Осколки моей души

      Прошло пять дней с того происшествия в Доме Блаженства. С каждым днём Ванцзи набирался сил. А приступов боли, к огромной радости, пока что не было. Ванцзи проводил всё время то с Хуа Чэном, то с Се Лянем.              Но позавчера Лань Чжаня забрал Хэ Сюань. Уж очень сильно Ванцзи просил своего Сюаня-гэ показать свой дом. А тот даже не возражал. Поэтому с позавчерашнего дня Лань Чжань оказался полностью в расположении Хэ Сюаня. И что первый, что второй были довольны.

***

— Хэ Сюань! — незнакомый для Ванцзи мужчина вошёл в комнату, обращая на себя сразу две пары глаз. Одна из которых смотрела с интересом, а другая с плохо скрываемой радостью. — Гэгэ, у тебя гость? — изумился Ванцзи. — Так в твоём доме всё же кто-то, кроме тебя самого, бывает? — Сюань, кто этот малыш? — удивлённо спросил Ши Цинсюань, подходя ближе.       Чем ближе тот подходил, тем отчётливее становилась новая для него демоническая энергия, его глаза округлились, и он спросил: — Так это?.. — Мгм. — Ты друг гэгэ? — спросил Ванцзи, с любопытством разглядывая стоящего перед собой. — Он мне не друг, — отозвался Хэ Сюань.       От произнесённых слов Ванцзи замер. Перед его глазами пронеслись все те моменты, когда он говорил кому-то те же слова. Красивый юноша с невероятной улыбкой и такими же глазами каждый раз расстраивался от этого, но пытался это скрыть за улыбкой. Сердце Ванцзи болезненно сжалось, и в попытке ослабить боль он схватился за ткань ханьфу на коленях. — Конечно, не друг, — довольно улыбнулся Ши Цинсюань. — Наконец-то, больше не друг, — произнёс он, счастливо смотря в глаза Хэ Сюаню, в которых искрилась нежность. — Мы не друзья, — как в трансе, прошептал Ванцзи, уставившись на свои руки, которые сжимали ханьфу. — О чём ты, А-Чжань? — услышав его шёпот, спросил Хэ Сюань. — Я всё время говорил ему, что мы не друзья… Мы не друзья. Но… я не хотел быть просто друзьями… Я не хотел этого, — Ванцзи пытался подобрать слова, но у него это плохо получалось. Из глаз его лились дорожки горячих слез, а горло сдавило, не давая дышать, от этого он в панике посмотрел на Хэ Сюаня. — Гэ, я... Я не могу дышать, — выговорил он. — Хэ Сюань, что происходит? — обеспокоено спросил Ши Цинсюань. — О, чёрт, чёрт, — выругался Сюань. — А-Чжань, А-Чжань, посмотри на меня. Хорошо? Смотри на меня, только на меня.       Ванцзи и правда посмотрел на него, в глазах его был страх. — Диди, ты не умрёшь. Слышишь? Ты не можешь задохнуться, потому что тебе не нужно дышать. Слышишь? — спросил он.       Ванцзи медленно кивнул, плохо соображая. Его гэгэ говорит, что ему не нужно дышать? Тогда как он будет жить? Но ведь это его гэгэ, он бы никак не навредил ему. Так ведь? Ванцзи смотрел в глаза, полные беспокойства, и понимал, что да, тот не сделает ему ничего плохого. — А-Чжань, тебе не нужно дышать. Мне тоже не нужно, и гэгэ в красном тоже это не нужно.       Не нужно дышать? Гэгэ так же, как и ему, это не нужно? Когда горло сдавило, так что дышать было просто невозможно, он снова услышал Хэ Сюаня и попытался взять себя в руки. Это его гэгэ, если он здесь, тогда всё хорошо.       Хэ Сюань увидел, как алая лента на запястье Лань Чжаня слабо засветилась, а также почувствовал ещё чью-то энергию. В следующий миг она вошла в тело Ванцзи. Тело Ванцзи не отвергло её, а радостно приняло. Эта энергия — в некотором роде спасение Ванцзи. С её приходом он ощутил спокойствие, которое она пыталась передать. С её помощью, а также благодаря присутствию Хэ Сюаня и сказанным им словам Ванцзи расслабился. Хорошо. Если так нужно, тогда пускай. Эта энергия такая родная, она никогда не сделает ему ничего плохого. — Все будет хорошо, А-Чжань.       И правда, когда воздух больше не поступал, с Ванцзи ничего не случилось, он так же испуганно продолжал смотреть на Хэ Сюаня, но уже не дышал. Постепенно он привык к этому и, когда фантомная хватка на горле ослабла, прохрипел: — Как? — Ох, А-Чжань, ты меня напугал, — с облегчением вздохнул он, заключая Лань Чжаня в объятья. — Я могу продолжать жить, не дыша? — удивлённо спросил Ванцзи. — Да. Совсем скоро мы с Чэн-гэ все тебе объясним. Идёт? — Мгм. — Ты, главное, помни, что ты не умрёшь, что тебе не нужно дышать. Хорошо? — произнёс Сюань. — Мгм.       «Но что-то мне подсказывает: даже если что-то и произойдёт, всё будет хорошо. Ведь Старейшина не позволит ничему случиться, — пронеслось у него голове. — Нужно будет сообщить Хуа Чэну, что Вэй Усянь снова помог А-Чжаню».       Это происходит уже во второй раз. Когда Вэй Ин помог Ванцзи впервые, Хуа Чэн сообщил об этом Хэ Сюаню. Они договорились, что, если такое произойдёт в будущем, нужно будет сообщить друг другу.       «Вэй Усянь, как же всё-таки вовремя ты помог А-Чжаню». — Что здесь только что произошло? — спросил Ши Цинсюань, удивлённый увиденной сценой. — Я тебе всё расскажу, как только мы останемся вдвоём, — пообещал Сюань. — Тогда хорошо, — согласился Цинсюань, обращая всё свое внимание на Ванцзи. — Я Ши Цинсюань, — представился он. — Лань Чжань, — сказал Ванцзи. — Мне же тоже можно обращаться к тебе А-Чжань либо же Чжань-Чжань? — Можно. — Ты что, всем будешь разрешать называть тебя ласковыми прозвищами? — спросил Хэ Сюань. — Конечно нет. Только тебе и Чэн-гэ, но поскольку Цинсюань-гэ и Лянь-гэ — самые близкие для вас, я разрешаю им называть меня так же, — пояснил Лань Чжань. — Хэ-сюн, какая же он прелесть, — умилённо произнес Цинсюань, протягивая руку и тиская мальчика за пухлую щёку. Ванцзи в притворном возмущенни посмотрел на него и надул губы. — Ну, что ж, пока я здесь, Чжань-Чжань, давай веселиться, — произнёс Цинсюань, протягивая руку Ванцзи, а тот, не медля ни секунды, вложил в неё свою ладонь. — Хэ-сюююн, — растягивая его имя, Цинсюань также протянул ему руку, за которую ухватился Хэ Сюань. — Что сделаем в первую очередь? — Поедим, — незамедлительно ответил Хэ Сюань.       Ванцзи вместе с Цинсюанем громко рассмеялись. — Другого предложения я от тебя и не ожидал, — всё ещё смеясь, выдал Ши Цинсюань.

***

      Когда Ванцзи наконец снова увидел Хуа Чэна и Се Ляня, он по ним уже соскучился, хотя прошло около двух дней. Те тоже скучали по мальчику. Сейчас Хэ Сюань, Ши Цинсюань и Се Лянь вместе с супругом сидели за столом и разговаривали. Ванцзи устроился возле них. Но вскоре взгляд его зацепился за гребень для волос. — Цинсюань-гэ, можешь мне заплести волосы так же, как у тебя? — спросил он, смотря на красивую причёску Ши Цинсюаня. — Конечно.       Получив согласие, Ванцзи встал и взял гребень. Вернувшись назад, Лань Чжань сел на кровать, чтобы было удобнее, бережно снял лобную ленту и аккуратно сложил её. — Ты так бережно относишься к своей лобной ленте, — подметил Цинсюань, проводя гребнем по волосам. — Она не моя, — сразу же поправил его Ванцзи. — Не твоя? А чья же? — удивлённо спросил он. — Вэй Ина, — не раздумывая, ответил Ванцзи.       Все взрослые в комнате мгновенно застыли. Каждый из них уже знал, что при упоминании Вэй Ина Лань Чжаню всегда становится плохо. Все они понимали, что произойдёт дальше. — Вэй Ина… Она его, но кто же он? — выдавил он из себя. Взгляд его был устремлён на лобную ленту в его руках. — Не могу вспомнить. Почему я не могу вспомнить? Почему? Я же должен помнить. Должен! Но тогда почему?       Ванцзи говорил и говорил, пока в одно мгновение не застонал от боли. Он упал на кровать, скручиваясь, чтобы хоть как-то уменьшить боль, но это было бессмысленно. Все подорвались со своих мест, немедленно оказываясь возле мальчика, который ворочался и шептал о невыносимой боли. — Так же было и в первый раз, — сказал Хуа Чэн.       Вскоре раздался болезненный крик, который Ванцзи больше не мог сдержать. Как же у него всё болело! Каждая клеточка его тела. Он не знал, почему должен испытывать всё это. За что он это заслужил? Он просто не выдержит всю эту боль. Он кричал, даже сам того не замечал. Впивался ногтями в руки, раздирая кожу. Под кожей болело всё. Абсолютно всё. Даже сама кожа горела огнём. Он раздирал её, не замечая ничего, эта боль по сравнению с той, которую он сейчас испытывал, ничто, но руки куда-то деть надо, так что пусть, пусть они дерут всё, до чего дотянутся.       Как только на руках Ванцзи появились царапины и кровь, Се Лянь среагировал самым первым и схватил того за запястье, не давая вредить себе. — Мне больно. Невыносимо больно! Гэгэ, прошу, сделай же хоть что-нибудь, — обращаясь к Се Ляню, умолял Ванцзи. Так же, как и тогда, вместо слёз из глаз потекла кровь.       Се Лянь даже не заметил, как слёзы скатились по его щекам. Он приложил пальцы к запястью Ванцзи, прислушиваясь, но всё было так же, как рассказывал Хуа Чэн. С духовными каналами и силами Ванцзи было всё в порядке. Тогда выходит, что, и правда, дело в разбитой душе. Но если это так, тогда он не сможет помочь ему. — Я ничего не могу сделать, — прошептал с отчаянием Се Лянь. — Гэгэ, никто ничего не сможет сделать, — обратился к нему Хуа Чэн.       Ванцзи не слышал их, он не слышал и не видел вообще ничего. Сейчас он находился в полной темноте. «Страшно. Как же страшно. Как же темно. Ничего не вижу. Больно. Как же больно! Почему так больно? Невыносимо. Это невыносимо! Хватит. Прошу, хватит! Больно. Я больше не могу. Не могу! Это наказание? Почему же так больно? Почему болит всё тело?» — хаотичный поток мыслей прервал слабый свет в полной темноте. Но этого хватило. Этот луч света... Это его спасение. — Прошу, не уходи, — умолял он.       Всё его внимание было приковано к этому лучу. Пускай и слабому, но большего Ванцзи и не нужно. — Всё хорошо, — раздался голос, полный спокойствия.       То, с каким спокойствием это было произнесено, невольно, но подействовало на Ванцзи, успокаивая. Лань Чжань всё ближе подходил к источнику света, и, когда остался всего метр, Ванцзи остановился, во все глаза глядя вперёд. — Привет, — нежно проговорил Вэй Ин.       Сейчас он потратил почти всю накопленную энергию, чтобы оказаться в подсознании Лань Ванцзи. Он смотрел на мужчину, щёки которого были влажными от слёз. Вэй Ин нежно улыбнулся ему. — Вэй Ин, — прошептал Ванцзи, он хотел было подойти ближе и обнять его, но почему-то ноги не слушались. — Вэй Ин? — непонимающе спросил он, смотря на прозрачную душу возлюбленного. — Все хорошо, — Вэй Ин, видя его стремление и то, что у того не выходит, подошёл к нему сам.       Он остановился всего в нескольких сантиметрах, смотря тому в глаза. Не задумываясь о своём порыве, Вэй Ин протянул руку, опуская её на мокрую щеку, большим пальцем убирая выступившие слёзы. Но чем дольше Ванцзи смотрел на любимого, тем сильнее он плакал. — Ну, же не плачь, прошу, — обратился Вэй Ин к невероятно красивому мужчине.       Он всё ещё не может вспомнить, кто же стоит перед ним. Но он знает, он чувствует, что должен знать, что должен вспомнить. — Вэй… Ин… — рвано сорвалось с его губ. Он хотел заключить Вэй Ина в объятья, но его руки прошли насквозь.       Что? Почему? Почему он не может обнять его? Он вскинул свои глаза, в которых было полно ужаса, встречаясь со всё таким же спокойным взглядом любимого. — Почему… Почему я не могу коснуться тебя? — дрогнувшим голосом спросил он. Рука его потянулась к щеке Вэй Ина в попытке коснуться, но снова прошла насквозь. — Ох, милый, это временно, — заверил он Ванцзи. — К тому же, только ты не можешь меня коснуться, а я спокойно могу это сделать. — Тогда… Прошу тебя, обними меня, обними сильно, настолько сильно, насколько сможешь. Прошу, — он умоляюще смотрел на любимого заплаканными глазами. — Хорошо, — легко согласился Вэй Ин, сказу же заключая Лань Чжаня в сильные объятья.       Он обнял того за шею, прижимаясь к нему всем телом. Они были примерно одинакового роста, так что Вэй Ин положил голову ему на плечо, прикрывая глаза. Когда Вэй Ин взаправду его обнял, внутри Ванцзи всё остановилось. Он инстинктивно поднял руки, чтобы положить их на талию Вэя, но они снова прошли сквозь. Он не мог его обнять в ответ, не мог коснуться. Это было невыносимо. Лань Чжань медленно опустил руки обратно, пустым взглядом смотря на тьму впереди него. — Как долго я не смогу касаться тебя? — убитым голосом спросил Ванцзи. — Я не знаю. До того времени, пока я не наберусь достаточно сил, — ответил Вэй Ин и, подумав, поднял голову с плеча, смотря в глаза Ванцзи, но те всё так же смотрели во тьму. — Ты же дождешься? — спросить Вэй Ин.       От прозвучавшего вопроса Лань Чжань встретился взглядом с возлюбленным и незамедлительно кивнул: — Конечно. Столько, сколько будет нужно. — Тогда прошу тебя, береги себя. Хорошо? — искренне сказал Вэй Ин, даря ему нежную улыбку. — Мгм. — Тогда до следующей встречи, — произнёс он.       Прежде чем Вэй Усянь исчез, Ванцзи спросил: — А когда она будет, эта следующая встреча? — янтарный взгляд смотрел на него с надеждой. — Вскоре, — пообещал Вэй Ин. — Вэй Ин, до скорой встречи, — после произнесённых слов Вэй Ин растворился, вместе с этим убирая всю тьму, которая окружала Лань Чжаня.       Только сейчас он заметил, что с появлением Вэй Ина исчезла и вся боль, которая терзала его.

***

      В этот раз Ванцзи мучился немного меньше, нежели в первый, однако так же, как и в тот раз, он потерял сознание, проваливаясь в сон. Но на этот раз боль не прекратилась. Лань Чжань, постанывая, ворочался на кровати, до того времени пока душа Вэй Ина не вылетела из ленты. Взгляд её был прикован к бессознательному телу Ванцзи, а в следующий миг она подлетела к нему и склонила голову, соприкасаясь лбами.       С этим действием силуэт души вошёл в подсознание Ванцзи. Спустя время Лань Чжань притих и перестал крутиться от боли. А когда он совсем успокоился и мирно посапывал, истощённая душа Вэй Ина вылетела из его тела в виде огонька, сразу же возвращаясь в красную ленту. — В душе Вэй Усяня ещё слишком мало энергии, но даже при этом он снова помог ему. Он потратил столько энергии на то, чтобы помочь А-Чжаню, что ещё нескоро восстановит её, — произнёс Хуа Чэн. — Это просто невыносимо, — выдал Се Лянь, смотря на спящего мальчика. — Да. Невыносимо, когда ты смотришь на страдания и не можешь ничего поделать, — уставшим голосом сказал Хэ Сюань.       Ши Цинсюань и Хуа Чэн были согласны с ним. — Нужно, чтобы Лань Чжань как можно скорее вернулся в своё взрослое тело, — проговорил Хуа Чэн. — Только тогда будет возможно хоть что-то изменить. Неизвестно, хватит ли Вэй Усяню энергии, если произойдёт ещё один приступ. — Медленно, но он вернётся во взрослое тело. С каждым днём его силы восстанавливаются. Возможно, если больше не будет этих приступов, которые отнимают у него все силы, вскоре он поправится, — сказал Се Лянь, поглаживая Ванцзи по волосам. — К тому же, чем больше он восстановит свою энергию, тем сильнее будет становиться душа его возлюбленного.       Два непревзойдённых, два бога, один из которых — Император Небес, ничего не могут поделать. В этой ситуации они беспомощны. Да даже хоть немного облегчить страдания мальчика, который за такое короткое время стал для них всех как младший брат, они попросту не могут.       Если бы дело было не в душе, если бы оно было в чём-то другом, тогда они бы могли помочь. Но ведь если они не способны помочь Ванцзи, это не значит, что ничего не сможет сделать Вэй Ин. Ведь тот уже в третий раз помогает Ванцзи.

***

      Прошёл месяц с того момента, когда Ванцзи стал непревзойдённым. И полмесяца он жил в резиденции Хуа Чэна, а другую половину — в резиденции Хэ Сюаня.       Брать мальчика в Небесную Столицу никто не решался. Два непревзойдённых слишком волновались за него. Кто знает, как отреагируют боги, когда увидят, что новый непревзойдённый сейчас так слаб, где гарантия, что они не захотят избавиться от него. Конечно, Хуа Чэн с Хэ Сюанем могли присутствовать в Небесной Столице и смотреть, чтобы Лань Ванцзи был в безопасности, но никто из них не хотел, чтобы другие знали о проблеме Ванцзи.       Конечно, ещё есть Се Лянь и Ши Цинсюань, которые также могут присматривать за ним, но проблема остаётся та же. Возможно, они все просто слишком волнуются. Ведь их четверых будет очень сложно победить, если это вообще возможно, а пока они есть, Ванцзи навредить не сможет никто.       После последнего приступа боли были и следующие. Ещё раз семь, и каждый последующий длиkся немного меньше либо же точно так же, как и предыдущие. В эти моменты двум непревзойдённым и двум богам хочется провалиться сквозь землю.       И каждый раз Вэй Ин помогал ему. За то время, пока Ванцзи был в сознании, Вэй Ин питался его энергией. Также он делал это, когда Лань Чжань спал. Он делал это на постоянной основе, кроме тех моментов, когда у Ванцзи были приступы, и некоторое время после них, чтобы он восстановил немного сил.       С каждым разом Вэй Ин справлялся всё быстрее. Лань Чжань был рад каждой новой встрече. Но вот только Вэй Ин по-прежнему не мог вспомнить Ванцзи. Он испытывал к нему столько чувств, рад был каждой новой встрече, но ненавидел то, что вызывает каждую из них.

***

      Ванцзи медленно открыл глаза. Он обречённо вздохнул и произнёс: — Я всё ещё жив. — Он устал, он невероятно устал от всего. Он просто хочет умереть.       Лань Чжань отвернул голову в сторону, отрывая взгляд от потолка, и медленно поднялся с кровати. Одежда на нём была другая, но, если подумать, чего ожидал Ванцзи? Его ханьфу должно быть всё порезано и пропитано его собственной кровью.       Он вытянул правую руку, смотря на своё запястье, и облегчённо выдохнул увидев алую ленту, которая обматывала его. Ванцзи любовно и нежно, почти невесомо провёл пальцами по красной ткани. И удивился, почувствовав ответное приветствие.       Янтарные глаза уставились на красную ткань на запястье. Он снова коснулся её и снова почувствовал ответную энергию. В памяти всплыли моменты каждой их встречи, которые происходили в последнее время, когда Ванцзи было плохо. Также он вспомнил то, что всё ещё не мог коснуться любимого. А ещё то, что не помнил конкретно Вэй Ина. Не помнил, кто он.       Бесит. Как он себя бесит. Как он мог забыть самое дорогое, что у него есть? Ванцзи даже не сразу заметил, что лента слишком сильно затянута и причиняет дискомфорт, поэтому он немного ослабил её хватку.       Следом пальцы сами потянулись ко лбу, но там было пусто, Лань Чжань посмотрел на столик возле кровати и, увидев белую ленту, поднялся. Бережно Ванцзи повязал лобную ленту и произнёс, смотря на дверь: — Ну, что ж, совсем скоро узнаем, почему я всё ещё жив, но я уже и сам догадываюсь, — тёмная энергия, которой была наполнена каждая клеточка его тела, и та энергия, которая витала повсюду, на этот раз не остались незамеченными Ванцзи. — А также, — он опустил взгляд на красную ленту на запястье, — нужно будет разобраться ещё и с этим.       Ванцзи сел на кровать, погружаясь в медитацию, начиная изучать энергию, которая была в нём.