Вишня цветёт только тогда, когда ты рядом

Яркие лучики солнца пробивались сквозь плотные занавески в маленькой комнатушке Сано. На удобной кровати мило спал и посапывал сам Майки, обхватив ногами мягкое одеяло. Простыня была небрежно разбросана, скомкана и помята, но парню это не мешало. Его блондинистые локоны расположились по всей белой подушке, которая промялась под весом головы. Манджиро не хотел просыпаться, но чуткий запах еды просочился в его сладкий сон и заставил прийти в сознание. Майки приоткрыл свои заспанные глаза и накрылся тепленьким одеялом. Солнечный свет всё также неприятно бил по глазам, заставляя блондина зарыться целиком в удобную постель, что так и не хотела отпускать. Но вдруг послышались знакомые шаги на улице, приближающиеся к комнате. Раздался лёгкий кратковременный стук, и открылась дверь. В щели блистали золотистые локоны и проблеск янтарно-зеленых глаз с черными ресничками. Это была Эмма. Её силуэт бесшумно проник в комнату и подошёл к кровати, где лежал Майки. Этот лёгкий и одновременно тяжёлый взгляд сверил Манджиро через одеяло, заставляя вылезть из «домика» - Яичница уже готова, вставай уже, - пригрозила младшая Сано спящему юноше. - Да-да, щас встану… - переворачивался на другой бок блондин. - Если через пять минут тебя не будет за столом, то завтрака не жди, - недовольно развернулась Эмма и поспешила закрыть за собой дверь. Как только раздался характерный стук, Майки тяжело выдохнул и сел на кровать, потирая свои уже уставшие глаза. Он просунул ноги в свои старые тапочки и взял в руки своё любимое потрепанное полотенце. Блондин нехотя вышел из комнаты и направился на кухню по запаху, разминая в руках уже давно протертый край этой тряпки. На кухонном столе стояли три тарелки с ароматной яичницей. Эмма всё еще стояла у плиты, а дед как всегда читал газету, ожидая когда все сядут за стол. Его утренний взгляд упал на максимально неопрятного юношу, который встал в проходе и не спешил садиться. На лице Майки остались следы от подушки и одеяла, которые всю ночь крепко обнимали его и не выпускали из своих сладких чар. - Ну че встал то, садись, - возмущенно провел взглядом Манджиро дед, вновь отвлекаясь в свои бумажные новости. Сано тяжело присел на стул и сразу схватился за вилку и хлеб, макая его в желток. Буквально три минуты и порция была съедена целиком. Все крошки были вылизаны, да так что Эмме даже не пришлось бы самой мыть эту тарелку. Голодный и спящий монстр буквально налетел на эту беспомощную яичницу и беспощадно сгрыз её. Майки тут же как ни в чем не бывало встал из-за стола и спокойно поставил тарелку в раковину, направляясь обратно в комнату. Майки вдруг побеспокоился о времени и взглянул на настенные часы, заходя обратно в комнату. - Ох, уже 11:12. Я же собирался встретиться с Хару…- не торопясь подумал про себя Майки, - ладно, полежу ещё немного… Сано улегся обратно в мягкую постель, накрываясь одеялком и свернувшись в клубочек. Манджиро только на миг закрыл глаза как уже проснулся от чувства, будто куда-то опаздывал. Блондин взглянул на часы и понял, что до выхода осталось всего 10 минут. Майки мгновенно вылетел из комнаты, направляясь в ванную, чтобы быстро умыться. Он схватил свою черную щетку и принялся выдавливать мятную пасту из тюбика. Манджиро выхватил расческу и попытался расчесать свои запутанные кудри, параллельно крича от боли. И после более менее приемлимого результата блондин поспешил обратно в комнату, где натянул на себя первые попавшиеся штаны и свободную футболку. Парень быстро зашнуровал кроссовки и накинул легкую ветровку.    Идти было не совсем далеко, поэтому Майки немного успел расслабиться и потеряться во времени. По дороге так и продолжали рассыпаться нежные розовые лепестки сакуры, что была в полном расцвете. Жаль, что некоторые опавшие бутоны были раздавлены проезжающими машинами. Они теряли свою форму, вид, были испачканы мутью и грязью с пыльной дороги и мокрых колес. Но лишь посмотрев вверх, можно по-настоящему насладиться свежим почти что утром.     Майки безудержно переживал насчет сегодняшнего дня, как всё пройдет и что же ответит Харучиё, хотя сам Манджиро и без этого знал, что белокурый испытывает к нему. Хару всегда проявлял немалый интерес к блондину и старался сделать всё лучше и красивее, лишь бы Сано всегда улыбался.    Манджиро подошёл к двору дома Санзу. Он чуть спеша начал подниматься по лестнице, перешагивая через одну ступень. Его разум окутали странные мысли и волнения, но Майки старался отбросить их на второй план как можно скорее, дабы не погрязнуть в них окончательно. Майки подошёл к нужной двери и выдохнул, поднимая кулак. Раздался легкий стук и еле слышное шуршание в квартире. Звук шагов начал приближаться и вдруг остановился, заменяясь коротким открытием замка. Дверь чуть приоткрылась, запуская прохладный воздух в помещение. На появившемся сквозняке развевались длинные белокурые пряди, после сама макушка выглянула наружу. Санзу убедился, что перед ним стоит Майки и полностью открыл дверь. Харучиё был одет в свободные джинсы, легкие кроссовки и такую же легкую куртку.  - А…ээмм.. Пойдём? - сильно начал переживать Майки. - А, да, - вышел из квартиры Харучиё, вставляя ключ в скважину.  Майки хотел завести хоть какой-то диалог, но волнение не давало сказать ни слова, лишь обрывистые мысли и непонятные эмоции.  - Слушай, Хару… - выдавил из себя слово Майки. - М? - Я хотел, чтобы мы пошли смотреть на вишню в парк, он недалеко, так что давай прогуляемся пешком? - вдруг выдал блондин. - А, конечно, куда тебе удобно, - с мягкой солнечной улыбкой промолвил Санзу. И вправду, дорога была недолгой, лишь наслаждение тишиной и покоя, что буквально окутал разум. Хоть и улицы сегодня были достаточно оживлённые, это не мешало затухнуть самым бурным мыслям.    Перед глазами виднелось большое розовое пятно. Среди него мелькало множество разных мелких разноцветных пятнышек - людей. Все они также как и мальчишки пришли поглядеть на прекрасную цветущую вишню, её самые горячие даты. Народу было настолько много, что Майки не мог найти достойного мирного места для уединения. И тут Санзу аккуратно указал пальцем на свободную лужайку, что мягко освещалась лучами солнца. В радиусе 7 метров не было ни души, это означало, что парни наконец-то смогут спокойно побыть вдвоем. Майки снял куртку и постелил на розовое покрывало еще не прогретой земли. Санзу сделал тоже самое и спокойно присел на ветровку.    Небо было ясным и чистым, подобно лазурной глади озера. Воздушные потоки нежно обмывали юные белоснежные лица, будто волны бились от песчаные берега. Длинные белокурые локоны кончиками доставали до мягкой кожи блондина, заставляя чувствовать небольшую щекотку и приятные покалывания низа живота Манджиро. Его черные и бездонные глаза были направлены вдаль, но в то же время смотрели прямиком насквозь в душу белокурого, питали его чувства и переживания. Белые ресницы Харучиё медленно сплывались в одно целое, гладко смыкаясь и размыкаясь, подобно солнечным колоскам пшеницы на ветру. Большая звезда окутывала всех своих детей ласковыми лучиками, освещая полное существование мальчишек. Будто весь свет был направлен на них. На улице было достаточно прохладно, но ментальное тепло исходило друг от друга, согревая близостью. Тепло дыхания, шуршание одежды, глубокий взгляд, красота вишни и задний далекий шум людей - всё это создавало непередаваемую романтичную атмосферу. Молчание связывало тонкими нитями умиротворенные мысли, сшивало в единое целое. На макушки и лица падают изящные бледно-розовые лепестки, их танец заставляет чувствовать себя участником спектакля, легким бальником-странником, который так и скитается по огромным просторам земли в поисках своей пары.    Майки попытался подвинуться чуть ближе к Харучиё. Его взгляд упал на выразительные голубые глаза и переместился на розовые губы, что так и манили своим прекрасным видом. Майки вновь отвернулся. Его кончики пальцев правой руки не спеша подтянулись к пальцам Санзу, длинным и столь изящным, что хотелось зацеловать их до смерти. Его руки были всегда ухожены и гладки, нежная и юная кожа. Харучиё почувствовал внезапное прикосновение подушечек Майки к своей руке и одновременно резким и ласковым движением сплёл их в единое целое. Импульс прошёлся по всему телу, полностью отдаваясь в алый румянец на щеках. В этот момент Харучиё чувствовал тоже самое, его сердце колотилось всё чаще и чаще, от одного лишь присутствия Манджиро рядом.      Вдруг из алых и влажных уст Сано послышались звучные, мелодичные, яркие и заветные слова. Вот, вот он этот желанный момент, который так долго ждал Харучиё! - Хару, я люблю тебя…                        

***

- В этот момент я хотел сказать что-то большее тебе, мой милый мальчик. «Словно ангелы благословили твоё присутствие на этой земле. Твоя улыбка, твой характер - это то, что давало мне шансы выжить в этом тесном и грубом мире. Я никогда не хотел оставлять тебя одного, давать тебе повод грустить. Ты всегда будешь впечатан в мой разум, как цветущий плод вишни, мой Хару, прости меня» - сказал бы я сейчас, но боюсь уж слишком поздно думать об этом