Осколки моей души

      Когда Ванцзи выходит из медитации, память за последний месяц, который он провёл в виде ребёнка, возвращается к нему. От воспоминаний, которые резко нахлынули, у него немного закружилась голова, но это быстро прошло. — Что я вытворял? — вопрос вырвался невольно. В памяти всплыло и то, как часто он улыбался, когда смеялся так громко, что даже в мыслях себе никогда позволить этого не мог, да и не хотелось. Он бегал, он кричал от радости, кричал от боли.       Сколько же правил он нарушил за это время! Да он за всё свое проживание в Гусу столько правил не нарушал. В Облачных глубинах Лань Ванцзи никогда бы не позволил себе такое поведение, да никто бы ему и не дал себя так вести. Но здесь не было никаких запретов. Своими действиями, своим смехом Лань Чжань только радовал своих гэгэ. — Гэгэ, — в голове пронеслось совместное времяпровождение с ними. То, как они нравились маленькому Лань Чжаню.       Четверо гэгэ позволяли ему всё. Защищали и любили, но в моменты приступов боли ничего поделать не могли. Ванцзи помнил, как для них больно было видеть его страдания, как они хотели помочь, но всё было напрасно. Помнил слезы Се Ляня, когда Ванцзи умолял того, чтобы тот помог, чтобы боль прекратилась, и то, как Се Лянь ничего не мог поделать. Лань Чжань вспомнил глаза всех взрослых, наполненные сожалением и страданием.       Спасением при приступах боли становился Вэй Ин, который каждый раз появлялся в его подсознании и своей энергией успокаивал и заставлял боль уходить. Воспоминания об этом и то, что Ванцзи почувствовал ответную энергию в ленте, поглотили Ванцзи. Может ли быть такое, что часть Вэй Ина ещё жива? Когда придёт Хуа Чэн, Ванцзи непременно спросит его об этом.       А также Ванцзи прекрасно понимал то, что не мог вспомнить, кто такой Вэй Ин, и от этого осознания сердце заболело. Вэй Ин. Его любовь. Его душа. Его солнце. Его всё. Но в те моменты он не мог вспомнить его. Это было так больно, что тогда, что сейчас. Осознавать то, что забыл своего самого дорогого человека на свете, пусть и на некоторое время, было невыносимо.       Как же Ванцзи скучал по нему, по его улыбке, глазам, звонкому смеху. Да даже просто по его присутствию. Он тосковал по нему каждой клеточкой своего тела. Сейчас внутри Лань Чжаня загорелась маленькая искра надежды, что Вэй Ин вернётся.       И наконец, когда Лань Чжань может ясно соображать, он понимает, почему не смог умереть. Точнее, он умер с первой же попытки, но вот только судьба решила посмеяться над ним и посмотреть на его мучения. На то, как он раз за разом будет пытаться умереть, но у него ничего не выйдет. Если бы... Если бы тогда он понял, что происходит, понял, почему не может умереть, он бы в то же мгновение развеял бы свой прах.       Но сейчас Ванцзи очень даже рад, что тогда не понял ничего и не сделал этого. Ведь теперь у него есть пускай и маленькая, однако надежда вернуть Вэй Ина. Но вот только где его прах сейчас? При нём его точно нет.       «Возможно, один из гэгэ забрал его на время, чтобы я ничего не сделал с собой», — подумал он.       Теперь, когда он знает, почему не мог умереть, и знает, что для этого нужно, Ванцзи спокойно выдохнул. Всё же знание этого успокаивало, но пользоваться им, чтобы снова попытаться умереть, он не собирается. Зачем ему это? Если есть крохотная надежда, за которую он собирается хвататься до последнего. Осталось только узнать, у кого именно его прах, но это не будет проблемой.       Ванцзи так и сидел в позе для медитации, на этот раз он решил исследовать новую для него энергию. Сильная. Первое, что подметил Ванцзи, — эта энергия намного сильнее его энергии, которой он обладал, когда был живым. Она вселяет уверенность. Ванцзи это нравилось.       Неизведанная. За всю свою прожитую жизнь Ванцзи практиковал только светлый путь. У него была сильная духовная энергия Ян. Лань Чжань привык к ней, знал её и мог полностью положиться на неё. Но эта энергия совсем ему незнакомая, неизведанная. Энергия, к которой ещё нужно будет привыкнуть, на которую нужно будет положиться и довериться.       Покорная. Тёмная энергия ластилась к нему, как покорный и преданный зверь. Она просилась покорить её, принять. Она, как огромный свирепый зверь, который говорил: «Доверься, впредь я никогда тебя не подведу. Буду твоей опорой и силой», и Ванцзи решил, а почему бы и нет. Он выдохнул, пропуская силу по каналам, показывая, что принимает её. А она только и счастлива, что наконец её приручили. Счастлива, что она нужная. Счастлива из-за Ванцзи.       Покладистая. Как только Ванцзи принял её, то почувствовал то же самое, когда по его каналам текла энергия Ян. Теперь эта сила не сможет ему навредить. Теперь она полностью под его контролем.       Энергия Инь, которой управлял Вэй Ин, была другой. Она была, как зверь, который выжидал подходящего момента для нападения. Она вредила его возлюбленному, заставляла его подчиниться ей, затуманивала его разум. Сила, которая текла в Ванцзи, была совсем иной. Она не хотела навредить, а даже наоборот, хотела услужить ему, хотела, чтобы Ванцзи доверился и положился на неё. Возможно, если бы у Вэй Ина была эта энергия вместо той, всё бы было по-другому.       Звук открывшейся двери привлёк внимание Лань Чжаня. Он медленно открыл глаза, встречаясь взглядом с Хуа Чэном. На лице того мимолётно и еле различимо пробежало удивление, а следом и облегчение. Хуа Чэн закрыл дверь и подошёл к кровати, на которой сидел Ванцзи. — Ты наконец восстановил свои силы, — довольно сказал Хуа Чэн. — Мгм. — Как себя чувствуешь? — Если пропустить тот момент, что я не мог умереть из-за того, что стал демоном, то вроде всё хорошо, — ответил Ванцзи.       Хуа Чэн на это только хмыкнул. — Ты уже приручил тёмную энергию, — заметил он и улыбнулся этому. — Да. Хотя мне всё ещё странно от этого. — Хорошо, что ты уже с этим закончил, незачем откладывать это.       Ванцзи встал с кровати, и они вместе с Хуа Чэном подошли к столу и сели. — Ты уже понял, что стал демоном, — констатировал факт Хуа Чэн. — Но знаешь, демоном какого ранга ты стал? — полюбопытствовал он.       Ванцзи задумался. Об этом он не размышлял, но если перед ним сидит сам Собиратель цветов под кровавым дождём, значит, всё же ранг у Ванцзи высокий. Он невольно хмыкнул, подумав о том, кем являются все его гэгэ. — Видишь ли, А-Чжань, ты стал демоном ранга «непревзойдённый», но есть один вопрос, на который мы и до сих пор не нашли ответ. Все непревзойдённые появляются благодаря горе Тунлу, но до её открытия ещё очень долго. Так вот, сам вопрос: как так вышло, что ты стал непревзойдённым?       Ну, что ж, это поразило Ванцзи, он этого не скрывает. Максимум, о каком ранге подумал Ванцзи, был «свирепый», но точно никак не «непревзойдённый». — Сам факт довольно странный, но ничего уже не поделаешь. Если это произошло, значит, на то веление судьбы. Возможно, для тебя ещё не пришла пора покидать этот мир. — Выходит, что никто не знает, как я стал непревзойдённым, — задумчиво проговорил Лань Чжань. — Но это уже не важно. Важно другое, где мой прах? — спросив это, он посмотрел на Хуа Чэна. — Твой прах у меня, — незамедлительно ответил Хуа Чэн. Он знал, что Ванцзи спросит об этом, но Хуа Чэну есть что сказать. — Тогда прошу отдать его мне. — Я несомненно отдам тебе его, но прежде хочу тебе кое-что рассказать, — легко сказал он.       Ванцзи согласно кивнул. — Я хочу поговорить о твоём возлюбленном. — О Вэй Ине? — удивился Лань Чжань и, получив согласный кивок, весь подобрался. — Ты, наверное, уже и сам это понял, когда коснулся ленты на твоём запястье, — начал Хуа Чэн, и Ванцзи кивнул, подтверждая его слова. — В этой ленте спрятался осколок души Вэй Усяня. И всё это время она была там и питалась твоей энергией, чтобы восстановиться. Вы с ним поистине два сапога пара. Ты не принимаешь ничью энергию, когда тебе плохо, но это не относится к Вэй Усяню. Его энергию ты принял сразу же. Он же отказывается принимать чью-то энергию, кроме твоей, разумеется.       Всё внутри Ванцзи замерло, он впитывал каждое сказанное Хуа Чэном слово. Надежда становилась всё большей, заполняя собой сердце Лань Чжаня. — Ты можешь восстановить душу Вэй Ина, а когда это произойдёт, он сможет переродиться. Ты сможешь наблюдать за его душой и, когда придёт его время, выпить воды забвения, чтобы переродиться, ты легко найдёшь его. — Он забудет меня, — уронил Ванцзи.       Если его Вэй Ин выпьет воды забвения, он забудет всю свою прошлую жизнь. Он забудет Лань Чжаня. Это больно. Осознавать то, что любимый не будет помнить тебя, но… Но пускай. Пускай не помнит. Только бы он вернулся. Лишь бы его новая жизнь была счастливой. Лишь бы он был счастлив. Лишь бы в ней нашлось маленькое местечко для Ванцзи. Забудет о нём? Тогда, если понадобится, Ванцзи сам всё расскажет. Но, скорее всего, этого делать не нужно. Зачем напоминать ему о его страданиях и о том, что ему пришлось пережить? Ванцзи всей душой хочет, чтобы возлюбленный был счастлив. Он сделает для него всё, даже если он будет не нужен Вэй Ину. — Но это ведь не важно, — маленькая улыбка тронула губы Ванцзи. — Если он вернётся, о большем я и просить не буду. — Сейчас, когда ты полон сил, восстановление его души пойдёт быстрее, поскольку энергии больше, и она сильнее. — Когда он помогал мне в приступы боли, я понял, что он не помнит меня. А в один из приступов он сам об этом сказал. Сейчас, когда я буду помогать ему в восстановлении его души, есть вероятность, что он вспомнит меня? — задал волнующий его вопрос Ванцзи. — Вспомнит. Пока что он слишком слаб, а воспоминания нарушены, но когда он начнёт набираться сил, а память начнёт восстанавливаться, он непременно вспомнит тебя, — ответил Хуа Чэн.       Ванцзи задумался. С одной стороны, он очень хочет, чтобы Вэй Ин вспомнил его поскорее. Ведь неизвестно, когда его душа восстановится и когда сможет переродиться. А с другой — он этого не хочет. Что подумает о нём Вэй Ин, когда поймёт, что он, Ванцзи, стал демоном? Изменится ли его отношение к нему из-за этого? Изменится ли его отношение к нему, когда он узнает, как именно Ванцзи стал демоном? Когда узнает, что он сделал?       Что если Вэй Ин больше не захочет его знать? Что если не захочет иметь с демоном ничего общего? Как тогда Ванцзи это пережить? Ответ был настолько ясен, что его можно рассмотреть во мраке. Ванцзи знает, что сделает. Это же очевидно. — Когда его душа сможет полностью восстановиться? — Ванцзи заставил себя отвлечься от мрачных мыслей и задать волнующий его вопрос. — На это понадобится несколько лет. Всё же занятие это сложное и потребует много времени. Это сейчас ему нужна лишь энергия. Когда накопленной энергии станет достаточно, начнётся самое сложное. У нас лишь часть души, хорошо то, что она не очень маленькая. Все остальные же части души рассыпались на осколки так, что собрать их попросту невозможно. Так что эта часть души с помощью твоей и своей энергии будет по частичкам восстанавливать остальные части, — пояснил Хуа Чэн.       Ванцзи невольно прислушался к себе и почувствовал, как Вэй Ин вбирает его энергию. Для Лань Чжаня, который сейчас полон сил, та часть настолько мала и незначительна, что он даже ничего не почувствовал бы, если бы не захотел этого. — Возможно, у тебя даже выйдет помочь ему в этом, — предположил Хуа Чэн.       Ванцзи на это предложение вопросительно выгнул бровь. — То, что душа примет постороннюю энергию для своего восстановления, почти невозможно, но если она избрала тебя как источник добровольно, тогда всё возможно. Разумеется, это только моё предположение, — добавил он. — Слишком не надейся.       Ванцзи удивился сказанному. И удивление его понятно. Пока он был ребёнком, ему никто не мог помочь в том, чтобы хоть немного исцелить его душу, а сейчас ему говорят о том, что он может помочь. Или всё дело в том, что Вэй Ин умер? И от него осталась только его душа, в то время как Ванцзи стал демоном. Но помочь вышло у Вэй Ина. Тогда, возможно, и Ванцзи сможет.       Хуа Чэн смотрел на озадаченное лицо. Ход мыслей Ванцзи он понял очень легко и пояснил: — Ты стал демоном, и вмешаться в твою душу, мы как бы ни хотели, не сможем. То, что это получилось у Вэй Ина, уже невероятно. Но Вэй Ин — другое дело. От него осталась лишь часть души, и если ты хочешь помочь, а он при этом не против, то у тебя всё выйдет.       Пальцы сами коснулись красной ленты. Он не верил своему счастью. Он решил, что пока что не будет думать о своих сомнениях. А Вэй Ин был очень рад вниманию со стороны Ванцзи, и Лань Чжань чувствовал его блаженство и радость, его удовольствие. — Есть ещё кое-что, о чём нам стоит поговорить. — М? — Твоя душа. Она очень повреждена. Пока ты не соберёшь её, тебя всё так же будут посещать, может, уже и не такие сильные, боли, а если не боли, то что-то ещё. Чем быстрее ты исцелишь себя, тем лучше. — Хорошо, — согласился Лань Ванцзи. — Как мне это сделать? — Время от времени погружайся в медитацию. Когда сделаешь это, попытайся ощутить свою душу, а следом начинай восстанавливать её, ты поймёшь, что для этого нужно сделать. — Мгм.       Хуа Чэн улыбнулся ему и махнул рукой, от этого действия на столе появилась маленькая коробочка, в которую Хуа Чэн ещё в первый день спрятал прах Ванцзи. Лань Чжань наконец оторвался от ленты, которую всё это время поглаживал, на что Вэй Ин как будто надулся. Он открыл коробочку и, немного подумав, поместил прах в лобную ленту.       «Когда Вэй Ин переродится, я отдам ему свой прах и свою ленту. А если и не ленту, так прах точно», — пообещал сам себе Ванцзи. — Хуа Чэн, — начал Ванцзи, но остановился, когда раздалось фырканье. Он вопросительно посмотрел на него. — Мне больше нравилось, когда ты звал меня «Чэн-гэ» или «гэгэ», что это за «Хуа Чэн», — уже смеясь, закончил он. — Чэн-гэ, — сквозь фырканье произнёс Ванцзи. — Я хочу пойти путешествовать по Поднебесной. Хочу… вместе с Вэй Ином, — непроизвольно он погладил ленту, глядя на Хуа Чэна. — Хорошо, — поддержал он Лань Чжаня. — Но ты должен помнить о нас и приходить к нам, — попросил Хуа Чэн. — Конечно, — Ванцзи и сам хотел время от времени видеться со своими гэгэ. — А Лянь-гэ здесь? — спросил Ванцзи. — Я хотел бы ещё с ним увидеться, прежде чем уйти. — Да, он уже ждёт нас. — Как только мы поедим, я ещё немного побуду, а дальше отправлюсь к Сюань-гэ. Хочу попрощаться с ним и Цинсюань-гэ.       Хуа Чэн кивнул ему, было немного грустно, что его маленький Чжань-Чжань уже уходит, но ведь никто не запрещает видеться.       Прежде чем выйти из комнаты, Ванцзи решил сменить одежду. Он сделал это, выпустив немного своей энергии, которая поменяла его одеяния на свободное чёрное ханьфу. Ханьфу было просто чёрным, без узоров, но на Ванцзи смотрелось очень красиво и величественно. Также свой цвет поменяла и налобная лента. Теперь вместо белой ленты была чёрная, а прах в ней проявился в красных узорах плывущих облаков. Алая лента с душой любимого всё так же обвивала запястье.       Когда они пришли к Се Ляню, тот удивился, увидев вместо мальчика взрослого мужчину. — А-Чжань, ты наконец… — прошептал он, подходя к Ванцзи и заключая его в объятья. — Привет, гэгэ, — обнимая того в ответ, сказал Ванцзи.       Как же Се Лянь был рад видеть взрослого Ванцзи, ведь теперь тот сможет начать исцелять свою душу! — Выходит, ты хочешь уйти? — спросил Се Лянь, когда Ванцзи рассказал о своих планах. — Мгм. Я думаю, Вэй Ин был бы рад, если бы путешествовал по Поднебесной. Надеюсь, что моя компания ему не противна. — А-Чжань, что за глупости? Конечно, он рад этому, — улыбаясь, ответил Се Лянь. — Ты же знаешь, что всегда можешь обратиться к нам? Чтобы ни случилось, мы всегда попытаемся помочь, — сказал Се Лянь. — Конечно, гэгэ.       Они ещё немного поговорили, а следом Ванцзи попрощался с ними, сказав, что вскоре навестит их, и переместился в резиденцию Хэ Сюаня.       Каждый поворот и каждый коридор для Ванцзи уже родной. Что здесь, что в доме Хуа Чэна. Сколько же воспоминаний связано с этими местами. Ванцзи даже не нужно было думать, где сейчас находится Хэ Сюань. Поэтому Лань Чжань уверенным шагом пошёл на кухню.       Сюань, как и ожидалось, оказался там. Сидя за накрытым столом, он посмотрел на Ванцзи, как только почувствовал постороннюю энергию. Он явно ожидал увидеть не его, но когда Хэ Сюань понял, кто стоит перед ним, он улыбнулся. — Вы посмотрите, кто наконец сам смог явиться сюда. Чжань-Чжань, я уже отчаялся, думал, что каждый раз тебя нужно будет за ручку приводить, — весело сказал Сюань. — За ручку? — наигранно удивился Ванцзи. — А разве не на ручках? — И то верно. Рад тебя видеть, — радостно улыбнулся он. — Я тоже, гэгэ.       Ванцзи окинул стол с едой взглядом и спросил: — Цинсюань-гэ ждёшь? — С чего так решил? — Ты к еде ещё не притронулся. Будь это кто-то другой, ты бы уже вовсю кушал, но когда должен прийти Цинсюань-гэ, ты смиренно дожидаешься его и начинаешь есть, только когда он тоже сидит за столом, — Ванцзи довольно хмыкнул, когда закончил говорить. — Ах ты, мелкий! — притворно возмутился Хэ Сюань.       Ванцзи садится на свободное место, наливая себе чай. — Будешь? — предлагает он, но на предложение Хэ Сюань мотнул головой, оказываясь.       Где-то десять минут спустя явился Ши Цинсюань и хотел было возмутиться, потому что его Хэ-сюн распивает чай с кем-то другим, когда он сам совсем скоро должен прийти. И то, что Хэ Сюань не пил чай, его мало волновало. — Цинсюань-гэ, наконец-то ты пришёл, — радостно произнёс Ванцзи, смотря на него тёплым золотистым взглядом. — Чжань-Чжань, это ты, — сразу же успокоился он. — А я уже хотел начать возмущаться, чего это ты с кем-то другим, — обращаясь уже к Хэ Сюаню, сказал Ши Цинсюань.       Когда Ши Цинсюань сел за стол, Ванцзи рассказал им о своём решении бродить по Поднебесной. Те так же, как и Хуа Чэн с супругом, немного расстроились, но, получив обещание от Ванцзи о том, что он будет навещать их, успокоились.       Когда Ванцзи уже хотел уходить, Хэ Сюань предложил отложить это до завтрашнего утра. Немного подумав, Ванцзи согласно кивнул и пошёл в свою комнату, в которой обычно спал.