Вольная рысь

      Лиза, не доев угощение, тоже вышла, забрав куртку. Она шла по дорогам заснеженной Москвы. Кругом люди, машины ездят, здесь шумно, а в посёлке тихо. Но вдруг Лиза с кем-то столкнулась…       Она надеялась, что столкнулась, как обычно, с кем-то из её знакомых, но нет.       — Смотри куда идешь! — раздражённо крикнул незнакомец и прошел мимо, специально задев её плечом.       Лиза пошатнулась и посмотрела ему вслед. Девушка помотала головой и, засунув руки в карманы куртки, пошла дальше. Но долго задерживаться на улице она не стала. Поэтому отправилась домой.       Дома она зашла в комнату и заглянула в личный дневник, обернутый в черную, кожаную обложку. Это был её. Она писала туда каждый раз, когда что-то случалось в поселке и не только. Но Воробьева уже давно не делала каких-либо записей, поэтому, открыв пустую страницу, начала писать, сидя за письменным столом. Она обозначила дату и событие, описывала всё, о чём только думала в те моменты, и прочее…             Так прошла неделя и пора было отправляться обратно в поселок. Артур с Лизой собрали вещи и, сев в машину, рано утром уехали из Москвы.       Дорога примерно занимала четыре часа. Артур переживал, что что-то могло вновь случиться, но все странности происходят только ночью, поэтому к обеду они приехали без происшествий.

***

      — Что собираешься делать? — вдруг спросил Артур, садясь на диван с газетой.       — В смысле? — Лиза села рядом и включила телевизор. Она совсем не помнит как пришла в гостиную или вообще разговорилась с братом.       — В прямом. Ты вроде хотела разобраться с пропажей детей, не?       — Ах, да… Ну, знаешь, с одной стороны, мне хочется, но с другой стороны, хочу пожить спокойно и без всяких приключений. А то жизнь у меня слишком уж насыщенная.       — Будет что внукам рассказать, — тихо посмеялся Артур. Но Лизе его голос показался странным, он отдавался эхом. — Но, может, ты поговоришь с Алисой сейчас и дальше просто проживёшь спокойно?       — Можно, — Лиза кивнула, соглашаясь с братом, и пошла надевать пальто. — Я скоро вернусь!       Лиза вышла из дома и направилась к лесу. Почему-то всё, что она видела, было как в тумане. С каждым морганием была уже совсем другая локация.       — Али-и-са! Али-и-са! — звала её девица. Лисичка сразу появилась позади неё, тем самым напугав бедную Лизу. С Алисой были ещё её друзья-звери.       — Что случилось, Веточка? — Алиса склонила голову набок и улыбнулась. Но её голос тоже отдавался белым шумом. — Злишься на нас? — Лиза повернулась к ней.       — Злюсь, но сейчас не об этом. Что с детьми, которые пропали? Знаешь, кто стоит за этим? Я уверена, ты видела лицо своего «Хозяина» без маски, — Лиза прикусила нижнюю губу и продолжила: — Куда подевался Семён? Что стало с ним и остальными пропавшими?       Медвежонок и Сова переглянулись. Волчок сжался комочком, а Лисичка чуть опустила острый носик маски.       — Тот, кого держали в клетке!.. — настороженно начала Сова.       Эхо.       — Тот, кто р-р-режет мелко-мелко! — в конце Волчонок завыл от страха.       Вой волка отразился от высоченных сосен.       — Тот, кто носит кожаное лицо, забрал их, — подытожила Алиса, сжавшись от страха.       Опять туманность. Эхо. Лиза помотала головой.       — Хотите сказать, это был человек? — в замешательстве спросила Лиза.       — Ах, чем ты только слушала, милая? Разве можно назвать такого, как он, человеком? — грустным и напуганным голосом поинтересовалась Алиса.       — Одно слово — взрослый, — подал голос Медвежонок. Его голос дрожал, как и у других зверей.       — В мире взрослых та-а-ак легко потеря-я-яться, — Сова растянула слова и схватилась за свою голову.       — Убийцы, жестокие дрессировщики и равнодушные родители… — добавила Алиса, затем выпрямилась. — Ах, лучше об этом всём не думать, чтобы не грустить. Не знаю, как вам, а мне печалиться совсем не хочется, — Алиса старалась казаться оптимистом, но Лиза чувствовала, что в глубине души она что-то скрывает от неё.       Но на мой вопрос вы прямо не ответили…       Лиза, нахмурившись, посмотрела на зверей, а затем перевела взгляд на лес.       Я устала от этих ребусов, почему всё решать я должна сама…       Другие звери тоже выпрямились.       — И я сегодня какой-то не грустный, — начал Медвежонок уже более спокойным тоном. — Лиза, а ты?       — А? — Лиза совсем не слушала их. Она задумалась, глядя на лес, пытаясь определить, откуда доносится игра на флейте. Она была почти уверена, что таинственный музыкант стоит прямо за частоколом сосен.       — Так что? Сядем тосковать или займёмся отдыхом? — ещё раз спросил её Медведь, подняв свою перебинтованную лапу.       — А у меня есть выбор? — Лиза перевела свой взгляд с леса на Медвежутку.       — А давай начнём с самой сладкой части программы! — по голосу было ясно, что Алиса улыбается.       Лисичка извлекла из карманов горсти конфет и вручила по очереди всем детям.       Зашуршали фантики. Тут же запахло ананасом, какао и дыней.       Последнюю конфету, кислую, Алиса вложила Лизе прямо в рот.       Лиза прожевала конфету и почувствовала себя… странно. Свобода. Будто больше ничего её не держало. Лёгкое чувство доверия к зверям. Хотелось просто довериться и идти с ними. Уголки губ брюнетки расплылись в улыбке.       Только… конфета была безвкусная.       — Спасибо… — промолвила Лиза и перестала хмуриться.       — Держи, — Волк протянул девчонке маску. Лиза её взяла. Маска рыси, которую можно закрепить на голове резинкой.       — Надева-ай, — мелодичным голосом сказала Алиса и захихикала, — она твоя. Твой дружок тоже скоро наденет свою маску. И Антон. Вы трое будете одними из нас.       — Антон и?..       — Секрет, — Алиса приложила палец к губам своей маски и тихо захихикала. Её смех был приятным, точно перезвон серебряных колокольчиков. Но это эхо… Лизу оно немного пугало. Это всё было не по-настоящему? — Он милый мальчишка. Такой добрый и заботливый. Мне даже показалось, что он как Антон, только намного смелее, — игриво перечисляла Лисичка.       — Я знаю его? — Спросила Лиза, всё ещё не надевая маску.       — Возможно, — хихикнула Алиса. — Надевай.       Лиза пожала плечами и надела маску на лицо. От папье-маше исходило тепло. Маска прильнула к коже и ее начало приятно пощипывать.       — Говорила же: это твоё! — радостно воскликнула Алиса.       Лиза кивнула и добрым тоном ответила:       — Моё.       — Чего стоим? За нас никто веселиться не будет! — задорно встрял в диалог Медвежонок.       — И то верно! — согласилась Сова.       Мелодия флейты кружилась по лесу как вихрь. Лизе не терпелось истратить ту энергию, тот жар, которым её наполняла чарующая музыка.       Вдруг Сова прыгнула и исчезла высоко наверху. Над головой раздался её смех, а потом она приземлилась обратно, фырча и отдуваясь.       — И ты так можешь! Попробуй! — сказала Алиса, глядя на Лизу с улыбкой.       Лиза попробовала.       Ноги оторвались от земли. Она взлетела ракетой к звёздам и закричала от счастья, увидев своих друзей внизу. Ветер помогал держаться в воздухе. Это прекрасное чувство свободы… Оно странное, но было так весело и радостно! Оно пьянящее и удивительное.       — Я так счастлива! Счастлива, что я встретила тебя! Тебе нравится? — спросила Алиса с широкой улыбкой на её маске.       Затем Лиза вновь приземлилась. Немного испугавшись того, что сейчас сломает ноги, но подошвы твёрдо встали на снег.       Лиза тяжело дышала от резкого адреналина в крови. Она улыбалась до ушей и глаза блестели. Дар речи был потерян, и через пару секунд она ответила:       — Очень…       Девушка почувствовала, что эти четверо не её враги. Они не причинят ей зла. А настоящие враги — те, кто далек от волшебства. Люди из посёлка.       — Веточка, ты будешь нам верить? — спросила Алиса, подойдя к ней ближе.       — Буду, — без колебаний ответила ей Лиза. Флейта всё играла и играла. Алиса обняла её и…

***

      — Ты чё, опять в облаках витаешь? — донёсся голос Пятифана.       Лиза очнулась в школе. Неужели заснула? А ведь эхо было потому, что это был лишь сказочный сон. Лиза несколько раз моргнула, чтобы привыкнуть к свету. Оторвав от парты подбородок, она взглянула на Ромку. Это чувство полёта и танца… Объятья Алисы и разговор со зверьми. Свобода и радость. Почему-то Лизе казалось, что это всё было наяву.       Но вдруг она начала вспоминать, что на самом деле её утро началось обычным образом: она проснулась дома, чай, завтрак и школа.       Но все воспоминания были как в тумане, и её это сильно волновало.       — Ну чего? — сонно пробурчала Лиза, потирая глаза.       — Чего? Чего? Тебе этот ушлепок кое-что прислал, — Ромка встал и, подойдя к своей парте, достал из рюкзака маленькую, голубую коробочку. Затем вернулся к Лизе и вручил. — Держи. Просил передать, а сам слинял с уроков.       — Фил?.. Куда он ушёл? — Лиза осторожно взяла коробочку и до сих пор не могла понять, что произошло.       — Хер знает… — махнул рукой Рома. — Собрал манатки и сбежал. Даже своего классного руководителя не предупредил. А я…       — Ром… — Лиза вдруг перебила его мысль. — Рома, какое сегодня число?..       — С сосны рухнула? Или с луны? — изогнув бровь, он с замешательством посмотрел на подругу. Скрестил руки на груди и ответил: — Двадцать пятое января.       — Что?! — челюсть Лизы отвисла. — Подожди… двадцать пятое января? К-как?.. Недавно было начало января… Новый Год…       — Лиз, это было пол месяца назад. Ты точно в порядке? — Лиза не была уверена в этом. Она совсем не помнит, как прошел её январь. Почему сейчас почти конец января? Это вообще нормально?       — Да… Да, я в порядке, — она натянуто улыбнулась.       — Врёшь.       — Рома!       — Что? На правду не обижаются. И открывай уже эту коробочку, всегда было интересно, что там, — он немного наклонился вперёд и с любопытством стал разглядывать коробку.       Лиза осторожно открыла её, а там лежала старая, чёрно-белая фотография её матери с другой женщиной. Эта женщина была мамой Филиппова. Лиза осторожно провела пальцами по старому изображению матери. Лет примерно семнадцати или чуть больше. И они в этом посёлке.       — Охренеть! — Рома даже встал со стула, чтобы разглядеть фотографию поближе. — Ты на свою маму похожа.       — Да? А мне говорили, что на папу. Хотя… не знаю.       — Твоего батю я ещё не видел. Но могу сказать, что мужчина он хороший.       — Почему ты так думаешь? — Лиза удивлённо посмотрела на парня.       — Твоя тетрадь, — Пятифанов достал из рюкзака чёрную тетрадь, которую Лиза отдала ему при первой встрече. — Твои стихи. Ты тут и не только стихи писала. Ты писала про своих близких людей и… Твой отец очень хороший.       — Знаю… Спасибо, он был очень талантлив, — Воробьева слабо улыбнулась.       — Лизок, ты это, не наводи грусти, — Пятифан усмехнулся и притронулся к её волосам, начал играть с концами. — Мягкие… — тихо произнес он.       — Опачки! — вдруг резко появился Бяша и напугал Лизу с Ромой. — А чё это у вас за шуры-муры, на? — бурят широко улыбнулся и с ехидной улыбкой посмотрел на Ромку. Тот слегка залился краской и пересел обратно за свою парту. — Хах, влюбился, на.       — Заткнись! — прошипел Рома, и бурят начал хохотать.       — Эх, Елизавета, роман не хочешь сочинить, на? — Бяша улыбался, глядя теперь на подружку.       — Бяша! — Лиза закатила глаза и усмехнулась по-доброму, — иди ты!       Бурят пошёл к своей парте и начал что-то нашептывать Ромке, а тот краснел и ругался.       Начались уроки…

***

      — Я тебе отвечаю, Антон. Алиса странная очень, — Лиза шла рядом с Петровым после уроков. — Или это уже у меня крыша едет.       — Тебе тоже приснился такой сон? — Антон взглянул на подругу, засунув руки в карманы брюк. — Я летал и танцевал в воздухе с Алисой.       — Я тоже! Только не совсем танцевала, но всё же!       — Они ещё про какого-то парня говорили. Знаешь, про кого?       Лиза помотала головой:       — Без понятия.       Они вдвоем пошли к гардеробной и забрали куртки. После того как они вышли, Антон резко остановился.       — Ты чего? — Лиза в недоумении смотрела на друга, а затем перевела взгляд туда, куда уставился Петров. Катя. Лиза улыбнулась при виде Смирновой, которая разговаривала со своими подругами-сплетницами. — Иди, — она слегка подтолкнула его в плечо.       — А… а ты? — Антон, шагнув вперёд, взглянул на подругу.       — Я сама дойду, — Лиза тепло улыбнулась Петрову, и он улыбнулся в ответ.       Набравшись смелости, он подошёл к Кате.       — Привет, Кать… — смущённо поздоровался Антон и отвёл взгляд в сторону, немного покраснев.       — Привет… — щеки Кати были красные то ли от мороза, то ли от смущения. Но, возможно, и то и другое.       — Давай я провожу тебя до дома? Если ты, конечно, не против.       Антон говорил неуверенно, а когда взглянул в зелёные глаза Кати, то почувствовал, как его уши загорели от смущения. Катя поколебалась и тихо ответила:       — Хорошо… я не против, — затем она повернулась к подругам, но они понимающе кивнули и удалились.       Катя пошла вместе с Антоном домой, а Лиза, немного потопчась у ворот, проводила друга взглядом и тоже пошла.       Дорога домой должна была пройти без происшествий — именно на это всегда надеется Лиза. Однако, в частности всё происходит наоборот.       Но к счастью, Лиза дошла домой спокойно и никто её не тревожил.       — Лиза! Как прошёл день в школе? — Артур встретил её с улыбкой и письмом в руках.       — Всё хорошо, — она улыбнулась брату.       — Помнишь, я говорил про кафе «У тёти Наташи»?       — Кажется, припоминаю, — ответила ему Лиза, параллельно снимая обувь.       — Егор пригласил посидеть там. Помнишь его?       — Твой друг отсюда?       — Верно! В общем, я пошёл. Буду недалеко, если что — звони, — Артур накинул на себя куртку и запрыгнул в сапоги.       — Хорошо. Приятно проведи время, — мягко пожелала Лиза, и Артур, обняв сестру, ушёл.       Лиза убрала сапоги в сторону и пошла на второй этаж переодеваться.       На её взгляд, домашняя, свободная одежда была намного комфортнее, чем школьная. Брюнетка спустилась и заварила кофе.       После перекуса она пошла в свою спальню и легла спать рано оттого, что ощущала слабость после очередного, тяжёлого школьного дня.

***

      — Эй! Сюда иди! — Рома возвращался со школы и увидел Филиппова, идущего из леса. — Разговор есть!       Фил огляделся, в надежде найти ещё человека, к кому мог пристать Пятифан, но никого кругом не оказалось. Ромка сглотнул и подошёл к нему.       — Привет… — осторожно и с натянутой улыбкой поздоровался Филиппов. — Как дела? Что-то случилось? — наводяще спросил блондин.       — Давно поговорить хотел, — Рома достал из кармана нож-бабочку и сжал её в руке. Фил насторожился. — Чё это ты в январе Лизке в любви признался, а? Думал, не замечу?       — Ром… можешь убрать нож? Я завтра в город должен уехать, не хотелось бы в больнице лежать… — Фил выставил перед собой руки.       — Ты говорил, что ничего к ней не чувствуешь! А сам… А сам исподтишка признался! Думал, взаимно, да?! Думал, я не узнаю о вашем разговоре в кафе?! — Рома раскрыл нож и только сильнее сжал рукоять, аж так, что костяшки пальцев побелели. Он стиснул зубы до скрежета и оголил свои едва заметные острые клыки.       Филиппов сделал пару шагов назад.       — Рома… прошу, выслушай меня…       — Заткни пасть, жалкий, грязный ублюдок! — Пятифанов повысил голос, словно рычал на него. — Она моя! Она только моя!       — Чего?.. — Фил сильно удивился неожиданному признанию Пятифана. — Ром, ты ведёшь себя как ребёнок… Не пойми неправильно, просто выслушай меня! Я могу объяснить!       Пятифан подошёл к нему и…

***

      Стук в дверь.       Лиза медленно открыла глаза и, потирая их, спустилась.       — Артур вроде же брал ключи, не?.. — Лиза бежала по ступенькам.       Стук повторился.       — Иду-иду! — Сонная девушка открыла дверь. На пороге стоял Пятифанов с опущенной головой.       Костяшки рук были в его собственной крови, на глазу фингал. Он уронил нож-бабочку на землю и стиснул зубы, не решаясь посмотреть подруге в глаза.       — Рома, что случилось? — обеспокоенно спросила Лиза.       — Прости… — его голос дрожал.       — Что? За что ты извиняешься?       — Прости, пожалуйста… — впервые Лиза увидела его слёзы. Соленые слезы стекали по его побитому лицу. Девушка впустила мальчишку в дом.       — Рома, успокойся. — Он снял обувь и прошёл с ней на кухню. Она заварила ему ромашковый чай. Тот просто смотрел в чашку. — Можешь объяснить, что случилось?       Он помотал головой.       — Ты подрался?       Кивок.       — Без жертв?       Кивок. Лиза выдохнула.       Значит, не всё так плохо…       — Пойдём со мной, — Воробьева встала и пошла по коридору. Рома спокойно поднялся и пошёл за ней на второй этаж.       Она поставила стул возле кровати.       — Садись на кровать. — Рома поджал губы и помотал головой. — Пятифан, сядь на кровать.       Он выдохнул и сел, всё так же не поднимая взгляда на неё.       — Давай ты всё-таки расскажешь, что случилось, — Лиза села напротив и попыталась взглянуть ему в глаза.       — Я подрался с Филипповым… Прости…       — Всё в порядке, ты же не убил его, — Лиза мягко улыбнулась. — Это он тебя ударил?       — Нет… отец.       — За что? — с небольшим удивлением спросила брюнетка.       — Просто так. Он же ебанный алкаш, меня бьёт… маму иногда бьёт… — он сделал паузу и тяжело вздохнул. — Он хороший, когда не пьёт… Правда, — Рома отвернул голову. — В школе я заговорил о твоём отце потому, что завидовал… Твой отец не пил…       — Не пил, но был строгим. Хотя… тебе не стоит завидовать, ты же не выбирал себе родителей, — она встала со стула. — Сейчас я принесу аптечку, обработаю тебе руки и буде-…       Не успела договорить девушка, как парень встал с кровати и схватил её за предплечье, затем заключил в крепкие объятья.       Он сильно прижимал её к себе, отчего ей стало немного больно.       — Рома… мне больно, можешь отпустить?       — Пожалуйста, не уходи… Побудь со мной… Поговори… Прошу, только не оставляй меня… — он уткнулся ей в плечо.       Лиза вздохнула и щёки ее покрылись румянцем.       — Хорошо.       — Знаю, что сейчас не самое время вспоминать. Это было давно. Но я так сильно переживал, когда ты попала в аварию… Я думал, что всё… — он закрыл глаза и сжал руки в кулаки, всё так же прижимая её к себе, боясь отпустить. — Лиза… Лизонька моя… — вновь потекли слёзы, и плечо девушки стало влажным.       — Рома, всё же хорошо. Перестань, — она гладила его по спине, пытаясь успокоить. — Не плачь, дорогой.       Он всегда был таким сильным и опасным… Главный хулиган в школе. Его боялись многие ученики, и многие девушки любили его. За его внешний вид и силу в этих накачанных руках. Идеальный профиль и пухлые губы, светлые глаза…       А сейчас он обнимает её и плачет в плечо, раскрыв настоящего себя. Его боль. Его проблема в семье. Его слабая сторона, которую он так усердно скрывал от других под маской безжалостного хулигана. Сторона, которую он боялся признать. Несмотря ни на что, она приняла его. Его проблемы. Его характер.       Он был влюблен.