Генерал и детектив

       — Тебе не кажется, что у этих зелий странный цвет?       Пушистое ушко генерала армии Ватацуми дёрнулось, а сам генерал нахмурился. Он наконец-то вернулся домой из Мондштата с большой партией зелий от Люмин, которая сделала их по его просьбе для помощи солдатам. По пути ему внезапно встретился Сиканоин. В итоге они вместе донесли несколько увесистых коробок до дома лучника. Ещё вначале их пути досин комиссии Тэнрё проявил неподдельный интерес к фестивалю алхимии и к самим зельям в частности. Его любопытство Горо напрягало. Уж не вынюхивает ли этот прохвост что-то?        — Чем тебе не нравится цвет?        — Хм, как бы сказать? Ярко-розовый не очень подходит под описание «зелье для выносливости», да и сам ты упоминал о зелёном цвете. Как так вышло, что зелье с одним и тем же эффектом так сильно изменило цвет?        — Люмин упомянула, что она добавила новый ингредиент.        — А ингредиент должен так сильно влиять на цвет?        — Ты сомневаешься в способностях Люмин?        — Я сомневаюсь в цвете.        — Да всё нормально с цветом!        — С чего такая уверенность? Может, зелье теперь вообще не работает.        — Оно работает! Вот, сам посуди!       После этих слов Горо залпом осушил одну из бутылок. Хейзо скептически изогнул бровь. По подборку потекла одинокая капелька. Стало тихо, но ненадолго. Сиканоин усмехнулся и пожал плечами:        — Видимо, Люмин всё же напортачила где-то в рецепте. Спроси её лучше.       После этих слов он развернулся и собрался было уйти, но вдруг Горо подошёл к нему со спины и принюхался.        — Горо? — Хейзо изогнул бровь.       Лучник уткнулся носом в его шею, шумно выдыхая. От горячего дыхания по спине побежали мурашки. Сильные руки крепко обвились вокруг талии парня, не давая вырваться. Пушистый хвост активно вилял из стороны в сторону. Детектив вздрогнул: генерал армии Ватацуми поцеловал его куда-то в область загривка. Внутри всё затянулось в тугой узел, а в горле встал ком. Сиканоин чувствовал себя непривычно растерянным — он не знал, не понимал, как ему реагировать на эту совершенно внезапную ласку.        — Ты очень вкусно пахнешь, — Горо положил голову на плечо юноши, улыбаясь так, что были видны небольшие клычки. — Мне нравится твой запах.       Хейзо невольно улыбнулся, сам точно не зная, чему. Ему было приятно, что уж скрывать? Однако внезапная перемена поведения генерала армии Ватацуми заставляла тревожиться. С чего вдруг ему так захотелось обняться с «врагом из комиссии Тэнрё номер один»? Горо, похоже, сам этого не замечал.        — Можно мне тебя поцеловать? — вдруг спросил он, всё так же странно улыбаясь.       Досин сглотнул, снова растерявшись. Неприступный генерал Сопротивления захотел его… Поцеловать? С чего бы вдруг? Может, у Сиканоина слуховые галлюцинации? Или не только слуховые? Расценив долгое молчание, как разрешение, Горо подался вперёд и прижался губами к губам детектива. Хейзо удивлённо охнул, машинально приоткрыв рот. Этим лучник и воспользовался, проникая розовым язычком прямо в чужой рот. Сиканоин хотел было отстраниться, но ему не дали, удержав голову на месте. Длинные пальцы с короткими коготками ощутимо давили на затылок. Досин комиссии Тэнрё тихо охал в неумелый, но глубокий и чувственный поцелуй. Горо словно высасывал из него душу через поцелуй. И Хейзо сдался, прикрыв глаза. Сопротивляться сил не было, да и особого желания, если уж на то пошло, тоже. Лучник подтолкнул его к какому-то столу, забираясь свободной рукой под майку. Детектив протяжно застонал, ощутив прикосновение к своему соску. Пушистые ушки зашевелились. Не больно, но ощутимо генерал сжал розовую бусину, продолжая вылизывать податливый рот. Такой растерянный и покорный досин комиссии Тэнрё ему очень нравился. Нравился настолько, что хотелось сжать в объятиях до хруста в костях, искусать всего, чтобы ни у кого не возникло даже желания близко к нему подходить.        — Горо… Мне больно… — прошептал Сиканоин еле-еле слышно в поцелуй.       Горо словно очнулся и поспешно отпрянул. Хейзо, тяжело дыша, повернулся к нему всем телом. Увиденная картина заставила сердце сжаться — всегда непоколебимый, упорный и решительный, генерал армии Ватацуми, «Пёс Войны», смотрел в пол, прижав уши к голове, как провинившийся щенок.        — П-прости… — пробормотал лучник. — Я не хотел… Я…       Ох, это было хуже, чем пощёчина! Хейзо в раз почувствовал себя очень виноватым. На самом деле, ему не было больно. Он просто… Растерялся? Да, это так. Сиканоин не знал, что ему делать: с одной стороны, ему хотелось обниматься и поцеловать Горо ещё раз, но с другой… Разве это правильно — пользоваться тем, кто явно ничего не соображал? Сглотнув, Хейзо осторожно подошёл к нему и коснулся лица лучника. Горо вздрогнул и поднял на него взгляд. Досин комиссии Тэнрё улыбнулся, стараясь разрядить неловкость, хоть как-то успокоить:        — Всё хорошо, не волнуйся. Просто… Не очень удобно целоваться, когда ты стоишь за спиной, понимаешь?       Горо медленно кивнул и осторожно, даже как-то робко и боязливо, коснулся своими губами губ парня… И Хейзо вновь «поплыл». Прикрыв веки, он прижался к нему. Архонты, неужели они оба находятся под эффектом зелья?       Сильные руки подхватили его под бёдра. Сиканоин машинально обвил его талию ногами, а руками ухватился за шею. Лучник нёс его куда-то, не прекращая целовать. В этом неумелом поцелуе было столько нежности, столько чувственности и столько искренности, что детектив вдруг понял — он хочет, чтобы эти эмоции были взаправду. Ему очень сильно хотелось бы, чтобы чувства Горо к нему были настоящие.       «Во имя интуиции, что за сентиментальность? — Хейзо послушно опустился на кровать, утягивая Горо за собой. — Когда меня стало волновать всё это?»       Мазолистые пальцы генерала армии Ватацуми коснулись талии досина и перешли на бока. Сиканоин тихо охнул в поцелуй. Его тело будто плавилось, горело в местах внезапных прикосновений. Внезапно Горо коснулся одного из сосков парня, на что тот простонал в поцелуй. Пушистые ушки встали торчком. Пальцы с короткими коготками сжали розовую бусину. Хейзо вновь простонал на вдохе, чуть ли не заскулив. Лицо пылало огнём. Лучник целовал его, тиская чувствительные, как оказалось, соски. Детектив вздрогнул, ощутив, как его бедро стали тереться. Внизу живота сладко потянуло. Соски ощутимо твердели.       «Ох… Так хорошо… И стыдно!» — Сиканоин шумно выдохнул, извиваясь.        — Хочу снять… Можно? — раздался робкий вопрос где-то рядом с ухом.       Хейзо медленно моргнул. До него ни сразу дошёл смысл вопроса. Горо тем временем уже настойчиво дёргал его одежду. По телу побежали мурашки. Это было странное чувство — с одной стороны, ему очень хотелось раздеться, показать своё тело и увидеть реакцию Горо, а с другой… Здравый рассудок упрямо твердил о том, что нужно срочно найти врача… Для них обоих. Генерал армии Ватацуми коснулся губами щеки парня:        — Я не буду ничего делать без твоего разрешения, честно.       Досин комиссии Тэнрё сглотнул. Сердце забилось вновь пустилось в жаркий пляс. Нет, это определённо какая-то болезнь, не иначе. Как по-другому объяснить тогда всё то, что происходит между ними сейчас?        — Только не рви, — спустя долгое молчание прошептал обладатель Анемо Глаза Бога. — Особенно хаори…       Горо медленно кивнул, словно в трансе. Его хвост вильнул в сторону, выдавая радость и заинтересованность. Они медленно снимали одежду детектива, особенно бережно отложив Глаз Бога. Доспехи тоже были убраны в сторону. Тут Хейзо указал на одежду воина.        — Ты тоже раздевайся… — произнёс он не так решительно, как хотел бы.       Обладатель Гео Глаза Бога кивнул и довольно-таки быстро и даже как-то радостно избавился практически от всей одежды, кроме нижнего белья. Сиканоин сглотнул, облизнув губы. Слабо выраженный пресс манил к себе, как и пушистые ушки с хвостом. Щёки заалели. Архонты, что же они творят?        — Ты очень красивый, — Хейзо вздрогнул, когда его щеки коснулись. — Можно мне ещё раз поцеловать тебя?        — Да, — прошептал досин, точно под гипнозом.       А может, он и в самом деле был под гипонозом? Иначе как ещё объяснить всё то, что происходит с ним?       Горячее дыхание обожгло губы. Сиканоин успел лишь приглушенно охнуть, когда его вновь поцеловали. Сердце снова и снова трепетало в груди. Пальцы генерала мягко оглаживали гибкое тело, которое извивалось, горело от прикосновений. Горо прижался к Хейзо вплотную. С его губ слетел тихий скулёж. Их члены тёрлись друг о друга. Сиканоин задрожал — он едва нашёл в себе силы немного отстранить парня от себя. Лучник изогнул бровь. Его взгляд был расстерянным, даже немного напуганным.        — У тебя есть слизь слайма? — прошептал детектив, чувствуя, как всё тело дрожало от накопившегося возбуждения.        — Да, — Горо кивнул. — Госпожа Сангономия…        — Неси, — перебил его Хейзо.       Генерал вначале растерянно моргнул, но, встретившись с горящим взглядом зелёных глаз, быстро принёс нужный флакон. Детектив, пыхтя, принялся медленно снимать с себя нижнее бельё. Сердце громко билось в груди, словно собираясь сломать грудную клетку. Он впервые был перед кем-то абсолютно голый, впервые собирался делать то, о чём никто не сказал бы в слух. От этого внутри всё трепетало и сворачивалось в узел. Раздвинув ноги пошире, детектив ввёл в себя сразу два пальца, набрав перед этим, как можно больше слизи.        — Ого… — прошептал лучник еле слышно, глядя на парня перед собой во все глаза.       Сиканоин выглядел идеально. Его вишнёвые локоны водопадом спадали в разные стороны. Несколько прядей прилипло к лицу. Заломанные брови и раскрасневшееся лицо были так маняще близко, что генерал не удержался. Досин вздрогнул от поцелуя в щёку. Странно, но поцелуи, что так нежно опускались на его лицо, успокаивали, добавляли какой-то странной уверенности в его действиях и желаниях.        — Я тоже хочу касаться тебя там, — горячо прошептал лучник в красное ухо, прикусывая мочку.        — Ага, ещё чего! У тебя когти!        — Я могу остричь их…        — Лучше поцелуй меня!       Ох, во имя интуиции, что он делает? Что они оба делают? Голова наполнялась тяжестью и уже ощутимо кружилась. Хейзо цеплялся свободной рукой за затылок генерала, едва успевая перехватить небольшие крупицы кислорода. Тут всё его тело затряслось — он наконец-то нашёл идеальный угол. Пальцы уже легко скользили внутрь. Горо вновь и вновь целовал и кусал так идеально подставленную ему шею. Его коготки впились в бёдра парня, царапая.        — Хейзо…        — Я готов.        — Ты уверен?        — Да.        — Но…        — Сделай это уже, Бездна тебя подери!       Ох, это было даже слишком хорошо! Хейзо, этот до невозможности красивый Сиканоин Хейзо, лежал под ним с широко раздвинутыми ногами, с красным лицом и пылающим взглядом двух изумрудов. А эти пряди, так соблазнительно прилипшие к искусанной шее… Горо едва смог подавить в себе желание потянуть за них. Вместо этого он поцеловал детектива в губы, стараясь максимально успокоить его и себя тоже. Это был ответственный шаг. Пути назад не было. Нижнее бельё генерала быстро оказалось снято. Сиканоин вцепился в затылок лучника. Твёрдый и влажный от собственной смазки член скользнул внутрь. Генерал армии Ватацуми осторожно толкнулся бёдрами глубже. Ему не хотелось, чтобы Хейзо было больно или некомфортно. Сам же Хейзо жадно хватал ртом воздух, стараясь максимально абстрагироваться от ощущений внизу. В голове уже была каша. Только чувственные поцелуи в висок хоть как-то успокаивали этот ураган. Внезапно всё тело детектива словно подпрыгнуло и выгнулось дугой. Горо словно нажал на какую-то кнопку внутри него, и ему вдруг стало очень даже приятно.        — Ещё… — прохрипел досин не своим голосом. — Сделай так ещё раз!       Генерал армии Ватацуми подчинился, толкнувшись в этом же направлении. Детектив прогнулся сильнее, впиваясь пальцами в густые волосы и спину партнёра. Ещё один сильный толчок, затем ещё и ещё… Горо рычал в ухо Сиканоина, вдалбливая его в кровать. Сам же Сиканоин стонал уже в голос, бесконтрольно двигаясь навстречу грубым рывкам. По щекам потекли слёзы удовольствия. Уже было не просто приятно, а очень даже хорошо. Настолько хорошо, что даже страшно. Сильные руки крепко, почти что до боли, сжимали бёдра. Острые клычки впивались в шею и ключицы. В нос ударил запах пота и крови. От этого у них обоих голова пошла кругом. Хлюпающие звуки и похотливые стоны заполнили комнату.        — Я люблю тебя, — не то простонал, не то прохрипел прямо в красное ухо Сиканоина лучник.        — Что..?! — детектив растерянно моргнул, а в следующее мгновение простонал на вдохе.       Горо резко потянул его на себя, а затем так же резко толкнулся всем телом вперёд. От этого Хейзо не просто застонал, а громко и пошло взвигнул. Мощный разряд удовольствия прошиб его до самой макушки. Перед глазами заплясали разноцветные пятна… И внезапно стало тихо.        — Хейзо… — спустя, казалось, вечность донесся голос генерала, словно через вату. — Всё хорошо?        — Да… — еле-еле выдавил из себя детектив, наконец-то отпустив его.       В следующий момент его тело слегка дрогнуло и окончательно обмякло. Горо выскользнул из разгоряченной дырочки и трепетно поцеловал мокрые волосы цвета вина.        — Прости, я перестарался, — прошептал он. — Хочешь пить?       Сиканоин кивнул. Горло болело настолько, что говорить было тяжело. Лучник метнулся за водой и быстро вернулся обратно. Хейзо едва смог принять сидячее положение и попить. Только сейчас он ощутил себя дико уставшим. Хотелось спать.        — Обними меня, — прошептал он едва слышно.       Однако чуткий слух генерала уловил это. Крепкие объятия, тёплый плед и поцелуй куда-то в лоб — это всё, что было нужно детективу, чтобы уснуть спокойным сном. И когда только он чувствовал себя таким счастливым в последний раз?       Яркий солнечный свет игриво коснулся лица. Детектив замычал и зашевелился. Рядом тоже кто-то зашевелился. С трудом разлепив глаза, юноша ощутил, как сердце громко стукнуло о грудную клетку и замерло. Они с Горо голые лежали в обнимку под одним одеялом… У Сиканоина перехватило дыхание. Щёки налились ярким румянцем.       «Я влип…» — пронеслось в голове детектива.       Горо рядом зашевелился снова и зафыркал, после чего приоткрыл глаза. В следующую секунду на Сиканоина смотрела пара шокированных голубых, точно ясное небо, глаз. Досин невольно усмехнулся:        — Доброе утро, Щеночек.        — Сиканоин?! — лучник вскочил. — Что?! Мы?! Как?!        — Ты не помнишь? — Хейзо наклонил голову набок, отчего вишнёвые пряди прикрыли большое количество кровавых меток.        — Я… — Горо на какое-то мгновение застыл. — Помню…        — Как ты себя чувствуешь? — изумрудные омуты пристально наблюдали за воином.        — Хорошо… — обладатель Гео Глаза Бога отвёл взгляд. — Но… Ты…        — Не нравится мысль, что вчера произошло между нами? — Хейзо непроизвольно прикусил губу.        — Я не про это! — сильные руки коснулись кистей досина. — Я поранил тебя…       Обладатель Анемо Глаза Бога медленно моргнул. Его сердце вновь сделало сальто назад… Прямо, как вчера, во время первого поцелуя. Выпутав руки из крепкой хватки, он коснулся груди лучника.        — Что ты чувствуешь ко мне? — их взгляды встретились.       Горо покраснел до кончиков ушей. Сердце забилось чаще. Дыхание перехватило. Все слова перемешались. Сглотнув, генерал армии Ватацуми коснулся щёк парня своими мазолистыми руками и накрыл егогубы своими. Детектив распахнул глаза. Сердце уже билось где-то в горле. Голова, прямо как вчера, пошла кругом. Веки прикрылись сами собой. Они целовались нежно, трепетно и до невозможности чувственно. Это было какое-то необычное, ни с чем несравимое счастье. Внутри будто расцвел самый прекрасный, самый нежный цветок.        — Это пойдёт за ответ? — тихо уточнил Горо, отстранившись.        — Да… — прошептал в ответ Хейзо, тяжело дыша.       Генерал армии Ватацуми широко улыбнулся и крепко обнял его. Сиканоин улыбнулся, вдруг почувствовав себя самым счастливым человеком в мире. Хотелось вечно сидеть вот так — обниматься и не думать ни о чём…        — Хейзо, — лучник вдруг слегка отстранился и взял его руки в свои. — Пойдём на свидание?        — Хм-м-м, — детектив хитро улыбнулся, прижавшись к нему. — А как же твоя работа?        — Возьму отгул, — решительность в голосе заставила встрепенуться.       Досин ощутил, как покраснел. Сердце вновь затанцевало в груди. Во имя интуиции, неужели так теперь будет всегда?