Больной

– Юнги, может пойдёшь с нами? – спросил с надеждой Хосок. – мне нужно учиться чтобы отец меня не загнобил. – ядовито ухмыльнулся он через плечо и продолжил идти в сторону общаги. Брюнет явно не выглядел тем кто станет что-то зубрить, тем более для совершенно нелюбимой деятельности. "Запишу видео, мож хоть это его немного растормошит?" – думал Чон, наблюдая за неспешно удаляющейся фигурой. Юнги не думал ни о чём, в голове было пусто, в груди тоже, всё его существо в принципе превратилось в пустую оболочку. Всё не то, тексты не пишутся, ничего не хочется, даже весь спектр цветов стал странным... то серым, то вырвиглазно ярким, и дело тут не в времени года. Подняв голову вверх, парень увидел как над ним закружились белые облака, словно засасываемые в воронку, небо стало чёрным, потом снова светло-голубым. На мгновенье это даже напугало. Пошатнувшись, Юнги потряс головой в разные стороны и ускорил шаг. Общежитие находилось буквально в пятнадцаци минутах ходьбы от универа, поэтому парень нашёл себя уже в коридоре, разувающимся на подсознательном уровне. В последние четыре дня так много всего произошло, что голова идёт кругом. Телефон завибрировал в кармане – звонок от Югёма. От кого же ещё? "Поговори с братиком, навести маму". – опять ты, захлопнись уже. Что тебе нужно!? "Мне? Мне ничего не нужно, я с тобой ведь ты нуждаешься во мне". Юнги кожей почувствовал эту жуткую улыбку с выглядывающими мелкими и острыми зубами как у пираньи. "О не думай о том чтоб я ушла. Ну только если вместе с тобой~" – на тот свет? "На тот свет. И может с мамой встретишься". Юнги на это тихо рассмеялся так, что только плечи подрагивали, а сам он смотрел на паркет, который начал двигаться и засасывать его ноги. Почувствовав касание к плечу, Мин замахнулся и ударил рукой по появившемуся силуэту. Кулак прошёлся сквозь белое платье и врезался в зеркало, что было почти во весь рост и тут же треснуло, начиная осыпаться. Конечно это было достаточно громко чтобы заставить обитающий здесь народ повылезать из своих комнатушек и поглазеть на какого-то психа колотящего бедное зеркало. – эй! Ты вообще ёбнулся, парень? За такое и вылететь отсюда недолго. Но Юнги слышал и видел только её. В руке откуда-то оказался нож и он почувствовал как по ладони течёт чужая тёплая кровь, или это своя? Неважно, всё что важно это продолжать вкалывать нож в это уродское существо чьи глаза были похожи на змеиные, смотря в них ты медленно умираешь. Но сколько бы проколов он не делал девушка продолжала спокойно стоять на месте. На мгновенье её лицо очеловечилось, Юнги увидел в ней лицо матери и навалился спиной на другую стену, неощущая своего тела, тяжело дыша и трясясь. – успокойте его кто-нибудь! – а я с самого начала говорила что он странный. – скривилась Лиса, отходя подальше от сваленной тумбы и осколков стекла. – ребят вы извините, но я позвоню в больницу чтоб его забрали в психиатрическое отделение. – ну так быстрей! пока он тут кого-нибудь не прибил! Выкрики, смех, колкие замечания - всё слилось в непонятный шум, от которого начинала болеть голова. Юнги даже не сразу услышал собственный, почему-то громкий, голос. Он кричал на существо, что игралось с ним, ругань переросла в мольбы о том чтоб она исчезла навсегда и перестала мучать.

***

Хосок всё не как не мог отделаться от тревожного чувства. Кажется теперь он понял, что чувствуют родители когда отпускают своих детей гулять с друзьями или в одиночку. А дело то в том, что тревожность не проходила ещё со вчерашнего дня, потому что на такую информацию невозможно так спокойно отреагировать. Значит Юнги сдержал эмоции внутри, но ведь так нельзя, а ночью постоянно вздрагивал и вертелся всё сильнее и сильнее скручиваясь в калачик, подобно коту, и пытаясь спрятаться от жестокой реальности. Чон даже пару раз вставал, чтобы получше накрыть его, вдруг холодно? Он, видя чужие страдания, сам спать нормально не мог, только под утро на обоих напал безмятежный сон. – ууу... – что там? – спросил шатен, смотря как лицо Тэхёна меняется каждые две секунды. – а Юнги это...? – мой друг, мы соседи по комнате. А что? Что-то случилось!? – тут же заволновался парень, представляя худшие варианты событий. – наши говорят, что он там мол бушует, стёкла бьёт да на воздух кричит. Словно бес вселился. – параллельно с рассказом Ким присел на корточки и погладил подбежавшую кошку. – ой, прости Милка, я сегодня с собой ничего не взял. Хосок тут же остановился, словно прирос к земле, и стремительно побледнел. Ким, нейтрально относящийся к этой ситуации, смерил его озадаченным взглядом. – Тэ, едь без меня, прости и... перед Чимином тоже от меня извинись. Мне правда жаль! Но я нужен ему.

***

Хо бежал так быстро как мог, благо утренние пробежки давали нужный результат, но он всё равно опоздал. Юнги уже под руки выводили из здания. Он выглядел ужасно, из костяшек рук торчали куски стекла, кровь оставляла на земле тёмные капли, глаза неживые и отрешённые, он словно был где-то не здесь и еле передвигал ногами. Вероятно ему вкололи успокоительное и какое-то время парень будет находиться в таком непонятном состоянии. – Юнги! Стойте, вы не можете его вот так забрать! – отчаянно пытался докричаться Чон. Трое мужчин в белых масках и халатах с суровыми лицами не слушали его, они как непоколебимые горы, которые не сдвинуть с места продолжали идти к машине. От волнения в руках кажется пропала вся сила, они не могли даже нормально зацепиться за чужую одежду и соскальзывали, ноги подкосились, роняя своего владельца на холодную землю. Хосок было попытался встать, но Юми преградила ему дорогу. – нет, нет, нет... ему нельзя... ему там только хуже будет... – Хоби, успокойся. Из-за ее спокойного тона голоса парень не сразу увидел слёзы на лице испуганной девушки. Несмотря ни на что она твёрдо стояла на земле и едва ли можно было увидеть дрожь в хрупком теле. Лиса же остолбеневши стояла где-то в стороне и молчала, находясь в шоковом состоянии, как и многие. Хлопнули дверцы, а машины уже и след простыл, когда Чон запоздало поднялся. Сделав глубокий вдох, он постарался успокоиться. – мне кто-нибудь объяснит что произошло? – я сама не знаю, я услышала, что кто-то пришёл, а-а потом как разбилось стекло и все повыбегали в коридор... Юнги словно... кричал на кого-то... кого видел только он. – ты знал о его этих "причудах"? – спросила уже подошёдшая Лиса. – нет... такого никогда не случалось. Это я виноват, я знал, что ему сейчас тяжело и всё равно оставил одного... – если у него проблемы с головой, то он всё равно рано или поздно попал бы туда. – может ему там и вправду помогут? – с надежной предположила Юми, взглядом прося подругу успокоиться. – вы не понимаете! Его забрали без документов, а с пометкой "неизвестный" ему путь только в худшие условия. – пытался донести ужасность произошедшего шатен. – а в хороших условиях он сразу будет паинькой и вылечится? – Лиса, перестань! Пусть Хосок-а делает как считает нужным, даже если это кажется неправильным... я понимаю какого это волноваться за дорогого сердцу человека. – ч-что? Да, нет же, он поди и другом меня не считает. – слегка смутился Чон, почесав затылок. – скажи лучше завтра что я приболел... мне нужно будет съездить к кое-кому. Юми кивнула и теперь они вдвоём покосились на красноволосую, которая всегда сохраняла строгое выражение лица. – я хотела спокойной учебной жизни... ладно, хватит пялиться на меня! Я помогу.

***

Юнги очнулся на кровати в так скажем комнате ожидания. Здесь было ещё куча кроватей стоящих в разнобой и почти впритык друг к другу. Всего человек в комнате было двенадцать. Кто-то спал, кто-то ходил туда сюда, кто-то схватившись за голову, качался на полу в углу комнаты. "Хах, я всё таки попал куда надо", подумал Мин и тут же запоздало зашипел от боли в костяшках, из которых конечно никто ему стекло не вытащил. Дверь открылась и зашёл низкий мужчина лет тридцати в строгом костюме и смерил всех оценивающем взглядом. Парень, до этого сидевший в углу, тут же кинулся к нему и начал трясти за плечи, чуть ли не рыдая: – выпустите меня отсюда! Пожалуйста, я же не псих! – ну, это сначала надо проверить. – надменно улыбнулся мужчина, и дёрнул головой. Двое людей в масках увели парня куда-то, все остальные начали волноваться и переглядываться. Взгляд неизвестного остановился на Юнги, видимо потому что тот был самым спокойным. Цоканье каблуков чёрных туфель разносилось эхом по комнате. – ты кто вообще? – спросил Мин, смотря из-под лобья на подошедшего. – Кэф, я заведующий этой больницей. Этот Кэф взял руку брюнета и большим шершавым пальцем провёл по вывихнутым и разодранным костяшкам. Юнги рыкнул, легко вырывая руку из чужой. – отведите его к Тáмуре. – я сам могу идти. – сказал Мин, вставая и уворачиваясь от людей в масках. Пока Юнги шёл то несколько раз натыкался на поломанные доски в полу и грязные стены испещрённые мелкими трещинами. Мозг отказывался вспоминать каким образом его сюда занесло. "Видимо я разбил зеркало... зачем я его разбил? Когда я вернулся в общежитие... кажется опять та хрень появилась, чёрт... я же никого не ранил? Хосок ушёл на фестиваль, это хорошо... почему я вообще думаю о этом придурке? О нет, он же не придёт меня спасать!?". Последняя мысль заставила Юнги проснуться. – где мой телефон? Но ему никто ничего не отвечал. – я спросил где телефон, алё! В ответ его толкнули в дверь спиной и та открылась из-за чего парень упал, локтями уперевшись в пол. В нос сразу ударил особый концентрат всяких таблеток и лекарств. – госпожа Тамура, пациент проявляет агрессию. – сказал роботическим голосом один из санитаров. – я вижу. – шикнула женщина, что-то набирая в шприц. Она была одета в обычную врачебную одежду, тёмные волосы с проседью были собраны в пучок, глаза маленькие и холодные, возле них уже начали пролегать морщины, особенно когда тонкие брови или губы кривились в отвращении. – не дёргайся, иначе будет больно. Мужчина прижал парня к стене одной рукой держа за запястья, а другой за голову. Конечно Мин пытался вырваться, но ничего не получалось. Тамура взяла его руку, с силой сжимая и держа её, и ввела в вену иглу. Парень мгновенно почувствовал как тело наливается тяжестью. Опять... Его как безвольную куклу усадили на кушетку и начали выдергивать пинцетом кусочки стекла, а потом прям на раны вылили перекись. Раны зашипели и защипали так, что руки начало трястись от боли, а в уголках глаз собралась влага, но Юнги не проронил ни звука. – ну вот, дольше дёргался, малыш. – сказала притворно заботливым голосом женщина, накладывая бинты. – а теперь... добро пожаловать в лучшую психбольницу. Мин хотел ухмыльнуться, но губы не шевелились. Человек в маске схватил его за шкирку, вытаскивая из кабинета. Юнги на автомате шёл куда-то вперёд, еле передвигая ногами, периодически проваливаясь и падая. Его тут же грубо поднимали и заставляли идти дальше. – ну же, ты же сам можешь идти, так иди нормально! Чертовы психи.