Однажды и навсегда

Чарльз шёл на поправку довольно медленно. Его мучали головные боли, иногда случались провалы в памяти... Встать с кровати ему разрешили лишь через месяц после происшествия; под руку со Скарлетт, которая проводила с ним почти всё время, он прогуливался по больничному парку, заново учась ходить и ориентироваться на местности. Скарлетт рассказывала мужу о сыне и дочери, которые сейчас были в Таре. - Странно, - говорил он, - я помню, что у нас сын и дочь... Но пока ты не назвала их имена, я не мог вспомнить.... - Неудивительно после такой травмы, - отвечала Скароетт, и начинала спрашивать его о том, кого из родствнюенников в Атланте как звали... Потом о том, где он учился до войны, под чьим командованием воевал и так далее. На некоторые вопросы Чарльз отвечал довольно быстро, другие вызывали у него затруднения, из чего Скарлетт делала выводы о том, где у него возникают провалы в памяти. .. - То такой Дерек Гастингс? - неожиданно спросила как-то Скарлетт. Чарльз нахмурился и спросил: - Откуда ты знаешь это имя? - Эдвард Коллинз рассказал мне, что у него есть к тебе претензии... - Мне кажется знакомым это имя, но я пока не помню, с чем оно связано... - Возможно, мистер Коллинз напомнит тебе, когда будет заниматься расследованием этого дела... Но пока-что я ему не разрешила. Сначала тебе нужно выздороветь и восстановиться. Как только ты сможешь, мы уедем домой - в Атланту и в Тару.. Мелли очень переживает и ждёт тебя. Упоминание имени сестры вызвало на губах Чарльза тёплую улыбку. - Я тоже соскучился по ней, - сказал он. Если Скарлетт не была у мужа, то ездила на свою фасфатную фабрику или проводила время с Кэтлин Коллинз, которой привезла толстенное письмо от Мелани. - Надеюсь, - сказала Кэтлин, прочитав его, - что мы с Эдвардом тоже однажды вернёмся в Джорджию и повидаемся со всеми, кто меня помнит... Я так скучаю по Атланте, Скарлетт! - Вы с Эдвардом обязательно приедите и в Атланту, и к нам в Тару, - ответила подруге Скарлетт. - Спасибо, дорогая! Я рада буду увидеть родные места и соседей... Надеюсь, они не станут вспоминать... - Кэтлин запнулась. - Уверена, что нет, - ответила Скарлетт, хорошо понявшая, что имеет ввиду миссис Коллинз, - я совершенно уверена, что они всё будут за тебя рады Наконец настал день, когда Чарльз смог покинуть стены госпиталя. И уже на следующее утро они со Скарлетт уехали в Джорджию. Чарльз получил продленный отпуск для восстановления здоровья и должен был вернуться в Вашингтон к следующему Рождеству. Это было приятным сюрпризом и для Скарлетт, получившей возможность провести дома почти год. Приехав в Атланту, Гамильтоны остановились в своём доме, где продолжали жить Уилксы, у которых - кроме их сына Джонни Уилли - появились две приёмные дочери: голубоглазые блондинки-близняшки Энн и Эмми Мелани души не чаяла в своих милых малютках. Казалось, забота о детях благотворно повлияла даже на её хрупкое здоровье. Эшли, которому удалось получить место преподавателя истории и литературы в одном из частных колледжей для мальчиков, выглядел вполне довольным жизнью. Дядюшка Генри и тетушка Питти заметно постарели, так как возраст обоих приближался к восьмидесяти годам, но вели себя друг с другом дрвольно мирно, чему очень рад был дядюшка Питер, которого всегда расстраивала нескончаемая вражда брата и сестры - Хоть под старость лет поумнели, слава богу, - сообщил он Чарльзу, - а то я думал, что так и умрут не помирившись... Конечно же, всех интересовало, как там, на Севере живётся южанам? Не подвергаются ли они остракизму? Не ущемлены ли в правах? - Нет, - ответила на это Скарлетт, - даже наоборот. Они разрешают своим женщинам иметь бизнес... Я - например - владею фосфатной фабрикой, и это никого не шокирует. Сам Президент беседовал со мной об этом и хвалил меня! Погостив в Атланте и пообещав провести там ещё несколько дней перед возвращением в Ващингтон, Чарльз и Скарлетт отправились в Тару, где были радостно встречены своими детьми, которые - не смотря на заботы бабушки Эллин - очень скучали по родителям. Джерри Уилли весь первый день не выпускал руки отца из своей маленькой ручки, а Джэлл не слезала с колен матери. Конечно же, в течение всего пребывания в Таре Гамильтоны ездили с визитами к соседям и принимали у себя. Пикникам и барбекю не было конца. Правда, они были не такими масштабными, как прежде, но всё-равно поднимали настроение всём поисутствющим.. В августе в Тару приехали погостить Уилксы и супруги Коллинз. Кэтлин была принята очень тепло вопреки своим опасениям. Всё были рады, что ей удалось вернуться в свой круг и стать женой конгрессмена. Эдвард Коллинз напомнил Чарльзу о Дереке Гастингсе.: - Помнишь, в Виргинии мы захватили в плен троих янки? Он был одним из них... Чарльз сдвинул брови к переносице, сосредотачиваясь. Потом хлопнул себя по лбу: -Это же тот янки, который предлагал мне деньги за помощь в организации побега... Я отказал ему, и побег не состоялся.. Как я мог забыть! - Хорошо то, что ты вспомнил, - ответил Элвард Коллинз, похлопав друга по плечу, и добавил, - Именно этот тип устроил на тебя покушение и пытался свалить на Батлера, который насолил ему гораздо сильнее, чем ты... - Честно говоря, я полагал, что это дело рук Батлера, - заметил мистер Гамильон. - Удивительно, но нет, - ответил мистер Коллинз, - скажу больше, он написал мне и намекнул на Гастингсе... -Надо же! - Да... Видимо понял, что самому ему с сенатором не совладать. Полгода отпуска пролетели незаметно. В ноябре Гамильтонам нужно было возвращаться на Север, где Элвард Коллинз, вернувшийся в Вашингтон на два месяца раньше, продолжал расследовать дело от нападении на Чарльза.