Приемы самозащиты

Светловолосый переваливался с одной ноги на другую, в голове была лишь пустота. Сердце бешено билось из-за избытка адреналина, пока холодное и тяжелое осознание грузом взваливалось на его плечи. Он ускорил свой шаг. Не прошло и минуты, как он уже перешел на бег. Линчеватель обгонял ничего не подозревающих прохожих, что каждый раз нервно шугались, и он не мог их в этом винить, живут в неблагополучном районе. Бегал, бегал и бегал по знакомым улицам, мостам и пешеходным переходам. Перестал носиться, только когда выбился из сил. Он облокотился рядом со сломанным автоматом для еды. Жадно глотал воздух сбившимся дыханием. И только в этот момент он понял всю тяжесть своих действий. — «Только посмейте заявиться на мою территорию»?! — парень активно жестикулировал и схватился за свою голову. — Неужели я, блять, только что угрожал двум профессиональным героям?! — о нет-нет-нет-нет, это ведь даже были не мелкие герои, которых жопой жуй, с которыми он уже имел дело. Нет! Это совершенно новый уровень идиотизма! Он угрожал двум героям, которые буквально были лицами Ассоциации Героев. Спроси любого ребенка на улице, кто его любимый герой, и каждый ответит — Дрим! — Отлично, просто отлично! — линчеватель прокручивал в голове свою недавнюю стычку раз за разом и с каждым разом он больше понимал, в какую задницу он скатывается. — Прайм, я облажался, крупно, — в голову линчевателя пришло осознание. Он судорожно начал проверять свою экипировку.​ Эластичная маска на верхней половине лица, которая, по словам его друга, делала его похожим на енота, была на месте, не скатилась. Все благодаря кропотливой работе её создателя. Красная толстовка была изношена, испачкана, местами порвалась, пахла гарью и сыростью улиц. Но линчеватель упорно не хотел ее менять — была слишком дорогой. Кожаная портупея на груди прятала самый ценный арсенал в распоряжении линчевателя — два пистолета. Они так же были на месте, в целости, хоть линчевателю претило осознание того, что их трогал другой мужчина. Представьте, его пушки! Это было просто безобразие. Дальше он спустился к карманам своих штанов, расчехляя каждую ячейку: в первом лежал излюбленный электрошокер, во втором — всякие медикаменты. В других карманах лежали дополнительные обоймы для его красоток. Также было много чего по мелочи. — Вроде... Все на месте, — минимум причин, по которым его можно было бы отследить. Дальше, скорее всего, нужно стать осторожнее. В разы осторожнее. В последнем кармане лежал наушник, похожий на слуховой аппарат. Томми моргнул. Черт. Линчеватель хлопнул себя по лбу. Он опять проебался. Поспешно надев наушник на ухо, светловолосый морально подготовился к своим уже менее гипотетическим похоронам. Он включил его: — Туббо? — ТОММИ, МАТЬ ЕГО, ИННИТ, — ответ герой получил мгновенно. Он зажмурил один глаз. Ладно, возможно, ему не стоило игнорировать своего друга. — Какого хрена ты выключил наше единственное средство коммуникации на 4 гребаных часа?! — Туббо, блять, снизь громкость, я чуть не оглох, — лучшая защита — это нападение, так ведь? Так что подросток тоже начал жаловаться. — Я, блять, тебя спрашиваю! — голос из динамика не унимался, но «Томми-мать-его-Инниту» было приятно его слышать, присутствие своего друга успокаивало. Хотя он никогда в этом и не признается. — Извини, Табс, мне нужно было сосредоточиться, а твои крики меня отвлекали, — Томми вздохнул, понимая, что нужно бы оповестить друга о только что случившейся ситуации с двумя парнями в трико. — Оу, мои крики тебя отвлекали? А не пошел бы ты(!)-, — он осекся, — погоди, «сосредоточиться»? — голос произнес это такой интонацией, будто бы удивлялся тому, что его друг вообще знает настолько длинные слова. — Что у тебя там случилось? — Слушай, Туббо, я тебе все расскажу, но это тема, — он оглянул переулок, было слишком нервно разговаривать в такой открытой местности, причем в одежде, которая с потрохами выдавала в нем линчевателя, — не для звонка, понимаешь? Давай встретимся лично. — Хорошо. Жду тебя завтра у себя, — Томми уже мысленно набросал план того, что будет делать завтрашним днем и вечером и продолжил: — Тогда спокойной ночи? — Спокойной, но ты учти, я всё еще злюсь! — и голос замолк, сообщая, что разговор закончен. Линчеватель тяжело вздохнул. Надо будет купить в местной пекарне его любимые пончики с шоколадом, чтобы вымолвить у его друга прощения. *** Томми с громким вздохом захлопнул дверь в свою квартиру. Он давно уже переоделся перед тем, как подойти к своему подъезду. Вдруг кто бы его проследил? Да, Томми был параноиком, но кто не был? На звуки открывшейся двери из квартиры тут же прибежало резвое белое существо и кинулось подростку в ноги. — Фрэн! — парень радостно погладил свое белоснежное сокровище по голове, пока собака счастливо лаяла и резвилась на месте, получая столь ценное для неё внимание от хозяина. Блондин лишь посмеялся с этого комка радости и принялся разуваться. Он устало зевнул, потянувшись у дверного порога. В этот момент он понял, что в его доме горел свет, что странно, ведь он прекрасно помнил, что выключал его, когда выходил на вечерний патруль. Томми поспешил зайти и понял, что свет горел на кухне. Там мелькала одинокая тень, которая направлялась в его сторону. И уже спустя секунду в дверном проходе, в теплом освещении кухни стоял мужчина. С зелеными короткими волосами, с усталыми, с незаметными морщинками в уголках, но с такими добрыми глазами. — Сэм? — тихонько произнес светловолосый. Ему было непривычно смотреть на своего опекуна вне формальной обстановки. Он взглянул на Томми и заботливо улыбнулся. — Ты дома? — спросил парень, будто не веря своим глазам. — Я думал тебя на работе задержат, — он, запинаясь, решил объясниться, пытаясь принять невозмутимый вид. — Привет, Томми, ты поздно, — заметил гибрид и оглядел блондина с головы до ног, мысленно подмечая при себе что-то. — Сегодня мне удалось выйти по раньше, вот, готовлю ужин, — голос его был как никогда мягок. Он развернулся и указал на накрытый стол, как бы предоставляя доказательства того, что все это реально. — Присаживайся, ты, наверное, проголодался. Томми поколебался. Он бы был только «за» поесть в компании Сэма, но мысль о том, что это неправильно, не покидала его. — Нет... Извини, Сэм, я был бы рад, но-о, — он отвёл взгляд в сторону и сильнее сжал лямку рюкзака, — я не голоден, давай я поем позже? — Оу, но я пришел пораньше и надеялся, что мы могли бы провести этот вечер вместе, — мужчина озадаченно вскинул плечами. Томми точно не было стыдно за это, совсем нет. — Ты точно не голоден? — уточнил он, поддаваясь вперед, чтобы рассмотреть блондина поближе, и тогда-то в его глазах что-то прояснилось. — Погоди, Томми, что с твоим лицом? Подросток перестал дышать. Он точно не надеялся встретить своего опекуна сегодня вечером. Но звезды решили иначе. Теперь ему придётся как-то объяснить, почему вместо носа у него опухший картофель. Томми попытался как-либо спрятать свое покалеченное лицо, чтобы хоть как-то защититься, но от обеспокоенного мужчины он спрятаться не смог: — Прайм, что случилось?? — Сэм взял подростка за плечи, чтобы рассмотреть поближе. — Ты ранен? Ты с кем-то подрался? — Я... — парень ничего не мог вымолвить, это был слишком длинный день для него, — на меня... напали, когда я возвращался домой, — что ж, это была даже не ложь, если умолчать некоторые детали. — Но не волнуйся! Я жив, и тот вор пострадал даже больше, чем я, — блондин попытался посмеяться, чтобы сгладить углы, но обеспокоенное лицо взрослого не давало ему спокойно вздохнуть. — Как это случилось? Ты ничего не сломал? Сильно болит? — вопросов больше, чем хотел бы Томми, но что поделать, если за него волновались. Это даже местами грело душу, но все же он бы не хотел зря пользоваться чьей-то добротой. — Я в порядке. Просто какой-то придурок в маске хотел украсть мой кошелек и телефон. Я отбился, но он ударил меня в нос и сбежал. Я не видел его лица, извини, — блондин хотел бы, чтобы это прозвучало как можно убедительнее, и вложил в свою легенду как можно больше искренности. — Прайм, на улице так небезопасно, — с каким-то сожалением произнес Сэм, мельком взглянув в окно. — Мы могли бы переехать в более благополучный район, если ты хочешь, Томми, — он со слабой надеждой посмотрел на подростка. Вдруг из-за этой ситуации он наконец захочет переехать, что всегда предлагал Сэм? — О, нет, Сэм, все нормально, правда. В этом нет необходимости, — и снова он отказывается. Сколько бы ни предлагал Гибрид, сколько бы не понадобилось для этого времени, парень ни в какую. Что же его здесь держит, что он может закрыть глаза на свою же безопасность? — Томми, на тебя только что напали! Разве тебе не было страшно? — светловолосый задумался, но вдруг прервал самого себя: «А насколько страшно другим жителям этого района, которые даже не могут за себя постоять?» — Сэм, я большой мужчина, мне никогда не бывает страшно! — выпалил парень, отстраняясь. — К тому же, тут вся моя жизнь, — блондин раскинул руки. — Тут мои друзья, я живу недалеко от Туббо, и до колледжа рукой подать. Может, ты и не понимаешь, почему я отказываюсь, но я здесь родился и вырос, — заключил подросток, сжав свою уже не красную толстовку, а голубую кофту с надписью «Sunday club». Сэм вздохнул, полные грусти глаза смотрели на юношу. — Хорошо, я ничего не буду предпринимать, пока ты сам этого не захочешь, — гибрид медленно переместился из прихожей на кухню, открыл морозильник и достал оттуда формочки для льда. — Но учти, если такое еще повториться, я буду вынужден принять меры, хорошо? Тинейджер облегченно выдохнул. Великий Сэм Асмадейд решил помиловать его и перестать допрашивать: — Хорошо, Сэм. Спасибо, — последнее он произнес очень тихо, но Сэм услышал. Ему оставалось только грустно улыбнуться и передать Тому холодный компресс для носа и пару таблеток обезболивающего. — Ну что ж, если это единственное, что ты хотел скрыть от меня, — начал мужчина, и блондин замер. — То не хотел бы ты поужинать? Или ты все еще не голоден? Парень нервно усмехнулся. Что ж, он, наверное, уже и так очень долго пользовался его терпением, нужно бы отплатить ему чем-нибудь? — Да, на самом деле я голоден, как енот, — гибрид улыбнулся, и юноша подумал, что эта улыбка стоила того, чтобы пережить весь этот день. — Тогда присаживайся, пока всё не остыло. Томми угукнул и без вопросов сел за свой стул, разглядывая еду перед ним. Это было скромное кроличье рагу, но кто будет придираться, если его приготовил Сэм, собственными руками? Точно не Томми. — Как дела в Ассоциации? — спросил парень, взяв прибор в руки и окунув ложу в тарелку. Фрэн улеглась под столом рядом с подростком, утыкаясь своей белой шерстью ему в ноги. — Все нормально, работаю над разработкой нового костюма для Пламени, — гибрид снял розовый фартук, повесив его на ручку двери, и сел перед Томми за столом. — Он хочет, чтобы его костюм был водонепроницаемым, и терроризирует мою лабораторию уже вторую неделю, но сказать легче, чем сделать! — возмущенно заявил гибрид и также принялся за ужин. — Некоторые индивиды просто не понимают, сколько нужно времени для такой кропотливой работы. При упоминании огненного героя тело блондина начало болеть, хотя обезболивающее, что ему дали, значительно снижало эту боль. Или все это было из-за рагу? — Вот пришёл он сегодня на мой обед перед своим патрулем и говорит: «Я бы спас больше людей, если бы вы работали быстрее», — подросток вскинул брови. Да как он только смеет обвинять бедных ученых в том, что он не эффективен в дождливые дни? — Я тогда своим супом чуть не подавился, — гибрид вскинул руки, — как ему объяснить, что недостаток интеллекта нельзя компенсировать громкостью фраз? — опекун усмехнулся, когда подросток прыснул от смеха. — Погоди, ты только что назвал Пламя идиотом? — блондин задыхался от осознания того, что один из ученых мог такое сказать, так еще и один из главных инженеров Ассоциации Героев. — Ну, я бы не сказал, что прям идиот, — попытался он как-то исправиться, но затем продолжил, — но мы ведь оба понимаем, какой результат на IQ-тесте он бы получил? — после этого оба начали смеяться. Именно так проходили лучшие вечера в доме Иннитов: за оскорблениями некомпетентных героев. У Сэма всегда находилось парочку историй из здания Ассоциации, раскрывающих всеми любимых героев с совсем другой стороны. В телевизоре показывали, как герои спасали людей, участвовали в благотворительных акциях и снимались в рекламах с борьбой против наркотиков. А стоит им выключить камеры, как эти герои становились напыщенными индюками с чувством собственной важности, у которых нет дела до простых обывателей. Наверное, Сэм по большей части приложил свою руку на мнение Томми о героях. Именно благодаря Сэму и его работе Томми видел истинное лицо героев без цензуры со стороны Ассоциации, и ему оно совершенно не нравилось. — А ты как провел свой день, Томми? — Сэм кинул на подростка заинтересованный взгляд. — Куда в такую ночь вышел? — Да так, я весь день провел в доме у Туббо и только вечером понял, что уже пора бы домой, — блондин пожал плечами, это тоже было частичной правдой. И даже если бы Сэм прямо сейчас взял и позвонил Таббо, тот без колебаний подтвердил бы любую его ложь. — О, хорошо, это занятно, — кивнул Сэм, а снежношёрстная собака под столом начала активно двигаться в сторону ног подростка, прося какую-нибудь вкусняшку со стола. Томми хмыкнул и кинул ей под стол небольшой кусок крольчатины из своего рагу. — Не передашь мне соли? — попросил мужчина, и подросток протянул ему руку через весь стол, чтобы передать съедобный минерал. Когда он вытянул руку, его рукав задрался, показывая на мгновение не заживший ожог на руке подростка. Он поспешил отдернуть кофту, но от пристального внимания взрослого он спрятаться не смог. — Томми, что у тебя с рукой? Ты поранился? — гибрид потянулся к руке подростка и разглядел повнимательнее. Простой ожог — это ясно, при ведении бытового хозяйства и не такое бывает. Но Сэма смутил синяк на кисти подростка, как от слишком тугого браслета. — Сэм, не волнуйся, я просто обжегся, когда готовил у Туббо. — блондин пытался вызволить свою руку, но у него никак не получалось. — Томми, покажи мне вторую руку, — как можно мягче попытался сказать Сэм, но Томми только начал нервничать и прятать вторую кисть за спиной. — Что, зачем это? Ожог у меня только на этой руке, — мальчик не понимал, как он мог так проебаться, они же только недавно закрыли эту тему, и вот опять. — Томми, пожалуйста, — взрослый потянул руку ко второму запястью подростка и ужаснулся, увидев там второй синяк вокруг запястья. — Томми... Что это значит? — Что? Что там? — блондин делал вид, что все хорошо. — В этом ничего такого, Сэм. Ты себя накручиваешь. — Нет ничего такого? Томми, это похоже на следы от наручников! — опекун встал со своего стула и положил свои руки на плечи подростка. — Что на самом деле случилось? Тебя хотели арестовать? Или... — он замолчал, взглянув куда-то сквозь подростка, — тебе делали больно?.. —Я-я... — голос задрожал, блондин не знал, как до этого дошло. Как ему объясниться? Или как себя вести? — Я действительно не хочу это обсуждать, Сэм. — Но Томми, это ненормально, я хочу помочь! — гибрид лишь приблизился, а Томми внезапно отстранился, скинув с себя руки. — Я правда не хочу об этом сейчас говорить, — он скрестил руки на груди и поднял плечи к голове. — Пожалуйста, — тихо добавил он в конце. — Я... Ладно, хорошо, Томми. Как скажешь, — он на нервной почве запустил свою ладонь в свои волосы, убирая их с лица. — Не хочешь пойти спать?.. Подросток тихо кивнул и направился в свою комнату. На выходе из кухни его остановил Сэм, взглянув ему в глаза. — Я всегда готов выслушать тебя, хорошо? — гибрид обеспокоенно улыбнулся. Блондин также попытался выдавить из себя что-то на подобии улыбки, но ничего толкового не вышло. — Хорошо, Сэм. Доброй ночи. — Доброй ночи, — мужчина проводил подростка взглядом, а собака выскочила из-под стола и уселась рядом с хозяином. Она непонимающе гавкнула. — Иди за ним, Фрэн. Думаю, ты ему нужна, — опекун погладил собаку по голове, и она, согласно кивнув, направилась вслед за подростком. Какое умное животное. — Завтра будет трудный день.