Звон колокола в 9:30

- Клэй! - обеспокоенные голоса становятся всё громче. - Всё хорошо! - натужно кричит парень, смаргивая влагу с глаз. Видимо, боль оказалась настолько сильной, что он не заметил, как выступили слёзы. - Чувак, ты торчишь здесь уже полчаса, всё точно нормально? - слышится голос Ника. - Да, просто что-то поплохело на минуту, - врёт Клэй или же... Дрим? И как долго ты будешь сопротивляться? - Я не желаю слушать тебя. Всё равно я буду говорить с тобой, ведь я буквально ты. - Ты несёшь какую-то чушь. О-о-о, нет, приятель, здесь только ТЫ действительно болен и отрицаешь это. Неужели тебе так нравится создавать других «я», «ты», «Дрим», «мы»? Ведь ясно как день, что все они – это лишь один ты. И меня здесь нет, ведь есть только ты. - Нет, я никогда бы... Слова застревают в горле - он вспомнил то, чего никогда не знал. Вот его клинок направляется в сторону старых друзей, вот он смывает багрянец крови со своих ладоней, вот он пожимает руку Техноблейду как гарант их договора. Всё это сделано ИМ, но не мной, не Дримом. - Ты же всегда знал это, но до сих пор отрицаешь очевидное, - молвят собственные уста. – Мы застряли в этом мире, в этой стране твоих грёз. Она не может выдержать всего того, что ты прячешь за её стенами – они начинают ломаться. Дрим дёргается, пытаясь нащупать хоть один осязаемый объект, но его ладонь разрезает клубящуюся пустоту. Он здесь один. Утро. Яркий свет утренних лучей пробивается даже сквозь зашторенное окно. Какое огорчение. Дрим с тяжёлым вздохом открывает глаза и смотрит на потолок из тёмного дуба. Тело всё ещё неприятно ломит после вчерашних тренировок, а четырёхчасовой сон прибавляет парочку баллов к отвратительности этого пробуждения. Блондин с удовольствием бы закрыл глаза, дабы вновь отдаться во владения тьмы, но прямо сейчас за стенами его дома кипит вооружённый конфликт, который никак не может перейти к своему апогею. Лениво потягиваясь, парень закрепляет прохладную керамику на своё лицо – вряд ли кто-то посмел бы зайти в его укрытие без спроса, но лишняя бдительность не повредит. Не зря же он прячет острые кинжалы почти в каждой свободной дыре этого пристанища – даже в чёртов матрас умудряется уместить изогнутый металл с деревянной рукоятью. Нет, он не страдает манией преследования, скорее просто понимает шаткость своего положения. Холодная после ночной тьмы вода неприятно обжигает горло. Дрим недовольно морщится, пару раз кашляя от такого резкого «огонька» в собственном желудке. Желательно что-то перекусить, да только аппетита с утра почти никогда нет, поэтому первый приём пищи смещается до самого вечера, когда утихнут дневные страсти и парень вновь сможет скинуть с себя залитый чужой кровью плащ. Возможно, запах металла и багровые разводы на руках это не лучшая атмосфера для поедания безвкусного хлеба, но Дрим не жалуется. Он успел привыкнуть к такой жизни. Бесцельно бродя по своему убежищу, парень вновь и вновь натыкается взглядом на пошарпанную обложку старинной книги. Он почему-то так и не удосужился осмотреть своё новое приобретение, ради которого буквально продал собственную свободу. Дрим и вправду не понимал, что же так тянуло его к этому куску пожелтевшей бумаги. Сам же Шлатт во время обмена вёл себя невероятно странно – тот был алкоголиком, но даже в таких условиях его взгляд был просто безумен. Его руки дрожали, будто после недельного запоя, а из рта вылетали случайные обрывки фраз, которые нельзя было срастить хоть в какую-то осознанную речь. Казалось, что даже момент диалога он был далёк от осознания окружающей действительности. Дрим был знаком с мужчиной ранее, и даже тогда в янтарных глазах плескалось меньшее количество странной одержимости. И всё же, блондин предпочёл не задумываться над странностями своего «союзника» принимая увесистый фолиант и стремительно исчезая из полумёртвого города. «Что?» Дрим шокировано распахивает глаза, когда осознаёт себя стоящим перед книгой и с занесённой в предвкушении рукой над чёрной обложкой. Парень не мог поверить, что настолько далеко ушёл в глубины собственной памяти, что перестал осознавать окружающее его пространство. За столько месяцев вечных сражений и жизни с ожиданием ножа в спине его инстинкты работали идеально – ни одно движение не должно было сделано без чёткого плана. Шелест страниц. Перед удивлённым взглядом разливаются моря необъятного текста. В многочисленных буквах читается то, что никогда не станет доступно простому человеку. Дрим видит то, как рождаются звёзды, следит за тем, как умирают галактики, и вся эта власть даёт ему важнейшую истину – жизнь бесконечна. О да, я всегда знал, подозревал. Дрим так долго докапывался до этой тайны. Ты потратил невероятное количество времени. Они хранили от нас секрет, секрет, которому суждено раскрыться. Ведь мы видим то, что закрыто плотной обложкой. Не так ли, Дрим? :)