Двойники

<center>

</center>- Я спасена! - крикнула девушка, осматривая знакомые и привычные интерьеры, и словно ошпаренная, отскочила от проклятого зеркала. Она посмотрела на часы, те размеренно отмеряли ход времени, 19:32- она вернулась в то же самое время. Потом она осмотрела себя: вид был неважный, платье требовало стирки, местами порвалось, ноги испачкались после ходьбы по грязным парижским улицам, голову нужно было мыть, не говоря уже о том, что не мешало бы принять душ. И как она всё это объяснит: порванное платье, грязные ноги, немытые волосы, отсутствие макияжа и укладки для фотосессии, да никак! Фотосессию ни в коем случае нельзя продолжать, нужно срочно переодеться, привести себя в порядок. Эсмеральда пошла в соседнее помещение, служившее её временно гримёркой, схватила одежду и быстрым шагом пошла в туалет, где привела себе в относительный порядок. - Эсмеральда! Вы где? Мы принесли кофе. Минут через десять вернулась Эсмеральда, применив весь свой актёрский талант, изображая плохое самочувствие и надо признаться, ей это удалось, а бледность на лице после пережитого стресса только подкрепили эффект. - Я плохо себя чувствую. У нас достаточно отснятого материала на данном этапе? Если это возможно, давайте перенесём съемки. Девушка выглядела неважно, и у всех складывалось впечатление, что Эсмеральда десять минут назад и сейчас - это две разные Эсмеральды, но подобную нелепую мысль быстро отбросили и, просмотрев отснятый материал, перенесли съёмки на другое время, а фотограф тем временем займётся обработкой имеющегося материала. А испорченное платье девушка незаметно забрала с собой, чтобы отдать в ателье для приведения вещи в порядок. И самое главное, всё забыть и никогда туда не возвращаться! *** Судье понадобилась неделя, чтобы полностью восстановить свои силы в моральном и физическом плане, боль потери, конечно, никуда не ушла, но самый страшный кризис миновал, но ещё до полного выздоровления было далеко и, придя более или менее в себя, судья спросил у прислуги: - Где девчонка? Никто из прислуги не мог ответить судье на вопрос, девушка пробыла здесь слишком мало времени и за своими заботами они и не заметили её отсутствия, а когда опомнились, то решили, что судья выставил бродяжку вон. Судья, приподнявшись на подушки, грозно рявкнул: - Я вас сейчас всех, чертей, на улицу самих выгоню! И ни в одном приличном доме таких бездельников не примут! Позвать мажордома немедленно! Через некоторое время в покои судья вошёл бледный мажордом: - Граф…,- начал он. - Да заткнись ты уже! Ты мне лучше вот что скажи, а как так получилось, что в моём доме моя прислуга под твоим началом не может дать мне ответ, куда делась девчонка?! Или, может, лучше ты мне скажешь: где она? - судья своим орлиным взглядом окинул мажордома, понимая, что тот ему ничего не ответит, чётко и лаконично отдал приказ.- Если через полчаса ты не дашь мне ответ на мой вопрос и не приведёшь мне виновных, то можешь прямо сейчас начинать искать себе место! Мажордом был белым как смерть, когда уходил от судьи, но страх возымел нужное действие, ровно через полчаса в покои судьи он чуть ли не за шиворот втащил горничную Марсель. - Граф, это она помогла девчонке бежать. Судья внимательно посмотрел на девушку своим пристальным и тяжёлым взглядом. - Говори! Девушка выложила всё как на духу. - Чертовка ловко тебя провела! Помолиться за моё здоровье! Ха! Это последнее, что она сделает! А почему ты её в церкви упустила? - Я… ну… сказала, что догоню её, мне надо было… - А, так ты развела шашни у меня под боком! Такая прислуга мне и даром не нужна! Но в одном она была права: место ты потеряешь! Другим уроком будет! Пошла вон! И как только не умоляла девушка со слезами на глазах простить её, судья был неумолим, никакие слёзы и жалобы не могли его разжалобить. Судья прекрасно понимал, что её нет в Париже… в его родном Париже, и судью очень задело, что эта девчонка обвела его вокруг пальца, использовав прислугу, которую он тщательно подбирал, в его же собственном доме, однако сейчас ему было не до неё, нужно восстановить свои силы. Прошло полгода. Последующие полгода были для судьи адом, после того как он восстановил свои силы, а это было только начало адского маршрута, боль от потери цыганки накатила с новой силой, нужно было приучить себя к мысли, что ЕЁ больше нет и единственной отдушиной могла быть стать та другая, но она сбежала от него. Судья решил использовать самый действенный способ: погрузиться в дела, но никакая работа над судебными делами до изнеможения не помогала, он кидался во все облавы, но и это не спасало, возвращаясь домой, его ждали верные друзья: боль и одиночество. Судья больше не хотел быть один, ещё до этих проклятых девчонок ничто не могло его поколебать в правильности своих убеждений, но стоило только цыганке зажечь пожар в душе, как всё пошло прахом, а потом появилась другая… Цыганка была ребёнком, уличным нераспустившимся цветком, жившим под солнцем по наитию, а другая была взрослой и полностью сформировавшейся девушкой. Шли дни, складывались в недели, месяца и судья всё чаще ловил себя на мысли, что он скучает по Эсмеральде – чужестранке из другого времени. И, возможно, именно она ему подходит больше, он пытался гнать от себя эту мысль прочь, но вскоре та полностью завладела им. В один из вечеров, сидя возле камина и глядя на пламя, в котором, как ему казалось, плясала дерзкая красавица, он сказал сам себе: - А почему бы нет? Может, хотя бы ты, девочка, будешь умнее? Судья задумался, он может вернуться в то время, для этого у него есть все возможности, а там способ встретиться с ней он найдёт, нравы в том обществе гораздо свободней и встретиться с простолюдинкой ему гораздо проще. Судья усмехнулся, да, пожалуй, так он и сделает, он работал как проклятый и может отдохнуть, отойдя на время от дел, тем более, его отсутствие никто не заметит. Теперь осталось только узнать, что говорят о «проклятом» подвале. Что же до Эсмеральды, то она была рада, что вернулась домой и избежала опасности, но разлюбить судью она уже не могла и скучала по нему. Девушка погрузилась с головой в свою привычную жизни: гастроли, выступления, да всё что угодно, только бы не думать о прошлом, она не могла понять смысл всех этих событий: путешествие во времени, встреча с двойником, любовь к мужчине из другой эпохи, с которым она никогда не встретятся. И снова одиночество. Ей казалось, что время остановилось, часы, дни и месяцы похожи друг на друга, одни и те же лица, шутки, фразы, череда одинаковых событий, ей снова нужно было идти на очередной приём, какому-то богачу взбрело в голову пригласить её выступить. Эсмеральда, перед тем как выйти из машины, посмотрела на себя в маленькое зеркальце: её часто называли красавицей, она была желанная и обожаема, а внимания добивались все, кому не лень, кроме одного мужчины на земле, за любовь которого она бы много отдала. - Я ведь настоящая? Не копия?- сказала она вслух, чем вызвала удивление водителя. Эсмеральда пожала плечами и вышла, она отыграет свою роль: споёт, поблистает на приёме для картинки, ведь она профессионал. Судья заметил её сразу, и весь мир померк и потерял свои краски на фоне этой красавицы. «Какое дежавю!»- подумал судья, слушая пение Эсмеральды, и пожирая её глазами. Красавица! Теперь дело оставалось за малым, поймать момент, с этим труднее, когда она будет одна и порадовать девицу от души, а пока судья решил не попадаться ей на глаза. Судья был терпелив, ведя светские беседы с бизнесменами, министрами, не упускал девушку из виду ни на секунду и как только заметил, что она решила покинуть залу, последовал за ней. Эсмеральде надоел этот шум и гам на приёме, она устала от пустых разговоров, дежурных комплиментов и вопросов, ответы на которые она знала наперёд. Девушка решила выйти в сад, там были прекрасные качели, и так хотелось посидеть в тиши. Она села на качели, легонько отталкиваясь одной ногой, стала раскачиваться, прислушиваясь к вечерней тишине и смотря куда-то вдаль, не услышала, как судья подошёл сзади, одну руку он положил на спинку сиденья, а другую на ногу. Эсмеральда испугалась, она машинально хотела встать с качелей и убежать, но кто-то властным движением руки не позволил этого сделать. Девушку вскрикнула и обернулась: на неё смотрел, ухмыляясь, Клод Фролло. - А ты здесь откуда? - вырвалось у неё. - Тебя решил навестить,- ехидно сказал судья. Девушка, несмотря на испуг, собралась с мыслями и сказала: - Если ты пришёл мне читать нотации о том, как я обманула тебя, а потом и удрала - то можешь засунуть свой язык в задницу. Я просто хотела выжить, и в этом нет ничего странного, а что же до моего побега, то мой дом здесь, а не в твоём грёбаном Средневековье. Мне не комфортно в твоём времени, как и тебе в моём. И вернись всё назад, я поступила бы так же. - Ты обвела вокруг пальца мою горничную, кстати, по твоей милости девчонка осталась на улице. Что ж, за поступки надо уметь отвечать. - И что стало с девушкой? - Понятия не имею. И мне совершенно плевать. Ты посмела обмануть меня и сбежать! - Ах, какие мы нежные! Тебе плевать на всех, кроме себя: ты выкинул человека на улицу без зазрения совести! А чего ты ожидал, что я буду сидеть и ждать, пока ты меня отправишь на виселицу?! Или ждать, пока ты отыграешься на мне за смерть цыганки, в которой виноват ТЫ и только ТЫ! Впрочем, ты и так бы её убил! - Что?!- вырвалось у судьи. В судье бушевал адский гнев, он побледнел и поджал губы, но в глубине души он понимал, ЧТО он сделал бы с цыганкой в случае отказа, не вмешайся во всю эту историю Эсмеральда и это злило. И он не мог сказать ей всей правды, признаться, что скучал, что именно она спасла его от безумия и смерти. Он схватил девчонку за руки, рывком прижал её к себе, его лицо, искажённое гневом, могло испугать даже самого хладнокровного человека, не говоря уже про девушку, вскрикнувшую от ужаса. - Отпусти, мне больно! - А мне плевать! - Ты ничего мне сделаешь! У тебя здесь нет власти! Судья усмехнулся: - На певичек и здесь можно найти управу! - Убирайся, Клод, восвояси! Я не она! Чего ты здесь ищешь? Зачем тебе я? Судья приблизился вплотную к девушке и насмешливо сказал: - А кто тебе сказал, что дело в тебе? Ты и, правда, считаешь, что мир крутится вокруг тебя? И я, в том числе? Я тебя разочарую, красотка, ты совершенно ни при чём,- соврал судья, а врать он умел отменно, когда ему это было нужно, - я пришёл сюда, чтобы пережит смерть цыганки, здесь это сделать легче, почти ничего не напоминает про неё, а раз уж ты попалась мне на глаза, почему бы не спросить с тебя за твои выходки. Судья закончил фразу, отпустил девушку, вальяжно рассаживаясь на качелях, показывая всем своим видом, что она может убираться на все четыре стороны. Эсмеральде хотелось врезать по его мерзкой роже, обозвать последними словами этого гада, но она не стала доставлять ему такое удовольствие, показывая свои чувства, а задел он девушку очень сильно, поэтому она демонстративно встала и ушла. Судья вздохнул, убедившись, что она его не видит, посмотрел удаляющейся девушке вслед. «Я снова всё испортил»,- подумал судья. Да, Клод, именно так, парировало сознание, твоё мерзкое самолюбие и безмерная гордость дали о себе знать и ты сделал всё, чтобы её оскорбить и унизить, зная о том, что цыганка для неё больная тема по известным причинам, и теперь всё исправить может только чудо, а мы ведь большие мальчики с тобой и прекрасно понимаем, что чудес не бывает. Судья некоторое время провёл в подобных грустных размышлениях, после чего вернулся на приём. Эсмеральда вошла в зал, ей стоило больших усилий сохранять спокойствие, хотя внутри всё бушевало от обиды, гнева и ревности. Она посмотрела на своё отражение в зеркалах: красива и соблазнительна, желанна и умна, да любой мужчина, находящийся в зале, от радости бы запрыгал, удостой она его вниманием. А он… он… Да пошёл он к черту! И тогда Эсмеральда сделала то, что раньше никогда не делала: она начала флиртовать с мужчинами, ищущими её внимания, а таких было не мало, особенно преуспел один, но, в конце концов, девушке это надоело, морального удовлетворения она не получила, поэтому отделавшись от назойливых поклонников, она вышла на террасу: хотелось побыть одной. Но Эсмеральда просчиталась, и это просчёт едва не стоил очень дорого: никогда не начинай игру, доиграть которую ты не можешь. Один из поклонников принял всё кокетство красавицы на свой счёт, решив, что внезапный уход девушки - это намёк с её стороны на нечто большее, поэтому взяв себе виски, а девушке бокал шампанского, последовал за ней. Эсмеральда была разочарована, когда увидела приближающегося к ней мужчину и уже искала повод, чтобы избавиться от ненужной компании, прекрасно понимая, что светской беседы ей не избежать. Собеседник говорил, но она не слушала, он был ей противен, хоть его нельзя было назвать некрасивым, что-то в его облике было отталкивающим, пугающим и мерзким, поэтому, когда он протянул ей бокал шампанского, предложив выпить за знакомство, девушка еле нашла в себе силы не отказать, обычно она редко позволяла себе алкоголь на мероприятиях, но сейчас она была в таком эмоциональном напряжении, что сделала несколько глотков. Собеседник не замолкал, внимательно наблюдая за девушкой и это пугало. Зачем он так…что со мной… Эсмеральда почувствовала, как у неё закружилась голова, а перед глазами всё поплыло, предметы теряли свои чёткие контуры, бокал шампанского выпал из рук. - Что… что… такое?- спросила девушка заплетающимся языком, она не могла так опьянеть с одного бокала шампанского и это была последняя здравая мысль. Судья решил выйти на террасу и подышать свежим воздухом, это хвалёное общество начинало его тяготить, тем более, он потерял из виду Эсмеральду из-за светской беседы с премьер-министром. Возможно, улизнула с очередным поклонником, кстати, увивался здесь один мерзкий тип за цы… за Эсмеральдой. Ему хотелось разорвать всех этих ублюдков, пожирающих её глазами, но она тоже хороша: какого чёрта она водила их за нос?! Или девчонка не понимает, что так вести себя не только неприлично, но и опасно. - Проклятье!- прошептал он про себя. Двери на террасу были приоткрыты, и к большому разочарованию судьи там уже кто-то был, слышалась мужская речь, и Фролло собирался развернуться и уйти, если бы не услышал до боли знакомый голос: - Что… что… такое? Судья, даже не задумываясь, уместно ли его появление, властным движением распахнул дверь и вошёл, от увиденного на лице у судьи заиграли желваки, а глаза грозно блеснули: он увидел Эсмеральду в почти бессознательном состоянии, девушка откинулась на спинку стула, одна рука безвольно болталась вдоль тела, а другой она подперла голову. Над девушкой склонился мужчина, судья узнал его, он весь вечер ухлёстывал за девушкой. Фролло был оскорблён до глубины души, как она могла, он нахмурился, лицо его приняло высокомерно-брезгливое выражение, и он уже собирался уходить, как до его ушей донёсся слабый крик о помощи: - По… мо... ги…те… В такой ситуации помощи не просят, здесь что-то не так. Судья отреагировал молниеносно. - Что здесь происходит? Мужчина, узнавший в судье того, кто общался с премьером, как с хорошим другом, испугался, побледнел и пролепетал: - Ей… стало плохо…. - Так чего врача не позвал? – высокомерно спросил судья, заметив осколки разбитого бокала на полу. - Я… испугался… - И поэтому решил задрать ей юбки, - судья указал длинным пальцем на Эсмеральду, - для облегчения?! Мужчина побледнел ещё больше. - Пошёл вон! – рявкнул судья. Незнакомец поспешил ретироваться, решив, что он легко отделался, но как же он ошибался, судья его запомнил и решил разобраться с ублюдком потом. Судья подошёл к девушке, внимательно осмотрел её, казалось, что она сильно пьяна. - И сколько же ты выпила? Даме не приличествует… - Один… бокал…,- сказала Эсмеральда и потеряла сознание. Судья наклонился к девушке: от неё не пахло алкоголем, потом внимательно посмотрел на осколки, валявшиеся на мокром полу, а это говорило о том, что девушка не успела допить спиртное, ей стало плохо, и она выронила бокал из рук, а значит, алкогольное опьянение исключается. Что же тогда? В голову лезли не самые хорошие мысли, но сейчас не до этого, нужно вызвать врача без всякой шумихи, пусть выяснит, что случилось на самом деле. Судья, как ни в чём не бывало, позвал обслуживающий персонал, объяснив, что даме стало плохо, нужно вызвать помощь, но сделать это незаметно, персонал, видевший и не такое на приёмах, показал себя с лучшей стороны, сделано всё было тихо и без шума. Эсмеральду незаметно перенесли в гостиную, а вскоре приехала скорая помощь. - Что с ней?- спросил судья, как только медики закончили осмотр, сделав Эсмеральде укол. - Это не алкогольное отравление. - То есть она не пьяна? - Нет. Мы взяли анализы, всё проверим ещё раз. Но вероятность отравления алкоголем минимальна. А что она ела и пила? - Понятия не имею. Я нашёл её в таком состоянии. И тут у судьи вспыхнула догадка, эти олухи пока не додумались, но в его времени использование ядов и разных дурманящих разум настоев не является редкостью, возможно, ей что-то подмешали. - Её могли опоить? Подмешать что-нибудь? - Да, скорее всего так и было. Что конкретно подмешали – покажет анализ крови. А сейчас мы её заберём. - Её жизни угрожает что-нибудь? - Нет. Получим результаты анализов. Прокапаем, а на утро домой. Судья на своей машине следом за скорой поехал в больницу. Он не мог потерять ещё и эту Эсмеральду, повторно он такого не выдержит, да и тем более он хотел получить подтверждение, что увиденная картина была им неправильно понята, и она… она… судья поморщился от отвращения, не собиралась… Эсмеральду доставили в больницу, девушку осмотрел врач, анализ крови был сделан быстро, медсестра поставила капельницу. Судья в ожидании врача с результатами смотрел на мирно спящую девушку: она была прекрасна. Фролло вздохнул, если бы ему кто-нибудь сказал раньше… В палату вошёл врач. - Кем Вы приходитесь Эсмеральде Дюбуа? - Человеком, спасшим ей жизнь,- властным тоном сказал судья. – Этого достаточно? - Обычно результаты сообщаются близким родственникам: родители, муж, дети… - Ближе к делу! – строго сказал судья таким тоном, от которого у врача пробежали мурашки по спине, а на висках выступил холодный пот. Он достаточно видел богатых и знаменитых пациентов, их родственников, друзей, прекрасно зная, что с этими людьми лучше не спорить, в противном случае твоя карьера и хорошая жизнь может закончиться. Он несколько секунд внимательно посмотрел на собеседника, вид которого явно говорил о власти и богатстве. - Это не алкогольное опьянение. Содержание спиртного в крови минимально. Ей подмешали бутират в бокал - его называют препаратом изнасилования, опьянеть можно даже от маленькой дозы алкоголя. - Предполагаю, что она выпила не все. Я заметил на полу разбитый бокал и разлитый алкоголь. - Тем лучше. Этот наркотик выводится из организма за несколько часов. Завтра она будет в норме. Врач ушёл, а судья выдохнул: Эсмеральде ничего не угрожает и самые главные его опасения не подтвердились, а с тем ублюдком он разберётся. Эсмеральда открыла глаза, первое, что она почувствовала - жуткую головную боль, она поморщилась, осмотрелась и поняла, что она находится в больничной палате, а напротив неё, сидя на кресле, дремал судья, подпирая рукой щёку. - Моя голова… Судья открыл глаза, тряхнул головой и посмотрел на Эсмеральду. - Тебе плохо? - Болит голова. Что случилось? - Я позову врача,- сказал судья тоном, не допускающим вопросов и возражений. В палату вошли врачи и медсестра, девушке сделали укол и взяли анализ крови, коротко ответив на вопросы Эсмеральды. - То есть,- сказала Эсмеральда, - мне подсыпали наркотик. Я смутно помню…ты - Дорогуша, если бы не я, этот ублюдок задрал бы тебе юбки прямо там. Девице бы следовало знать, что такое поведение с мужниными является неприличным и довольно опасным. - А ты умеешь ободрить! И вместо того, чтобы сказать тебе спасибо, хочется врезать по твоей роже и послать на фиг! И, кажется, ты же здесь не ради меня, ведь я не центр мира, так, Клод? Тогда что ты здесь забыл? - Эсмеральда,- лицо судьи исказилось от гнева,- я не спал всю ночь, отсидев в позе пьяного ежа на этом чертовски неудобном кресле, и совершенно не намерен быть женским утешителем! - А тебя никто и не просит! Можно было просто рассказать мне то, что я не помню и не назвать меня шлюхой! - Да что же это за наказание, а не женщина! – судья гневно всплеснул руками. - Всё, Клод, ты меня достал!- рявкнула Эсмеральда, пытаясь встать. И надо сказать зрелище «подъёма» Эсмеральды выглядело забавно, да и от самой девушки с растрёпанными волосами невозможно было отвести глаз. Она роскошна даже в больничном халате, кстати, об этом... Судья не смог сдержать улыбки, наблюдая, как краска смущения залила девичьи щёки, когда она поняла, что короткий больничный халат является весьма неподходящей одеждой, в которой стоит щеголять перед взрослым мужчиной. «И что же мы будем делать дальше?» - ехидно подумал судья, скрестив руки на груди. Эсмеральда застыла на месте, пытаясь понять, как достойно выйти из этой ситуации, а судья, прекрасно понимая, в чём дело, насмешливо сказал: - Я весь во внимании! Ты, кажется, что-то хочешь мне сказать! «Да он издевается!»- подумала Эсмеральда, решив дотянуться до покрывала, лежащего на кровати, но это было ошибочным решением, она не смогла удержать равновесия и чуть не упала на пол, если бы не судья, в объятиях которого она оказалась. - Ловить безумных девиц – к такому жизнь меня не готовила! Да тебя же одну оставить нельзя, ты обязательно вляпаешься либо в неприятности, либо расшибёшь себе голову! – насмешливо сказал судья, взял девушку на руки и отнёс на больничную постель. Эсмеральда гневно фыркнула, но ничего не сказала. Как только девушка оказалась на кровати, то закуталась в одеяло, чем вызвала смех судьи. - Да, это очень своевременно! - А нечего меня разглядывать! Судья высокомерно вскинул брови, выдержка его была на пределе, он наклонился к девушке почти вплотную и, опираюсь руками на боковые ограждения, сказал: - Всё, что мне было нужно, я уже давно разглядел! Эсмеральда, приподнимаясь на руках, хотела что-то сказать, но не успела, терпение судьи лопнуло, он обнял девушку, прижал к себе и крепко поцеловал. Девушка опешила от такого поворота событий, попыталась оттолкнуть его от себя, но это было бесполезно. Судья, нехотя, прервал поцелуй и, не отпуская девушку из объятий, сказал: - Такой способ заставить тебя замолчать мне по душе. - Клод, иди к чёрту! - Только после тебя, дорогая! - Для чего ты здесь?! Зачем тебе я? Я - не твоя цыганка, я – не она, хоть мы и похожи… - ВЫ РАЗНЫЕ!- сказал судья, отпуская Эсмеральду. Его голос дрогнул, а в глазах промелькнула боль, не хотелось показывать свои чувства, которые даже такому выдержанному человек, как судья, было трудно скрывать, он подошёл к окну, повернулся к девушке спиной, чтобы его лица не было видно. - Ты меня за дуру принимаешь? Мы похожи, я прекрасно это знаю, и ты знаешь, а когда ты смотришь на меня, ты видишь свою цыганку! И я для тебя второй шанс, поэтому ты здесь?! - Да, ты напоминаешь её, но ты не она. Ты и никогда не была ею, я был шокирован первое время, увидев тебя впервые, и про сцену в Соборе тебе напоминать, думаю, не стоит, сразу заподозрил подвох. Я почувствовал, но не мог объяснить, что передо мной два разных человека. Что же до твоей гордыни и дерзости, - резко сказал судья, поворачиваясь к Эсмеральде,- то они безразмерны! - А ты у нас белый и пушистый! Гордый, спесивый, жестокий, самолюбивый мужик, влюбившийся в несовершеннолетнюю дурочку, а теперь ищущий ей замену! Судья побледнел, и ни сказав ни слова, вышел из палаты. Домой он вернулся разбитым: бессонная ночь, очередная перепалка с дерзкой девчонкой, болью отозвалась в его душе. Он проспал почти сутки, но во Дворец Правосудия явился вовремя. Ему до чёртиков всё надоело, ничего больше: не радовало ни власть, ни успех, ни богатство, ни уважение, ни титул, ни страх, который он внушал людям. Да и какой в этом смысл, если он был один, одиночество лезло к нему из всех щелей и углов, прокрадывалось в душу, словно сквозняк в холодный осенний день. До встречи с цыганкой судья ничего из этого не замечал, считая свою жизнь правильной, а себя счастливым, а когда любовь нагрянула к нему, словно нежданный и незваный гость, то он ясно осознал своё одиночество, и больше не хотел быть один. А потом он оказался на распутье, когда девушек, таких разных, оказалось две, и если бы глупая цыганка выбрала его, то ему хватило бы сил отказаться от другой, но цыганке не стало, и только благодаря той другой он смог пережить утрату, а потом и вовсе привязался к этой дерзкой девчонке всей душой и желал её больше всех на свете. И что же делать теперь? Эсмеральда должна принадлежать ему, в его Париже она оказалась случайно, не по своей воли и здесь им не быть вместе. Клод, а ты уверен, что ОНА хочет быть с тобой?! Я хочу! Речь не о тебе, ты хочешь заставить её против воли, но как? Против воли…, возможно, но её реакция на мои ласки и поцелуи была весьма недвусмысленная, в отличие от цыганки. Прошло два месяца. Эсмеральда ехала по вечернему Парижу на машине, темнело, людей на улицах было немного, несмотря на тёплую сентябрьскую погоду, и проезжая мимо Собора Парижской Богоматери на неё снова нахлынули воспоминания. Она остановила машину, задумчиво посмотрела в сторону Собора, сколько воспоминаний нахлынуло разом, их первая встреча лицом к лицу, первый поцелуй, как же ей не хватало этого несносного человека, о котором вот уже два месяца не было ни слуху ни духу, словно его и не существовало вовсе. Может, он вернулся в своё время навсегда и прохода больше нет, и они никогда не увидятся. Почему из всех мужчин ты выбрала именно его? Я не знаю. Эсмеральда осмотрелась, людей мало, Собор открыт и ей очень хотелось зайти, вдохнуть ещё раз тот воздух воспоминаний. Девушка вышла из машины, поправила платье, провела рукой по волосам, глубоко вздохнула и пошла. В храме практически никого не было, лишь пару прихожан, увлечённых молитвой, поэтому девушку не заметили. Она осмотрелась, закрыла глаза, прислушалась, словно ожидая, услышать шаги судьи и знакомый до боли голос. Девушка открыла глаза, как же всё это наивно. Интересно, а сможет ли она попасть в каморку Квазимодо, если та уцелела. А ты не подумала, что это опасно, лестница могла прогнить, дверь может быть заперта, но даже если ты туда попадёшь, что ты хочешь там найти: давно утраченные тени прошлого?! Плевать. Девушка, осматриваясь по сторонам, пошла к знакомой двери, находившейся в нише, та, по счастливой случайности или по нерасторопности персонала, была не заперта, а вот дальше начинался квест: освещения не было, но Эсмеральда не растерялась, включила фонарик в айфоне и стала медленно подниматься, дошла до второй двери, но та оказалась не заперта. «Сквозняк»,- подумала Эсмеральда. Ага, включилось сознание, и какой же силы должен быть сквозняк, чтобы открыть такую массивную дверь, да и вообще всё это очень странно. Но Эсмеральда отмахнулась от мыслей, толкнула дверь рукой и вошла, в каморке было темно, царили запущенность и беспорядок. Девушка, подсвечивая фонариком, аккуратно пошла дальше. Она остановилась посредине каморки, да, жизнь ушла отсюда, но воспоминания остались, её главным развлечением было, пока они сидели с цыганкой здесь – это смотреть на Париж с высоты птичьего полёта, у Звонаря был проход на крышу - его единственное окно в мир. Ну давай ещё на крышу вылези за своими воспоминаниями, тут одно из двух: либо ноги себе сломаешь, либо упадёшь с крыши - всё не унималось сознание, подсказывая девушке, что впечатлений и воспоминаний на сегодня достаточно и пора уносить ноги. Но девушка, словно кем-то ведомая, отыскала выход на крышу, на удивление тот не только был не завален, но и не закрыт – сознание било полную тревогу, не обращая внимание на опасения, Эсмеральда сделала несколько шагов и застыла на месте от увиденного: там стоял мужчина, опираясь руками на заграждение. Эсмеральда чуть не закричала от испуга и неожиданности, она никого не ожидала здесь встретить, но присмотревшись к статной мужской фигуре в костюме, она узнала судью. «Надо валить, пока он меня не увидел»,- подумала девушка, делая шаг назад. Она хотела уйти незаметно и тихо, но наступила на что-то в темноте, и этого звука было достаточно, чтобы судья обернулся. Брови Фролло взлетели вверх, он явно не ожидал здесь никого увидеть, особенно её: - Ты? Что же ты здесь делаешь? - А ты?- девушка перешла в наступление, понимая, что сказать правду она не может. - У меня, Эсмеральда, с этим местом связанно много воспоминаний и это часть моей жизни. Так что моё пребывание здесь вполне логично. А вот твой визит в закрытую и опасную часть Собора, не предназначенную для посещений, мне непонятен,- вкрадчиво сказал судья, подходя к Эсмеральде ближе. - А почему ностальгируешь не у себя?- девушка решила не отвечать на вопрос судьи, потому что любая ложь будет смотреться смешно, да и врать ему бесполезно. - В любой эпохе - это место часть моей жизни. Что же ты так не хочешь отвечать? – судья сделал ещё несколько шагов в сторону Эсмеральды, а та в свою очередь пятилась назад, но сделала шаг ни в ту сторону и упёрлась спиной в стену. Судья усмехнулся, такой подарок судьбы. «Больше ты не уйдёшь»,- подумал судья, подходя вплотную к Эсмеральде, не давая ей уйти. Эсмеральда была полностью прижата к стене, и она попыталась оттолкнуть судью. - Отпусти меня! - Не в этот раз, дорогая! – сказал судья почти у самых губ девушки. И Эсмеральда утонула в этом поцелуе, она обняла судью за шею, а после не удержалась и провела рукой по его пышной шевелюре, она всегда мечтала это сделать. Судья дал волю своим чувствам, он целовал её шею, плечи, его руки ласкали роскошное тело, единственной помехой на пути была одежда, с которой он собирался расправиться, но Эсмеральда прошептала ему на ухо: - Клод…, я не хочу потерять невинность здесь… в этой грязной комнате у стены. Судья ничего не сказал, он взял девушку на руки и со своей драгоценной ношей вышел из каморки Квазимодо, спустился вниз, поставил девушку на ноги, взял за руку и в полном молчании быстрым шагом повёл к своей машине. - Но… моя машина…,- начала Эсмеральда, но судья посмотрел на неё таким тяжелым взглядом, что она замолчала, так и не закончив фразу. Судья гнал машину чуть ли не на всей скорости, как они ещё в аварию не попали или их не остановили, но видимо судьба была на стороне судьи. Девушка молчала, предчувствуя нечто важно, с одной стороны, ей было страшно, с другой, она давно ждала этого мужчину. Они доехали до особняка судьи, он вышел из машины, открыл дверь и протянул девушке руку, Эсмеральда даже вылезти из машины толком не успела, как он подхватил её на руки и быстрым шагом пошёл в дом. Девушка и глазом моргнуть не успела, как оказалось в постели судьи, а он сам нависал над ней. - Наконец-то моя! Ничего не бойся! Эсмеральда даже представить не могла, что в этой жизни можно испытать подобные чувства, поэтому лёжа в объятиях судьи, она молчала, боясь нарушить волшебство момента. - Как ты себя чувствуешь, дорогая?- спросил судья. - Мне хорошо. А ты? - Я?- усмехнулся судья.- Ну со мной всё хорошо, что ж, дорогуша, я думаю, что нужно сделать ещё лучше. - А это возможно?- наивно спросила девушка, вызвав смех у судьи. И его смех ей понравился: настоящий, красивый мужской смех. - Ты так редко смеёшься, а зря. - Эсмеральда, - сказал судья, целуя девушку в губы,- моё положение обязывает меня быть всегда предельно серьёзным. - Даже сейчас?- игриво сказала девушка. - Непременно, дорогая. Утро для Фролло и Эсмеральды началось поздно. Девушка нежилась в объятиях судьи, ей не хотелось уходить от него, но как быть дальше? - О чём ты задумалась? - О машине, Клод, - соврала девушка, - которая осталась на парковке, скорее всего, забрали на штрафстоянку. Надо позвонить агенту, пусть заберёт с парковки, если она ещё там. Судья недоверчиво посмотрел на девушку, врёт, как дышит, машина- последнее, что её сейчас волнует. - Эсмеральда, какая, на хрен, машина! Больше вопросов нет? Например, как мы будем дальше? Эсмеральда внимательно посмотрела на судью, но ничего не сказала. - Женщины…,- многозначительно заметил судья.- Ну хорошо, тогда скажу я. Я хочу, чтобы ты была со мной. Всегда. - Клод, а как это будет? Я не хочу жить в той эпохе, а ты в моей, но тогда как же мы будем? Судья задумался, хотя он это всё предвидел. - Ты можешь быть со мной здесь, пока я не найду решение. - Клод, а моя работа? Я певица, танцовщица, люблю своё дело и не хочу его бросать, а ты аристократ, богач, судья, сможешь ли ты…,- Эсмеральда запнулась, посмотрела на нахмурившегося судью, внимательно смотревшего на неё. Ох, уж этот взгляд. - Продолжай, чего остановилась? - Ты опять злишься. - Я не злюсь, хотя твои слова мне не нравятся. Эсмеральда, начнём с того, я хочу, чтобы ты была здесь со мной и пока этого достаточно. У меня на тебя совершенно другие планы. - Но…, - больше Эсмеральда не успела ничего сказать. Эсмеральде было хорошо с судьёй, она не была больше одинока, хорошо, когда с тобой рядом кто-то есть, но всё-таки в душе было неспокойно и тысячи вопросов всплывали сами собой. А что если Клод уйдёт навсегда? Он из другого времени и его место там. А если проход закроется, пока он ходит туда-сюда? И как бы глупо это не звучало, они не могут жить на две эпохи. И случилось то, чего она больше боялась: судья действительно исчез. Эсмеральда почувствовала, как её душу сковал страх, а вдруг он исчез навсегда, ведь он не сказал, что ему надо уйти, впрочем, судья был всегда неразговорчив, если это касалось его работы. Девушке было больно: её первый и единственный мужчина исчез, а может просто бросил её. Жить здесь он никогда не хотел, своё он получил и как любой мужчина… … но он не похож на всех. Да неужели?! А если цыганка выжила… любовь всей его жизни. - Нет, это невозможно. Я видела, как она… Упала на мостовую? Её могли тяжело ранить, в суматохе погони арестовали тебя, а про цыганку забыли и пока все думали, что она мертва, какая-нибудь знахарка могла её вылечить. - Это бред! Он так убивался, он точно знал, что она мертва! Судья мог ошибаться, а теперь представь, он вернулся в свою эпоху и узнал, что цыганка жива, как ты думаешь, что он будет делать? Поймает её и будет грозить всеми карами небесными, чтобы она была с ним. Но она его не любит и боится. Дорогуша, его это не волнует. И вот ещё, он никогда не говорил, что любит тебя. - Да, не говорил. Девушка почувствовала, как из глаз потекли слезы, от бессилия она села на пол, хорошо, что она дома и её никто не видит. И главное, молись, чтобы он тебе ребёнка не заделал. Мать-одиночка – это так гордо звучит, вот шумиха-то в прессе будет. Эсмеральда схватилась за живот. - Надеюсь, что нет. Я должна справиться, у меня нет выхода. Ничто не выдавало внутреннего состояния Эсмеральды, она прекрасно понимал, как бы больно ей не было, на работу влиять это не должно, в противном случае она останется без неё, ты можешь делать, что хочешь и когда хочешь - всем плевать, но твою профессиональную деятельность ничего не должно касаться, да и не хотелось становиться лакомым кусочком для прессы. Но одной беды Эсмеральде удалось избежать - беременности. На возвращение судьи она не надеялась, свято веря в свою теорию, что цыганка выжала, а обида и боль заглушали любые доводы рассудка. *** Судье нужно было поймать и осудить шпиона при королевском дворе, чем он был и занят последний месяц, у него не было ни одной свободной минуты, он был в постоянном напряжении, поэтому некоторые неудобные вопросы ушли на задний план. Но ничего не вечно под луной и когда враг был пойман, осуждён, а судья получил очередную награду, то он, как ни в чём не бывало, решил вернуться к своей Эсмеральде, но случилось то, о чём он никогда не задумывался: проход закрылся, а дьявольский подвал снова стал обычным и мрачным. Впервые в жизни судья испугался, и все неудобные вопросы выстроились в ряд. Он похолодел только от мысли, что может больше никогда не увидеть её. Он дитя этого века, и проход мог закрыться навсегда, судья, конечно, знал, что подвал время о времени «перестаёт работать», но что если это сучиться один раз и навсегда. И она подумает, что он…. Впрочем, это неважно, если он ничего не сможет объяснить. Клод, ты обесчестил эту девушку и исчез, она могла забеременеть от тебя. Да она тебя просто возненавидит! Но если подвал «заработает», я смогу… Ох, уж эти твои «если» Клод, а если нет или это случиться через год или пять лет, тогда что? Тогда всё теряет смысл. Нельзя сидеть на двух стульях, Клод. Судье не оставалось ничего другого, как жить своей обычной жизнью: одинокого, богатого, влиятельного человека. И он молил Бога только об одном, чтобы подвал «проснулся» и тогда он вернётся, но уже навсегда. Конечно, ему не хотелось жить в другом времени, здесь был его дом, но и жить без неё, доживая свой век в одиночестве, он не хотел. А если королю придёт в голову его женить, кстати, он уже намекал об этом, но судья делал вид, что не понимает. - И я старею,- сказал сам себе судья. Меня могут убить, я могу попасть в опалу, а что будет, когда я отойду от дел, оставят ли меня в покое? И судья решил, что нужно всё приготовить: деньги, драгоценности - всё это он заберёт с собой, если ему будет дан второй шанс. Спустя три месяца по Парижу поползли слухи, что проклятое место после долгого затишья ожило и эта новость, кто бы мог подумать, обрадовала самого благочестивого и уважаемого человека во всём городе - судью Фролло, который, прознав про это долгожданное событие, собрал вещи и был таков. И после исчезновения судьи и его поисков, самого тщательного расследования по приказу короля, люди гадали, куда так бесследно исчез судья, одни говорили, что судья был убит, а другие, что всё это происки ведьмы. Судья вернулся в свой особняк, понимая, что теперь это его дом навсегда и пути назад нет, и оставалось решить главную проблему - найти Эсмеральду, вернее, найти её как раз не проблема, как всё объяснить, ведь она его и слушать не станет. Позвонить? Судья повертел айфон в руке, нет, не его метод, да и он точно знал, что трубку она не поднимет, значит, будем решать по старинке. Эсмеральда была на гастролях, вернулась только через месяц, она и не подозревала, что судья вернулся и терпеливо ждал её возвращения. Девушке оставалось отыграть последний мюзикл в этом сезоне, и можно было возвращаться домой, надо признать, она изрядно устала и вымоталась, особенно морально, ведь после исчезновения судьи она погрузилась с головой в работу, не давая себе ни минуты покоя, чтобы только не думать. Эсмеральда зашла в гримёрку, смыла с лица грим, посмотрела на себя в зеркало, потом закрыла лицо руками и погрузилась в раздумье, поэтому она не слышала, как скрипнула дверь и кто-то вошёл. - Тебе совершенно не идёт, дорогая моя, роль уличных цыганок. Эсмеральда вздрогнула, резко обернулась и была поражена до глубины души: перед ней во всей красе стоял судья. И как только она убедилась, что ей не кажется и первое впечатление от увиденного прошло, в душе всеми красками заиграли гнев, обида, ревность. - Ты?! И чего здесь забыл? Кто позволил тебе войти? - Позволения, знаешь ли, я ни у кого никогда спрашивал и впредь не собираюсь. Но вижу, ты меня рада видеть. - Очень рада, Клод, да так, что мне хочется вышвырнуть тебя отсюда! Убирайся отсюда! – в ярости сказала Эсмеральда. - Я так и понял. Эсмеральда, я не мастак долгих и нудных объяснений, но видимо в твою хорошенькую головку не пришла мысль о том, что я застрял в своём времени и просто не мог вернуться. Эсмеральда сложила руки на груди, щёки девушки пылали от гнева. - Ну-ну! Как это удобно, сбежать, сверкая пятками, исчезнуть без следа! - Я никуда не сбегал! – рявкнул судья, выходя из себя.- Мне пришлось вернуться по важному делу, а когда я закончил, проход закрылся и я был вынужден ждать и это было не самое хорошее время в моей жизни, а самое ужасное, если не считать смерти цыганки… Эсмеральда выдохнула, она была ещё зла на него, но что угодно, только не цыганка! Этот вздох облегчения не ускользнул от судьи, так эта глупая девчонка думала, что цыганка жива, а он вернулся к ней?! Судья хмыкнул про себя мысленно: «Женщины!», а вслух закончил фразу: - … я думал, что больше тебя никогда не увижу. Девушка молчала и смотрела в другую сторону. Судья подошёл к ней, обнял Эсмеральду и прижал к себе, она пыталась вырваться, но попытки не увенчались успехом. - Ну и что ты себе придумала, Эсмеральда? Давай, рассказывай, я хочу знать весь масштаб бедствия. Мой уход – это же ещё не всё, так, красавица? Девушка возмущённо засопела, но теперь, когда она получила объяснение поступка судьи, гнев утихал, и наконец-то голос разума возымел свою власть, хотя она ещё не простила его за то, что он ушёл и ничего не сказал. - Я думала, ты бросил меня, там твой дом и… и…,- девушка осеклась. - И?- многозначительно спросил судья, делая бровями свою любимую композицию домиком. - Я думала, что цыганка выжила. - А, ну теперь мне всё понятно. Нетрудно было догадаться. Эсмеральда, цыганка мертва, и у меня была достаточно времени убедиться в этом. - То есть, если бы она выжила…,- Эсмеральда нахмурилась. - Нет. Теперь нет, даже если бы она выжила,- сказал судья безапелляционным тоном. - Ну хорошо. А почему ты не сказал, что тебе нужно уйти? - Эсмеральда, я ни с кем и никогда не обсуждаю дела короны. - Я не об этом. Свои секреты можешь оставить себе, но предупредить ты мог об уходе! Это нормально для людей, Клод! И давно ты вернулся? - Ты была ещё на своих гастролях. - То есть ты вернулся месяца два назад и даже не соизволил… - Соизволил, что, Эсмеральда? Позвонить? Можно было подумать, что ты стала бы со мной разговаривать! Колесить за тобой по свету, ну уж нет! - Тогда можешь быть свободен, не буду доставлять тебе больше неприятностей! Судья закатил глаза и сказал: - Господи, дай мне терпение с этой дерзкой девчонкой! Эсмеральда, сейчас ты переодеваешься и едешь со мной! И даже не думай сопротивляться или сбежать! Я отрёкся ради тебя от своего времени, так что цени хотя бы это! И я не такой, как здешние мужчины, я воспитан иначе. Я жду тебя в машине, и только попробуй не прийти! – последняя фраза прозвучала как приказ. Судья вышел, хлопнув дверью. Эсмеральда некоторое время смотрела на закрытую дверь до того её поразила последняя фраза судьи и тон с каким всё это было сказано. Как он смеет говорить с ней в таком тоне, она ему… Что ты ему? Вмешался голос разума, который она упорно отвергала последние месяцы. Фролло виноват лишь в том, что ничего не сказал, а в остальном он тебе не обманул, так что засунь свои фантазии в пятую точку и иди к нему, в противном случае, ты потеряешь его навсегда. Он вернётся к себе, а ты останешься одна и будешь доживать свой век одна, ведь другого такого ты не встретишь, ты сама выбрала Клода Фролло. Эсмеральда вздохнула, постояла несколько секунд в нерешительности, переоделась и вышла к судье. Долго искать не пришлось, машина стояла на элитной стоянке. Судья стоял возле машины, девушка замедлила шаг. - И чего стоишь? Кого ждёшь? – иронично заметил судья. – Садись в машину, поехали домой. В особняк судье они ехали молча, Эсмеральда переваривала услышанное и судья это понимал. Они зашли в дом, прошли в гостиную, судья повернулся к Эсмеральде и сказал: - Сядь на диван, я сейчас вернусь. Девушка села, судья ушёл и вернулся через минут пять, он в полном молчании подошёл к Эсмеральде, сел рядом и взял девушку за руку. - Эсмеральда, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Это,- он достал из кармана пиджака кольцо, - фамильное кольцо моей семьи, все графини де Плесси носили его, в том числе, и моя мать. Это не простая драгоценность, я и не думал, что найду женщину достойную носить это кольцо. - Клод… - Обычно, когда женщине признаются в любви и просят её руки, она хотя бы слушает. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Эсмеральда была поражена до глубины души, она и предположить не могла, что судья сможет не только полюбить её, но и захочет жениться на ней. - Клод, я должна спросить. - О чём? - Ты действительно любишь МЕНЯ и хочешь жениться на МНЕ, а не видишь во мне цыганку? - Ты опять об этом!- брови судьи взлетели вверх.- Эсмеральда, я не идиот и не мальчик, всё, что я сказал, относится к тебе, но есть одно условие. - Какое? - Эсмеральда, твои танцы. -А что не так-то? Судья вздохнул и продолжил: - Моя любовница может танцевать… Эсмеральда вскочила, как ужаленная, её щеки покраснели от гнева, она хотела уйти, но судья усадил девушку на место, прижал к себе и сказал: - Эсмеральда! Я называю вещи своими именами, так что привыкай. Или как мне нас с тобой назвать? Мы любовники, Эсмеральда. Но моя жена, графиня де Плесси не может выступать на сцене. Если хочешь, ты можешь покровительствовать искусству. Ты должна чем-то пожертвовать, как это сделал я. - Но здесь ты носишь другое имя. Никто же не знает. - От этого графом я быть не перестал. И своё имя я хочу вернуть, здесь это нетрудно. Но дорогая, наблюдая за богатейшими людьми вашего времени, я не заметил танцующих богатых жён. Впрочем, решать тебе. Я даю тебе выбор, если ты выбираешь меня, я сделаю тебя самой счастливой женщиной на свете, но о сцене тебе придётся забыть. Если ты выбираешь сцену, я возвращаюсь домой, мы никогда больше не встретимся, и каждый останется при своём. Девушка тяжело вздохнула, выбор был тяжёлым, но не признать правоту его слов, пусть и жестоких, она не могла: жена такого богатого человека, вращающегося в высшем кругу общества, не может выступать на публике, а если она откажется от судьи, то другого такого она не найдёт. Это её первый и единственный мужчина, именно он снился ей на протяжении многих лет. - Я выйду за тебя, Клод. Но можно сказать всё иначе, а не ставить мне ультиматум! Ты не на суде! Судья пожал плечами, и лицо его приобрело довольное выражение: он добился своего, впрочем, как и всегда. - Я очень скучал по тебе, - сказал судья многозначительно.- Мысль о том, что я тебя могу никогда не увидеть сводила с ума. Эсмеральда нежилась в крепких объятиях судьи, как же хорошо, когда рядом кто-то есть. - Клод, я как подумаю, что могло случиться, если бы ты не успел тогда…,- девушка вздрогнула. Судья крепче прижал Эсмеральду к себе и сказал: - Можешь не беспокоиться, этот ублюдок получил по заслугам. - И хорошо. А я всего лишь хотела тебя позлить… - И тебе это, дорогуша, удалось, впрочем, как всегда. Не стоит с мужчиной оставаться наедине, а то вы можете разойтись во мнениях. - Я в тебя втрескалась по уши почти с самого первого дня! И ужасно ревновала к…,- девушка осеклась, - и злилась. И так хотелось тебя задеть! - Такого признания в любви человечество ещё не видело, а впрочем, для меня оно самое лучше,- судья засмеялся. - У тебя очень сексуальный смех. И улыбайся чаще, тебе идёт. Между прочим, ты очень сексуальный мужчина, тебе ли не знать! - Ну вот к вашим словечкам я ещё не привык, как и выставлять свои чувства и эмоции напоказ, если только перед очень близкими людьми, но таковых раньше не было. Цыганка близким человеком мне так и не стала, да и не могла. Судья почувствовал на себе тяжёлый взгляд Эсмеральды. - Дорогая, я был влюблён в ребёнка, это часть моей жизни, я не могу её отрезать. Так что я мужчина с прошлым,- хмыкнул судья.- Но теперь со мной самая настоящая Эсмеральда. Моя единственная. Больше я не хочу разговаривать на эту тему никогда. Я даже думать не хочу, чем бы всё закончилось, не появись ты в моей жизни и, главное, как закончил бы я. Эсмеральда облегчённо выдохнула, тема с цыганкой была закрыта навсегда. Отказаться от своей прежней жизни было тяжело, поэтому судья разрешил Эсмеральде выступать до свадьбы и отыграть следующий театральный сезон так как был заключён контракт, но было одно условие: его жена должна выступать только в Париже, ни о каких гастролях и речи идти не может. Девушка была довольна, порвать со сценой сразу было бы тяжело, но она понимала, что, в конце концов, это случится, Фролло занимался возвращением своего настоящего имени, фамилия и титула, а в том, что он своего добьётся, она не сомневалась. Судья скучал по своему настоящему дому, по своей эпохе, он не смог полюбить двадцать первый век и признать это время своим, но всё-таки привык, здесь тоже были свои плюсы, и можно было сделать то, что в его времени считалось бы невозможным, например, брак с любимой женщиной незнатного происхождения. А сейчас он был счастлив, любим, богат, независим, жил в своё удовольствие, ему ничего не угрожало, больше ненужно было бросаться в огонь и воду, гоняться за всякой швалью, бояться впасть в немилость и возвращаться в свой огромный и пустой дом, где он всегда был одинок. Фролло стоял у окна в своём шикарном особняке, лёгкая улыбка тронула его губы, он смотрел на закат, скоро должна была вернуться его ЖЕНА, его самое дорогое и бесценное сокровище на всём белом свете. Да здравствует жизнь!