Биполярное расстройство

— Биполярно-аффективное расстройство или маниакально-депрессивный психоз, — такой вердикт вынес мне психиатр. Ничего нового. Я давно знала об этом, еще с того момента, как второй раз легла в психиатрическую больницу. Но мое знание не даёт бумажку и запись в истории болезни. Бесплатные врачи, или точнее сказать, лечащие и участковые врачи тоже не давали эту бумажку. Зато, они давали таблетки, которые не помогали, и идиотское «Смешанные расстройства поведения и эмоций». Почему они не давали мне нормального диагноза, хотя все признаки были на лицо, я не понимала. Я буквально тыкала их в свое состояние, описывала все так, будто учебник по психиатрии читаю, изменив лишь некоторые моменты, чтобы меня не спалили. И нет, я не врала, я говорила чистую правду. Я описывала свое состояние, даже не стараясь приукрашивать, просто подстраивать под описание биполярного расстройства, чтобы получить желаемое. Но либо я слишком тупа, либо слишком мала, либо врачи слишком умны. Приходилось отделываться легким диагнозом. Пришлось идти к платному, отдавать три тысячи за прием, рассказывать все по новому кругу и надеяться на хороший исход. — Понятно, — безжизненнее моего ответа был только труп. Ну а что еще говорить, «какая жалось», биться в слезах, не принимать факт происходящего — все это я уже прошла. И ревела, и отрицала то, что болею, просто раньше, еще год назад, когда впервые осознала что со мной не все в порядке. Только вылечится не получится, что не делай. Все, что остается - это просто принять. И я приняла. Поэтому сейчас, сидя в этом до жути неуютном кабинете, выдала простое «понятно». — Я выпишу вам таблетки, - видимо ее смутила моя реакция, даже предположить не смогу какие реакции на серьезные диагнозы она видела в своей жизни и понять что ее смутило в моей, тоже. — Какие? — таблеток я пила разных и много. Ни одни не помогали. Таблетки - это такая веселая штука, которая тебе не поможет. Это не мелкий диагноз, его нельзя вылечить. Ты живешь на эмоциональных качелях всю жизнь. Таблетки лишь смягчают раскачивание. Доза - это как отталкиваться от земли, но чем дольше пьешь, тем меньше помогает. Их постоянно приходится менять, увеличивать и верить в то, что однажды наступит ремиссия. Хотя чем дольше ты пьешь таблетки, тем лучше становится твое общее состояние. Но они не лечат на сто процентов. — Эээ, — врач немного замялась, — ламотриджин. Достаточно популярное лекарство. Я читала о нем на первом попавшемся сайте когда вбила в поиск таблетки и лечение биполярного расстройства. Но на меня они не подействовали. Вообще никак. То же самое что пить плацебо. — Пила, не помогает. Я до вас была у многих врачей, выписывали разные таблетки, разные дозы, но что-то не помогало совсем, что-то помогало, но не долго, что-то помогало, но не полностью, — стараюсь сказать это мягким голосом, не горю желанием грубить такой милой девушке, хоть и могу: худенькая девушка не больше двадцати пяти лет выглядит совсем безобидно и беззащитно. — Какие таблетки ты пила и тебе помогали? — как быстро мы перешли на «ты». Может быть, я зря не стала ей хамить… — Вальпроевая кислота и то не долго, еще помогал Карбамазепин. — Хорошо, давай я тебе выпишу другое лекарство, и мы посмотрим, что из этого выйдет, потому что… “Потому что никогда не знаешь какое лекарство и как подействует на человека” — закончила я за нее у себя в голове, но вслух произнесла: — Хорошо. — Литий, — вот черт, и как средь всей этой суматохи я забыла о самом главном и популярном нейралептике. — Нет. — Значит его, — девушка улыбнулась и оживилась. — Хорошо, — ее слова как удар молотка о железо, громкий, но… Приятный? Спустя пять минут я вышла из кабинета с рецептом в руках. Девушка назначила мне прием через месяц чтобы понять, помогают мне таблетки или нет. Желания возвращаться сюда, еще и платно, у меня не было. Но было желание спасти себя. Поэтому я вернусь сюда через месяц и через два. Литий – неужели я настолько низко опустилась, неужели все настолько плохо, что мне выписывают один из самых сильных препаратов. Осознание того что я болею одним из самых опасных и страшных психических заболеваний обрушилось на меня давно, и я успела привыкнуть, пережить, осознать, а главное - принять этот факт. Но сейчас смотря на этот рецепт где красовалась дата выписки, моя фамилия, название препарата с дозой на английском, о берег начали хлестать волны. Я психически больна. У меня биполярное расстройство. Я буду пить литий. «Я буду пить литий, это же так круто, я наконец-то нашла врача который поставил нужный мне диагноз, я действительно больна и это не моя фантазия» - радостные мысли как заведеная игрушка кружились в моей голове. На щеке почувствовалась теплая капля. Я не должна этому радоваться, это ненормально, но ведь из-за этого мне и поставили диагноз и выписали лекарства. Ну вот, если у меня есть рецепт - значит надо купить лекарство и начать принимать, мыслим позитивно. И тогда все будет нормально. Безысходность моментально сменилась оптимизмом, я вытерла слезы и вышла из больницы. И тут меня накрыло новой волной: я только что не больше чем за минуту сменила два вида настроения. Слезы на улыбку и не поддельную, а настоящую. Я схожу с ума. Я уже сошла с ума.

***

Я держала в руках упаковку. Найти ее оказалось не просто. Собственно как и большинство таких лекарств. Гипнотизировала название. «Литий». Это просто лекарство. Все пьют лекарства. «Литий» — это нейролептик. Не все пьют нейролептики. «Литий». Сложи ее в таблетницу и забудь. «Литий». Я надавила на картон и порвала в неудачной попытке открыть. Препятствия продолжаются. Что-то явно не хочет чтобы я их пила. Приложив чуть больше усилий, несчастная коробка поддалась. Вытащила несколько блистеров и вновь зависла. Новые таблетки ничем не отличались от моих прежних, такие же белые, круглые, средних размеров, но ощущения были другие. Как держать первый паспорт в четырнадцать лет. Только на душе не радость, а печаль. Литий — даже слово такое неприятное. Это химический элемент, а ты его пьешь в шансах на нормальную психику. Но каковы эти шансы? Одна из знакомых рассказывала про своего друга с биполярным расстройством то, что он пьет литий, но все равно продолжает тырить лежанки для котов потому что ему просто захотелось. «На каждого таблетки действуют по-разному» — заезженная фраза вычитанная где-то в книге вновь пронеслась в голове. Она была выгравирована у меня на подкорке и давала о себе знать каждый раз как меня посещали негативные мысли. Но, что если эти мне не помогут. Что если мне ничего не поможет. Я сменила четыре вида таблеток и ко всем привыкла. Что если я всю жизнь буду жить с этими перепадами настроения без возможности хотя бы подавить их чем-нибудь. Без возможности вылечиться. Что если ремиссия никогда не наступит. Что если… Я не заметила, как из глаз снова потекли слезы.

***

«Рецепт вышел месяц назад, лишь бы формацевт это не заметила, лишь бы продала лекарство» — паниковала я, идя во вторую аптеку. Страх. У каждого из нас он есть. Кто-то боится собак, пауков, высоты. Я боялась состояния. Боялась, что не будет таблеток. Боялась, что они перестанут помогать и ты окажешься с этим один на один. Депрессия, мания, агрессия. Больше всего я боялась агрессии. Таблетки не сильно, но помогали, и я цеплялась за них, как за спасательный круг в огромном море. Боялась депрессии. Мне нужно работать, учиться, я не хочу в любой момент просто свалится без желания, сил и возможности даже до туалета дойти. Мании — вечный двигатель. Который еще и какую-то хуйню творит совершенно неосознанно. Сшибает все на своем пути и даже не обращает внимания на то, что пугает или отталкивает людей. Мысли назойливо кружились в голове. Вот она - аптека. — Здравствуйте, у вас есть карбамазепин? Девушка что-то посмотрела в компьютере. — Есть. Рецепт. Протягиваю рецепт. Она осматривает его, смотрит на дату, на обратную часть. А я чувствую себя самым лучшим актером русского кинематографа. Говорю максимально уверенным голосом, пока внутри все трясется от того, что меня отправят куда подальше. Я следила за тем, как она изучает бумажку, по ощущению, глазами маленького котенка. Если она заметит или что-то заподозрит, то все пойдет к чертям собачьим. Все обрушится как сорвавшаяся с крепления бетонная плита. Отдает рецепт и достает лекарство. У меня получилось. Оплата. И вот коробка в моих руках. Спасательный круг все еще у меня. Я продолжу плыть в огромном океане эмоций. Это не берег, но лучше, чем тонуть. Снова дом или любое другое место, где можно сесть, снова выдавливаю таблетки и складываю в свою таблетницу. Я проделывала это очень часто, несколько раз за месяц. Действия стали такими привычными и родными. Я научилась… Я начала получать от этого удовольствие. То, как пальцы касаются металлического покрытия, как большие пальцы надавливают на пластик. То, как горстка таблеток засыпается в цилиндрическую баночку как в американских фильмах. Она появилась случайно: валялась на полке дома и зацепившись за нее взглядом я прихватезировала ее себе. То, как щелкает крышка баночки. И тут в голове буквально из воздуха стрельнула мысль. Я сижу на таблетках. Она не была шокирующей или огорчающей: она была просто фактом. Даже принимая и стараясь полюбить свое положение в жизни, такие мысли появляются. Мысли того, что с тобой что-то не так. Что у тебя меняется настроение, что ты пьешь таблетки, что не можешь пить кофе из-за них. Ты чувствуешь себя особенной, в плохом смысле. Существуешь в реальности нормальных людей и понимаешь, что ты другой. Ты скрываешь, говоришь, что это из-за здоровья, не пьешь таблетки при других, не выкидываешь упаковку в общую мусорку, потому что другим не надо, нельзя знать. И ты другой, ты не они. Ты - психически больной человек. Ты. Пьешь. Таблетки.

***

Мне нельзя пить кофе и энергетики. Это осознание пришло резко, после выпитой в кафе кружки кофе и дикой тряски, как будто я старая стиральная машина. Одна импульсивная кружка кофе, я даже не осознавала что делаю, и буквально через минут десять меня начало трясти. Это просто нервы и сигареты. Или что-то в таком роде подумалось мне. Но вернувшись домой мама открыла мне глаза. - Меня ужасно трясет, я не могу понять от чего это, - мы сидели на кухне и я протрясывала руки. Со мной часто случается состояние - когда тело трясет. Поэтому я сосредотачиваюсь, и пропускаю этот импульс через руки или ноги. Это помогает как минимум успокоить сильную внешнюю дрожь. - Что ты ела или пила, - мама сидит рядом и наблюдает за моим состоянием. - Кофе, - действительно все, что я выпила за сегодняшний вечер. - Значит кофе не сочетается с твоими таблетками, что вполне логично, так как твои таблетки призваны успокаивать, а кофе ,наоборот, бодрит. И тут я вспомнила, я где-то слышала о том, что при биполярном расстройстве нельзя кофе, задалась вопросом «почему?», но в подробности вдаваться не стала. А зря. Если бы поинтересовалась, не пришлось бы узнавать это на личном опыте. Есть закон. Антидепрессанты не сочетаются с алкоголем. Нейролептики с кофе. Правила есть правила. Хочешь жить, смирись. Любой кофеин был для меня теперь как красный знак «не подходи, убьет». Как отдельная аллергия на кофеин, который я пью всю свою сознательную жизнь, еще и в неимоверных количествах. Да, я могу выпить кружку, но потом испытать очень нежеланное состояние. И снова таблетки, все таблетки. Почему все крутится вокруг таблеток. Ты как будто их раб. Они диктуют как тебе жить. Но жить без них ты не можешь.

***

- Твоей вожатой надо говорить что ты принимаешь таблетки чтобы она контролировала это? — Блин мам, конечно нет, мне 17 лет, я сама с этим справлюсь. — Тебе напомнить, что ты постоянно забываешь их выпить. Но увы, такого диалога не было, так как всем было плевать на то принимаю я таблетки или нет, а мама и вовсе была против всей этой затеи… Но принимать таблетки я и правда забывала. В сумме с тем, что они мало помогали это плохо сказывалось на моем состоянии. Жесткие перепады настроения, и окружающим нормально. Никто не задавался вопросом «ты принимаешь таблетки?». Никого не тревожило мое состояние, только меня. Для всех это норма. Увлекся новым делом — круто, родители поддержат. Потратил все деньги — ну ничего, бывает. Неделями не можешь встать с кровати — да ты просто устал. Только я понимала, что мое желание прямо сейчас прыгнуть с парашютом это ненормально, и что я опять забываю принять таблетки. Это больно осознавать. Больно, что никого не тревожит твое здоровье. Всем нормально. Ненормально только тебе. Ты действительно один в этом море и положиться на кого-то, почувствовать чью-то руку рядом ты не можешь. Ее нет. Есть одиночество. Маленький ненадежный круг и море. Безграничное, глубокое море. Несколько важных людей знали о моем заболевании, знали, что я принимаю таблетки. Но тот, кто действительно переживал о том, что я пью таблетки ушел из моей жизни. Все остальные просто знали. Не вдавались в подробности, не интересовались, не переживали. Просто знали. Да, они не гнобили и не отстранялись, но и не переживали. Относились как раньше, как будто ничего не произошло, ничего не поменялось. Никто из друзей не спрашивал о моем состоянии, о моем лечении, о походах к психиатру. Они просто игнорировали факт существования болезни. Это рвало душу на части. Хотелось получить столь желаемой заботы, не давления, заботы и переживания о моем состоянии. А не просто знание.