— Сколько капель живой удачи ты добавил в огневиски Люциуса?
В спешке оглядываясь вопрошала в пустоту Нарцисса Малфой. Ещё пару секунд назад она не могла успокоится, что эльф упустил точное местоположение сына. Она бежала вдоль живой изгороди и домовик спешил за ней освещая тёмный путь.
— Чуть меньше одного глотка госпожа.
— Кикимер!? Ты не должен был оставлять мне больше!
— Всего на полглотка моя благородная госпожа. Я повиновался вашему указу и все же Кикимер накажет себя, что не позаботился выполнить всё в точности! О, моя госпожа, простите старому Кикимеру привязанность к благородной семье Блэков!
— Молись всем пра-эльфам, чтобы этого хватило моему супругу! Иначе я вывешу твою голову в подвале в лучших традициях Блэков!
Домовой эльф вздрогнул и он в действительности не испугался, а пытался спрятать свою радость от услышанного. Нарцисса уже достаточно давно покинула отчий дом и кажется позабыла, что подобное предложение является для них наивысшей степенью похвалы. И даже мечтой.
— Стой! Мне кажется, что я что-то вижу, я должна стоять здесь…
И действительно пару минут спустя сквозь заросли изгороди свалился крошечный «клочок» шерсти. Без сил, почти бездыханный. Истощённый. Белый кот, который в тот час был измазан в грязи и свалился в лужу воды, которая ещё наполнялась под складный ритм дождя. Его лицо полностью захлебнулось в этой жиже, но сил не было справится даже с этим.
— Драко! — она тут же приземлилась возле него окуная руки в лужу грязи и крови, пытаясь осмыслить откуда та взялась. Испуганно, а не разумно.
Невозможно! Драко и превратился в кота?! Единственный раз, когда его сын смог сделать телесного патронуса она была рядом и это был хорёк. Если бы не жидкая удача, что сейчас четко бурлила в крови, называя всё по своим именам, вряд ли бы мадам Малфой была бы так уверена в том, кого встретила. Вряд ли бы она его узнала. Скорее всего так бы и прошла мимо. Она совершенно точно не взяла бы с собой флакон со слезами феникса. Зачем? И отчаянно не вливала бы всё без остатка в пасть непонятного животного. Прямо, как сейчас.
Сейчас, наблюдая, как он болезненно в его руках превращается обратно в человека. И падает лицом на плечи матери.
Он не смог превратиться обратно самостоятельно. Главное «феникс» был рядом. Самое важное, что мама никогда бы его не покинула, не оставила. Ни за что.
Всегда рядом.
Поглаживала его спину, обняла, причитала, встала, облокотила на себя и в тот час собравшись объяснила сыну всё, что предстоит еще пройти. Только не в Азкабан. Только не единственного сына.
А иначе она пойдёт за ним.
Так она ему и обещала.
Так и сковала.
— Драко, обещай мне немедленно, что выполнишь всё, что услышишь! Иначе мы вернёмся туда вместе.
— Обещаю…
Нарцисса рискнула и получила всё, что нужно. Оставалось надеяться, что часть плана мужа сработает также слаженно. И он обещал. Они оба дали ей слово. Изнеможение молодого Малфоя было чрезмерным. «Феникс» помогал медленно приходить в себя, но настойка была древняя и возможно не обладала всей целебной силой, что прежде.
Щелчок. И они позволили домовику отправить их в главный холл Мэнора. Где Драко тут же рухнул в диван напротив Грейнджер.
—————————————
Внезапно появившийся Драко Малфой со своей властной матерью несколько отвлёк от основного диалога. Однако я отвела быстро взгляд, словно и не замечая их, продолжила разговаривать с хозяином поместья. Я смотрела прямиком в глаза Люциуса Малфоя, пока тот в секунду оглядел свою семью.
— Однако запомните. Магия крови - это магия защиты, причисления, но никак не тайны. Вы не подумали об этом? Кровь Тёмного Лорда, является отдельным существом в наших жилах. Несмотря на, то что его нельзя различить и отделить. Это похоже на болезнь. И он сделал собственную кровь - хранителем тайны с помощью древней черной магии. Буквально оставил живой паразит в роду Малфоев, который в мгновение ока станет нашим убийцей. Даже после развода я не гарантирую, что вы сможете расстаться с этим подарочком. Однако эта «болезнь» бессимптомная. Грейнджер, я повторяю, пока вы не изучите в полной мере хотя бы базы чёрной магии вам будет тяжело понять происходящее. Времени у вас нет, либо вы сделаете это сейчас, либо идите сразу в Аврорат. Решения принимать необходимо здесь и сейчас и это не способ манипуляции вашим умом.
Мерлиновы кальсоны! О чем я только думаю! Мои глаза распахнулись шире от ужаса и приоткрылся рот в удивлении. Почему я сама не задумалась об этом, а развесила уши?! Видимо злость от необходимости бракосочетания меня вырвала из мира логики. Приди в себя немедленно, Гермиона!
— Тогда в чем необходимость спешки?
— Я смею полагать, что сейчас единственный момент, когда вы максимально чувствуете, что должны пройти обряд бракосочетания. Его невозможно пройти без истинного желания сделать это. С каждым днём ваше желание будет угасать, а сомнения увеличатся и даже, когда твёрдо решите, что это необходимо. Не сможете пройти обряд. Здесь необходимо искреннее желание молодожёнов. И желание Драко имеет не последнее место. Сейчас оно думаю наиболее сильно. Так, как он хочет спасти мать за свой проступок, — произнёс он манипулируя и вглядываясь в раздражённый взгляд сына, — Тёмный лорд оставил такой подарок нам не спроста. Род Малфоев под защитой чистоты крови и без одобрения предков, без церемонии кровосмешения не может продолжится. И к вашему сожалению Воландеморт прекрасно понимал, что абы кто не станет членом нашей семьи. И его тайна надёжно спрятана.
Вся информация густо смешалась в моей голове. Словно не хватало глотка, чтобы очертить границы и все расставить по местам. Все было с одной стороны немыслимо и непостижимо, а с другой вполне логично.
Тень доверия складывалась не из моего отчаянного желания геройствовать. А из крупиц, что я вычисляла на ходу. Он признал, что ищет выгоду в браке. Также он не скрывает и о том что это возможно останется со мной навсегда. И даже упущенный мной момент он раскрыл и разжевал доступным языком для того, кто не так глубоко знаком с тёмной магией. Но было здесь и что-то очень пугающее, он не предал забвению мою память, когда на мгновение заполучил мою палочку. Почему? Дементоров из Азкабана разогнали не сразу, может его магия ослабла и он испугался осечки? Не гони гиппогрифов Гермиона. Это же Малфои!
— Так вы больше не боитесь произносить его имя без страха быть наказанным? Его последователей верных ещё осталось достаточно много. Они могут придти и за вами.
С отвращением произнесла я. Злость от натиска заставила меня ужалить. Подобный трус не должен был произносить его имя до самой смерти, если молчал до этого, как безропотная мышь. Поэтому я не сдержалась, нажимая по больному. Точно также, как он минутами ранее выхватил мою палочку. Но Малфой лишь брезгливо усмехнулся в ответ и продолжил. Я очевидно упускала мелкие детали происходящего, но разве есть время выяснять?
Сейчас или никогда? Так и вертелось в моей голове. Это неразрешимая задача! И что самое забавное, проигрышная в любом случае. Это же Малфои, как никак…. Оставалось довериться внутренним чувствам, что я должна это сделать ради неизвестного мне благополучия.
— Я так полагаю, что вы согласны?
— И долго будет проходить церемония, мистер Малфой? И если с ваших слов она предназначена, чтобы не допустить таких, как я в вашу семью. Чего вы пытаетесь добиться? Моя смерть вряд ли вам поможет.
—————————————
Какой-то сплошной гул и сюрреализм. Хищные взгляды и бестолковые решения. Гойл был полным придурком, но покойным придурком, которого стоило поблагодарить. Кикимер видимо подобрал палочку, когда я ту выпустил из рук во время обращения. Передал отцу.
Резкий щелчок.
Древко разломилось, под гнетом пальцев. И шумно захрустело в пламени камина. Магия в ней обуглилась неохотно.
— Не стоило, — ошарашено вымолвила грязнокровка наблюдая за огнём.
— Сказать честно понятия не имеем. Раньше этот обряд, гр… магглорожденные не проходили. Так что гарантий для вас никаких нет, дорогая Грейнджер, - вытравила из уст моя мать. С таким удовольствием, что я начал сомневаться в происходящем.
— На самом деле брачная церемония это всего лишь инструмент, а не сознание, которое вдаётся в детали происходящего. С тех пор, как в нашей крови присутствует кровь Тома Реддла, который являлся в действительности полукровкой. Не смотрите на меня так. Пожиратели об этом факте знали и были в ответе за сохранность этой тайны. Убивали каждого, кто трепал язык понапрасну. Хотя таких было не много. В общем я так полагаю, что магия будет оценивать соотношение вашей крови, с кровью Драко. И вероятность благополучного исхода достаточно велика. Но не однозначна. Оставить вас без предупреждения считаю неразумным. В случае чего, ко мне применят легилименцию. Явится очень разгневанный Поттер. И с нашей системой судейства придётся лишь надеяться, что на нас не свесят вашу смерть. Это полностью ваше решение. Учитывайте это Грейнджер. Но тайна, которую я вам раскрою, если останется без внимания, не сейчас, так в будущем натворит немало ужасов. И чем раньше вы о ней узнаете, тем лучше для нас.
Отец всегда был горазд поболтать о «высоком». Искусный лжец, он кривил и душой и языком вполне одинаково. Сейчас со стороны я осознавал это все больше. То, как он пытался заставить Грейнджер считать, что она сама делает свой выбор заставляло задуматься и меня. Все ли мои мысли, были моими?
— Вы не оставили мне выбора и твердите, что это полностью мое решение?
— Мой муж, как минимум указал вам на дверь! Перестаньте искать подвох и поймите, что каждый ищет свою выгоду. И навредить вам в цену «выгодности» не входит!
Мать была зла и напугана. Но ее метод отличался. Она просто давила. И иногда это пожалуй работает.
— Грязнокровка, видимо ожидает, что мы будем ее просить, умолять или как минимум благодарить, — сказал, сам же почти не имея на то почти сил. Но никто не обратил внимания на мои слова.
— Прошу вашу палочку мисс Грейнджер, в знак согласия и следуйте за мной. В любом случае сейчас вы увидите одну из тайн нашего рода.
Отец подошёл к ней вплотную и заполучив, то что просил прошёл в
левое крыло огромного зала в котором мы находились. Меньше полугода назад в том самом месте Воландеморт вместе с Нагайной убили всех, кем был хоть, как-то недоволен. Началось всё с отца Крэбба, который вызвал его почем зря. Убивая из ярости и наслаждения, а после просто так егерей, что по «счастливому» случаю оказались здесь. И он заставлял нас смотреть, как расправляется с каждым. Каждый раз и редко приобщал отца к убийствам. Но обязательно заставлял чувствовать страх оказаться следующими. Порою терзал жертвы пока те не начинали умолять их убить. Отвратительный запах железа и шум того, как проглатывала некоторых из жертв змея. Мерзкое довольное шипение. Эта картина полностью поглотила меня, что я и не заметил, как мать уже помогла мне встать и пройти за отцом с Грейнджер. Слабость в моем теле была ещё вполне ощутима.
— Surgere familia arbore, — заклинание о котором я знал с детства и видел осознанно лишь однажды.
В центре из под пола в тот час начало подниматься довольно массивное дерево. Полностью угольного цвета толстый скрученный ствол. Оно разрослось наверное почти в полтора метра ввысь, может больше, а ветви свисали довольно размашисто. И если верить рассказам, становилось выше с каждым наследником. Пугающе красивое. Испещренное светящимися золотыми и темно красными нитями. Родовое дерево источало странный холод. Наверняка потому, что черный цвет был не спроста. Не знаю, заметил ли кто нибудь. Может об этой загадке уже строчит перо в «Пророке». Однако, если задуматься, то в Уилтшире поблизости не было кладбища наших предков. Никаких роскошных усыпальниц. Так как это дерево и было им. Ствол был вылит из праха предков, поэтому цвет дерева был соответствующий. Люциус коснулся основного ствола палочкой и наша ветвь медленно опустилась на уровень глаз. С веток опадали такие же чёрные листья с золотым сечением, которые в тот час превращались в пепел, что не успевая оседать растворялся в воздухе. Все оно было усеяно именами, аккуратными в цвет своей линии. С самого первого Арманда Малфоя до наших дней, то есть - меня. Каждое имя было связано нитями между собой, а женская линия окрашивалась в темно красный цвет и в тотчас нить обрывалась на ней. Род продолжали исключительно мужчины, носители фамилии. Что не удивительно.
Также было безумно, то что прикасаясь к ветвям предков, можно было услышать шёпот их голосов, их личные завещания, последнее слово.
Как это не называй это было пугающе.
Дерево было спрятано от посторонних глаз со слов отца из-за наличия крупицы чёрной магии связанной с прахом предков. И его нельзя было поднимать просто потому что захотелось посмотреть. Люциус рассказывал в детстве, что это может потревожить спокойствие предков. По крайней мере в это верили из поколения в поколение. Каждый из Малфоев видел дерево, как минимум четыре раза за всю жизнь. Первый раз - при рождении, капля крови и волос новорожденного Малфоя подпитывало ствол магией. Второй - на тринадцатый день рождения, для изучения. Третий - для церемонии бракосочетания. И последний раз для того, чтобы оставить завещание.
— Мисс Грейнджер, запомните. Как только церемония начнётся, вы будете под защитным заклинанием от дерева предков. Мы не сможем вам ничем помочь, — затем отец указал на часть ствола, где отчётливо виднелась вмятина, — одна рука должна находится на стволе и как только двумя другими вы возьмётесь за руки церемония начнётся. Дальше следуйте четко указаниям Драко.
— Что со мной может случится на самом деле? Я должна знать, чтобы понимать, каковы мои шансы.
— Всё, что заслуживаешь, грязнокровка.
Натянул самодовольную улыбку и дёрнулся, чтобы мать меня наконец-то отпустила. Иначе я чувствовал себя щенком, что спускают с цепи на радость хозяевам.
— Не груби Драко, это не хорошо, — я усмехнулся кажется в той же манере, что и отец на сам на свои же слова. Грейнджер брезгливо, инстинктивно сделала шаг назад.
— Я хочу отправить телесного патронуса Поппи Помфри. В любом случае, это лучше, чем ничего. И поставит ясность на вашей честности в предстоящем.
— Как вам будет угодно, мисс. Драко проводи ее к дереву.
— Неужели это единственный выход? Если бы я знал цену, никогда бы не…
Никогда бы не сунул в рот лист мандрагоры. Да и, что за счастье превратится в кота? Не понимал, почему. Я что ли в друзья набивался к Макгонагалл? Такая глупая жертвенность меня не радовала и я пытался высверлить взглядом, что-то в глазах матери.
Бесполезно.
Тем временем Гриффиндорка отправила патронус в виде выдры.
— Драко! Я тебе уже говорила! — нервничала мама.
Зашипев от негодования я схватил Грейнджер за руку, силой и грубо потащил за собой, заставляя ее шагать под свой ритм. Она бранилась и что-то шипела. Браво меня это не волнует. Только лишь то, чтобы это закончилось скорее. Церемонию и последовательность я изучал ещё в тринадцать лет. Так что проблем не предвидел. Разве, что был слегка заинтересован выдержит ли она, пройдёт ли эта зазнайка очередное испытание жизни. Также бодро, как и в присутствии Поттера?
Как же меня забавляло видеть ее лицо полное отвращения к происходящему в особенности ко мне. Никогда не чувствовал подобного трепета. Я упивался на секунду тем, что был невыносим для неё.
— Не уж то начала осознавать, что я чувствовал находясь в твоём обществе все эти годы?
— Драко, перестань задираться и просто следуй правилам, — травил отец.
— Оглохни! — выхватив палочку грязнокровки я решил сепарироваться от нотаций родителей. Достаточно было с меня того, что я должен сделать это. Ради матери. Да поможет мне Салазар.
— Ты просто отвратителен. Перестань насиловать мою руку, ослабь хватку. И верни палочку Малфой!
Мы оба приложили руки к стволу и образовался купол от верхушки дерева к мраморному полу, чем заставил расступиться родителей и молча наблюдать.
— А то что, Грейнджер?
Раз не получилось договориться с родителями, я решил, что смогу сам напугать ее. И заставлю отказаться от принятого решения. Ни в коем случае не отводить взгляд. Давить безжалостно. Ухмыляясь вглядывался, а она пыталась с этим бороться. Казаться смелой, не отворачиваться также, но после как бы невзначай отводила взгляд в сторону дерева.
— Как минимум, то что я упрячу тебя Драко и всю твою семью в Азкабан!
— Тха-хах, ты правда считаешь, что твои угрозы после Воландеморта звучат хоть, как-то пугающе? Я найду иной выход. Ты так и не отвыкла считать себя умнее всех?
— Драко, ты совершенно попусту теряешь время. Мне совершенно ясны твои потуги. Избавь меня от лишних слов и диктуй уже, что надо делать.
— Перестань называть меня по имени. Настолько нервничаешь?
— Нервничаю так, чтобы не повторить удар многолетней давности, урод.
— Ты слишком сильно вцепилась в мою руку, женушка. Не заметила, что я расслабил хватку?
— Заткнись, Малфой.
— О, уже Малфой? Правильно, супруга надо слушаться, как никак в нашем патриархальном семействе. Быстро схватываешь, Грейнджер. Точнее, без пяти минут Малфой.
— Ты бы так язвил, когда здесь испугался, как котёнок. Боялся узнать нас перед своей безумной тётей. Что, молоко не обсохло на губах? Трус.
— А в суде ты иначе болтала поганая грязнокровка. Что ж, ты сама напросилась.
— Ты знаешь, что ужасно пахнешь? Отлично передаёт аромат твоей души.
Конечно я пытался вывести ее из себя любым способом, но времени не оставалось. Хотя изначально его и тянул. Дерево предусматривало то, чтобы закрываться самостоятельно. И с последним опавшим листком все бы прекратилось. На то я и рассчитывал в какой-то степени. Хотя в действительности это было глупое детское желание. Умом я понимал, что мать никак иначе не спасти от участи узника Азкабана.
—————————————
Что и говорить? Мне было дико страшно и я знала, что он читает это в моих глазах. Я правда боролась с этим. Меня всегда пугала неизвестность. Эта была одна из важнейших причин моего книголюбия. Было сложно не поддаваться мелкой дрожжи. От чего не замечая его колкостей, я всё сильнее сжимала холодную бледную ладонь Малфоя.
Я удивлялась. Он был очень встревожен, избит, если это можно так сказать. Исхудавший и затравленный взгляд. Но все равно наполненный силой. Значит, в нем было желание жить, что облегчало задачу в некоторой степени. Было странно видеть через весь истерзанный вид, силу. Странную, непостижимую для меня. Я думала он простой запуганный, избалованный мальчишка. Но он изменился, что-то в нем пугало больше, чем годами ранее.
— Secare!
В мгновенье я почувствовала, что мою
ладонь разрезало и попыталась разжать это обременённое рукопожатие. Но он не позволил.
— Грязнокровка, руки разжимать нельзя, если собираешься продолжить. Иначе цепь прервётся, купол падет, церемония безвозвратно закончится. Это твой последний шанс отказаться. Если все ещё упрямишься. Произнеси тоже заклинание. Только вот знай, нас пронзит боль, где-то с минуту, похожая на круциатус. Это часть диагностики истинного желания. Если продержишься и успешно пройдёшь проверку. Боль прекратится и придётся выпить глоток моей крови, с руки. Все ещё не разжимая цепь. И соответственно мне с твоей. Ты уже чувствуешь радость и предвкушение от охренительно интимного момента? Будем любить друг друга, до конца дней до последней капли крови, хах. Надеюсь ты откинешься в мир иной в ближайшие пять минут. Жаль твоего рыжего дружка здесь нет, было бы ради чего стараться хоть. Я бы посмотрел на это убож…
Он не успел договорить, потому что я просто плюнула ему в лицо. Даже учитывая что много на него не попало. Его усмехающееся лицо сменившееся на гнев полностью меня удовлетворило и не давая ему реванша в секунду нас пронзило ужасной давящей болью после заклинания.
— Secare!
От нахлынувшей боли мы оба забыли обо всем. Даже о том зачем вообще существуем в этом мире. Казалось, что под ногти вонзали тысячи игл, каждую косточку сломали одновременно, а по голове беспрерывно били битой для бейсбола. Я была уверена, что истекаю кровью до последней капли. Но что-то во мне боролось. Поэтому руку с дерева я не убрала, но мы оба просто упали на колени. Сползая болезненно и упираясь друг другу в плечо, просто чтобы не потерять равновесие от боли. Казалось прошла вечность. Кровь бурлила очень осязаемо, так же как каждый шаг в этом мире. Ещё мгновение и легкие начало скручивать, а сердце замедляться. И все прекратилось. А ужасный запах на плече Драко, показался мне самой сладкой тягой к жизни.
— Ты та ещё сука Грейнджер. Прошла всё таки, хах, глубоко сожалею, что не сдохла — он упирался в мое плечо, посмеиваясь и также тяжело дыша, как и я.
Я отпрянула, превозмогая последние силы. Но отпускать руки ни с дерева, ни его руку - нельзя. Он же не спешил сделать тоже самое. Неудивительно. Пройти за один и тот же вечер две серьёзные магические трансформации. Для этого необходима, как минимум душевная сила или отчаянно гнилая душонка способная на всё. Выбираю последнее.
Чуть погодя он все же сделал глубокий вдох и выпрямился с убийственным взглядом. Потянул на себя мою руку и выпил крови с таким наслаждением причиняя мне боль.
— Твоя кровь, моя и более тёмная. Всё смешалось, но одно неизменно. Теперь ты грязнокровка по праву. Благодаря мне. Мной лично выведенный сорт, тхах.
— Ты просто мерзкий…
Не знаю от чего меня затошнило больше. От этой душной надменности или вкуса его крови на своих губах. Он все ещё старался меня задеть. Наверное с этого момента это была просто привычка. Все его надежды, что этого не случится рухнули и безумством осели в глазах.
— А теперь повторяй за мной.
— О чём это ты? Ты издеваешься? Разве сейчас не следует произнести завершающие чары какие-то и закончить?
— Я Драко Люциус Малфой, беру тебя Гермиону Грейнджер в жены, чтобы ты была рядом со мной, что бы уважать тебя, быть твоей опорой и в радости и в горе, в хорошее, и в плохое время, чтобы любить и хранить тебя. От всего моего сердца, из глубин моей души, до конца моих дней, да будет так. И так же, как и в каждой жизни до этой, и в каждой жизни, которая последует за ней я буду твоим.
Даже за тысячи галлеонов я бы никогда не увидела такого Драко. Внезапно спокойного и без сарказма. Видимо это часть магического контракта была крайне важна, если он выделил ей такое значение противоречащее всему своему существу. Никто бы не заставил его сказать подобное спокойно, если бы не было в том необходимости.
— Я Гермиона Джин Грейнджер, беру тебя в мужья, чтобы ты был рядом со мной, что бы уважать тебя, быть твоей опорой и в радости и в горе, в хорошее, и в плохое время, что бы любить и хранить тебя. От всего моего сердца, из глубин моей души, до конца моих дней, да будет так. И так же, как и в каждой жизни до этой, и в каждой жизни, которая последует за ней я буду твоей.
— Даром не надо. Эта речь, эксклюзивные данные для дерева. Скорее это клятва для предков.
Теперь он был более сдержан, но почему-то в его глазах заиграли победные ноты. Кольцо, которое было на его руке отчасти расплавилось и перешло на мой палец. Став видимо завершающей частью. В мгновенье я почувствовала, как иглы вонзаются на оборотной стороне кольца, но тут же прекратилось.
— Ауч! Что это сейчас было?! — я встревоженно вглядывалась в инородный предмет на моей руке.
— Ты совсем глупая, Грейнджер?
Наверное отродясь я не слышала факта о своей наивной глупости. Затуманенная речами конечно же я не додумалась расспросить о каждом нюансе. Что ж, это и была его победа. Заставить меня чувствовать себя жалкой, униженной. Совершенно не понимающей мира волшебников магглорожденной.
— Ты правда полагала, что родители тебе все объяснят и расскажут? Правда не осознавала, что за магической брачной церемонией не будет стоять расплата длиною в жизнь?
— Хватит умничать и объяснись немедленно!
— К моему счастью до конца жизни ты будешь испытывать боль, каждый раз при попытке малейшей измены. Тебя даже развод не освободит от этого. Каждые отношения будут наполнены физической болью. Пока это не сведёт тебя с ума и к одиночеству. Развод освободит тебя в первую очередь только от пальца, который отсечёт кольцом или когда оно само отследит неверность. И самое приятное. Ты не можешь снять это кольцо, а я своё могу, — на этой ноте Малфой засмеялся, так отчаянно и насмешливо, что он закашлялся кровью. Отпустил мою руку и купол медленно рассеивался. Листья с дерева все ещё падали, оставалось немного. Секундой позже его глаза закрылись и он ничком падал на меня. От чего мне пришлось ловить его. Ещё секунду назад полная тишина прекратилась наполнившись истошным криком его матери. Мои попытки были наполнены тревогой и я пыталась растормошить его. Тело оказалось слишком холодным, промерзшим. Инстинктивно прижимая его к себе растирала руками его спину. Я не понимала, что мне делать. А осознав насколько это глупо, медленно опустила его голову себе на колени. Пыталась нащупать его пульс.. Всё испачкалось в крови. Он был в тонкой чёрной рубашке. Сняла свою кофту, которая была больших размеров и просто покрыла его. Кажется дышал. Купол наконец-то рассеялся. Дерево исчезло в недрах этого поместья. После чего его тут же отнёс куда-то Кикимер. А появившаяся Поппи Помфри оказалась, как нельзя кстати.
