О долгих дорогах и верных решениях

      Дом господина Мехмета оказался полупустой территорией с недостроенным домом. Мужчина в общих чертах обозначил ей желаемую планировку, оставив достаточно места для фантазии. Что бы Ферит на рассказал о ней, рекоммендации явно были щедрыми. Но никто не предупредил Эду, что стройкой будет руководить ни кто иной как Серкан, что каким-то удивительным образом перехватил борозды правления у Пырыл.       В целом, все было нормально, конечно. У них не было много причин взаимодействовать, но это не значило, что Серкан не изводил ее долгими взглядами и ненавязчивыми попытками наладить общение. Кроме того, всегда был риск, что он узнает или упаси Боже увидит Кираз. В итоге, Эду съедала тревога, что и без того была львиной долей ее профессии. Но как ни странно выручал Ферит и его ненавязчивое присутсвие в её жизни.       С открытия отеля прошел без малого месяц, но за это время они встретились всего четыре раза. Работа нещадно сьедала время, и хватало в основном на регулярные звонки или переписки. Но было что-то подкупающее в ленивых разговорах после тяжелого дня.       — Серкан курирует стройку? Ты уверена? — в голосе было явное удивление и на секунду шум на другом конце провода прекратился, — Я не знал об этом, Эда, иначе упомянул бы. У вас проблемы какие-то?       — Я не думаю, что он курирует стройку, проект все-таки Пырыл, да и лишних взаимодействий нет. — Несмотря на усталость, она позволила возмущению чётче звучать в голосе, — Но кто-то сказал мужчине, что можно командовать моими людьми.       — Даже так? — он притворно удивился, — Полагаю, с рук ему это не сошло?       — Не сошло, я разрешила своим людим игнорировать его указания вне зависимости от угроз расправы, — Эда усмехнулась, — Эта диспотичная командливость выбесила абсолютно каждого, завтра они ему устроят.       Ферит засмеялся, явно оценив задумку: — Аллах, он сойдет с ума от злости, хотел бы я видет это.       — Я тоже решила, что играть на самомнении будет весело, но всё завтра. Как у тебя дела, Ферит? Что с твоим «орудием пытки»? — Эда голосом выделила последнее, пытаясь спорадировать тон мужчины.       Ферит на другом конце звучно усмехнулся, и её почти сморенный усталостью мозг на удивление живо представил эту усмешку и самого хозяина. В голове она видела его хитрые глаза, смотрящие со смехом или довольством, его растянутые в усмешке губы. Возникла и его фигура: высокая, выше, чему у большинства мужчин, и по-спортивному стройная. Ферит не был сильно накаченным, как Серкан, например, но он был крепким даже жилистым, что иногда и заставляло Эду нескромно засматриваться на перекат мышц под кожей. Вдохнув поглубже и прикрыв глаза, она почти почувствовала мужской одеколон, свежий с древесными и цитрусовыми нотками. Этот запах окутывал их, когда Ферит целовал ее на прощание около ворот дома. Если напрячь память, то можно вспомнить его неспокойное дыхание, и горячие руки, что ненавязчиво прижимали её ближе к себе и обжигали даже через одежду. Эда даже может воспроизвести его жадный взгляд, когда они оторвались друг от друга, или чуть охрипший голос, когда он благодарил её за вечер. Но сильнее всего в память врезалось ощущение его бесстыжих губ и языка. Дже воспоминание заставляет почувствовать, как в животе и меж бёдер сгущается покалывающий жар.       — Эда? — голос Ферита резко вырывает ее из мыслей, заставляя встрепенуться и едва не упасть с узкого дивана.       — Да, — голос дает петуха и сказанное звучит смущающе сипло, — Я слушаю тебя, Ферит, просто связь барахлит. Ты пропал на слове документация.       — В общем, мне кажется, в этот раз одобрят лицензию на алкоголь, — бодро, хоть и подозрительно продолжает Ферит, паралельно шурша чем-то на другом конце линии. Эда медленно проводит ладонью по лицу: внезапная вспышка возбуждения не уменьшила ее усталости и уж точно не усилила работу мозга. Все, на что ее хватает, это ленивые поддёвки: — Неужели таки погадал на чайных листьях?       — Конечно же нет, — Ферит притворно возмущается, — Разве я буду верить в это шарлотанство? На кофейной гуще.       — Ну тогда точно одобрят, кофе не врёт.       — Кстати о кофе, не хочешь встретиться завтра после работы? Гарантирую ещё и хороший ужин, — Эда почувствовала, как губы сами растягиваются в слишком уж довольной улыбке. Кто же откажается?       — Ну если ужин, то конечно. Где встретимся?       — Не беспокойся, я заеду за тобой на объект, если ты не возражаешь, разумеется, — в его голосе четко звучала улыбка, и она снова так живо представила его стоящего на кухне, в домашней одежде с явным беспорядком на голове и с оголяющей зубы улыбкой. Им действительно нужно встретиться.       — Нисколько не возражаю, но не раньше семи, хорошо? Что-то мне подсказывает, что мы завтра с вымосткой застрянем, даже гадать не надо.       — Не проблема, я тебе за час напишу, чтобы вы успели закончить свои огородные работы.       — Ландшафтные, Ферит, ландшафтные, — Эда шипит, как дворовая кошка. Что каждый раз веселит мужчину.       — Помню, помню, — она почти видит как Ферит выставляет ладонь перед собой, словно пытаясь сдержать, — Не огородные, а ландшафтные и не зеленушка, а растительность. Смиренно каюсь.       Как же       Но прежде, чем Эда успевает ответить её окликивает Кираз с верхнего этажа и она физически делает усилие встать.       — Извини, мне нужно идти, — Ферит и сам зевает на том конце. — Спокойной ночи. До завтра.       — До завтра.       В эту ночь Эда засыпает прямо в кроватке Кираз, так и не дочитав сказку.

***

      — …Если так, то у нас собъется рисунок, госпожа.       Чагла беспомощно показывала ей то на черчёж, то на саму местность. По плану дорожка от основного дома к летнему домику должна была быть вымощена брусчаткой, но оказалась, что система полива, что проходила прямо под маршрутом, была установлена совсем неглубоко. Поэтому выкапывать углубление и слоями сыпать материал проблематично.       — Мы можем сменить траекторию, — Чагла предлагает весьма верную мысль.       — Тогда нужно будет идти в обход, а это неудобно, да и смотреться будет странно, — Эда задумчиво кусает губу.       — Тогда может больше песка насыпать, чтоб выше было, — её сотрудница снова подкидывает идею, что в разы лучше предыдущей.       — Эда, можно поговорить с тобой? — она едва не подскакивает, слыша громкий голос Серкана с права от них, — Оставьте нас, пожалуйста, — это видимо адресовывалось Чагле, что на просьбу медленно оглядела Серкана с ног до головы и демонстративно повернулась к Эде, — Что скажите, госпожа?       — Идея с дополнительной насыпью мне нравится, — медленно произносит Эда, старась удержать смешок, — Но думаю, нужно в принципе поднять дорожку выше, и не только за счет песка, но и гравия и цемента.       Лицо Серкана из недоумения переходит в явное раздражение, что он не трудится скрывать. Чагла самодовольно улыбается, невинно переспрашивая: — То есть мы создаем искуственное возвышение, чтобы не повредить систему полива, и выкладываем тот же рисунок, что и запланирован, по тому же маршруту, да?       — Все верно, Чагла, — Эда напополам с весельем чувствует гордость, девушка еще не закончила университет, а уже все схватывает и понимает. Будет неплохо нанять её, когда она закончит обучение, — Я закажу побольше материала и присоединюсь к вам в конце перерыва, есть объявление.       — Хорошо, госпожа Эда, — Чагла кивает ей напоследок и абсолютно игнорирует Серкана, что явно грубо и невоспитанно, но несколько забавно.       — О чем ты хотел поговорить? — спрашивает Эда, пока Серкан зло пялится в спину уходящей девушки. Она почти замечает, как мужчина с трудом проглатывает злость.       — Сейчас как раз перерыв, Эда, — он успокаивает стоит только их глазам встретиться, — Я хотел предложить тебе выпить кофе вместе, в конце концов, это странно, что мы работаем на одном объекте, но ни разу не разговаривали, — он испытывающе на нее смотрит, твёрдо и властно, словно знает, что она булет выворачиваться и искать оправдания. Наверняка, чтобы потом предьявить: «Почему ты меня избегаешь?», " Почему не можешь общаться, как с нормальным человеком?»       Чертов манипулятор       — Хорошо, — Эда сама удивляется решимости в голосе, — Давай выпьем кофе.       Через десять минут они сидели в ближайшей кофейне в давящей тишине. Серкан решил играть в какую-то непонятную ей игру и очень внимательно на неё смотрел, заставляя Эду неловко ёрзать.       — О чем бы ты хотел поговорить?       — Не знаю, расскажи о себе, как ты жила эти пять лет, что нового произошло в твоей жизне, — что-то внутри беспокойно затрепетало, на секунду ей показалось, что он говорит о Кираз и Эда едва не отключилась на месте. Она нервно посмотрела в окно: Кираз сегодня ночевала у тети в её новой квартире, что в принципе не так уж и далеко отсюда, но, слава Всевышнему, маленькой юркой девочки на горизонте не было.       — У меня все хорошо, Серкан, — она заставила себя говорить ровно, хотя короткие ногти сильно впивались в нежную кожу ладоней, — Я открыла свою фирму и теперь работаю в Турции.       — Да, я слышал, что ты закончила университет в Италии и занялась бизнесом, но почему только Турция? Ты же выйграла международный конкурс и могла дальше развиваться, а не оставаться на месте.       Каков наглец, смеет сидеть тут и рассуждать, что она могла и не могла. И произносит этот таким поучительным тоном, словно ее начальник. Эда чувствует как злость наполняет ее до краёв.       — То есть я сейчас топчусь на месте? Прекрасно, Серкан, — в голосе столько яда, что хватит отравить пол Стамбула.       — Не раздражайся, что я такого спросил? — Серкан кажется действительно сбитым с толка, — Разве много талантливых людей остаются работать исключительно в этой стране? Мне просто любопытно.       — Ну если любопытно, — она отсчитывает до пятнадцати и заставляет держать себя в руках. — То я не хочу потратить свою жизнь в погоне за недостижимыми вершинами карьеры. Я нашла комфортный баланс и стараюсь его поддерживать.       Серкан поморщился, явно уловил скрытую шпильку: — Можно найти этот баланс, при этом достигая определенных вершин карьеры. Если ты не собираешься получить первенство, то зачем начинать?       Пошел к черту       Она хотела по-детски передразнить его, или выплеснуть кофе, или хорошенько ударить, чтобы он прекратил строить из себя железного человека и говорить этими альфа-цитатами.       — Некоторым людям, Серкан, работа приносит удовольствие, понимаешь? И чтобы наслаждаться ей и чувствовать, что жизнь удалась не обязательно возглявлять список Форбс, — ее даже начинает потряхивать от этой ядрёной смеси злости, обиды и раздражения, — Я нашла покой в своей жизни, уравновесив и любимых людей, и работу. Не нужно говорить мне, как я должна была сделать.       Серкан неприязнено морщится, стоит ей перестать сдерживать раздражения в голосе и глубоко вздыхает, пытаясь не сорваться и самому. Наверное, он не так представлял их разговор.       — Понятно, не злись, — и звучал так миролюбиво, словно реакция ее необоснована, — говоря о любимых людях, как поживает Мело? Я не видел ее уже несколько лет.       И это был хитрый ход, Ферит наверное сделал бы так же: перевел разговор в выгодное русло. Любовь Эды к Мело была известна, и она чувствовала, что ее злость словно испаряется при мыслях о милой подруге.       — У нее все хорошо, она получила повышение на работе недавно и вполне довольна своей профессией. Она администратор в итальянском ресторане в Фатихе, очень стильное место.       Серкан кивает и задумчиво вопрошает про Джерен, что и заставляет ее спотыкнуться: — Насколько я знаю, она сейчас в Милане, работает в индустри моды, как и хотела, но последний год мы с ней редко созваниваемся.       — Понятно, то есть Джерен не в Турции? — Эда покачала головой, — Странно, мне просто казалось, что она должна была быть с Феритом здесь.       И это был удар ниже пояса. С его словно бы задумчивом тоном не вязался испытывающий и может даже обвиняющий взгляд, что пригвоздил ее к стулу. Эда не знала, что ответить. Ни Джерен, ни Ферита сейчас приплетать не хотелось.       — Думаю, это тебе нужно не у меня спрашивать, — она постаралась выдавить из себя вежливую улыбку.       — Возможно, — Серкан медлит словно раздумывая над следующими словами а потом лениво, почти издевательски произносит, — Просто на открытии отеля вы с Феритом казались близкими, поэтомуя решил, что ты лучше осведомлена.       Ей снова захотелось уйти отсюда, взгляд Серкана был липкий, словно осуждающий. Но Эда лишь ярче улыбнулась, с огненной решимостью держа его взгляд. Хватит, она не девочка, чтобы разгадывать его намёки или тем более позволять стыдить себя.       — Как я уже сказала, я мало знаю о жизни Джерен, и с Феритом у нас обычно другие темы разговоров.       Серкан на это лишь напряг челюсть и неприязненно поморщился. Его взгляд вдруг стал более жестким и обличающим, даже смущающим и характер вопроса стал ясен до его произнесения.       — Ты с Феритом близко общаешься, кажется… — он помедлил, пытаясь выбрать самые нейтральные слова, — Вы встречаетесь?       Бинго. Наконец-то четкий вопрос, который наверняка и интересовал его сильнее всего.       — Да, — Эда легко улыбается, кажется даже этим пытаясь поддеть, — Мы с Феритом в отношениях.       Серкан медленно покивал головой с кривой и явно натянутой усмешкой на губах. Однако, в его глазах читалось разочарование, даже обида или боль. И это не те эмоции, что Эда надеялась получить. Его уязвленность поубавила пыл, но потом…       А чего он ожидал?       Что я пять лет буду ждать, словно верная собака?       Что снова позволю войти в мою жизнь и потом оставить меня ни с чем?       — Хорошо, что ты смогла двигаться дальше, Эда, — Серкан быстро оправляется и произносит, наверное, самую лживую фразу ее жизни, — Надеюсь, Ферит не против нашей с тобой работы над проектом, мы ведь в самом начале пути.       И может её фантазия играла против неё, но Эда слышала странную решимость и пренебрежение в его словах. Словно Ферит — деталь незначительная, очередное препятсвие для достижения желаемого.       И этот неприятный намёк «Надеюсь он не против нашей работы», словно я снова буду играть с ним в игры…       Или это намек на неуверенность Ферита? Или…       Да какого Черта?       Эда резко одернула себя. Зачем ей дальше разгадывать эти двойные фразы? Или быть в нежеланной компании?       — Разумеется, не против, с чего бы? — Эда быстро прокручивала в голове возможные отмазки, — Ты простишь меня? Нужно сделать несколько объявлений команде, пока они вместе на перерыве.       — Конечно, — произнес Серкан, не слишком расстроенный ее уходом, видимо считая это бегством поражения, — Нет-нет, не надо, я закрою счёт.       Эда закрыла сумку и быстрым шагом вышла на улицу.       Наверое, потом она будет корить себя за очевидный побег, но пока желание уйти от всего этого было сильнее.

***

      Почти часом позже, когда эмоции утихли, а разговор был прогонен в голове с дюжину раз, Эда наконец начала понимать что к чему. Серкан пытался вывести их общение на нормальный уровень, чтобы потом…снова сойтись? Вполне возможно.       И в мужчине так много самодовольства, что даже наличие Ферита, кажется, никак его не смутило. Неужели считал, что она все так же будет прибегать к нему? Или попросту в Ферите не видел угрозу?       В прошлом неприязнь мужчин друг к другу была очевидной, и даже их мнимая дружба была скорее напоказ, чтобы стабилизировать офис. Серкан Ферита видел слишком инфантильным, несамостоятельным папенькиным сынком, что живет на всем готовом и без семьи пропадет. А Ферит, судя по его мелким остротам тоже его не жаловал.       Плевать       Какими бы не были причины сказанного Серканом, в женской голове уже зрела задумка. И Ферит так удачно предложил заехать за ней сегодня.       Уже смеркалось, когда она быстрым шагом шла к машине Ферита на общей парковке. Боковым зрением она заприметила Серкана с Пырыл и их бригадой еще на выходе из недостроенного дома. Люди так удачно встали, что ни кустарники, ни полуразрушенный забор не закрывали им обзора.       Серкан думает, что Ферит не проблема?       Думает, что она так и ждет его все эти годы?       Ну–ну       Ферит облокотился на свой автомобиль и смотрел на нее с непередаваемым обожанием, словно шла она в самом соблазнительном платье, а не кожаных брюках видавших лучшие дни. И этот взгляд в купе с ленивой и явно дразнящей улыбкой, ее только сильнее подстегнули.       — Ты очень бодро идёшь для…— он не успевает закончить, потому что Эда уверенно накрывает его губы своими. Поцелуй получается смазанным и не таким будоражащим, как их обычные поцелуи, но удивлённое мычание Ферита и его проворливые руки на талии компенсируют её промах. Он быстро отрывается от неё и изумленно смотрит, а потом его взгляд цепляется за что-то за её спиной, и он понимающе хмыкает.       — Устраиваешь представление? — Его ладонь скользит к лицу и бережно убирает прядь волос за ухо.       — Устанавливаю ясность, — теперь Ферит смотрит еще и с жадностью и чем-то таким непередоваемо горячим, тем, что заставляет ее вжаться в чужое тело сильнее. Мужчина усмехается, но ни разу не смешливо.       — Тогда нужно сделать зрелище стоящим.       И целует ее сам. Крепко и глубоко, заставляя следовать за его жадным и наглым ртом. У Ферита необычайно быстро рвало тормоза и видимо её выходка стала искрой огня для бензина. Пальцы сильнее впиваются в талию, а другая рука аккуратно держит ее под челюстью, властно задирая голову ему на встречу. Вся атмосфера заставляет думать о спутанных простынях и жадных руках на голой коже. Его греховный язык беспрепятсвенно скользит ей в рот и так будоражище ласкает её, что Эда сдавленно стонет ему в рот.       Боги       Нужно больше. Сильнее. Не расстование у скрипучей калитке дома, а сбитое дыхание и тепло тел.       Эда отрывается первой, резко поняв всю простоту их ситуации. Он хочет ее, а она его, и хватит изводить друг друга. Взглянув на Ферита, она едва не пожалела: дикий взгляд, припухшие губы с самодовольной улыбкой и взьерошенные волосы. Мужчина невинно вопрошает, видимо и не представляя ход ее мыслей.       — Достаточно ясности на сегодня, госпожа Йылдыз?       Она усмехается, решив, что скрывать сейчас за полутонами и намёками не смысла: — На пока, но я хочу продолжения в твоей квартире.       Достаточно ясно?       Несколько секунд Ферит просто смотрит на неё, словно ища еще и невербальное подтверждение, и видя явную решимость в глазах наконец произносит: — Это устроить можно.       Уже в машине она печатает сообщение Мело, говоря, что ночевать она сегодня дома не будет.