Перепутье

***

      Стоял яркий солнечный день. Как оно часто бывало, солнце в Сумеру нещадно жгло все, до чего его лучи были способны дотянуться, приводя всё не приспособленное к его жару в бессознательное или крайне вялое состояние. Тем не менее, за долгое время, проведённое здесь, Итэр относительно привык к таким погодным условиям, что подобное больше не могло окончательно выбить его из колеи. Да, было душно, но сейчас только утро, поэтому можно и потерпеть.       Выполнив пару ежедневных поручений, взятых у Катерины и получив небольшое количество звенящей и блестящей моры, он, вместе со своей маленькой спутницей Паймон, мирно прогуливался по оживлённым улицам города, в который они недавно вернулись из леса. То и дело звучали звонкие детские голоса; продавцы привлекали внимание окружающих, так и манили сладкими и убедительными речами о восхитительности и невероятности собственных товаров; кто-то просто сновал по округе, не то прогуливаясь, не то не находя себе достойного дела... В данный момент именно к третьему типу Итэр отнёс бы себя. Всё, что было можно сделать, уже сделано, а в связи со всеми бурными событиями, что ему удалось пережить некоторое время назад, обычная, повседневная жизнь казалась ему какой-то странной, непривычной. Чувство лёгкой и колючей тревожности накатывало на него время от времени, будто бы что-то постоянно должно произойти. А оно не происходит. Как такое вообще возможно - с утра нужно убраться в арендованном доме и подумать, чем можно позавтракать, а не спасать местного архонта из лап безумных управленцев и останавливать формирование нового искусственного божества? И даже не будет никаких странных зеркал, хиличурлов и видений? Непорядок.       Итэр убрал руки за голову и глубоко вздохнул, вышагивая в небрежной и скучающей манере, слегка морщась от просачивающегося сквозь широкие ветви дерева лучей яркого солнца. Паймон летала вокруг, глядя по сторонам, затем резко обернулась к своему спутнику с не менее тоскливым выражением лица: — Да уж, не думала, что когда-нибудь до такого дойдет... Паймон одной кажется, что мы с тобой стали слишком зависимы от всей этой приключенческой жизни, полной интриг и опасностей, что сидеть на месте и вести размеренную жизнь, как все нормальные жители Тейвата, стало невыносимым? — тонкий голосок звучал разочарованно, голова безвольно рухнула на грудь и плечи опустились, когда она застыла на месте, покачиваясь из стороны в сторону. — Да, я тоже чувствую себя не в своей тарелке. Но думаю, что сейчас так даже и лучше, всё же безопасность превыше всего. Единственное, что удручает, так это то, что больше нет никаких зацепок, где может быть Люмин сейчас. Орден бездны стал таким тихим за последние два месяца. Это настораживает, — обеспокоенно произнёс Итэр, принимая задумчивую позу и потирая подбородок, - чем дольше затишье, тем страшнее буря...       Паймон резко выпрямилась и боязливо оглянулась, медленно возвращая свой взгляд к Итэру. Брови её опустились в глубоком сочувствии, чувство вины за то, что она вообще внезапно подняла подобную тему, закралось ей в сердце. Некоторое время она молчала, подбирая нужные слова, но вскоре встрепенулась и нацепила на себя более решительный вид. — Итэр... Не волнуйся! — маленькая успокаивающая улыбка заиграла на её лице, когда она завела руки за спину и склонила голову на правый бок, - я уверена, что судьба на нашей стороне! Мы же уже прошли вместе через многое, и мало что сможет нас остановить сейчас. Нужно лишь держаться и не вешать нос! А Паймон будет рядом, поддерживать и наставлять тебя... До самого конца!       Итэр кивнул, невольно улыбнувшись в ответ. Слова поддержки Паймон действовали на него ободряюще и не позволяли утонуть в собственных мыслях, которые своей густой мрачностью тащили его вниз, пытаясь захватить и погрузить всё его существо в бездну отчаяния. Но вызванная Паймон улыбка не смогла коснуться его глаз, оставив их все такими же отстранёнными, погруженными в глубокую думу. И даже печаль. Это была не её вина, просто уже никакие тёплые слова не могли в полной мере вывести из его души это болезненное ожидание и страх в завтрашнем дне, который лишь рос и набирал силу в умиротворённой повседневности, лишь иногда вытесняясь мимолётным радостями и встречами со знакомыми. — Что же, путешественник! Чем сегодня займёмся? У нас впереди ещё целый день, чтобы развеять скуку! Может, сходим в ресторан или порыбачим? — глаза Паймон засверкали, кулачки сжались, когда в её голове сами по себе появились аппетитные и яркие образы предстоящих угощений, — но можно и что-нибудь другое... А то опять будешь дразнить Паймон обжорой, — продолжила она, обиженно фыркнув и скрестив руки на груди. — Да ладно тебе, я же не со зла. Я всегда готов раскошелиться и покормить своего дорогого компаньона, если ей этого хочется. — Смотри мне, — голос её зазвучал с нотками подозрения, — ладно, всё равно Паймон не может на тебя долго злиться... В любом случае, у тебя есть идеи? — Я был бы не прочь ещё размяться, раз уж более продуктивных дел на сегодня не намечается. Идём, найдём какое-нибудь озеро. Постараюсь поймать для Паймон большущую рыбину на ужин.       Спутница резко воспряла духом и лицо ее засияло, тут же она энергично закивала головой, одобряя такой подход к делу. А Итэр был и не против видеть её такой. Так уж и быть, гору подколов, весьма безобидных и любящих, он свалит на неё как-нибудь потом.       Два путника шли по мощённой гладкими и полированными камнями дорожке, проходя мимо белоснежных строений, увенчанных зелёными крышами и украшенными разнообразными узорами, каждый из которых имел свое уникальное значение. Постепенно городской пейзаж таял, оставаясь где-то позади, людей становилось меньше. Дикая и необузданная природа восточных земель рисовалась ярко-зелёными красками и величественными склонами, заставляя чувствовать этот необъятный простор и абсолютную свободу и наслаждаться ими, вдыхая свежий утренний воздух полной грудью.       Завидев изумрудно-голубоватую и легонько рябящую от ветерка водную гладь, Итэр уверенно зашагал по молодой траве в её сторону, руки его машинально потянулись за спину, к рюкзаку, на котором висела простенькая и практически ничего не весящая деревянная удочка. Паймон улетела от него подальше, будто бы желая осмотреть удачно подвернувшееся место. Озеро, а если быть точнее - озерко, было весьма заросшим: причудливые красновато-оранжевые стебельки с большими яркими цветами стеной огородили его по правому берегу, а остальное приграничное пространство было занято пышными тёмно-зелёными кустиками, и лишь маленький, еле заметный зазор в растительных кущах позволял подойти поближе и дотянуться до заветной глади. Впрочем, длина нити удочки позволяла встать чуть подальше, поэтому не было необходимости лезть прямо в воду.       Исходя из сложных расчётов, всевозможных исходов и факторов, Паймон выбирает лучший, отходя от тропинки на пару сантиметров: туда, где трава была ниже и реже всего. — Итэр! Сюда! — радостно прокричала она, энергично махая маленькой ручонкой, — правда, Паймон не знает, есть ли здесь вообще хоть какая-нибудь рыба, особенно большая... Но Паймон постарается присмотреться и понять! Если здесь водится одна мелочь, то потом просто найдём другое место. — Потише, если рыба и есть, ты её так распугаешь.       Итэр медленно приближался к любезно предложенному месту, в его движениях не было никакой суеты или спешки, как в действиях чрезмерно активной и беспокойной Паймон. Он концентрировался на приятном окружении, уводя от себя дурные мысли и наконец находя определённое наслаждение в покое и тихом пении птиц. Его компаньон виноватым взглядом извинился, затем начал осторожно облетать озеро по периметру, всматриваясь в глубину. Дна не видно. Это уже радует. Но ничего, кроме ряби на поверхности, разглядеть не удалось. Итэр уже был на месте и, положив одной рукой рюкзак на землю, уселся рядом с ним. С озадаченным выражением лица Паймон вернулась со своего тщательного исследования, приблизилась и заговорила с ним шёпотом: — Хм... Никаких признаков жизни. Может, всё же пойдём в другое место? — А я тебе что говорил? С таким-то криком не только рыба забьётся в ужасе под землю, — с лёгким смешком ответил ей Итэр, мягко улыбаясь, — подождём немного в тишине. Обычно в подобных изолированных местах можно встретить необычную живность. Вдруг повезёт. — Прости, — схватившись за голову и огорчённо выдохнув, пробормотала Паймон, — ты прав. Стоит подождать... Маленькое создание село рядом, оперевшись руками на мягкую зелень.       Какая-то дремота медленно закрадывалась в глубину сознания, а вынужденное ожидание лишь ещё больше погружало в это уязвимое и беззаботное состояние. Но как только глаза Итэра стали медленно закрываться, откуда-то из-за спины послышались странные шуршащие звуки. Сначала Итэр не понял, что это, но чем ближе они становились, тем быстрее он пришёл в сознание и распрямился, резко обернувшись по направлению к шуму. — Шаги... — пробормотал он, брови его сдвинулись.       "Ну, мало ли кто это может быть... Не мы же одни ходим по этой земле. Может, зверь какой или человек..." — пронеслось в его голове, но бдительность он не ослаблял. Всё же Тейват — опасное место, нарваться на что-то безобидное можно с той же вероятностью, как и на что-то, несущее за собой вред. — Интересно, кого это в такую глушь занесло? — пролепетала Паймон, повернув голову в ту же сторону.       Время неумолимо шло, и с каждой прошедшей секундой становилось понятнее, что кто-то направляется именно сюда. Звук обуви, мнущей и рассекающей травянистую землю, ни с чем не спутаешь. По звуку людей было несколько. Может, двое, или даже трое. — Неужто такие же непутёвые рыбаки, как и мы? — обеспокоенно и нервно спросила Паймон, не ожидая услышать ответа.       На возвышенности показалось три смуглые и разодетые в красные тряпки фигуры, одна из них кичливо забросила рукоять сабли на плечо, и до ушей путников донёсся грубый и хамоватый голос: — Так вот они где! А мы за вами так долго шли, почти уж потеряли.       За ним послышались идиотские и неприятные смешки. Сразу стали ясны намерения прибывших сюда людей. Нападения пустынников были здесь частым и крайне распространённым явлением, так что в происходящем не было ничего удивительного. Вопрос лишь в том, зачем конкретно они сюда явились. "Как давно они следили за нами? И что им нужно на этот раз? Деньги? Драгоценности? Информация? А может, вообще в рабство угнать захотели?" — последняя мысль вызвала у него усмешку, а в глазах засияли недобрые огоньки.       Мужчины небрежной и медленной походкой приближались, уверенность в собственной силе и безнаказанности зашкаливала. Итэр же мгновенно отбросил удочку и схватился за рукоять меча, Паймон с сердитым и немного напуганным видом подлетела и спряталась за его спину. Хотя она и была уверена в его способностях, но подобные встречи не приносили ей никакой радости, особенно в моменты, когда они собирались так беззаботно провести время. Пустынники взялись за оружие, лица их оставались такими же насмешливыми: — Не нужно всего этого жалкого сопротивления, братишка. Нам просто приглянулся твой кошелёк, хотели вот узнать, где такой можно приобрести. Да и глазки твои тоже ничего, — скалился самый высокий из них, облизываясь, — могли бы уйти за кругленькую сумму. — Глаза, значит... Понятно. Очередные горе-поставщики чёрного рынка.       Руки начали накапливать элементальную энергию, анемо частицы разлетались по сторонам, верно формируя единый и ровный поток. Встав в боевую стойку и держа меч перед собой, Итэр сделал вид, что собирается броситься на оппонентов с мечом, пока готовил ветряной поток, чтобы сбить всех троих с ног и мигом закончить всё это представление. В считанные секунды энергия переполнила его, всё его тело напряглось, и он был готов уже сделать свой выпад, как вдруг откуда-то раздался резкий и суровый женский голос: — Эй, кретины! Вы чего здесь устроили?       Итэр застыл на месте, как и его противники. В один момент окружение заиграло огненными красками, в воздухе появился запах гари, и маленькие искры разлетелись по всей округе. — Дэхья! — воодушевлённо окликнула внезапно подоспевшую помощь Паймон, вцепившись маленькими ручонками в плечо Итэра.       Дэхья влетела в пустынников, сбив стоящего посередине с ног. Когда два других мгновенно бросились на неё, раздражённая ухмылка появилась на её лице, и она, одним лёгким движением рук схватив непутёвых разбойников за волосы, хорошенько приложила их черепушки друг к другу. Какая простая победа. А ведь она даже не использовала элементальную энергию, не говоря уже об оружии. Итэр лишь сейчас понял, что возникшие ранее искры в воздухе были вызваны сильным раздражением спасительницы и в последствии непроизвольной активации её Глаза бога. Мужчины потеряли сознание и обмякли, плашмя грохнувшись на землю. Третий их приятель пытался подняться всё это время, но мощный пинок под дых от доброй тетушки Дэхьи мигом его осадил. — Тск, ну и сопли. Считайте, что я вас ещё пожалела, — потирая руки и расправляя плечи, грозно отрезала она, — а вы чего встали, как вкопанные?       Оставив бессознательные тела позади, Дэхья приблизилась и широко, неожиданно дружелюбно для той, что так безжалостно разобралась с разбойниками секундами ранее, заулыбалась. — Эх вы, правда что ли слежку за собой не заметили? Я вас как в городе увидела, так сразу хотела подойти, но эта шайка мне помешала приблизиться. А то бы убежали еще и избежали бы моих уникальных методов для коррекции поведения всяких недоумков. — Я тоже рад тебя видеть, Дэхья, — убирая меч в ножны, бодро отозвался Итэр, — странно, но нет. Я правда ничего не заметил. Моя вина, зазевался. — Ну а ты, мелочь, тоже по сторонам не смотришь? — грозно зыркнула на Паймон Дэхья, обжигая ее взглядом голубых пронзительных глаз. — П-Паймон не выспалась сегодня! Кошмары снились, вот и с вниманием все плохо! — пискнула она, полностью скрывшись за Итэром. — Понятно всё с вами, — выдохнула она, глядя Итэру в глаза, — вы вообще что здесь забыли-то? Ловить кого-то собрались? Я бы посоветовала вам сходить куда-нибудь ещё, если честно, я хоть всякую водную живность не ловлю, но насколько знаю, здесь нужно иметь много терпения и таланта, если хочешь выловить хоть что-то из подобных озёр. Да даже опытные рыбаки обходят эти лужи стороной, неблагодарное это дело - ждать хороший улов, прожигая драгоценное время и силы здесь. — Правда? Вот же... Да уж, не задался сегодня день, — протянул Итэр, собирая все свои пожитки с земли и закидывая рюкзак на плечо, — к слову... Дэхья, а что ты здесь делаешь? Ты же вроде оставалась со своей бандой в деревне Аару, чтобы помогать Кандакии? Это ты оттуда набралась всех этих знаний про рыболовство? — Всё так, — уверенно ответила она, подперев рукой бедро, — видите ли, у меня появилось одно важное дельце в городе. — Правда? И что за "дельце" такое? — втиснулась в разговор Паймон и, наконец вернув себе былую смелость, выглянула из-за плеча своего спутника. — У Кандакии её любимые и единственные румяна закончились, — с искренней печалью в голосе ответила Дэхья, немного опустив голову, — я уже все лавки обошла! Нигде нет, представляете? Моя бедняжка... Не хочу её расстраивать, но, видимо, придётся. И как на зло, наверняка сегодня они бы ей понадобились. Не у вас одних сегодня день не складывается. — А... Да, жалко, конечно, — неловко пробормотала Паймон, ожидания более захватывающего ответа были жестоко разбиты.       Итэр в удивлении вскинул бровь, пожалуй, как и его компаньон, уж явно не такую причину для её появления он предполагал. — Не знал, что Кандакия стала активно пользоваться косметикой. Это ты её приучила? — Так она и не пользуется очень часто, — оправилась от секундной грусти Дэхья, — только по особому случаю. Да и ей это и ни к чему, она и так очень красивая. Просто сегодня, спустя долгое время, я наконец смогу вытащить её из деревни. Очень долго пришлось уговаривать и всё планировать, так что не хотелось бы, чтоб какие-то мелочи испортили нам вечер. — Ну, э... Наверное, мы могли бы тебе чем-то помочь? — Паймон окончательно вылезла из своего укрытия и внимательно смотрела на Дэхью. — Хм... Да, помощь была бы очень кстати, — Дэхья сложила руки на груди, — только я не знаю уже, где их можно найти. А брать что попало не хочется. Вот так, в прошлый раз всё было, а сейчас уже с огнём не сыщешь. Ладно, у меня ещё остался Караван-рибат... О, точно! Сможете отправиться в Порт-Ормос и там посмотреть? Вряд ли, конечно, но надежда есть. Они будут в позолоченной коробочке, с красным цветочным орнаментом посередине. Очень узнаваемо, так что точно не перепутаете. — Порт-Ормос? Обычно там продаётся то, что привозится из-за границы, — уточнил Итэр, полноценно надевая походный рюкзак на себя, — но мы можем сходить и проверить. — Да знаю я, знаю. Мало ли откуда эти румяна? Временами я там натыкалась на наши местные побрякушки! До вечера же уложитесь? — Думаю, да, вполне. Где встретимся? И сколько у нас есть примерно времени? — Встретимся в часа два у таверны Ламбада, заодно и пообедаем вместе. Так пойдёт? Я угощаю! — Договорились, — Итэр одобрительно кивнул, но немного замешкался, прежде чем отправляться в путь, — правда, у меня есть один маленький вопрос... А с ними что делать?       Его взор упал на лежащие на земле обмякшие от хороших ударов тела пустынников. Дэхья посмотрела вниз и раздражённо вздохнула, потирая переносицу пальцами. — Точно, ещё ж эта кучка остолопов... Ну, ничего не поделаешь. Времени это много не займёт. Отнесу их в местное управление, объясню всю ситуацию и постараюсь не загреметь за тяжкие телесные, ха-ха! — как-то по-недоброму рассмеялась она и, метнувшись к несостоявшимся разбойникам, подняла двоих, что полегче, одной рукой за повязанные на шею красные банданы и то же самое проделала с более тяжёлым третьим, волоча их безвольные телеса вверх по склону. — Не то чтобы я умаляю твои способности, Дэхья, но... Может, я позову кого-нибудь из местного лесного дозора и выступлю в качестве пострадавшего? Не хочется нагружать тебя лишней работой и уж тем более бросать на тебя какие-то подозрения.       Дэхья повернулась к нему, самодовольно ухмыльнувшись. — Не парься, дружище! Лучше поторапливайся в порт, пока солнце не так сильно палит. А то вдруг не дойдёшь и похеришь все наши планы. Бывайте! — ответила она, поспешно удаляясь.       Шагала она ровно и непринуждённо, расправив сильные плечи, будто бы в её руках были не грузные тела, а невесомые дамские сумочки. Золотые украшения на её одежде ярко и ослепительно сверкали на свету, придавая ей, как ни странно, особенно воинственный вид, будто бы это и не украшения вовсе, а самая настоящая броня. Хотя, возможно, такое впечатление складывалось из-за мускулистой и довольно таки мощной комплекции девушки. — Ну и дела... — прервала минуты тишины Паймон, провожая взглядом стремительно уходящую Дэхью, — не удалось нам с тобой мирно провести время. А Паймон только настроилась... Не стоило ничего говорить ни про какую скуку! Паймон берёт свои слова назад, ей ни разу не скучно и никаких неприятностей она больше не хочет! — Не сердись, потом как-нибудь получится, — утешил её Итэр, — пойдём лучше. Побыстрее разделаемся с просьбой Дэхьи. — Угу! — незамедлительно ответила она, — правда, знаешь... Паймон кажется, что Дэхья не только по этому поводу появилась в городе. Но видя, как она свободно пошла за нами, вряд ли кто-то её нанял. — А может и нанял, — по-заговорчески произнёс Итэр, поднимаясь по склону, — например, чтобы пошпионить за нами! — Пошпионить?! — с ужасом пискнула она, последовав за спутником, — н-но зачем? Дэхья бы ни за что так с нами не поступила! – Да я же шучу, – снисходительно ответил Итэр с маленькой усмешкой на устах, — мало ли что случилось. Кажется мне, что она влезла в вещи Кандакии и обнаружила закончившееся румяна, и под предлогом срочного дела унеслась в город. Кандакия очень занятой человек, особенно с утра, поэтому с высокой вероятностью не заметила никакой недостачи. Тем более у них имеются какие-то грандиозные планы на вечер и Дэхья не хотела бы, чтобы какая-то глупая мелочь подпортила настроение Кандакии. "Долго уговаривала и планировала"... "Наверняка они бы ей сегодня понадобились"... По-моему, всё сходится. Но, может, есть и ещё какие-то причины, я свечку не держал. – У тебя такая хорошая память... Паймон признаёт поражение, звучит всё слишком логично! Более того, в духе нашей Дэхьи. Тогда не теряем ни минуты и скорее отправляемся в Порт-Ормос!       Наконец два путника сошлись в одном мнении и смогли отправиться в не очень-то и близкий путь к порту, избегая всех стычек с плесенниками и прочими обитателями бескрайних восточных земель, чтобы не терять время почём зря. Неугомонный компаньон болтал всю дорогу о том и о сём, Итэр лишь молча кивал или же поддерживал беседу односложно, не сильно углубляясь в её бурный поток мыслей и идей. Он всё думал об этой стычке с пустынниками, не сколько о них именно, а столько о его крайне непосредственном поведении. "Как такое может быть, я же всегда мог чувствовать нежелательное внимание... Как это они так нагло уселись нам на хвост? Какие-то новые техники? Да вряд ли, уж слишком бестолково они себя вели... Неужто уже успел всё чутье растерять?" - думалось ему, отчего он невольно сдвигал брови и принимал более напряжённый и сердитый вид, заставляя Паймон каждый раз удостоверяться, нормально ли всё с ним и не она ли его злит своей болтовнёй.       Леса и поля остались позади. Порт в своей величественной и сложной архитектуре цеплял глаз. Парочка грузовых кораблей прибыла к пристани, и множество деловитых людей с важным видом руководили простыми работягами, усердно тягавшими коробки различных размеров, от самых больших до самых маленьких. Но путники не обращали особого внимания на суету вокруг и бродили вдоль всевозможных лавок, выискивая взглядом нужную, где будет хоть что-то из косметической продукции. И всё же нашли её — скромно пристроенную за поросшим тонкими лианами углом. Женщина средних лет в ярко-зелёном одеянии сверкнула глазами, и уголки её губ слегка поднялись при приближении потенциальных покупателей. – Доброе утро, братец. Решили прикупить что-то в подарок для любимой? Или... Смотрите что-то для себя? – оглядывая Итэра с ног до головы прищуренными глазами, с маленькой ухмылкой сказала она, так и намекая на его утончённый внешний вид. – Э... Нет. Я ищу одни румяна для подруги, – ответил Итэр, неловко почесав затылок и поднимая глаза на торговку, - в позолоченной коробке, с красным цветочным орнаментом. У вас есть такие? – Для подруги... Понятненько. Конечно! Наверное, вы говорите про "Покорительницу пустынь"? Отличный выбор, особенно как романтический подарок! – хихикнула она, доставая заветную коробочку из-за прилавка. – Походу, это те самые, – прошептала Паймон ему на ухо, с раздражением поглядывая на торговку, – ну и женщина... Вот так и хочет нос не в своё дело сунуть! – Да, наверное, вы правы, – замялся Итэр, присматриваясь к румянам и притворно улыбаясь в ответ на слова женщины, – думаю, я их возьму. Сколько с меня? – Семь пятьсот моры, дорогуша, – широко улыбнулась она, прикрыв глаза в хитрой гримасе, — высокое качество гарантировано! Не думаю, что найдёте дешевле, чем у меня... Если вообще найдёте, хе-хе.       Лицо Итэра слегка побледнело и приняло мученический лик, потому что на данный момент не было у него полных морой карманов, чтобы тратить такие баснословные суммы на что-то подобное. Но ничего не поделаешь.       Жалобно выдохнув и опустив плечи, он потянулся за кошельком и набрал оттуда нужное количество золотых, неохотно положив их на прилавок под утешающие похлопывания по спине от Паймон. — Спасибо за покупку, — не скрывая радости, торговка потянулась и мигом забрала кругленькую сумму, — приходите ещё, в следующий раз обещаю сделать вам хорошенькую скидочку за прекрасный вкус!       Раздался звонкий смешок, и маленькая металлическая коробочка оказалась в руке Итэра, который всё ещё оправлялся от ужасной потери, чувствуя удручающую лёгкость во внутреннем кармашке штанов. — Ну, по крайней мере, мы справились! Думаю, Дэхья восполнит наши расходы... — пробурчала Паймон, пока они отдалялись от прилавка.       Солнце разбушевалось ни на шутку, долго находиться в его лучах было весьма затруднительно, как бы сильно ты не был к нему приспособлен. Время близилось к полудню. И если ты не живёшь в пустыне, путешествуя круглые сутки, то вряд ли тебе удастся вынести подобное испытание дольше десяти минут. Более того, это может быть очень вредно.       Не желая рисковать и испытывать свои тела на прочность, Паймон и Итэр старались двигаться как можно больше в тени, делая перерывы на отдых. С горем пополам они добрались до таверны Ламбада, мокрые насквозь и тысячу раз пожалевшие, что вообще родились на свет. Дэхья уже ждала у входа, и как только заметила краем глаза движение, сразу же повернула голову и лицо её вмиг посветлело, расплылось в широкой улыбке. — О! Наконец пришли, — наёмница подбежала и встала прямо перед ними, разглядывая их сырые и сутулые тушки сверху вниз, — что-то вас жизнь уже успела потрепать за такой короткий срок... А вот у меня хорошие новости! Я таки нашла их в Караван-рибате. Надо было сразу там посмотреть, ха-ха! Просто мне подумалось, что раз уж я покупала их здесь, то, наверное, в первую очередь стоит посмотреть здесь. А оно вон как... Надеюсь, что вы их не отыскали в порту. У меня, к сожалению, не было возможности быстро вас уведомить.       В воздухе повисла тишина. — Только не говорите мне, что... — Дэхья с опаской глянула в остекленевшие глаза своих друзей. — Купили... — послышался загробный голос Итэра, голова его низко опустилась, дрожащая рука нащупала в кармане злосчастную коробочку и протянула её наёмнице, — мы это купили... Сразу не могла сходить туда? Недалеко же от деревни Аару совсем...       Дэхья подхватила коробку и убрала её к себе в набедренную сумку, хмыкнув. — Да мне-то откуда было знать, что так всё сложится? Я же уже объяснилась... Хотя, глядя на тебя, ты наверняка прослушал. Ну ничего, не пропадёт! Себе оставлю, — видя крайне бедственное состояние своих друзей, Дэхья приложила руку ко лбу и вздохнула, — ладно, сколько там у тебя ушло? Я всё возмещу. — Семь тысяч пятьсот моры... — прорезался тонкий голосок Паймон, — так много усилий, и куда? — Семь пятьсот? Ого, да местные барыги умеют деньги драть! Я вот только три потратила. Дороговато, но для Кандакии можно и потерпеть, — пожала плечами Дэхья и полезла в набедренную сумку, явно не задумываясь о том, что говорить этого не стоило, — ой, кажется, у меня с собой столько нет сейчас... Да и я ещё угостить вас собиралась. Я тебе потом верну, хорошо? Давайте лучше облегчим ваши страдания вкусной едой.       Паймон и Итэр ничего не ответили, послушно последовав за энергичной и ни разу не вспотевшей за долгие скитания под палящим солнцем знакомой. Зайдя внутрь здания, ощутив, как температура слегка понизилась, путники облегчённо выдохнули, но боль от потраченного времени все ещё заполняла их сердца. Дэхья уселась за самым дальним столиком, закинув ногу на ногу и подозвав друзей жестом. Все трое удобно устроились, откинувшись на прохладные деревянные спинки. — Хотите что-нибудь? Или мне самой выбрать? — спросила Дэхья, опираясь на стол одной рукой и ей же подпирая подбородок. — Что угодно... Паймон готова съесть хоть Короля снежных кабанов живьём... — Выбирай на свое усмотрение. И желательно что-то не очень дорогое, чтобы у тебя ещё остались деньги на моральную компенсацию, — уткнувшись головой в стол, пробормотал Итэр, абсолютно не руководствуясь никакими правилами этикета. — Ха-ха-ха! — громогласно рассмеялась Дэхья, при улыбке слегка обнажая зубы, — да чего ты разнылся-то так? Верну я тебе всё, даже не смей сомневаться. Иначе я сочту это за оскорбление. А мы, наёмники, натуры очень восприимчивые!       Дэхья поднялась из-за стола и ушла к хозяину таверны, резко стало тихо. Если даже Паймон молчит, значит, всё довольно таки серьёзно. Они не думали, что такая вылазка может их настолько вымотать. Хотя было более чем очевидно, что ключевую роль в формировании усталости играло неудачно выбранное время и потраченные впустую деньги, а несостоявшаяся утренняя рыбалка лишь становилась вишенкой на торте. Одно сказывалось на физическом состоянии, остальное тяжёлым грузом давило на голову. — Придётся немного подождать, — выдохнула вернувшаяся Дэхья, стуча каблуками по полу, — у нас всё равно пока что есть время. Если интересно, мелочи я заказала цыплёнка в тандыре. Не знаю, насколько он будет хорош для неё — курица и курица. Я такое не очень люблю. Нам с тобой по таджину, хоть сил немного наберёшься. — Так ты запомнила, что Паймон любит курицу! Дэхья, спасибо, ты просто лучшая, — резко оживилась Паймон, усевшись как положено и глядев полными обожания глазами на неё. — Да без проблем, — будто бы слегка смущаясь, отвела глаза Дэхья, но быстро вернулась в прежнее состояние, -— в любом случае, спасибо вам за помощь. Пускай она и не очень-то и пригодилась, ха-ха! Но я ценю ваши старания, правда. — Умеешь ты поддержать, — жалобно отозвался Итэр, всё ещё сидя неподвижно, — надеюсь, хоть Кандакия будет довольна... — А как же! — горделиво ответила Дэхья, — теперь-то всё должно пройти нормально. Ах да, всё забываю у вас спросить... Вы пойдёте на сегодняшнее выступление труппы Нилу на Большом базаре? — Какое ещё выступление? — путешественник слегка приподнял голову так, чтобы глаза его были устремлены на собеседницу. — Так вы и не в курсе? Это на каждой доске объявлений расклеено. Именно благодаря этому событию я и смогла вытащить Кандакию в свет! Если ещё получится провернуть такое завтра и послезавтра, было бы вообще замечательно. Вот я думаю, это всё получило возможность произойти благодаря инициативе Нилу. У неё просто неиссякаемый источник фантазии в голове и невероятный дар убеждения, небось растолковала всё своему начальнику, и они вместе распланировали целую программу вечерних выступлений аж на 3 дня. Впечатляет, правда? — Ого, а я и не видел даже... — Так ты никогда на доски объявлений и не смотришь, — пробормотала Паймон, будто бы с намерением пристыдить зыркнув его сторону. — Цыц, — выпрямился Итэр, будто бы наконец придя в чувства, Паймон лишь развела руками, — и во сколько это всё? — В часов семь. Говорю сразу — наверняка будет огромное сборище, всё-таки наша Нилу очень востребованная танцовщица. Как и вся труппа театра Зубаира, впрочем.       Стоило Дэхье договорить, так сразу же на горизонте возник Ламбад и лично подал заказанные блюда на стол. Невероятные запахи пробуждали зверский аппетит, что даже не хотелось ждать, пока еда хоть немного остынет и её будет возможно есть, не дрожа от невыносимого жара во рту. — Да неужели? Благодарю! — Дэхья одобрительно взглянула на уже уходящего Ламбада, берясь за столовые приборы, — ну, ладно, ешьте на здоровье. Потом ещё всякое вам расскажу.       Наслаждаясь едой и компанией друг друга, часы летели незаметно, приближая вечер. Итэр и Паймон чувствовали себя уже намного лучше, казалось, что вся накопленная усталость и напряжение от случившихся неудач растаяли за дружеской беседой и приятной атмосферой. Наевшись досыта, каждый встал из-за стола и направился к выходу, прощаясь с хозяином. — Так, время поджимает, я помчала, — положив руки на головы своих друзей, та грубовато, но по её меркам всё же ласково, потрепала их по голове, — увидимся вечером. Буду вас ждать. Но если не придёте, то тоже ничего страшного, так уж и быть, ваша наёмница не будет на вас злиться. По крайней мере, сильно. — До встречи, — растрёпанный Итэр дружелюбно улыбнулся в ответ. — Пока, Дэхья, — Паймон попрощалась с ней, провожая её немного опечаленным взглядом.       Девушка оглянулась на секунду и помахала им рукой, блестящие на солнце чёрные волосы развевались и всякий раз извивались волнами, когда она делала шаг вперед, бодрой походкой исчезая из вида.       Путники последовали её примеру и так же отправились восвояси, плетясь вдоль улиц. Идти стало намного легче. Голова на плечах казалась совсем невесомой. Вдруг показалась их пристанище, что так великодушно служило им приютом крайние два месяца жизни.       Достав ключ, Итэр быстро открыл дверь и зашёл внутрь. Разувшись, он прошёл по пёстрому ковру через маленький коридор, обошёл дверь в ванную и маленькую кухню, зашагал вверх по деревянной лестнице.       Скромно обставленная комната, состоящая из когда-то белоснежных стен, что потеряли свой цвет со временем, приветствовала своих постояльцев приятной прохладой и тишиной. На маленьком столе у окна, через разноцветную мозаику которого просачивался окрашенный во всевозможные цвета свет, стояли уже начавшие увядать сумерские розы, которые источали еле уловимый сладковатый аромат. Кровать, устроенная в углу, была аккуратно накрыта, но её общую опрятность нарушали безобразно разбросанные на покрывале книги и бумажки. "Сказания о восточных землях" лежали приоткрытыми, и именно это заставило Итэра вспомнить, что с утра он действительно пытался что-нибудь почитать перед выходом, но напускные голодные обмороки Паймон помешали ему насладиться всеми прелестями фольклора.       Сложно назвать это место домом, но ничего лучше Итэр не мог себе и представить: все базовые удобства предоставлены, соседи не шумные, расположение более чем удобное. Стоит своих денег, что он исправно платит за аренду.       Без лишних промедлений Итэр отправился отмываться, так как не хотелось появляться на, если так можно выразиться, светских мероприятиях в непотребном виде.       По пути он взял с собой таз с кухни, унося его в ванную. Набрав туда воды и поставив его на пол, он разделся и сразу же принялся за стирку, усердно оттирая топ и штаны от пыли и пота. Скакать сайгаком по тропическим лесам, когда параллельно на тебя покушаются агрессивные грибы — это вам не вальяжно разгуливать по городским улочкам.       Чем дольше Итэр этим занимался, тем больше укорял себя за то, что не уделял должное внимание наличию у себя презентабельной одежды, потому что красоваться на улицах в потасканных шароварах и рубахе с невыводимым пятном от пролитого Паймон сока — такое себе дело для довольно таки известного на весь Тейват героя. Хотя никакая слава не вечна, да и многие люди относились к нему просто как к равному, а иногда даже ставили ниже себя. Это заставляло не раз задумываться Итэра о том, что сколько добра не делай, далеко не факт, что оно тебе вернётся. Впрочем, так устроен мир. Да и он сам никогда не ставил первостепенной целью набить себе славу доблестного рыцаря, защитника всея Тейвата. Но в теории это действительно могло бы сделать его жизнь намного проще.       Внутренний укор благотворно действовал на скорость работы, так как в краткие для себя сроки он сумел разделаться с этим не самым приятным аспектом жизни. Довольный своей работой, Итэр тщательно выжал ткань, хорошенько избавив её от лишней влаги и аккуратно повесив на раковину. Наконец можно заняться и собой, наслаждаясь тем, как прохладная вода стекает по телу и приносит величайшее облегчение.       И вот — только в ванную зашло непонятное и сырое болотное чучело, так вдруг из неё же показался изящный юноша в халате с лежащими на плечах мокрыми белокурыми локонами. Подхватив сырую одежду, он поплёлся наверх. Теперь осталось лишь обсохнуть и подождать до вечера. Поднявшись в комнату, для себя он уже решил дочитать начатую ранее книгу, Паймон всё равно заняла себя рассматриванием картинок в ботаническом атласе и, наверное, не потревожит его.

***

      Яркий день остался позади, и небо, просматриваемое через открытое настежь окно, стремительно теряло алые краски заката и погружалось в холодную тьму.       Итэр приближался к последним страницам. В голове всё ещё крутились различные образы из вычитанного: и аранары, и кочевые племена, и властительница Рукхадевата, воссоздавшая собственными руками прекрасные леса и полные жизни поля Сумеру... Но желая посмотреть, сколько ему осталось прочитать, он обнаружил очень неприятную вещь — страницы в конце были вырваны, у корешка красовались неаккуратные обрывки тонкой желтоватой бумаги. На крайней уцелевшей странице с некоторым усердием можно было понять, что повествование велось о царе Дешрете и о его цивилизации. Но о чём сам текст целиком — сказать практически невозможно. Буквы были превращены в неразборчивое месиво, и чернила измазали весь лист безобразными грязными пятнами. Выглядело это немного пугающе. — Это же ручная работа... Зачем вообще такое вытворять? — сказал себе под нос Итэр, насупившись и закрыв сборник с глухим звуком. — Хм? Что такое? — с любопытством Паймон повернула голову, болтая ногами и отрываясь от своего увлекательного занятия, — книга что ли не понравилась? — Нет, кто-то выдрал оттуда страницы, — Итэр поднялся с кровати и положил рукопись на прикроватную тумбочку и начал собираться. — Ох, какой ужас... И хозяин даже не проверял сохранность своих книг! Какое безразличие! — разочарованно вздохнула Паймон.       Итэр расчёсывал белокурые волосы деревянным гребнем, приводя свою голову в надлежащий вид. Затем ловкие и тонкие пальцы медленно и методично принялись перебирать длинные пряди, перекидывая их друг за другом, формируя аккуратную и плотную косу. — С другой стороны, у него может быть этих арендных точек полным полно. И вряд ли тебе захочется проверять каждый угол на наличие каких-либо условно незначительных повреждений. Да и кто знает, как давно здесь лежат эти книги... — Но это не отменяет того факта, что такое просто недопустимо, — фыркнула Паймон, — может, ещё не все потеряно? Плохо оставлять в таком состоянии чужой труд, особенно в этой красивой обложке... — Твоё стремление к справедливости, конечно, похвально, — не отрываясь от процесса, Итэр продолжил, — но, боюсь, тут мы бессильны. — А про что там было хотя бы? Или вообще ничего не разобрать? Паймон понимает, что вряд ли эта информация хотя как-то поможет, но вдруг можно восстановить! — Что-то про царя Дешрета. Мне удалось лишь разобрать слова "город", "знание" и "исчез" в этих кляксах. Но если могучая Паймон обладает высокими навыками дешифратора, то пусть, конечно, примется разбирать остальное. Заодно и попробует себя в реставрации, — Итэр закончил плести косу и направился к открытому окну, с которого свисала ранее повешенная на него одежда. — Эй! Хватит засыпать Паймон сложными словечками! — возмутилась она, надув щеки, — мне показалось, что тебя правда задело такое обращение с книгами, вот и захотела найти способ это исправить! А ты лишь ехидничаешь! Хмф! — Так я серьёзно. Попробуй. Ведь "нет ничего, в чем самый лучший компаньон не будет хорош", разве нет? — лукаво улыбнувшись, Итэр пожал плечами и потянулся пощупать ткань, чтобы обнаружить, что она всё ещё была немного мокрая. — А ведь он прав... — задумчиво и тихо протянула она, ухватившись за тяжеленную для себя книгу, — а вот Паймон возьмёт и расшифрует! Будет он ещё знать, как смеяться... — Чего ты там бурчишь себе под нос? — поднял брови Итэр, глядя на неё с любопытством. — А... Н-ничего! И вообще, поторапливайся уже, время-то идёт! Ещё и не успеем никуда из-за тебя, — демонстративно отвернувшись, Паймон выпустила из рук книгу и сидела неподвижно, уставившись в стену.       Но как только она слегка развернулась, чтобы посмотреть на его реакцию, то увидела лишь золотистую косичку, мелькнувшую в дверном проёме и в один миг скрывшуюся за углом.       Уже оказавшийся в ванной Итэр решил немного схитрить, применяя анемо потоки для рассеивания оставшейся влаги. Нужно применить смекалку, если не хочется страдать весь вечер от ощущения сырости на коже. Немного переусердствовав, он взял слишком большую площадь и выбил брызги, которые разлетелись во все стороны. Ткань-то стала абсолютно сухой, а вот волосы немного намокли. Но это было не критично. Сбросив халат и натянув на себя высушенную одежду, он заглянул в зеркало, оценивая свой внешний вид.       Паймон уже успела спуститься и стащить со стола оставленные утром фрукты. Надкусив яблоко, с набитым ртом она спросила: — Итэ-эр! Ты готов? Ты же не ушёл и не бросил Паймон дома?       Дверь наконец распахнулась, и Итэр, уже готовый, показался в проходе. Правда, волосы его вились немного больше, чем обычно, маленькие завитушки сами собой образовались на макушке. — Что за глупости? И не разговаривай, пока ешь, а то подавишься, — Итэр посмотрел на Паймон немного сердито, но мгновенно смягчился, махнув на излишние причитания и нравоучения рукой, и направился к выходу из дома.       Паймон послушно, а самое главное — молча, последовала за ним, хрустя сочным красным фруктом. Людей на улице заметно поубавилось, появился приятный ветерок, развеивающий оставшуюся духоту. Было не сильно тёмно, но фонари уже освещали своим мягким жёлтым светом дома и дорожки.       Не спеша, путники прогуливались по полупустым улицам. Откуда-то издалека доносились лягушачьи песнопения. Ноги сами вели в нужном направлении, а душа резко затребовала праздника при одной мысли о предстоящем зрелище.       Найдя заветную каменную арку, проход в коре могучего и древнего дерева, они спустились вниз. Шум, создаваемый разговорами и смехом людей, слышался на входе. Должно быть, вечер действительно обещает быть очень оживлённым. Что и не удивительно, ведь свободный доступ к таким радостям жизни, как театр и музыка появились у жителей Сумеру совсем недавно.       Итэр толкнул дверь, и она с лёгкостью открылась, издав еле слышный скрип. Было как никогда людно, сразу создалось ощущение какой-то масштабности происходящего. Даже местные торговцы отошли от своих дел и беззаботно общались друг с другом, не думая о работе. Но в такой густой толпе глаза как бы не старались, всё равно не сумели выхватить знакомые лица. — Интересно, где же Дэхья с Кандакией... Надеюсь, у них ничего не сорвалось, а то наши старания точно бы ушли псу под хвост! — с какой-то тревогой в голосе протараторила Паймон. — И не говори, — всё ещё пытаясь найти знакомых, немного отстранённо ответил путешественник, — давай попробуем протиснуться дальше, поближе к сцене. Или сама слетай, осмотрись, тебе-то намного проще. — Не-а, нет и ещё раз нет! — наотрез отказывалась она, мотая головой, — Паймон тут потеряется! Ой, в смысле... Вдруг тебя тут задавят, а Паймон не будет рядом, чтобы помочь! Правила безопасности для компаньонов гласят, что нельзя далеко уходить от тех, кого они сопровождают, и точка! Итэр шумно выдохнул через нос, не желая ни язвить, ни спорить, зная, что это ни к чему не приведёт. — Тогда держись рядом, — Итэр осторожно начал вклиниваться в толпу и старался как можно более безболезненно обойти её, не вжимаясь всем корпусом в снующих туда-сюда зевак.       На высокой сцене виднелось какое-то не совсем однозначное движение. Не то это был какой-то организационный момент, не то просто кто-то из членов труппы Зубаира мельтешил туда-сюда. — Паймон, что ты видишь? — Ээ... Кажется, какой-то парень собирает со сцены что-то вроде... Бумажек? — компаньон щурился, подлетев повыше, — и женщина его отчитывает... О! Паймон вроде её помнит! Это же Рекхар! Наверняка тот бедолага что-то разбил или сломал из декораций, за что навлёк на себя её праведный гнев, как их создателя... — Ну... Будем надеяться, что это не сильно испортит выступление Нилу и остальным. — Угу, — кивнула она, всё ещё глядя на сцену, — сейчас несут какие-то картонные растения... — Это я уже вижу, спасибо, — немного саркастично ответил Итэр.       Паймон лишь повернулась в его сторону и неловко улыбнулась, спускаясь с прежней высоты и равняясь с его головой. На площадке стремительно выросла небольшая лесная полянка, возделанная трудом изобретательной мастерицы. Конечно, было видно, что основа всей конструкции — картон, но отделанный и покрашенный настолько чисто и аккуратно, что это не выглядело небрежно или дёшево. А фрагментированные отдельные элементы, как тонкие ветки, яркие цветы или маленькие листики, выпирающие и выделяющиеся на общем фоне, делали её ещё занимательнее, даже, в некотором роде, живее. Кажется, всё было почти готово. На середине сцены появился сам Зубаир, артистично вытянув руки в стороны, он подошёл поближе к краю сцены и через самодельный усилитель звука громким, торжественным голосом произнёс: — Прошу, дорогие зрители, вашего внимания!       Люди, стоявшие ближе всех, покорно стихли, за ними же тишина распространилась и на тех, кому не повезло находиться дальше остальных. — На сегодняшнем вечере, посвященном бескрайним землям нашей Родины, для вас выступает театр имени Зубаира. Ваша поддержка невероятно значима для нас, оказывает на великую помощь дальше развивать, придавать разнообразные краски нашей многовековой культуре. Прошу вас, внимайте зову сердца и проникайтесь дикой и свободолюбивой атмосферой наших родных краёв, — мужчина закончил свою речь поклоном, и, встретив одобрительный оклик в виде оваций, удалился в глубину сцены. — Ого, а они сильно продвинулись... Теперь тематические выступления... Как официально, — заворожённо прошептала Паймон.       Итэр молча согласился. Хотя на лице у него и не было бурных эмоций, в глубине души у него зародилось чувство искреннего любопытства. Раньше он бы и подумать не мог, что труппа Зубаира так быстро сумеет выйти вперёд и завоевать публику. И вдруг помимо Нилу появились уникальные и талантливые люди? И даже не будет того паренька, что не попадал в ноты и, сильно раскрасневшись, неловко молчал всю оставшуюся песню под грозный взгляд Зубаира? Конечно, подобное действо на такую широкую публику было бы сродни смерти для всего театра. Стало действительно интересно, что же такое подготовили эти деятельные люди. Поток мыслей Итэра прервал звук тонкой лиры, раздающийся со сцены.       Провалившись в раздумья, он и не обратил внимания, как между природными конструкциями появилась девушка в нежно-зелёном одеянии, голова её была прикрыта полупрозрачной тканью, что от малейшего движения изящно развевалась и качалась из стороны в сторону, придавая ей утонченный и какой-то таинственный вид. Незамедлительно к лире присоединились и другие инструменты, создавая поистине чарующую и успокаивающую мелодию. Тонкий девичий голос разнёсся эхом по всему помещению, мигом оправдав всю художественную ценность номера. Искусственная растительность около неё будто бы ожила — задвигалась, закачалась, цветы медленно распускались. В звонком и мягком тембре отражалась вся нежная красота восточных земель, хранящаяся в лепестках цветов, в крыльях бабочек и молодых почках на ветвях деревьев. Поистине магическое зрелище, вовлекающее в состояние, подобное приятной дремоте. Тональности сменяли друг друга плавно и практически незаметно, настроение поддерживалось умиротворённым настолько, что Итэр невольно подумал об аранарах и их сонном царстве. Хотя, зная, как тесно они связаны со всем живым Сумеру, это представление казалось более чем органичным.       Вытянув последнюю высокую и чистую ноту, девушка смолкла и низко поклонилась, обеими руками держась за лёгкую и струящуюся ткань штанов. Инструменты покорно замолчали вслед за ней. Бурные аплодисменты и восторженные оклики наполнили зал, Паймон тоже не осталась в стороне. Итэр же спокойно похлопал, поддержав толпу. — Это просто невероятно! За такие короткие сроки найти новых артистов, что выступают далеко не хуже, чем Нилу, и так всё грамотно подать... Паймон поражена! — Либо Зубаир резко преисполнился, либо за организацию отвечает какой-то другой умелец. — Раз он открыл всё это представление, наверное, он тоже приложил к этому всему свою руку. Как бы то ни было, Паймон уже ждёт с нетерпением, что будет дальше! — И то верно, — Итэр улыбнулся, прикрыв глаза.       Весь вечер шёл как по маслу. Каждый выступающий выкладывался на полную, представляя различные аспекты сумерской жизни в художественных образах. Была представлена и пустыня, и реки, и озёра, и поля, и горы. Артисты танцевали, пели, показывали различные сложные и комплексные трюки, что с легкостью приковывали взгляды к себе и завораживали зрителя. Техническая составляющая тоже была на уровне, в зависимости от темы выступления, появлялись подходящие к ней и раскрывающие её полным образом декорации.       Под самый конец появилась и долгожданная Нилу. Сегодня она была как-то по-особенному прекрасна, несмотря на то, что в её внешнем виде ничего не поменялось. Хотя только сейчас проглядывалось её сходство с лотосом нилотпала, особенно в окружении самодельных вод и околоводных растений. Грация, плавность, исходящие гидро частицы, переливающиеся золотом в свечении фонарей и нежный взгляд вмиг очаровали зрителей, лишь укрепляя в их сознании то, что перед ними не просто танцовщица, а мастер своего дела. Одного танца всегда мало. Важны и чувства, и эмоции, и некоторые визуальные эффекты, которые позволили бы наблюдателю проникнуться атмосферой и идеей, а не просто созерцать чьи-то телодвижения. Безупречная и неторопливая, словно сумерские иссиня-бирюзовые воды, она кружилась в танце, голубые одежды шли волнами от движений. Бросив взгляд в толпу и найдя там Итэра и Паймон, та долго смотрела на них сияющими глазами, уголки губ её дрогнули и ещё сильнее устремились вверх, придавая её лицу более радостный вид.       Когда выступление было окончено, Нилу скромно поклонилась зрителям, положив руку на сердце в знак высшей благодарности. Безусловно, шуму после номера всеми любимой танцовщицы было много, люди действительно восторгались ей и не стеснялись это открыто показывать. — Благодарю, друзья, что уделили ваше время нам, и мы смогли разделить между собой эти высокие чувства, которые легко теряются нами в обычной жизни, — раздался голос внезапно появившегося на сцене Зубаира, — на этом наша программа подходит к концу. С нетерпением будем ждать вас завтра!       Люди начали расходиться кто куда, всё ещё находясь под яркими впечатлениями от увиденного и услышанного сегодня. Паймон выглядела не менее взбудораженной. — Мы обязаны прийти завтра, — твёрдо заявила она, глаза её горели, — Паймон очень понравилось! Музыка приводит Паймон в безудержное чувство радости! — Соглашусь, в этот раз они превзошли сами себя, — добавил Итэр, задумчиво подперев подбородок рукой. — Хи-хи, я о том же. Давай подойдём к Нилу, когда она освободится. Уж очень интересно узнать, как у них так всё сложилось!       Итэр охватил поредевшую толпу взглядом и только сейчас заметил у левого края сцены, возле гладкой дорожки наверх, Кандакию и Дэхью, к которым, судя по всему, сразу спустилась Нилу. По общей атмосфере было ясно, что подруги очень активно обсуждают недавно закончившееся мероприятие, бурно нахваливая Нилу за проделанную работу. — О! Они там! Пойдём скорее! — Паймон ринулась в их сторону, даже не посмотрев на Итэра, наверняка думая, что тот устремиться за ней вслед.       Он же сначала посмотрел на то, как маленькая фигура стремительно удалилась от него, и, как-то обречённо вздохнув, сделал шажок в её направлении. Но уйти дальше помешала резко схватившая его за плечо большая рука. От такого поворота Итэр встал, как вкопанный, брови его сдвинулись. "Что за чёрт? Опять кому-то не угодил?" — заворчал в голове раздражённый голос. Он уже хотел сказать пару ласковых и резко развернуться, как вдруг бархатный мужской голос раздался в опасной близости от его уха: — Вот я тебя и поймал. Ты такой рассеянный или просто не хочешь поприветствовать своего старого друга? — в голосе слышались наигранные нотки обиды и разочарования.       По манере речи Итэр сразу распознал говорящего, его рот приоткрылся, но ни одного звука оттуда не вырвалось. Переборов ступор, вызванный неожиданностью, он наконец выпалил: — Кэйа! Как давно ты здесь? Почему ничего не написал о своём прибытии?       Резко повернувшись и освободив своё плечо, Итэр глядел на него круглыми янтарными глазами с каким-то неверием в происходящее. — Как прижали, так сразу обратил внимание, — Кэйа ухмыльнулся и скрестил руки на груди, — я тебе рукой помахал, как только ты сюда зашёл, а ты даже и головы не повернул. Нехорошо. Оно и ладно, на сегодня прощаю, потому что рад тебя видеть. Здесь уже целых три дня, наслаждаюсь ранее мне неведомой спокойной и беззаботной жизнью. Звучит славно, правда? — В такой толпе тебя ещё попробуй разглядеть... — буркнул Итэр, затем прочистил горло и продолжил, — это что вообще значит? Ты в отпуске? — В яблочко, — Кэйа щёлкнул пальцами, самодовольно качнув головой. — А так можно вообще? Как же Ордо Фавониус без тебя будет работать? — В смысле "можно"? Смилуйся над капитаном кавалерии без самой кавалерии, который из-за этого вынужден целыми днями на износ заниматься всем подряд, что на него спихнут... Неужто я не заслуживаю отдыха от мучительной рутины? — вскинул бровь Кэйа, поджав губы. — Я... Не это имел в виду, — неловко почесал затылок Итэр, — просто... Трудно представить, что в Мондштадте возможно отыскать тебе замену, вот я и поинтересовался. — Хе-хе, каков льстец. Магистр позаботилась об этом, поэтому можешь не переживать насчёт Мондштадта. Рыцари смогут справиться со всеми выпадающими на их долю испытаниями, иначе какой толк от того, что они служат в Ордо Фавониус? Лучше расскажи-ка мне, а чем ты тут занимаешься? Ни приезда, ни весточки... Много дел? — Ну, как сказать, — Итэр не особо хотел говорить правду, но и лгать не видел смысла, — дел нет. Совсем. Но и перебираться куда-нибудь ещё пока нет повода... И желания. — Ух ты, я бы и не подумал, что ты такой бездельник, — цыкнул Кэйа, пальцы его легонько застучали по руке, — все за тебя так переживают, а ты тут, оказывается, просто штанишки просиживаешь. Хотя... Судя по тому, через что ты прошёл, такое времяпрепровождение тоже можно считать в некотором роде отпуском.       Кэйа как всегда в своём репертуаре. Только появился, и уже успел подразнить и засыпать колкостями. Только сейчас Итэр решил присмотреться к его внешнему виду, и, к своему удивлению, обнаружил, что он одет не как обычно. Волосы заплетены в косу, полуоткрытые плечи и летящие тонкие рукава, белые мешковатые штаны, множество павлиньих перьев... А он уже вошёл в сумерский антураж.       Заострив внимание на его руках, Итэр увидел на ногтях отражающий свет яркими бликами чёрный лак. Как он его не заметил сначала? Наверное, потому, что в исступлении таращился на знакомое лицо. — Да, решил приодеться под стать. Та одежда очень сильно напоминает о работе, особенно об её монотонности... Поэтому это было очевидным и лучшим решением не брать её вовсе. И, судя по твоему взгляду, я не прогадал с выбором. Так-то и не скажешь, что я не местный, не так ли? — Ты мастер перевоплощаться в зависимости от ситуации, меньшего от тебя ожидать и не стоило, — закладывая двойной смысл в свой ответ с помощью тона, Итэр решил поддразнить собеседника за его особую скрытность.       Кэйа усмехнулся, замотав головой: — Ох? — указательный палец поддерживал костяшками его подбородок в жесте какой-то задумчивости и подозрительности, — уж не знаю, как мне это следует воспринимать, но, пожалуй, сочту за комплимент. — Пока ты меня не одёрнул, я шёл поздороваться с друзьями... Но теперь я даже не знаю, куда мне деться. Ещё и Паймон унеслась без меня. — Ах, разрываешься между людьми? Нет нужды, я не против побыть в компании и побольше. Если, конечно, ты меня не стесняешься. — Что? Нет, конечно! — ответил Итэр, неловко почесав затылок и как-то по-глупому посмеявшись, — пойдём, раз уж ты не против...       В то же время Паймон подлетела к весело общающимся девушкам и звонко их окликнула: — Дэхья! Кандакия! Нилу-у! Наконец-то мы вас нашли! — А! Неужели это Паймон? Доброго вечера тебе, — с нежной улыбкой поприветствовала её Кандакия, глаза её засияли, — давно ты тут? И почему одна? Итэр не пошёл с тобой? — Да, с самого начала...! — затем она остановилась, и сердце её ушло в пятки, — а... В смысле "одна"? Он что, не здесь!?       Паймон беспокойно начала озираться по сторонам, но из-за захлестнувшего страха перед собой ничего не видела. Вдобавок заразила этим чувством всех присутствующих. Кандакия тревожно переглянулась с Дэхьей, Нилу с недоумённым видом прервала повисшую в воздухе тишину: — Нет-нет, Кандакия, Итэр всё время был здесь. Я их видела вместе со сцены. Может, он просто отошёл куда-то? — Так, успокоились, — Дэхья нахмурилась и нацепила на себя более суровый вид, — не надо тут разводить панику на пустом месте. Мелочь, тебя это касается в первую очередь!       Придя в себя, Паймон повернулась к ним и виновато опустила голову. — У-у... Не следовало мне без оглядки улетать от него... Вдруг с ним что-то случилось? — жалобно хныкнула она, потирая ладошки друг о друга. — Ага, случилось, — наёмница прописала лёгкий, но ощутимый щелбан по маленькому лбу Паймон, — голову поверни.       Ойкнув и схватившись за ушибленное место, она с некой обидой посмотрела на Дэхью, но послушалась. Как глаза выцепили приближающийся знакомый силуэт, так радость и облегчение заполнили всё её существо, и она бросилась к нему, обхватив его голову маленькими ручками. — Ты...! Ты хоть представляешь, как Паймон переживала! Почему сразу не пошёл за мной!? — завопила она, зарываясь лицом в золотистые волосы. — Ай, да хватит тебе, — отцепляя от себя компаньона, взъерошенный Итэр угрюмо заглянул ей в глаза, наспех подбирая слова, — ничего страшного не случилось! Чего всполошилась-то?       Пока Итэр и Паймон выясняли отношения, Кэйа стоял чуть позади них, молча наблюдая и загадочно улыбаясь. — Ну что за тип... Где он такого успел выцепить? — Дэхья наклонилась к лицу Кандакии и прошептала, не отводя от него пронзительный взгляд, на что получила краткое шиканье и толчок в плечо. — О! Господин Кэйа, вы всё-таки решили прийти сегодня? — внезапно проговорила Нилу, прорываясь вперёд и подходя чуть поближе к нему. — Привет. Как видишь, да, — лучезарно заулыбавшись, беззаботно ответил он, — и сколько раз я просил тебя обращаться ко мне на "ты"? Думается мне, что в наших отношениях это я должен оказать тебе должное уважение и звать не иначе, чем на "Вы". Итэр и Паймон умолкли и медленно повернули голову в сторону совершенно неожиданной сцены. — Да, извини, пожалуйста, — тихонько рассмеялась она, — как себя чувствуешь? И как тебе сегодняшнее представление? — Ха-ха, в полном порядке, не переживай. Представление было очень занимательным... Особенно твоё. Как всегда безупречная работа, не устаю восхищаться. — Ой, ты слишком добр ко мне, — немного смущённо проронила Нилу, махнув рукой, — я рада, что тебе лучше. Придёшь завтра потренироваться? Мне кажется, я поняла, как усовершенствовать тот неудачный кусок и сделать его более плавным. Времени немного осталось, так что я очень надеюсь на то, что ты всё же появишься... — Стоп, стоп, стоп! Кто-нибудь объяснит Паймон, что тут происходит?! Вы что, знакомы? И какие ещё тренировки? — прервала их Паймон, поставив руки в боки и уже позабыв об их стычке с Итэром.       Все присутствующие облегчённо выдохнули, так как их тоже это волновало, но они не осмеливались вмешаться в разговор и начать задавать глупые вопросы. В этот раз бестактность Паймон пошла всем на пользу.       Нилу сделала удивлённое лицо и поднесла руку к лицу: — Точно, я же никому не рассказывала... Ну, в общих чертах, у меня появился ещё один ученик, помимо Инайи. Как-то так, — пожала плечами она, сложив руки в замок и неловко посмеявшись.       Кэйа скрестил руки на груди и в подтверждение её слов кивнул, полуулыбка красовалась на его лице.       Очень исчерпывающий ответ. Но во взглядах окружающих продолжало читаться неудержимое любопытство и недоумение, поэтому они так и стояли молча, морально продавливая Нилу, чтобы она рассказала обо всём как можно более подробно.       Как вообще образовался этот дуэт?