Я больше не могу это выносить

Я бы хотел побыть сегодня в одиночестве. Для тебя ведь не составит труда не спать? Ты ведь говорил, что тебе не нужно много спать. — Если ты настаиваешь, — медленно произносит Волдеморт. — Ты хочешь Сон без сновидений? Гарри гримасничает, с тоской вспоминая зелья, которые мадам Помфри дала ему в конце семестра. Он не успел принять ни одного из них. — Я и так слишком много выпил за последнее время. Если я приму еще, это может повредить моему здоровью. Так, по крайней мере, сказала мадам Помфри, и Гарри склонен ей верить. Временами она бывает властной, но не преувеличивает. — Сколько ты принял? — Вообще-то, я не уверен. — Дни после возвращения Волдеморта были, мягко говоря, туманными. Наверное, мозг пытался справиться с травмой. — Я принимал его каждую ночь после третьего задания, вплоть до нашего первого суженого сна. Волдеморт надолго замолчал. — Это опасно большой промежуток времени. Гарри пожимает плечами. — Мадам Помфри следила за этим, а она знает, что делает. В любом случае, я хочу попросить тебя об одной вещи: пообещай, что не будешь заходить в мою комнату, пока я сплю. — Я не могу этого сделать. Если я подумаю, что ты в опасности, я проверю тебя. Я не буду рисковать твоей безопасностью. Гарри скривился. Я никак не могу выиграть этот спор, верно? — Хорошо, тогда хотя бы пообещай мне, что немедленно покинешь мою комнату, как только убедишься, что со мной все в порядке. Он ждет, пока Волдеморт кивнет. — Спасибо. *** — Где Малфои? — спрашивает Гарри на следующий день во время завтрака, подталкивая яичницу на своей тарелке. В его желудке завязался тугой узел, из-за которого ему трудно продолжать есть, хотя текстура яичницы пришлась ему по вкусу. — Я сказал им держаться от нас подальше. — Почему? — Потому что они тебе не нравятся. Гарри моргает. Это и есть причина? — А их не беспокоит, что ты приказываешь им в их собственном доме? — Не особенно, нет, а даже если бы и беспокоило, мне было бы все равно. — Волдеморт качает головой. — В прошлом я спрашивал многих своих последователей, Гарри. Это ничто. — Хм… — Гарри продолжает накладывать себе еду, размышляя, как ему поддержать разговор. Да ладно, это просто смешно. Ты тянешь время, и ты это знаешь. Перестань быть таким трусом. Гарри вздыхает и встает. — Ладно, давай покончим с этим. *** — Мне понадобится моя палочка, — говорит Гарри, не отрывая глаз от омута памяти. Неужели оно всегда выглядело таким холодным и непреклонным? — Конечно. Волдеморт достает из мантии палочку Гарри и протягивает ее Гарри так же, как нож, — кончиком, направленным на Волдеморта. Тепло, разливающееся по телу Гарри, когда он прикасается к дереву, — желанное отвлечение. Может быть, лучше было бы выбрать другое воспоминание… Нет. Волдеморт сказал, что не собирается причинять мне боль или убивать. Пришло время выяснить, есть ли в этом обещании хоть доля правды. — Как извлечь воспоминание? — Очень просто. Все, что тебе нужно сделать, — это сосредоточиться на воспоминании, которое ты хочешь, чтобы я испытал. Убедитесь, что вы точно помните начало и конец воспоминания. Затем вы отводите палочку от виска и помещаете воспоминание в омут. Гарри облизнул губы. — А что, если я хочу, чтобы ты испытал два разных воспоминания сразу друг за другом, без перерыва между ними? Есть ли способ сделать это? — Да, просто помести все воспоминания, которые ты хочешь, чтобы я испытал, в Омут. Гарри медленно кивает, не обращая внимания на любопытный взгляд Волдеморта и его незаданный вопрос. Гарри ни за что не скажет ему заранее, какие воспоминания он имеет в виду. — И последнее. Есть ли что-то, что ты не хочешь испытать? — Нет. Я согласен на все, что поможет мне лучше понять тебя. — Хорошо, — говорит Гарри и делает глубокий вдох. Я действительно это делаю? Да. Да, делаю. Гарри подносит палочку к виску и закрывает глаза. Через несколько минут в омуте появляются два воспоминания. Волдеморт достает из мантии пузырек и выливает зелье в туда же. Затем он наклоняется над омутом, и Гарри затаивает дыхание, отчаянно надеясь, что только что не принял одно из самых худших решений в своей жизни. *** Минуты тянутся мучительно медленно. Гарри то и дело поглядывает на часы, гадая, сколько ещё ему придётся ждать. Его плечи так напряжены, что кажется непреодолимой задачей привести их в более нормальное положение. — Перестань так много ходить, — жалуется Нагини со своего места у камина. — Ты нарушаешь мой отдых. — Извини, — бормочет Гарри и заставляет себя перестать двигаться. Однако это лишь усиливает напряжение в мышцах, и он начинает подпрыгивать на ногах. Прежде чем Нагини успевает пожаловаться и на это, дверь приоткрывается на несколько дюймов, и Гарри замирает. Он нерешительно подходит к двери, гадая, не стоит ли за ней домовой эльф или один из Малфоев. Может быть, там что-то срочное? Гарри открывает дверь пошире и нахмуривает брови. Никого нет. Всё, что видит Гарри, — это тускло освещённый коридор. — Подожди меня. Хозяин сказал, что ты не должен никуда уходить без… Остаток слов Нагини обрывается, когда на Гарри вдруг обрушивается что-то совершенно невидимое, и его затягивает в вихрь красок.