i wanna be as strong as you

в дороге чонвон думает много и долго. что имел в виду сону, когда говорил, что он не замечает слишком много очевидного у себя перед носом? и что значит это «чонвон и джей так хорошо смотрятся вместе!», которым невзначай перекидываются хисын и джейк во время общего ужина? чонвон, конечно, далеко не слеп, да и сам, вроде как, испытывает к хёну какие-то чувства, но есть ли смысл ждать взаимности, когда вокруг старшего крутится невообразимое количество шикарных девушек, на фоне которых ян – никому не нужная пылинка? – хэй, вони, – вырывает из раздумий сону, осторожно коснувшись плеча младшего. – всё в порядке? чонвон несколько раз кивает и снова погружается в свои мысли, перед этим метнув короткий взгляд на джея, сидящего сзади. сону, кажется, понимает абсолютно всё, потому как уже через мгновение берёт руку яна в свою и крепко сжимает, а на непонимающий в ответ взгляд отвечает одними только глазами, в которых у чонвона без труда получается прочитать поддержку. – знаешь, чонвон, – тихо начинает ким, даже не переживая из-за того, что собеседник его не слушает, потому что знает, что это не так. – я так хочу позаботиться о тебе в последнее время. на твою голову свалилось столько стресса и переживаний, что мне порой больно на тебя смотреть, и это совсем не из-за того, что ты как-то плохо выглядишь, нет. я вижу, как жутко ты выматываешься и как сильно хочешь обсудить свои трудности с кем-то, но не понимаю, почему ты не хочешь поделиться этим именно со мной. мне казалось, что ближе меня в нашей компании у тебя нет никого, и что ты целиком и полностью мне доверяешь. это не так, да? что тебя тревожит, вон-а? я могу как-то помочь тебе? чонвон поднимает на него глаза, полные стеклянных слёз, и пожимает плечами, прежде чем первая скатится по его щеке и обожжёт кожу. он в ту же секунду смахивает её рукавом бежевой толстовки и отворачивается к окну, но даже так сону видит, что на одной всё не закончилось. ян поджимает дрожащие губы и жмурится, дабы поскорее избавиться от непрошеных слёз, но помогает не очень, поэтому ким осторожно пододвигается ближе и крепко его обнимает. он не замечает, как сам через пару минут начинает тихонько шмыгать носом, а потом чувствует на своей спине несколько обеспокоенных взглядов с передних сидений. оказалось, что автобус остановился, потому что они наконец-то приехали к месту назначения, но хисын внезапно услышал всхлипы сзади и никак не решался прерывать этот момент. – простите, – сону в последний раз шмыгает носом и вытирает намокшие щёки рукавом толстовки, из-за чего те моментально краснеют, а затем выходит из автобуса и остаётся в сторонке. чонвон идёт следом за ним и снова ластится для объятий, что на него вообще не похоже, ибо тактильности он совсем не любит, и все об этом знают. старший, естественно, ему не отказывает и обнимает в ответ, осторожно стирая ладошками солёные дорожки с его лица. – спасибо, сону, – младший обращается неформально, что для кима кажется вполне естественным и даже радует. – давай сходим на море сегодня вечером и я всё-всё тебе расскажу, хорошо? – конечно! я рад, что ты готов поделиться со мной, чонвони, – старший отстраняется и берёт его за руку. – мне немного одиноко в последнее время, пусть даже сонхун-хён и находится рядом. мне очень не хватало таких наших посиделок, когда можно вылить все свои переживания и наконец-то спокойно спать…

***

– сону-я, мы можем поговорить? – сонхун подходит совсем неожиданно, из-за чего ким сильно пугается и выпускает из рук маленькую рамочку с фотографией, но та чудом остаётся целой. – не пугайся ты так, я же не укушу. младший усмехается и отрывается от разбора вещей, после чего осторожно поднимается на ноги (но те не сдерживают себя от громкого хруста) и проходит на балкон вслед за паком-младшим. – о чём ты хочешь поговорить, хён? –спрашивает сону, присаживаясь на небольшое кресло. – помнишь… тот случай вчера вечером… ну… когда хисын-хён и я громко разговаривали… – запинается сонхун, нервно перебирая шнурки на своей толстовке. – я ещё сказал… про чувства… ну… может мы… – я понял, хён, – внезапно прерывает сону, не решаясь поднять глаза на собеседника. – можно мне подумать до вечера, пожалуйста? я обдумаю всё ещё раз и отвечу тебе, хорошо? я не уверен, поэтому… – конечно, всё в порядке. пак в этот момент звучит жутко неуверенно и даже как будто разочарованно, но виду старается не подавать. он первым выходит с балкона и виновато вздыхает, когда возвращается на кухню к хисыну и джейку, нетерпеливо его там ожидающим. – ну что, сонхун? – не выдерживает шим, когда тот присаживается на стул и отпускает голову. – что-то случилось? – джеюн-а, – тот поднимает голову и глядит на него растерянно-испуганными глазами, в которых уже начинают собираться слёзы. – я всё испортил. – эй, хуни, – хисын использует запрещённый приём и называет младшего любимой формой его имени. – объясни всё по порядку, пожалуйста. – я попросил его поговорить со мной и мы отошли на балкон. я жутко нервничал, поэтому еле как смог выговорить эти слова, но он перебил меня и попросил дать ему время. он сказал, что не уверен. я облажался, – голос сонхуна надламывается в конце, но он изо всех сил старается сдержаться и не расплакаться прямо на кухне, куда скоро придут остальные, чтобы пообедать. – почему сразу облажался? – внезапно в проходе появляется джей, потягивающий какой-то сок из коробочки. – послушай, если тебя попросили подождать, это не обязательно значит, что всё – шанс потерян. самый главный неудачник в нашей компании именно я, и вы об этом прекрасно знаете. всё будет нормально, не парься. он треплет его по волосам и уходит обратно, перед этим выкинув опустевшую коробочку в мусорку. сонхун поджимает губы и грустно шепчет: – мне его жаль. – мне тоже, если честно, – кивает хисын. – он какой-то потерянный в последнее время. отстраняется от нас, что-ли? – может он просто устал? – встревает джейк. – всё-таки далеко не каждый сможет пережить столько трудностей и при этом чувствовать себя бодрячком. вы сами подумайте – ему пришлось сбежать из дома, при этом пожертвовав своей спиной, затем уехать в неизвестном направлении, по дороге успокаивать сонхуна, лечить заболевшего чонвона, а потом ещё и разбираться с маленькой вонён. не слишком ли много экшена? – я иногда ловлю себя на мысли, что безумно скучаю по нашим старым посиделкам, – хисын улыбается, вспоминая прошлое. – когда мы сидели у костра и пели песни до утра под гитару чонсона, помните? может, повторим? хочется наконец расслабиться и вздохнуть полной грудью, не думаете? – я согласен, давай напишем в чат, – джейк ловит глазами кивок сонхуна и заходит в мессенджер, тут же открывая нужный чат с незамысловатым названием «семья».

jake let’s gauuur как смотрите на то, чтобы спеть пару песен у костра сегодня ночью под гитару? мы скучаем по тем временам

через пару минут приходят положительные ответы от всех, кроме сону и чонвона. те отказываются, говоря, что им нужно кое-куда уйти и кое-что обсудить. хисын чувствует, как сильно расстраивается сонхун, поэтому спешит его успокоить, мол, не на всю же ночь они уйдут, всё должно быть хорошо.

***

– ты готов, чонвон-а? – сону накидывает шлёпки и терпеливо ждёт младшего у выхода, метнув короткий взгляд на кухню. – лучше не засиживаться до темноты, я бы хотел спеть пару песен с парнями. ян кивает и берёт его за руку, перед этим кинув простое «мы ушли» в сторону кухни. оттуда слышится «не задерживайтесь!» в ответ, из-за которого на лицо невольно наползает улыбка. они выходят из дома, так и не расцепляя рук, а затем спускаются по небольшому склону к берегу моря, где начинают по очереди изливать душу. – я совсем не понимаю себя, – начинает чонвон. – мне очень тяжело разобраться со своими чувствами, но я понимаю, что это нужно сделать, ведь хён тоже человек и тоже ждёт. я не знаю, есть ли у меня какие-то шансы, поэтому боюсь. очень сильно боюсь. я не хочу терять нашу с ним дружбу, если вдруг мои чувства окажутся не взаимными, но и так жить больше не могу. я запутался, хён. – чонвон, – сону всхлипывает, обнимая младшего. – я тебя безумно понимаю сейчас. сонхун-хён предложил мне попробовать стать ближе. я не знаю, как стоит поступить, потому что до жути его люблю, но боюсь, что если соглашусь, то между нами больше не будет тех отношений. я не хочу терять это. они ещё долго сидят в объятиях друг друга и обсуждают накопившиеся трудности, из-за чего чонвон и сам вскоре начинает сильно плакать. когда солнце уходит за горизонт, а на телефоны начинают приходить сообщения обеспокоенных ребят, парни принимают решение отдаться чувствам и просто попробовать. всё-таки потом всегда можно будет вернуть всё назад, верно? возвращаются сону и чонвон всё ещё утирая слёзы и шмыгая забитыми носами. остальные поют какую-то нежную песню, накрывшись пледами и качаясь из стороны в сторону. они собрались в небольшой круг и слушают профессиональную игру джея, который, как оказалось, смог утащить из дома даже гитару. на улице стало жутко холодно, поэтому сону стучит зубами и потирает озябшие плечи, не решаясь прервать партию сонхуна, чтобы присесть рядом. когда песня сменяется другой, ещё более нежной и спокойной, сону всё-таки не выдерживает и подходит к хёну, задавая немой вопрос красными от слёз глазами. – эй, ты чего плачешь? – старший позволяет ему забраться к себе на колени и накрывает пледом. – ещё и без кофты. ты же заболеешь, сону-я… тот проговаривает что-то неразборчивое ему в шею и крепко обнимает, всё ещё всхлипывая. – спой для меня, хён, – через пару минут просит младший, чувствуя, как его обнимают в ответ. – это моя любимая песня. а сонхун и не против. метнув короткий взгляд на чонвона, осторожно пристроившегося рядом с сестрой, он подхватывает общий лад и начинает тихонечко напевать знакомые мотивы, покачиваясь из стороны в сторону вместе с сону.

lullaby - nerd connection oh, lullaby, please, sing for me walk in the dark 날 부르네 doo-doo-doo doo-doo-doo-doo-doo doo-doo-doo doo-doo-doo-doo-doo

сону кажется настолько хрупким в этот момент, что пак боится совершать лишних движений, дабы не сломать его окончательно. тот сильно дрожит и прижимается так близко-близко, пытаясь получить недостающее тепло от любимого хёна. к концу песни он засыпает, кажется, наконец согревшись, поэтому опускает голову на чужое плечо и мирно сопит. сонхун замечает не сразу, проникнувшись песней, поэтому легонько смеётся, когда ощущает на своей шее размеренное дыхание, порой сопровождаемое всхлипами из-за прошедшей истерики. оказывается, что он в таком положении не один – чонвон сладко засыпает в объятиях младшей сестры, которая нежно улыбается и гладит его по волосам; джейк, безумно вымотавшись, начинает клевать носом и вскоре опускает голову на колени к хисыну; ники уходит в дом, где, скорее всего, тоже уже спит. один только джей, оставшись без пары, доигрывает последнюю песню и убирает гитару в чехол. затем, ко всеобщему удивлению, он подходит к вонён и просит её не будить брата, после чего легко подхватывает его на руки и уносит в дом. хисын следует его примеру и точно также удаляется со своим парнем, а вслед за ними уходит и вонён. сонхун и спящий сону остаются наедине, и пак не решается что-либо делать – боится разбудить. он ласково гладит каштановую макушку и вдыхает носом аромат того самого ягодного геля для душа, который до сих пор ощущается очень отчётливо. внезапно на руку приземляется холодная капля, а за ней ещё одна, и парень понимает, что стоит уходить, пока дождь не разыгрался. он осторожно подхватывает сону на руки и проходит в их комнату, где уже разобрана кровать и большая часть вещей. затем парень кладёт младшего на кровать и стягивает с себя и него шлёпки, после чего берёт пижаму и направляется в душ.

***

– прыгнем вместе? – чужой голос раздаётся совсем внезапно, из-за чего сону крупно вздрагивает. – с днём рождения, сону-я. в ответ тот лишь пожимает плечами и устремляет взгляд в небо, будто бы пытаясь разглядеть в нём что-то, чего он ещё не видел. выходит так себе, поэтому он осторожно отодвигается влево и позволяет джею присесть рядом. – иногда я думаю, что лучше бы вообще никогда не рождался, – внезапно произносит именинник, чем вызывает у старшего горькую усмешку. – сейчас я тоже так думаю. – почему ты здесь? – спрашивает пак, намеренно пропустив мимо ушей депрессивное высказывание. – не боишься, что твои хёны начнут волноваться? – я уже ничего не боюсь, – простодушно отвечает ким. – родители звонили. джей напрягается, но усердно старается скрыть это от чужих глаз. к его огромному сожалению, сону всегда славился своим умением читать людей, поэтому сейчас ему не составляет труда разглядеть в тёмно-карих глазах напротив нотки испуга. – ты взял? – старший качает головой, будто бы отвечая на какие-то свои мысли. – не стоило портить свой день рождения, сону. – уже ничего не изменить, – ким усмехается. – таких поздравлений я ещё никогда не слышал, знаешь ли. – давай уйдём отсюда, м? – пак достает из кармана упаковку сигарет. – может, выпьем чего-нибудь? я, конечно, предлагал спрыгнуть, но не думал, что всё настолько серьёзно. – вы ебанулись?! – слышится снизу, а затем раздаются громкие агрессивные шаги. – я сейчас придушу вас обоих, идиоты! – похоже, нам действительно пора бежать, – сону снова усмехается и всё-таки встаёт со своего места, перед этим затянувшись сигаретой джея. – хочу напиться, хён. позволишь? – позволю, только сейчас нам нужно срочно делать ноги, если ты не хочешь потом выслушивать часовую нотацию о том, как опасно сидеть на скалах. затем пак тушит окурок и выкидывает его вниз, как раз туда, где располагается безграничная гладь моря. ким потирает заплаканные глаза и буквально летит за старшим по ступенькам, чтобы не попасться на глаза разъярённому хисыну, который уже готов придушить их собственными руками. – ты что тут забыл? – рычит ли, спустившись за ними. – а ты, пак чонсон? тебя разве не учили не позволять младшим такие выходки? – слушай, не куксись, а, – джей закатывает глаза и цокает. – сегодня есть повод, поэтому мы уходим пить. не знаю, как там считаешь ты, но нашему имениннику точно нужно расслабиться, а то он все глаза выплакал. хисын дёргает бровью и бросает недоуменный взгляд на младшего, который тянется к паку в карман за очередной сигаретой. – что-то случилось, да? – ли заглядывает в покрасневшие глаза кима и ужасается, потому что не видит в них ничего, кроме ледяной пустоты. – сону, ты же с пятнадцати лет не курил! они снова звонили? – я записал звонок. вот, послушайте, если вам так интересно, – младший протягивает им телефон и включает запись, а сам закрывает уши и уходит в сторону, чтобы докурить сигарету. – я лучше не буду это слушать. – алло… – ты, придурок малолетний, где ошиваешься? думаешь нам нравится искать тебя по всей корее? я убью тебя своими руками, когда увижу, обещаю. изобью тебя так, что никакие дружки тебе больше не помогут, слышишь? я найду тебя, ты понял? найду и закопаю прямо на месте, и даже не посмотрю на то, что ты якобы мой сын. ты никогда им не был, ким сону. ты приёмный, от тебя отказались когда ты только-только родился. ты должен быть по гроб жизни благодарен мне и твоей матери, за то что забрали тебя и воспитали как человека, но ты поступаешь как мразь. я отвечу тебе тем же, паскуда. – да, и «с днём рождения» в конце. спасибо, пап. тебя тоже с праздником. запись заканчивается. хисын поджимает губы и смотрит на разбитого вдребезги сону, который уже даже не пытается скрыть свое состояние. он выглядит так, как будто из него выкачали все краски и силы, которых ещё вчера было достаточно на всю планету. – ты хочешь чего-нибудь? может, спать? или кушать? или отвлечься? давай сходим куда-нибудь, сону? – ли отчаянно пытается помочь младшему, но тот продолжает смотреть на него своим пустым взглядом и отрицательно мотает головой. – что ты хочешь? я сделаю всё, если это поможет тебе чувствовать себя лучше. только скажи… – напиться, – коротко отвечает за кима джей, на что тот тут же кивает. – ему нужно выпить, хён. я позабочусь об этом, можешь идти спать. на часах шесть утра, ты устал. – не делайте глупостей, хорошо? я полагаюсь на тебя, чонсон-а. присмотри за ним. – всё будет в порядке, – сону кладёт руку старшему на плечо и вымученно улыбается. – я просто хочу забыться. – ладно, отдыхайте. с днём рождения, – хисын приобнимает младшего за плечи и уходит домой, перед этим всучив ему в руки какую-то маленькую коробочку. ким разворачивает подарочную упаковку и вытаскивает комплект золотых украшений: ожерелье, браслет и кольцо. – такие красивые, – вздыхает джей, а затем берёт из чужих рук ожерелье и помогает надеть. – тебе очень идут золотые украшения, сону. младший довольно кивает и надевает оставшиеся украшения, после чего достает из кармана телефон и делает несколько фотографий, которые выкладывает к себе на страницу в инстаграм. – ну что, пойдём? – пак протяжно зевает. – рядышком есть клуб с отличным алкоголем и крутой музыкой, у меня там связи. – пойдём. джей берет младшего под локоть и ведет в неизвестном направлении. через пятнадцать минут они заходят в какой-то небольшой клуб и подходят к барной стойке. – будь добр пять бутылок соджу, братан, – пак здоровается с барменом и хлопает младшего по плечу, заметив как тот напрягся. – всё в порядке, сону. сейчас выпьешь и станет легче, отвечаю. тот кивает и оглядывает клуб. здесь практически нет людей, потому что время ещё слишком раннее, только двое каких-то парней, очевидно пьяных в стельку, спят на большом кожаном диване. джей протягивает ему рюмку с соджу, которую ким одним движением опустошает. за ней идёт ещё одна, а потом ещё и ещё, пока ему действительно не становится легче. в клубе собирается приличное количество людей, поэтому какой-то парень подключается к колонке и запускает музыку. пак утягивает его на танцпол и полностью расслабляется. ким спешит последовать его примеру и отдаётся музыке, плавно двигаясь под знакомые мотивы. спустя время вокруг собирается небольшой круг из людей, которые с огромным удовольствием наблюдают за двумя танцующими парнями. движения у них очень профессиональные и синхронные, хотя никто бы и не подумал – сону никому не рассказывал о своих тайных похождениях в танцевальный клуб, а джей, который по чистой случайности оказался с ним в одной команде, естественно, секрета не выдавал.

***

чонвон просыпается словно по будильнику и оглядывает комнату. джея почему-то нет рядом, а вонён сопит на раскладушке, как-то странно дрожа во сне. ян поднимается со своего места и подходит к сестре, после чего практически невесомо касается губами её лба. они всегда так проверяли друг другу температуру, этому их научила тётушка, которую чонвон и вонён безумно любили. лоб у девочки действительно оказывается горячим, поэтому чонвон берёт из аптечки градусник и даёт его ей. та ворочается и морщится, поэтому старший трясёт её за плечи и будит. – тебе плохо? – шепчет ян, помогая ей приподняться. – тошнит? вонён кивает и подлетает со своего места, тут же убегая в ванную. чонвон слышит как она выворачивает желудок, поэтому через пару минут заходит к ней в ванную и помогает умыться. – чонвон-а, – жалобно тянет девочка, когда старший вытирает ей лицо пушистым полотенцем. – это акклиматизация… сегодня же дискотека в клубе будет, я так хотела сходить! ян тихонько смеётся и отводит сестру обратно в комнату, после чего идёт на кухню и достаёт какие-то лекарства. – сходишь, если к вечеру тебе станет лучше, – шепчет он, протягивая младшей таблетки. – только давай договоримся: ты будешь лечиться и принимать все лекарства, а я поговорю с хёнами и выбью тебе разрешение на дискотеку. хорошо? – я так тебя люблю! – вонён крепко обнимает брата, из-за чего тот смеётся. – ты самый лучший брат, чонвон. – настало моё время исправить ошибки прошлого и подарить тебе любовь, – ян чмокает сестру в нос. – я был плохим братом, поэтому хочу чтобы этот отдых ты запомнила надолго. та смеётся и выпивает лекарства, после чего ложится обратно на кровать и пытается снова уснуть. чонвон же решает принять душ и пойти на завтрак, где сможет поговорить с хёнами и обсудить дискотеку. выходит через пятнадцать минут и накрывает спящую вонён одеялом, а затем тихонько спускается вниз и идёт на кухню. там он обнаруживает сонхуна, нервно строчащего что-то в телефоне. – хён? ты чего? – ян достает из холодильника молоко и начинает готовить себе хлопья. – всё в порядке? – не совсем. я не могу дозвониться до сону, он куда-то исчез сегодня утром и прихватил с собой джея, – пак откладывает телефон и вздыхает. – хисын-хён отказывается говорить где они, потому что сону было плохо и джей потащил его куда-то якобы расслабляться. – стоп, чего? я думал, что джей-хён дома, – чонвон заметно напрягается и достает из кармана телефон, тут же набирая номер старшего. – сейчас я ему позвоню. сначала джей не берёт трубку, но младший не отчаивается и продолжает звонить. на десятый раз трубку наконец-то берут, поэтому он облегченно выдыхает. – алло? чонвони? – голос старшего звучит подозрительно расслабленно, а на фоне громко играет музыка. – привет! – хён, где ты? почему сону не берёт трубку? сонхун-хён очень волнуется, и я тоже… – ян включает громкую связь, чтобы пак-младший тоже мог слышать разговор. – скажи сону, чтобы он позвонил хёну, а то он места себе не находит. – сону? он… э-эм… чёрт, я не могу его найти… мы в клубе у пляжа, тут ещё дискотека вечером будет, – старший икает. – о, вон он! стоп, что там такое? я перезвоню, чонвон-а. джей завершает звонок. сонхун испуганно переглядывается с яном и они одновременно кивают. младший бежит в комнату к джейку и просит его приглядеть за вонён, потому что ей было плохо, а сам переодевается в уличную одежду и вместе с паком-младшим выбегает из дома. они ловят такси и быстро добираются до клуба, в котором явно происходит какая-то потасовка. первое, что видит чонвон – джея, сидящего на полу, которому обрабатывает раны на лице какой-то незнакомец. ян пытается разглядеть среди толпы кима, но не находит его, поэтому бежит к джею и начинает выпытывать подробности. сонхун тем временем описывает бармену внешность сону, которого ни сам пак-младший, ни чонвон не смогли найти среди толпы, а тот лишь кивает головой в сторону туалетов. он благодарит парня и бежит туда, куда ему сказали. пак чуть не сбивает с ног пьяную девушку, но не обращает на это внимания, потому что то, что сейчас происходит прямо перед ним пугает его куда больше. сону практически лежит на полу и пытается отцепить от себя какого-то парня, который тянется к его штанам. до ушей пака долетает чуть ли не рычащее «не ломайся», а сону начинает плакать. незнакомец пытается поцеловать его, но не успевает, потому что сонхун оттаскивает его от младшего прямо за волосы, которые, благо, довольно длинные. к ним подлетает джей и уводит неизвестного, заломив руки ему за спину. сону продолжает рыдать, обняв колени руками, поэтому пак подзывает чонвона и просит помочь привести его в чувства. – сону, вставай, пожалуйста, – ян опускается рядом с ним и берёт за руки. – всё закончилось, давай выйдем. удивительно, но тот слушается. он поднимается с пола и не решается поднять взгляд на сонхуна, который тут же оказывается рядом и придерживает его. джей подходит к ним спустя пару минут и сообщает о том, что всё уладил и того парня кто-то забрал. они все вместе выходят из клуба и чонвон начинает вызывать такси. сонхун уводит сону в сторону и аккуратно стирает слёзы с его щёк, с нежностью заглядывая в глаза. младший пытается сдержаться от желания его обнять, но пак сдается первым и обнимает так осторожно и нежно, что сону снова хочется расплакаться. – прости меня, – шепчет он, уткнувшись старшему в шею. – я заставил тебя волноваться. от хёна пахнет так сладко и так по-родному, что младший всё-таки не выдерживает и опять начинает тихонько плакать. – всё в порядке, лисёнок, – сонхун усмехается и гладит его по волосам, пытаясь не обращать внимание на ярко выраженный запах алкоголя. – сейчас приедем домой и я подарю тебе твой подарок, а ты расскажешь мне, почему сюда пошёл. договорились? – хорошо… только не уходи от меня, пожалуйста. мне так плохо, хён. – я никуда не уйду, сону-я. всё хорошо…

***

– что произошло, джей-хён? почему ты был весь в крови? – ян ждёт такси рядом со старшим и оглядывает его лицо. – я очень испугался. – можно я тебя поцелую? сердце чонвона пропускает несколько ударов. он явно не ожидал такого ответа на свои вопросы. джей уже практически протрезвел и терпеливо ждёт, пока ян подумает над ответом. – ты не будешь жалеть об этом, хён? – боязливо спрашивает тот. – ты ведь пьян. – я почти протрезвел, чонвон-а, – спокойно отвечает пак, поправив волосы. – я пойму, если ты откажешься. всё в порядке. – я согласен, – чонвон подходит ближе к хёну и заглядывает ему в глаза. – целуй. – о боже, только не здесь! чонвон, такси приехало!