душу, заставляя ее волноваться, надеяться и задавать множество вопросов. — Кира… Они просто лишний раз по-издевательски оповестили меня и лишили надежды на… — разговаривала сама с собой девушка, пока чья-то рука не проскользнула вниз по её локтю и не выхватила лист. Алые глаза разбежались по строкам. Вначале его взгляд был угрюм, но до тех пор как не дочитал до конца. Чуть заметная улыбка красовалась на его лице. Прошла минута и осознав, что непризнанной некуда деваться, что всё решено без её участия, отбросил листок в сторону и схватил запястье девушки, сжимая его тугой хваткой. Оказавшись вмиг зажатой у стены, она начала судорожно дергаться, пытаясь освободиться. Она внезапно ощутила, как ее тело стало сжатым между Люцифером и стеной. Отчаянно пытаясь освободиться, она начала дергаться и бороться с его сильным хватом. Ее мышцы напряглись, а сердце забилось в груди, подобно птице, пытающейся выбраться из клетки. Ее глаза искали помощи, а руки беспомощно хватали воздух. Но Люцифер был непоколебим, ее сопротивление бесполезно. — Ты задержалась минут шесть как. — процедил сквозь зубы, — У тебя мало-помалу растут крылышки — провел по белым встрепенувшимся перьям — Хочешь чтобы их я тоже лишил? — Н-н-нет. Я спускалась! Я остановилась на минуту, дабы прочесть содержимое. Виновные глазки захлопали, ожидая прощения. Демон наклонил голову к шее своей жертвы, приглядываясь к ее бледной коже. Он заметил отсутствие ожерелья, которое ранее украшало ее шею. Взгляд его упал на разбросанные по ступеням жемчужины. Влажное и пылающее дыхание демона осталось на ее нежной коже, пока он не совершил укус. Девушка неожиданно покраснела, ее лицо заполнилось краской стыда. В то же время, из ее горла вырвался жалобный писк, смешанный с наслаждением, которое она пыталась сдержать. Мужская рука легла на ее бедро, окутывая теплотой и создавая между ними напряжение. Ее тело реагировало на прикосновение, вызывая неподконтрольные дрожи и бурлящие чувства внутри нее, несмотря на отвращение к самой себе после подобных сцен. Зубы жадно схватились за лямки платья, нежно обнажая ее плечи и подчеркивая их грацию. Напряжение между ними возросло, а страсть заполнила воздух. Она чувствовала, как каждое его прикосновение разжигает в ней огонь желания, погружая ее в мир соблазна. — Я выучила урок, пожалуйста остановись! Я не буду опаздывать! Я помню что произошло вчера. »…Девушка стояла у стены, и с каждым движением ее лямка платья спадала, оголяя ее плечо и стан. Оно медленно сползало вниз, оставляя плечи девушки обнаженными. Эта девушка излучает изящество и естественную привлекательность. Ее тело обладает изящными и женственными формами, которые подчеркнуты пропорциями. У нее грация в движениях, словно каждый шаг и поворот наполнены невероятной легкостью. Ее плечи, ласково обнаженные, выглядят нежными и гладкими…» — По твоему голоску и не скажешь, что тебе неприятно, непризнанная. Впрочем не важно, романтика и любовь — понятия для меня противоречивые. Тошнит от проявления одного из двух. А сейчас за мной. Люцифер развернулся с неподвижным выражением на лице и схватил девушку за плечо, таща ее за собой с непоколебимой решимостью, будто она ребёнок и сделал нечто ужасное. Они двигались сквозь темные коридоры, погруженные во мрак, где тени играли свои зловещие игры. Девушка пыталась ослабить его хватку, ведь что бы он не делал, похоже делал не осознавая, что даже такое слабое прикосновение отражалось на ее теле синяками. Они продолжали свой путь, пересекая единственное светлое крыло дворца, где когда-то игрался маленький Люцифер с мамой. Теперь в этой части, на втором этаже жила в заточении сама Вики, ожидая судного дня, т.к другого выхода она больше не видела. — Мне больно, Люцифер, — жалобно пищала та. — мне больно, раны не зажили, пожалуйста, не тяни меня. Демон презрительно закатил глаза, утомленный ее надоедливыми протестами. Чтобы прекратить ее возмущения и усмирить ее сопротивление, он сильным движением поднял ее на руки и небрежно закинул на свое предплечье. Щеки заблистали румянцем, Вики уверенно сняла туфли и скромно уселась, не двигая забинтованными ножками, сильнее прижав их к его груди. — Какого это по-хозяйски сидеть на моей шее? — разрушил тишину мужской голос. — Это не совсем то, что я ожидала, но ты преувеличиваешь, на шее сидеть ты мне не разрешишь хоть в прямом, хоть в переносном смысле. В какой-то момент демон замедлил свои шаги, вызвав у пленницы недоумение. Не то чтобы ему было тяжело нести ее, вовсе нет. Просто что-то в ней привлекло его внимание и вызвало интерес. Он не мог смотреть на нее как обычно сверху вниз, но осведомительно скользя взглядом по ее ногам, немного склонив голову, он произнес: — Такая хрупкая и одновременно сильная. Что тебе действительно важно, Уокер? — Уже не знаю, правда. Тебе известно за что я здесь, теперь и то что у меня осталась только я одна, как раньше. — А что произошло? Девушка, сжимая руки к лицу, старалась скрыть свою боль и прошлое. Она не хотела, чтобы даже капля слез выдала ее состояние и сколько ей пришлось пережить все это время. Ее пальцы дрожали, и она напрягла каждую мышцу, чтобы подавить эмоции, которые тоскливо разрывали ее сердце. В ее глазах отражалась смесь грусти, стойкости и решимости. Люцифер осознал, что девушка не собирается рассказывать ему ничего и не стал дальше давить на нее. Он почувствовал, что она хранит свои эмоции и тайны внутри себя, и решил не настаивать на том, чтобы она открылась перед ним. Несмотря на свою природу и характер, Люцифер уважал границы и личное пространство других (если дело касалось о наболевшем). Он ценил эти границы и старался не переступать их без разрешения. Он осознавал, что со временем она всё равно ему расскажет и не важно рано или поздно. — Прошлое — это нечто, что мы не можем изменить, но мы можем извлечь уроки из его уроков и строить будущее на основе накопленного опыта. Всё, что нас сломило, также может быть тем, что поможет нам снова собраться и восстановиться. Наши раны становятся частью нашей истории, но они не определяют наше будущее, если мы решим встать и идти дальше. Кто в праве судить нас? Никто не обладает истинной властью, кроме нас самих. Мы являемся свидетелями, судьями и рабами своей собственной судьбы. В конечном счете, мы несем ответственность за свои поступки и выборы, а то какая ждёт нас расплата за них… Вот это уже по моей части, непризнанная. Вики хотела добавить что-то, но промолчала, потому что они уже пришли. К… Впечатление от комнаты Люцифера оправдало ее ожидания. Она была богато украшена, но темна и загадочна. Единственным источником света были пламенеющие свечи, которые создавали призрачные отблески и танцевали на стенах, словно живое пламя. Правда, это не такие свечи которые он испытывал на ней, но опыт с ними не оставил хорошего впечатления. В центре комнаты находился пышный ковер, украшенный узорами и символами. Он создавал ощущение роскоши и утонченности. Напротив ковра находился длинный прямоугольный стол, выполненный из темного, блестящего дерева. На столе можно было заметить различные предметы, такие как пергаменты, книги и иные артефакты, свидетельствующие о знаниях и мудрости, которыми обладал Люцифер. У стола стояли два стула, расположенные по обеим его концам. Стулья были элегантными и комфортными, приглашая к сидению, но в то же время и напоминая о власти и величии хозяина комнаты. В отсутствие окон стены комнаты были украшены различными картинами, которые придавали ей особую атмосферу. На холстах отражались сцены из разных эпох и миры, олицетворяя богатство и разнообразие искусства. Картины могли отображать как красоту природы и пейзажи, так и мистические сюжеты. Вдоль стен располагались книжные стеллажи, заполненные разнообразными томами. Книги различных размеров и цветов образовывали ряды и столбики, создавая впечатление обилия знаний и накопленной мудрости. Эти книги были источником информации и историй, которые Люцифер собирал и изучал со временем. Вики осторожно спустилась с предплечья Люцифера и удержалась на ногах. Её взгляд метнулся в сторону книжных стеллажей, приковавших её внимание. Она не спеша шла к ним, пальцы её легко скользили по книжным переплётам, словно они общались с ней в тихом шепоте. Проводя пальцем по корешкам книг, Вики одновременно бросала взгляды на их названия и обложки. Она пыталась уловить характер и интересы Люцифера через его коллекцию. Книги на полках оказались разнообразными: от классической литературы и философских трактатов до мистических произведений и справочников о магии. Вики задумалась над каждой книгой, пытаясь составить пазл и понять, что интересует хозяина комнаты и какие идеи и знания лежат в его особой коллекции. Люцифер хлопнул в ладони, чтобы привлечь внимание Вики, и указал на другую дверь, расположенную в комнате. Эта дверь вела в его спальню. Вики обратила свой взгляд на него и с некоторой озабоченностью последовала за ним в направлении двери. Спальня Люцифера оказалась совершенно отличной от его рабочей комнаты. Здесь царила атмосфера комфорта и роскоши. Нежные ткани, глубокие цвета и мягкие оттенки создавали ощущение уюта и спокойствия. Большая кровать, украшенная изящными шторами и украшениями, занимала центр комнаты, приглашая отдохнуть и расслабиться. Люци, с видимым удовольствием, провел глазами по своей спальне, словно демонстрируя Вики все ее особенности. Она чувствовала себя немного неуютно, находясь в личном пространстве демона, однако была полна любопытства, желая узнать больше о нем через его окружение. — Я вижу ты впечатлена, что в аду интересуются искусством простых смертных. Её взгляд притянула картина великого итальянского художника Сандро Боттичелли — «Рождение Венеры». Картина излучала неподдельную красоту и грацию. В центре полотна была изображена рыжеволосая девушка, стоящая на морской пене и поднятая из моря на раковине. Она предстала перед Вики во всей своей великолепной наготе, окруженная богинями и покровительницами. Разноцветные цветы летели из рук ветра, приветствуя ее появление. Картина вызывала у нее ощущение благоговения и трепета перед красотой и эстетическим совершенством. Она смотрела на рыжеволосую Венеру, и в ее сердце зародилось чувство восхищения и вдохновения. Люцифер, заметив интерес Вики к картине, улыбнулся и начал рассказывать о ее истории и символическом значении. Он поделился своими размышлениями о красоте и искусстве, о том, как они способны прикоснуться к глубинам души и пробудить самые скрытые эмоции. — Венеру называли Люцифером…- не успел докончить демон, как вдруг она закончила фразу вместе с ним — т.е. «Несущей свет». Он оценил её знания, а она продолжала слушать его с вниманием, вовлеченная в его рассказы. Она почувствовала, что через искусство Люцифер открывал ей свою душу и мир, который он пронес внутри себя. Это был еще один взгляд на него, который она начала понимать и ценить. — Так тебя назвали в честь неё? — Да, эта картина раньше висела в комнате моей матери Лилит. Рыжеволосая девушка на ней напоминает мне её, а название картины связано со мной, так что это единственное полотно которое висит конкретно в моей спальне, а не как разное множество как в моём кабинете, где ты как в трансе вглядывалась на всё. — Ну это так…ново для меня. — провела рукой по затылку. — В аду… Люцифер процитировал знаменитую фразу из «Божественной комедии» Данте Алигьери: «Оставь надежду, всяк сюда входящий» («Lasciate ogni speranza, voi ch'entrate»). Его голос зазвучал угрожающе, придавая цитате особую глубину. Эти слова были произнесены главным персонажем «ада» в момент, когда Данте и его проводник Виргилий входили в царство ада. Фраза символизировала безнадежность и отчаяние для тех, кто оказывался в этом месте, лишенном надежды и света. Процитировав эту фразу, Люцифер подчеркнул свою силу и власть, а также непростительность греха и отвержение. Он намекал на свою собственную природу и присутствие в темных и запретных сферах человеческой судьбы. Этот цитатный отрывок из «Божественной комедии» отражал мрачное и загадочное настроение, присущее комнате Люцифера, и создавал атмосферу загадочности и тайны. — Мне до сих пор не верится что ты Дьявол, Люцифер или как там у вас ещё называют. Я поражена тем что сколько в тебе знаний и такого чего-то переплетающегося с нами, обычными людьми. Я не верила в существование тебя. А теперь вот передо мной образ человеческий, такого… — запнулась она, как только он снял свою экипировку. — ч-что ты делаешь? — Так какого? Продолжай, я весь во внимании. Лучи, проникая через окно, освещали открытую грудь демона, создавая игру света и теней. В этом моменте казалось, что даже во тьме и холоде, есть место для проникновения света и тепла. — Я боюсь тебя, это всё что я могу сказать. — Ты ещё не видела моего демонического облика. Сев на краю кровати, она ощутила мягкость под собой и механически придержала дыхание на мгновение. Она залившись краской рассматривала татуировки на торсе мужчины. Удивительно, чем только он не занимался за свои тысячи лет жизни здесь. — Мне некомфортно, с разрешения я бы хотела уйти. — Сидеть! Что за тон? Что за обращение? Что что, а как правильно разговаривать с людьми он точно так и не выучился. Но тут будто он уловил её мысли. Мужчина медленно приблизился к ней, его взгляд был наполнен некой смесью внимания. Он молча протянул руку и начал развязывать бинты, которыми были обвязаны ее ноги. Каждое движение его пальцев было аккуратным и осторожным, словно он был хирургом, осуществляющим свою работу. По мере того, как бинты развязывались, она почувствовала, как кожа освобождается от стесняющего прижима и начинает дышать. Люцифер не спешил, он давал ей время ощутить освобождение и оживление, которые наступали по мере освобождения ног. Когда последний бинт был снят, она осторожно опустила ноги на пол и ощутила прикосновение твердой поверхности. Ее ноги были слабыми и немного тряслись, но она стояла на своих ногах, и это было важно. Импульсивно и игриво, она провела кончиками пальцев ног по его голой груди. Чувствуя его тепло и силу под своими ногами, она испытывала волнение. Взглядом наполненным страстью и одновременно неким опасением, она прошлась кончиками пальцев по его ключицам, нежно касаясь его голой кожи. Потом ее пальцы осторожно скользнули по его шее, открывая новые ощущения и эмоции. Она наслаждалась каждым моментом прикосновения, ощущая пульсирующую энергию между ними. Демон сохранял таинственное молчание, позволяя ей исследовать его тело своими прикосновениями. Ему понравилась такая непоседливость, но он оставался тихим и контролированным. Он позволял ей продолжать, давая свободу ее собственному выражению. — Протяни руки, я развяжу оставшееся. Я это сделал не потому что сжалился, они тебе пригодятся сейчас. Демон аккуратно развязал нити, которыми были связаны ее руки. Он делал это осторожно, чтобы не нанести ей боль или повреждения. Каждый узел распускался под его ловкими пальцами, освобождая ее от связей, которые ограничивали ее свободу. Когда последняя нить была развязана, она ощутила, как ее руки становятся свободными. Струны, которые сжимали ее запястья, больше не ограничивали ее движения. Она медленно разомкнула и согнула пальцы, восстанавливая чувство силы и контроля. Дьявол, после её заигрываний, решает ответить ей также. Хитро улыбается и нежно касается её запястья, оставляя поцелуй на тыльной стороне ладони. — Ты же не проявляешь нежности… — Ты тоже вроде бы сказала что боишься меня. — усмехнулся тот. — За хорошее поведение, полагается вознаграждение. Это как одноразовые поблажки, не проявление заботы, любви или прочего. Широкие плечи, мускулистая спина, покрытая различными татуировками вытянулись над ней и направились в сторону окна. Адские образы, пламя и символы зла тянулись по коже, создавая зловещий и жуткий облик. Кроме того, на его спине развевались парные крылья, окрашенные в темно-красный цвет, большие и грозные, готовые расправиться и взмыть в воздух. Прозрачная чёрная ткань скользнула и открыла вид на музыкальный инструмент — пианино. Оно было изготовлено из тёмного полированного дерева, с блестящими клавишами и декоративными узорами по его корпусу. Когда Люцифер поднял ткань, открылась видимость множества черных и красных клавиш, украшенных драгоценными инкрустациями. — Я не умею играть. Вики неуверенно шатаясь из стороны в сторону стала идти к хозяину. В один момент не удержала равновесие и упала на колени. Она почувствовала его руку, протянутую ей в помощь. — Я справлюсь. Люцифер пригласил её присоединиться к себе у пианино и начал учить её играть. Он рассказал о нотах, о ритме и о том, как создать гармонию из звуков. Его руки легко и уверенно перемещались по клавишам, создавая мелодию, которая наполнила комнату. Он показывал ей нюансы и техники, подсказывал, как выразить эмоции через музыку. Девушка внимательно слушала его слова и наблюдала за его движениями, стараясь уловить все тонкости и секреты игры на пианино. Под его руководством она начала исполнять простые мелодии, и каждая нота звучала сильнее и проникновеннее. Вместе они создавали музыку, которая связывала их вместе, словно невидимой нитью. — Мне нравится. «Una Mattina» — наигрываю её время от времени. Он пристроился к клавишам пианино и аккордами начал исполнять мелодию. Звуки наполнили комнату, создавая атмосферу спокойства и погружая её в мир музыки. Она прислушивалась, пытаясь воспроизвести его ноты в своей памяти, готовая следовать за музыкальным током. — Позволь задать вопрос… — выждала одобрительного кивка головы. — Почему ты привёл меня сюда? Ещё сидишь в таком виде и преподаешь уроки на пианино. — Непризнанная, ты отлично знакома с моим расписанием и я подумал, раз сегодня у меня оказался свободный промежуток времени, то пора бы познакомить тебя с моими устоями, также провести воспитательную работу. А что касается одежды… Привыкай, я обычно и без неё могу расхаживать по комнате, сегодня день исключений, так что я сжалился над тобой как мог. На такое произведение искусства как я не каждый день налюбуешься, согласись. Уокер молча закатила глаза. Она присела на подоконник который находился на одном уровне с инструментом. В её руках оказался свёрток правил как правильно вести себя рядом с хозяином. — Приступим к делу. Список у тебя в руках, а я поясню некоторые моменты. Номер девятнадцать гласит о том как ты должна выглядеть, но гардероб твой я уже составил и твоё дело только выбирать среди них. Двадцать третий о том, что я имею право не предупреждая тебя делать с тобой, с твоим «имуществом» всё что пожелаю, там по мелочам, т.е из твоего это максимум одежда, комната, подарки и гордость, здоровье, жизнь бессмертная. Пункт пятидесятый уже в твою защиту, смертная, при дохождении порога твоих болевых пороков (которые с большей вероятности вытекали из-за несоблюдения вышеперечисленных правил), если ты извинишься как следует, обойдемся без пыток. Ах да, без моего ведома находится в моей спальне запрещено, это тоже туда включено. Вопросы? — Сутенёр из тебя ещё тот. — сжала кулаки. — Я бы и тут высказала бы всё что думаю о тебе, правда на мне живого места не осталось и садистского удовольствия хочу тебя лишить. Дьявол хмыкнул, его взгляд пристально скользил по формам избранницы, в то время как он оставался за пианино. Он наслаждался моментом, наблюдая ее каждым ее недовольным вздохом. После недовольно взглянул на ее платье. Ему не понравилась его скромность и приличность. С явной насмешкой в голосе он приказал ей снять это платье и примерить что-то более соответствующее его вкусу. На его выборе были только короткие, открытые наряды, которые искусно подчеркивали ее фигуру и выставляли на показ ее соблазнительные черты. В его глазах блеснула некая хищная радость, зная, что теперь она будет выглядеть так, как он хочет. — Ты не даёшь мне ни быть собой, ни одеваться как я желаю. Здесь даже нет зеркал. «Не уж то самому себе противен, вот и без зеркал живёт?» — Ты ошибаешься. Люцифер окликнул Аврору, свою помощницу, и она подошла с вешалками, несущими различные наряды, а также небольшим зеркалом. Он с насмешкой улыбнулся. — Принеси все это сюда, — произнес он, указывая на пустое пространство рядом с пианино. — Моя гостья нуждается в новом облике, достойном моего вкуса. Аврора молча подошла и аккуратно разместила вешалки с разнообразными нарядами рядом с зеркалом. Ее деликатные движения свидетельствовали о тщательной подготовке и заботе о деталях. Вики почувствовала себя несколько неуютно, зная, что Люцифер будет выбирать наряды, которые отражают его собственные предпочтения и вкусы. Но она была решительна и готова пойти на все, чтобы угодить ему и соответствовать его ожиданиям. Она приступила к осмотрению разнообразных нарядов. Смертная почувствовала, как взгляд Люцифера приковывается к прозрачному бюстье, которое было одним из нарядов на вешалке. Ее сердце забилось сильнее, когда она осознала, что это предмет нижнего белья и в этом никуда идти не хочет. Медленно подняла его с вешалки, рассматривая прозрачные кружева и деликатные узоры, которые нежно облегали формы ее тела. Бюстье было символом соблазна, и она понимала, что его носить означало войти в игру, которую Люцифер задумал. — Надевай. Взглянув в зеркало, Вики увидела свое отражение в прозрачном белье. Она понимала, что в этом образе она будет полностью раскрыта, только в прошлый раз она уже сидела перед ним полностью обнаженной и стыда у неё больше не оставалось. Это был вызов ее уязвимости, но и возможность проявить свою привлекательность. Вики осторожно лежала на широком подоконнике, головой наклоненной вниз, превращаясь в живописный образ, который задумал Дьявол. Ее длинные, распущенные волосы свободно падали вниз, обрамляя ее лицо и плечи, словно водопад из темных волос. Лучи света, проникающие через окно, придавали ее фигуре атмосферу мистики и загадочности. Она ощущала прикосновение рук, играющих с ее волосами, и слышала звуки пианино, которые Люцифер создавал своими искусными пальцами. — Замечательно. С закрытыми глазами она слушала звуки музыки, которые наполняли комнату. Она погружалась в мелодии, позволяя им проникать в ее самое глубокое существо. Ее дыхание становилось синхронным с ритмом музыки, а сердце билось в унисон с каждой нотой. Вики приоткрыла глаза, ощущая его близость и его дыхание, которое игриво щекотало ее губы. Она почувствовала, как большой палец проходит по ее губам, размазывая яркую вишневую помаду. Этот жест был одновременно нежным и вызывающим, призывающим к дальнейшему исследованию. Ее сердце забилось быстрее, охваченное азартом и неожиданной интимностью этого момента. Она чувствовала его власть, его привлекательность и опасность, но в то же время она чувствовала и силу своей собственной притягательности и слабости перед искушениями демона. Они смотрели друг на друга, словно заклинание, которое нельзя разорвать. Вики погружалась в его глубокие, черные глаза, в которых отражалась смесь страсти и мистики. Этот момент был как перекресток двух миров, где искусство и соблазн слились в одно целое. Слова были излишними в это время. Вики ощутила, что он говорит с ней на уровне, превышающем обычные словесные выражения. Это была игра смыслов, движение тел и слияние душ. Крепкая и горячая ладонь осторожно приземлилась на грудную клетку Вики, создавая ощущение приятного давления. Она могла чувствовать тепло его кожи, переполняющее ее собственное тело. Ладонь скользнула дальше, оставляя за собой приятное ощущение на своем пути. Она ощутила его прикосновение на коже, словно ноты музыки, играющие ее собственную мелодию. Это взбудораживали ее сущность. Она дрожала от его прикосновений, открываясь перед ним словно книга с запретными страницами. Он был мастером искусства соблазна, воплощая свою власть и притягательность в каждом движении. Вмиг они уже стояли перед кроватью. Без всех секретов, возмущений, обнажённое тело девушки рухнуло на неё. Чуткие пальцы продолжали исследовать тело. Ноги вытягивались доходят до шеи партнера, дразня спускались ниже. На мгновение время замерло, когда Люцифер легким движением рук пробежал по ключицам… скользя по груди, словно играя с ее чувствами. Она могла почувствовать, как ее дыхание становилось все более тяжелым, вздымая ее грудь в ритме возбуждения. Постепенно его руки спускались ниже, ощущая тепло ее живота. Она сжала губы, пытаясь сдержать стон, когда его прикосновения вызывали у нее волны блаженства. Ощущала, что вот-вот сопрет дыхание, что она близка к точке невозврата, к точке, где все контрольные нити будут разорваны, и она полностью погрузится в океан искушения и страсти. Зубы сжали сосок, натянули передавая ей новую волну страсти. Больше и горячее оно проникало в ее живот, заставляя ее тело трепетать от наслаждения. Мужественная фигура нависала над ней, его присутствие создавало ощущение, что весь остальной мир исчез за его спиной. Она ощущала, как он заполнял пространство своим присутствием. Выгнулась, втягивая воздух в напряженные легкие, ощущая, как каждая клеточка ее тела пронизывается желанием и страстью. Ее пальцы ухватились ладонью за край его плеча, вцепившись в него с нежностью и силой одновременно. «Он же не зайдёт так далеко? О Шепфа, вытащите меня кто-нибудь отсюда.» — Этого будет достаточно. — сказал он уже полностью стоя без одежды. Девушка смотрела с неким отвращением в первую очередь на себя и надеялась, что забудет этот кошмар. Облизнув ладонь, сжала инструмент своего…да. Он извивался в такт её движениям, пока она блуждала между бёдер. Сначала медленно, а потом удваивала усилия, каждый раз, когда он доходил пика, останавливалась. Рука легла на её затылок, тянула волосы и двигала ближе. Ещё пару глубоких… Вики отстранилась, будто сделала нечто ужасное. Между пальцами текла липкая жидкость. Демон довольно улыбнулся. — Кроме того что заставил делать это, так ещё и сам рассчитывал куда и как! — Не драматизируй, привыкай игрушка.