Глава 13 : Щенячья любовь ТМ
10 июля 2023 г., 18:20
Тот, кто утверждает, что воскресенье - выходной день, явно никогда в жизни не работал в магазине. По какой-то причине семьи, которые сразу после церкви решают отправиться в магазин, всегда оказываются самыми ужасными покупателями. Может, они забыли о своей доброте по отношению к мужчинам на скамьях? Независимо от их рассуждений, каждую неделю "великий поток" проблемных покупателей врывается в магазин по двое, как будто зоомагазин - это Ноев ковчег.
Магазин был абсолютно переполнен все утро, и Ген судорожно пытался нагнать очередь на кассе. После спора с пятым человеком подряд о том, будет ли магазин продавать собачий корм по рецепту без наличия рецепта на руках (очевидно, что ответ НЕТ , потому что на нем большими буквами написано Рецепт) , очередь, наконец, утихает около двенадцати. Видимо, пришло время передохнуть от покупок, чтобы вместо этого терроризировать персонал местного "Олив Гарден". Бог в помощь официантам.
Ген выпивает примерно три четверти бутылки колы, чтобы хоть что-то почувствовать перед тем, как двойные двери снова открываются. Эмоционально приготовившись издать привычный возглас "Добро пожаловать в наш зоомагазин!", он поворачивается к дверям. К счастью для него, следующим покупателем оказался никто иной, как один очень знакомый безумный ученый.
— Ну, кто же это, как не Ишигами Сенку! Чем я, скромный слуга этого места, обязан вашему визиту? Может быть, вас вдруг охватило неконтролируемое желание пообщаться с милым Геном, самым интересным человеком, которого вы когда-либо встречали?
— Конечно, если это поможет тебе уснуть ночью. В общем, ты работаешь сегодня в отделе по уходу за животными? Мне нужно кое-что купить для эксперимента.
— О, Боже. Как жаль, что я, так сказать, застрял сегодня у кассы! Не волнуйся, я сейчас же пошлю кого-нибудь!
Ген мог почти поклясться, что увидел вспышку разочарования в глазах Сенку, прежде чем тот резко повернулся и начал идти в сторону отдела по уходу за животными: — Конечно, как скажешь.
Ну, Ген не привык разочаровывать, поэтому он немедленно вызывает помощника. Он нажимает кнопку связи на гарнитуре, когда Сенку уже ушел: — Кинро, ты сейчас в отделе по уходу за животными?
Через наушник доносится слегка раздраженный голос: — Да, а что?
— Пожалуйста, подойди к первой кассе, у меня тут клиент с проблемой.
___________
То есть ты хочешь сказать, что не было никакого клиента с проблемой, и ты просто хотел, чтобы тебя отпустили с кассы? — Кинро, один из новых сотрудников, нанятых недавно, бросает на Гена один из своих лучших взглядов. — У меня есть дубинка и я не поленюсь поднять задницу и прибить тебя. Это совершенно не подействовало на Гена, который ответил: — Ага! Поменяйся со мной, пожалуйста! — Сегодня ты на кассе, правила есть правила! — Хммм? Ну, насколько я знаю, прикрывать своего брата, который отпросился с работы из-за фальшивых похорон умершей бабушки, тоже не совсем по правилам. — О... о чем ты говоришь? Кто сказал, что его покойная бабушка не умерла? — Кинро... Разве ты тоже не должен был быть на похоронах? Она же была бы и твоей бабушкой? Парень был слишком ошеломлен, чтобы говорить. Он явно не очень хорошо продумал отговорку. — Не выдумывай, Кинро! Я не стукач. Разве у друзей бывает секреты? Ты немного поработаешь на кассе, а я пойду ухаживать за животными, и никто никогда не узнает, что малыш Гинро отпросился с работы, чтобы посмотреть премьеру "One Piece: Film Red". — ... Ладно. Мастер манипуляций Ген снова наносит удар! А говорят, что бартерная система мертва...____________
Ген тихо прокрадывается по отделам по уходу за животными, похлопывая себя по плечу за удачную попытку шантажа и придумывая забавные идеи, чем удивить Сенку, когда он его найдет. Наконец, Ген замечает его, стоящего возле вольеров с мелкими животными и смотрящего в их сторону. Атака исподтишка: активирована! Ген подкрадывается к нему сзади, быстро закрывает глаза Сенку ладонями и произносит в своей лучшей пародии на Цукасу: — Угадай, кто? Ген практически чувствует, как щеки Сенку под его руками напрягаются в улыбке, и он, не двигаясь, говорит: — Хорошая попытка Менталист, но я на десять миллиардов процентов могу сказать, что это ты. Ген тоже решает не двигаться, оставляя руки на месте: — О-о-о, как ты догадался? Я думал, что мой образ Цукасы-чан был идеальным! — Ну, во-первых, ты значительно ниже ростом. Пропорционально это означает, что твои руки меньше, и логично, что они слишком маленькие, чтобы быть его, ведь он состоит в команде восточных единоборств. К тому же, ты определенно пользуешься лосьоном с ароматом лаванды, а Цукаса не любит ароматизированные крема. Ты также не излучаешь ауру убийственной ярости, что является важной частью его характера. И наконец, Цукаса не стал бы делать ничего столь банального и шаблонного, как это. А вот ты бы точно сделал.(Черт, проанализировал до дыр. )
Надувшись, Ген, наконец, опустил руки, когда Сенку повернулся к нему лицом с торжествующей ухмылкой на лице: — О, с тобой не интересно. Ладно, не важно, что тебе нужно было для эксперимента? Развернувшись, чтобы рассмотреть каждую маленькую зверушку, снующих за ударопрочными пластиковыми стеклами, Сенку бесстрастно сказал: "Ну, думаю, что смогу выполнить последнее требование этого "безумного ученого", которого все считают мной. Только представь, сколько экспериментов я мог бы провести с лабораторной крысой в доме. — ... Что? Типа тестирования косметики на животных? — Ген доверяет Сенку примерно настолько, насколько может доверять работник на полставки любимому постоянному клиенту, в которого он, возможно, влюблен, а возможно, и нет, но здоровая доля скептицизма всегда необходима в арсенале хорошего работника зоомагазина. — Черта с два! Любой желающий может протестировать сомнительную косметику, для этого у меня и есть кузены. К тому же воздействие материалов в косметике на десять миллиардов процентов будет иметь несколько иную реакцию на человека, чем на крысу. — Сенку отмахнулся от этой идеи, словно это самая нелепая вещь, которую он когда-либо слышал, — Нет, я изучаю психологию и умственные способности этих парней. Я слышал, что крысы чрезвычайно умны, и я хочу проверить пределы их способностей к обучению и общению. Намеренно игнорируя слова о тестировании таинственных продуктов на своих кузенах, Ген заново оценивает ситуацию. Не то чтобы он всерьез думал, что Сенку настолько бессердечен, чтобы испытывать экспериментальные химикаты на своем питомце или что-то в этом роде, но это может быть именно та возможность, которую он искал, чтобы перевести эти абстрактные отношения на новый уровень. Может быть, ему стоит сделать большой неоновый намек? Ген прижимает руку к груди в фальшивой тревожной позе и включает свое самое фальшивое выражение обеспокоенного родителя: — Хммм... Полагаю, мне придется поверить тебе на слово, что ты не причинишь никакого вреда нашим очаровательным малышам, но ты ведь понимаешь мое беспокойство? Если бы только можно было что-то сделать, чтобы развеять мои опасения... возможно, оценить условия жизни? Сенку, очевидно поняв, о чем говорит Ген, усмехнулся и прислонился к углу вольера: — Полагаю, я мог бы организовать домашний осмотр. Не хотелось бы, чтобы вы страдали из-за бессонницы, потому что кто-то из них переедет в лабораторию Сенку. Кстати, могу ли я узнать личный номер телефона великого доктора Асагири? Разумеется, для записи на прием.___________
Спустя несколько дней Ген стоит у неприметного серого жилого дома, навязчиво сверяясь с адресом, который Сенку прислал ему по смс. По какой-то причине он ожидал, что окажется в каком-нибудь совершенно безумном месте, например, в секретной лаборатории в давно забытой деревне или в каком-нибудь сумасшедшем особняке (ведь его приемная мать - в прямом смысле слова поп-икона Лилиан Вайнберг). Но нет, Google карты привели Гена к возможно, чрезмерно, совершенно обычному зданию. Однако его сомнения в точности указаний Google быстро развеиваются, когда он слышит небольшой взрыв и громкие творческие ругательства, доносящиеся из открытого окна сбоку здания.(Да, это то самое место.)
Ген быстро поднимается по ступенькам на нужный этаж и останавливается перед дверью с надписью "Семья Ишигами-Вайнберг", пытаясь побороть нервозность, которая сквозит в его голове, пока он звонит в дверь. — Минутку!! — слышит он из-за двери голос, который явно не принадлежит Сенку. Не успевает Ген испугаться, что, возможно, он ошибся дверью, или что Ишигами - гораздо более распространенная фамилия, чем он думал, или даже то, что Сенку все-таки дал ему фальшивый адрес, как дверь распахивается. В дверях стоит невероятно дружелюбный мужчина средних лет со странно знакомой прической, в фартуке "поцелуй повара" и излучающий самую сильную отцовскую энергию в истории отцов. При желании его можно даже назвать "DILF". Кажется, что он мечтает о том, как будет стричь газон и разжигать старый гриль. Ген слышал от Сенку несколько историй о том, как он насильно усыновляет каждого, с кем дружит Сенку. — Ты, должно быть, Ген!! Зовите меня Бякуя. Или зовите меня папой, все остальные друзья Сенку уже так делают! Мой сын упомянул, что ты придешь сегодня... а также о том, что я не должен говорить ничего неловкого или постыдного!!! — рассмеялся он, тут же переходя к крепкому рукопожатию и не давая Гену возможности присоединиться к одностороннему разговору. — Он постоянно говорит о тебе, и до сих пор я искренне думал, что он выдумал тебя, чтобы я перестал беспокоить его по поводу того, чтобы он нашел... — Эй, старик, разве мы не говорили о том, что нельзя болтать всякую ерунду? — Сенку громко прервал его, быстро оттолкнув Бьякую с дороги. К счастью для Гена, так как хватка отцовского рукопожатия начала перекрывать кровообращение в нескольких пальцах. Незаметно проверяя амплитуду движения своей руки за спиной, Ген замечает, что волосы Сенку немного растрепаннее, чем обычно, а на лице у него несколько пятен чего-то черного, скорее всего, от того, что вызвало взрыв.(Милый.)
— Ладно, ладно, я просто шучу. Вы двое ступайте в свою комнату, а я позже принесу вам, ребята, чаю или чего-нибудь еще. Только не нарывайтесь на неприятности там, слышите? — все еще хихикая, Бьякуя отступает и начинает идти обратно к тому, что, по предположению Гена, было кухней, дружески хлопая Сенку по спине, отчего тот, споткнувшись, заваливается вперед, почти попадая в личное пространство Гена. Сенку быстро отходит на шаг, краснеет и смущенно потирает затылок: — Ну, заходи. Извини за него, он не уважает чужое личное пространство. Ген заходит внутрь, думая о том, насколько очаровательным было его поведение, и останавливается, чтобы снять обувь рядом с дверью, когда замечает странный белесый диск у двери. При близком рассмотрении он замечает ручку на задней стороне и огромные царапины и вмятины на передней. Стесняясь спросить, но будучи слишком любопытным, Ген произносит: — Эммм, Сенку, дорогой? Что это такое? Сенку бросил на него взгляд, ожидая, пока Ген закончит возиться с обувью: — А, да, это щит из углеродного волокна. Ну, знаешь, слои бумаги и пластика. У меня их полно по всей квартире. — Да, я знаю, что такое углеродное волокно, но... зачем? Пожав плечами, как будто это совершенно нормально иметь несколько щитов из углеродного волокна в своем доме: — Ну да, помнишь, что тот кот, которого Кохаку и Рури принесли домой, ненавидит меня до глубины души? Я решил, что должен быть какой-то барьер, который он не сможет пробить, чтобы ранить меня, и после того, как я попробовал многослойный холст, кевлар и еще десять миллиардов других материалов, я обнаружил, что углеродное волокно имеет наилучшее соотношение практичности и защиты. Такое количество - на случай внезапных атак.(Господи Иисусе, этот парень живет здесь под постоянной угрозой покушения...)
— ...а БПК сейчас... где? — нервно спрашивает Ген. — Если бы я это знал, мне бы не понадобились все эти дополнительные щиты, верно? — Сенку вздыхает, — Но в любом случае, ты здесь, чтобы проверить Скиннера, так что давай вернемся в мою лабораторию. — Кого? — Крысу. — Ты назвал свою крысу Скиннер? — спросил Ген, когда они оба начали пробираться по коридору к комнате Сенку... или "лаборатории", как он ее называет. Имя звучит до боли знакомо, как что-то, услышанное мимоходом во время урока, на котором ты изо всех сил старался не заснуть. — Да, был такой ученый по имени Б. Ф. Скиннер, который изучал бихевиоризм, когнитивную теорию и оперантное обусловливание. Он проводил множество экспериментов по обучению животных с помощью положительного и отрицательного подкрепления. — А, тот парень, который научил кучу голубей играть в пинг-понг и читать?" — Десять миллиардов очков, Менталист. — похвалил Сенку, — Он также много работал с крысами. Мне показалось, что это подходящее имя. Ген определенно не упустил из виду, что Сенку назвал свою крысу в честь психолога. Это, а также реакция Сенку на отцовский порыв Бьякуи опозорить сына перед человеком, которого он привел домой, определенно заставляют Гена поверить, что его влюбленность не односторонняя. И когда они, наконец, добираются до комнаты Сенку, он чувствует себя увереннее и делает то, чего так отчаянно хотел с тех пор, как вошел в квартиру. Как только Сенку закрывает за ними дверь, Ген хлопает его по плечу и говорит: — Сенку, дорогой, не мог бы ты повернуться на секундочку, пожалуйста? — Да, что... случилось... Прежде чем Сенку успел задать вопрос, что случилось, Ген зарылся рукой в рукав и начал осторожно вытирать пепел от предыдущего взрыва с его щеки. В этом нет чего-то супер смелого, но это очень романтично. Очевидно, это слишком впечатлило неопытного в романтике ученого, который сильно покраснел, но решительно не шевелится. На мгновение кажется, что время между ними остановилось (если бы вы спросили Сенку в любой предыдущий момент его жизни, это было бы абсолютно нелепо из-за линейного хода времени и того, что восприятие задержки во времени происходит только из-за неправильной работы определенных синапсов в мозгу). К сожалению, момент нарушает возмущенный писк с другого конца комнаты. Ген сначала отпрянул назад, ища источник шума. Поскольку, когда он входил в комнату, у него были другие планы, этот быстрый поиск звука превращается в его первый настоящий осмотр комнаты. Как и ожидалось, здесь есть полки и стеллажи с научным оборудованием, диаграммы космоса и неопознаваемые чертежи, наклеенные на стены, и слабые обугленные следы нескольких прошлых взрывов на полу и столе. Неожиданно здесь также есть огромный плюшевый Дораэмон, занимающий по меньшей мере 60% кровати Сенку, которого Ген считает чертовски очаровательным. По всей комнате, над полками, под кроватью, сверху и снизу по стенам проходит целый лабиринт разноцветных трубок. Внутри трубок находятся различные переключатели и циферблаты, а то, что Ген может предположить - это двери и лестницы, изредка встречающиеся по всей системе. К синтезу труб прикреплен довольно большой вольер для крыс, который, как понял Ген, был сделан на заказ. Внутри этого вольера, несомненно, являющегося источником писка, сидит слегка раздраженная крыса и смотрит на него. Сенку смущенно отводит взгляд, как будто их застал за флиртом учитель или вроде того: — О, да. Так, это установка Скиннера. Я тренировал его, чтобы... ну, думаю, проще показать, чем рассказать. Он выпрямляется и снова ухмыляется своей фирменной улыбкой: — Радуйся, Менталист, не каждый день тебе доведется увидеть, как это делает лабораторная крыса. Повернувшись к Скиннеру, Сенку говорит: — Эй, Скиннер, я думаю переделать свои чертежи ракеты. Не мог бы ты принести мне третий проект и чертежные материалы?(Да ну нет...)
Конечно, этот маленький чувачок вылетает через одну из труб и бежит через всю комнату к картотеке в углу. Он возится с переключателями и рычагами в трубе, пока ближайшая дверь в трубе не открывается и верхний ящик картотечного шкафа не выдвигается. Он выползает из трубы, перебирает папки в ящике, пока не находит нужный чертеж, затаскивает его обратно в дверь и проталкивает по трубам, пока не доставляет его на стол Сенку, одновременно щелкая переключателями, чтобы открыть и закрыть больше дверей. Он проделывает тот же процесс с чертежными инструментами, пока все, что он просил, не оказывается в небольшом беспорядке на его рабочем месте. Скиннер, выжидающе смотрит на Сенку, а потом красиво усаживается на край стола, словно ожидая какого-то вознаграждения за всю свою тяжелую работу. Излишне говорить, что Ген был потрясен: — Я знал, что крысы довольно умны, но ЭТО?! Сенку, как тебе удалось заставить его сделать это? Сенку пожимает плечами, как будто нет ничего особенного в том, что он, по сути, обучил крысу быть ассистентом в лаборатории, и тянется в карман за вознаграждением Скиннера (лакомствами): — Положительное подкрепление, в основном. К тому же крысы на десять миллиардов процентов умнее, чем мы им приписываем. Ему просто нужен был стимул. И вообще, я не то чтобы изобрел область крысиной психологии или что-то в этом роде, я просто воспроизвел и развил предыдущие эксперименты. Скиннер хватает лакомство своими маленькими лапками и пробирается обратно через лабиринт трубок, чтобы насладиться закуской в комфортной обстановке своего вольера, а Ген все еще стоит там с открытым ртом, словно только что увидел, как Сенку изобрел электричество. Он выходит из ступора, когда Сенку прерывается, чтобы сесть на свою кровать, откидывается к стене и смотрит на Гена, словно спрашивая, собирается ли он присоединиться к нему или просто стоять посреди комнаты как статуя следующие три тысячи семьсот лет. Ген принимает его предложение, вклиниваясь между Сенку и его соседом по комнате Дораэмоном в натуральную величину. Конечно, тесновато, но никто из них не жалуется на такую близость. Некоторое время они сидят молча и наблюдают, как Скиннер засыпает в своем тренажерном колесе сразу после того, как запихивает в рот все угощения, которые ему дали. Сенку первым нарушает тишину: — Итак? Каков вердикт инспектора Гена относительно условий жизни мистера Крысы? Я так понимаю, никаких вопиющих нарушений морали? Ген оглядывает взглядом комнату с откровенно безумной установкой, оборудованную для обучения этого малыша, притворяется нерешительным, медленно опускается на кровать и кладет голову на плечо Сенку, и решает немного соврать: — Хммм... Думаю, мои выводы неоднозначны. Возможно, мне придется и дальше регулярно наведываться... Ну, знаешь, чтобы проверить Скиннера. Определенно, не для чего-то еще... Сенку усмехается и тоже прижимается к нему: — Полагаю, я смогу найти время в своем безумно плотном графике для настойчивого менталиста. Можешь приходить ко мне домой до тех пор, пока ты готов меня терпеть. Ген протягивает руку и переплетает их пальцы вместе: — Я не могу представить, что устану от такого безумного ученого, как ты, способного разнообразить все вокруг. Как раз в тот момент, когда все только начинало налаживаться, настроение резко испортилось, когда Бьякуя почти выбил дверь с подносом чая и закусок в руках. Мальчики быстро отстраняются, оставляя место Иисусу, но не достаточно быстро, чтобы Бякуя не понял, что происходит. Он как-то умудряется улыбаться еще сильнее, чем обычно, не в силах удержаться от того, чтобы не поддразнить сына: — Оооу, я что-то прервал? Ген и Сенку, запинаясь, отвечают "нет" и "да", и Бьякуя просто не может сдержать смех. — Охохо! Ну что ж! Пожалуй, я оставлю это здесь и уйду. — говорит он, ставя поднос на стол, стараясь ничего не пролить на лежащие там чертежи, — Я пойду приберусь и накормлю Рея. Сильно не шалите! И с этими словами он закрыл за собой дверь, а Сенку и Ген издали одновременный вздох облегчения. — Ладно, настроение убито на десять миллиардов процентов. Он будет донимать меня этим до конца вечности. — раздраженно ворчит Сенку. Ген хихикает: — О, Сенку, дорогой, не надо так из-за этого переживать. Я, например, думаю, что это очень мило, молись, пока он такой хороший. — Конечно, Менталист. Только не жалуйся, когда застрянешь с ним в качестве родственника на всю оставшуюся жизнь. — О, Боже! Предлагаешь серьезные отношения прямо с порога? Как смело, дорогой Сенку! Я уважаю твою преданность, поэтому, конечно, я должен предварительно принять твое предложение! Кстати, я думал, что сегодня больше никого нет. Кто такой Рэй? — О, по сути, это Roomba с искусственным интеллектом, загруженным в программное обеспечение. Считай ее просто еще одним питомцем. — ...значит, когда он сказал, что идет "кормить" Рэя, он имел в виду...? — Иногда он кладет перед ней горсть грязи и она всасывает ее в виде "лакомства", чтобы она не чувствовала себя обделенной. — ...уже слишком поздно отказаться от своих слов? — О, да, на десять миллиардов процентов.
