Двойное попадание

К такому она была не готова. Одно дело попасть в прошлое — пройденный этап — удивляться тут уже было нечему. Но вскрывать чужие секреты, потрясающие сознание — иной уровень. Кто ж знал к чему может привести побег от Саске? Если бы Курама, зачастую выступающий в роли здравого смысла, шепнул ей на ухо, что это заведомо плохая идея, она бы притормозила. Не была бы такой поспешной и импульсивной. Обдумала бы, как следует, план действий, но… Эта половина Курамы еще слишком плохо знала ее, вот он и не суетился. Да и Саске, к большому удивлению, не почувствовал ее ухода. Сбежать оказалось легче легкого. Видимо, его сильно измотал день, раз уж он оказался в капитальной отключке. Так бы Теме пресек ее попытки на корню, ведь теперь, когда у них развязаны руки, Наруто смело может делать то, что считает нужным. Вот она и следовала зову сердца. И совесть ее ни капельки не мучила, что кинула спящего мертвецким сном заклятого друга одного-одинешеньку в лесу, где полно бандитов, помимо опасностей, которые уготовила природа. Не все же ему ее кидать! Никто из товарищей ее не остановил. Вот и произошло то, что произошло. А ведь день начинался замечательно. Ничто не предвещало невероятных потрясений. Все, как обычно — однообразно и скучно. Бродила себе по лесу, слоняясь от Сенджу к Учиха. Возле последних, она почти что поселилась. Обдумав всю ситуацию, Наруто пришла к выводу, что Саске зря слов на ветер не бросает и твердо намерен уничтожить одного не угодившего ему предка. Курама, само собой, был не против. Лис неожиданно согласился с последним из Учих, что убив Мадару можно избежать глобальных проблем. Если же не кривить душой, то и она, тоже согласна. Само собой, такое мнение у Лиса продиктовано исключительно неприязнью к Мадаре, однажды порабатившего его и сделавшего своим цепным песиком. А вот на ее точку зрения сильно влияли ужасающие картинки войны. Мадара Учиха в ее глазах являлся злом уровня чуть пониже Зецу и Кагуи. Воспоминания о кровавой бойне устроенной им все еще свежи. Антипатия к данному персонажу цвела и пахла. И при виде его более молодой версии внутри все бурлило от гнева, а желание вогнать в его сердце кунай овладевало ею целиком и полностью. Может, Мадару она и ненавидела всеми фибрами своей души, но она вознамерилась бороться с этим чувством. Лишних смертей не хотелось. Ещё это означало, что и с ненавистью надо было бороться — провести четкую грань, между разными версиями данного представителя Учих. Осталось внушить себе, что Мадара тут и Мадара там, пока что два абсолютно разных человека. Исключать потенциальной опасности она не собиралась. Он опасен, как никто другой, и только ками знают, что у того в голове, но… Наруто была слишком мягкой и доброй, и зачастую жалела своих врагов, проникаясь к ним сочувствием. Понимала их боль и старалась уговорить их свернуть с намеченного пути, тем самым получив шанс на искупление и нормальную жизнь. С самой собой она договорилась, что спасти обоих Учих — вполне себе отличная идея и сделав это, она автоматически спасет мир, ведь черная клякса не промоет мозги одному из основателей. Интуиция же твердила — Изуна в не меньшей опасности, чем Мадара. По ее скромному мнению, Зецу, если и явится, то попробует доделать начатое — убить Изуну. Желательно руками Тобирамы Сенджу, но это, как получится. Смерть младшего брата главы клана Учиха и есть отправная точка безумства, сломавшего самого знаменитого главу носителей Шарингана. Вывод: ловить Зецу надо вблизи клана Учиха. Как говорится, на живца. Что она и делала. Ловила и охраняла одновременно. А к Сенджу она бегала на всякий случай, предчувствуя, что на Мадаре Саске не остановится, и уничтожит до кучи Хашираму с Тобирамой, потому что они точно встанут у того на пути к его мировому господству. Курама закатывал глаза от ее благородных амбиций и неуместных переживаний. Закатил, и больше не выкатил, уснув. Наруто сама готова была уснуть от монотонности действий. Потому что угроз в лице мстительного Теме и чернильной твари на горизонте не было, Курама мирно посапывал в катакомбах ее подсознания, а она страдала от вынужденного одиночества, начиная сходить с ума от скуки. Шило в одном месте невыносимо зудело, требуя подвигов. Усидчивость в ней равнялась нулю. Между территориями великих кланов не водилось бандитов — что не удивительно — соваться на поле разборок сильнейших мира сего — чистой воды самоубийство. Да и стычек не происходило, которые Наруто могла бы разрулить, предотвращая это многовековое кровопролитие. Пока из близлежащей чащи не вывалился Тобирама Сенджу, обещая приукрасить серость будней. Почувствовав его присутствие вблизи, она вознамерилась проследить за Вторым. Узумаки, распластавшись под папоротником, тихонечко, практически бесшумно, поползла в его сторону, решив для начала понять, что Сенджу-младший забыл на границе с Учиха. Не, Наруто предполагала, что только тупой не знал, что Тобирама являлся главным противником Учих и что он тут ищет. И обрывки монолога, когда его пламенная речь донеслась до ее слуха, объяснили его мотивы. Сенджу в одиночку пришел за головой Мадары, жаждая самоубиться во имя собственных убеждений. Нагло подслушав отдающий горьким привкусом отчаянья монолог, она поняла, что если не вмешается — быть беде. Тобирама очень целеустремленный и гордый, и изо всех сил добивался поставленной цели. В том, что он гений уже сейчас, сомневаться не приходилось, но этого недостаточно, чтобы расквитаться с Мадарой Учиха и целым кланом в одиночку. И тут-то Узумаки поняла, что что-то не то с ним — от задумки Тобирамы пахнуло откровенной глупостью. Либо же ей банально не хватает мозгов понять в этом плане великого замысла. И да, ей до сих пор невдомек, почему Второй отдал им такой кошмарный приказ — бросить свое время и спасать это. Бесчувственный скотина, но такой крутой! Восхищение и обида смешались в ней. Вот только, если сейчас она не вмешается, от крутости Тобирамы не останется и мокрого места. Мадара безжалостно спалит подозрительно неловкого Сенджу к чертовой Кагуе. Так, стоп! Наруто непонимающе моргнула, наблюдая как он, ранее сидящий в корнях дерева, пытается встать, но выходит из рук вон плохо. Сердце в груди взволнованно подпрыгнуло, заставив ее выскочить из укрытия и понестисть со всех ног к Тобираме на выручку. Приблизившись к нему ближе, она все поняла. Точнее, унюхала. Сенджу пьян. Глаза, помимо воли, полезли на лоб в крайней степени удивления. Тогда она не знала, что спустя десять минут их диалога между ними завяжется драка. Наруто искренне не хотела сражаться, но он не оставил ей выбора — пришлось осадить едва стоявшего на ногах кумира. Расенган ей в помощь. И вот, как раз тут и случилось то, что случилось. ТАКОГО она точно себе вообразить не могла. Кто ж знал, что ее дзюцу вскроет тайну Сенджу, как острый нож консервную банку? И пустит под откос вообще все. Ведь… этот ублюдок Саске вернул их в неправильную реальность! Другую, мать ее, реальность! Где… — Тобирама Сенджу — женщина… — то ли плакать, то ли смеяться — определиться невероятно сложно и по истечению часа. Поэтому она чередовала. То плакала, то смеялась, будучи в теплых объятиях не менее растерянной, Сенджу. У нее все еще была стадия глубокого шока. От полной истерики ее удерживали крепкие и теплые объятия Тобирамы и туманная поволокла на сознании, вызванная спиртным. — Угу, — положив ей подбородок на макушку, устало подтвердила в сотый раз сестра Хаширамы. — Настоящая, — Узумаки, все ещё не веря своим глазам, скользнула ладонью по бледной коже горла, не нащупав кадыка. Конечно, лезть в штаны, или искать на ощупь грудь было слишком грубо. — Настоящая, — монотонно подтвердила Сенджу. — Плохо, — удручённо расценила Наруто. Не долго она бегала от Саске. Придеться теперь самой его искать, и предъявлять ему, какой он козел, и что забросил их в неправильную реальность. Конечно, Наруто мало что понимала в хождении по мирам, как и Саске, который тоже в этом совершенно не бум-бум, но виноват был определенно Учиха! — Да, плохо, — несчастным тоном подтвердила Сенджу, сопроводив это все тягостным вздохом, и Наруто переключилась с собственных мыслей, на безрадостную собеседницу. От слов Тобирамы веяло болью и непониманием. — Ой, — вздрогнула Узумаки, когда поняла, как прозвучала ее реплика. — Я не это имела в виду! Погоди… ты скрывала свой пол… — Да, — подтвердила Сенджу, хотя вопроса и не прозвучало. Наруто просто размышляла вслух. — Почему? — Потому что так удобнее, — отозвалась та, тихо всхлипнув. А у Наруто мороз прошелся по коже, ведь у нее талант отлично чувствовать эмоции. И в этой короткой фразе скрывалась по-настоящему трагическая история, полная боли и обид. — Ладно, — притормозила Наруто, судорожно вздохнув. Свои замечания по поводу того, что это неправильно, она придержала при себе. Как и желание разузнать, что вынудило Тобираму скрывать свой пол. Чуяла она, что углубились она в эту тему, неожиданное единодушие, которое царило между ними в данную минуту, испарилось бы без следа. Вместо допроса и непрошеного сеанса разбора душевных травм, Наруто обняла Тобираму в ответ, поглаживая ту по острым лопаткам. Сенджу оказалась очень худенькой, когда полностью сняла раскуроченный ее Расенганом доспех. Высокой и тонкой, как стебель бамбука. — Тебя бросил твой Учиха? — внезапно поинтересовалась Сенджу, умудрившись сунуть ей под нос бутылку. Всего подтекста данного вопроса она не поняла. — Это я его бросила, — угрюму сообщила она. А ведь буквально час назад она испытывала радость по поводу того, что кинула этого мудака. — А ты чего? — Хаширама заключил мир с Учиха, — траурно вымолвила Тобирама. — Что? — изумилась Узумаки, вытаращив глаза и слегка отпрянув от Сенджу. — Невероятно… — Вот и я об этом, — и на лицо ее легли мрачные тени откровенного недовольства, а красные глаза вспыхнули гневом. — Но… Я не это имела ввиду! — Наруто подорвалась с места, как ужаленная и с осуждением посмотрела на грустную Тобираму. — А о чем? — Сенджу скосила взгляд в сторону, вжав голову в плечи и подтянув коленки к груди. — Ты. Боги! Зачем? Ну… — Наруто задумчиво хмурилась подбирая слова, не в силах адекватно высказать то, что думает на этот счёт. Да ещё и Тобираме. Хоть та и женщина, но черт, сильнейшая и гениальнейшая. Немного неловко отчитывать ее за то, что та хотела помешать планам Хаширамы, убив Мадару. — Ну Мадара же опасен! — Сенджу ее поняла, и поспешила оправдаться. — И ты не безобидный цветочек, — здраво рассудила Наруто. — А Хаширама? — Хаширама мой брат, не сравнивай их! — Все плохо, — констатировала Наруто, шлепнув себя ладонью по лицу. — Конечно все плохо! Ты Мадару видела? Это сейчас получается, что она предотвращала не самоубийство Тобирамы, путем попытки убийства Мадары, а спасала зародившийся мир между воюющими кланами? Вот это поворот! Этот день очень щедр на потрясения. — Видела, — и по мнению самой Наруто, тут у него есть все шансы, активировать инстинкт самосохранения у любого, кто косо посмотрит. Он уже по молодости не располагал, а отпугивал от себя людей. — Конечно, он тот ещё козел, но не безвозвратно. — Он убил стольких Сенджу! — возразила она, и красные глаза затянула пелена ненависти. — А вы Учиха! И уверена, у Хаширамы счётчик убитых красноглазых зашкаливает, — резонно заметила Наруто, на что ее собеседница недовольно поджала губы. — Ты похожа на Хашираму, — безрадостно подытожила Сенджу. — Такая же наивная идиотка. — Сама дура, — нахохлилась Узумаки. Хрупкое перемирие между ними грозило вот вот рухнуть. И с этим надо срочно что-то делать. Тобирама-девушка странно симпатизировала ей, и в то же время вызывала некоторые сложности. Мысли путались в виду того, что мысль о женщине-Тобирамы еще целиком и полностью не усвоилась. Сложно было сохранить атмосферу дружелюбия, нервничая, и при этому пытаясь поучать признанного гения. — Мадара точно готовит подлянку, пользуясь добротой моего брата, — настаивала на своем Сенджу, воинственно поднявшись на ноги. Готовая до последней капли крови отстаивать свое мнение. — Все-то ты знаешь! — нахмурилась Наруто от откровенной предвзятости. — Знаю, — гордо задрала подбородок Тобирама. И Наруто захотелось обреченно застонать. Твердолобее Учиха только Тобирама Сенджу и ее ненависть к этому клану. — Не знаешь! — уперла руки в бока Наруто, настаивая на своем. — Общение с одним Учиха, не делает тебя экспертом по целому клану! — огрызнулась недовольная Сенджу. — Да я знавала не одного Учиха. Просто они… Ну… Дураки. Вот, — развела она руками. — Если им не делать больно, они адекватные, — серьезно проговорила она. Каждый встреченный ею красноглазый мечтал ее убить, но в итоге, оказывался не конченым подонком. За исключением Саске, которого просто необходимо как следует пропесочить и заставить отказаться от мести. — Посмотрите-ка, нашлась тут правозащитница ублюдков, — ядовито плюнула Сенджу испепеляя Наруто взглядом. И Наруто прямо-таки услышала, как идиллия между ними рушится, осыпаясь битым стеклом под ноги. — Послушай сюда, — поддалась вперед рассерженная Узумаки, сжимая кулаки. — Я докажу тебе, что они не настолько конченные, — пообещала она, чувствуя, что переспорить Сенджу непосильная задача. — Как? — усмехнулась Сенджу, выражая откровенное недоверие. И Наруто осознала, что понятия не имеет, как отбелить репутацию, запятнанных кровью по самую макушку, Учих. Тут никакой хлорки не хватит, чтобы смыть их грехи. Да и Тобирама настолько… негативно настроена, что в любом плюсе увидит минус. Растерянно моргнув, она уставилась на нее, судорожно перебирая в голове мысли, пока та не высмеяла ее стремление и не ушла восвояси, продолжая лелеять ненависть к Учиха и мешать Хашираме строить мир. «Знаешь, было бы неплохо вам сходить в гости к Учиха, посидеть с Мадарой и Изуной за чашечкой чая, обсудить их степень ублюдочности, и потребовать с них обещание, что они будут белыми и пушистыми, и не прирежут в первую ночь мира глотки всем Сенджу.» — внезапно предложил Курама, подав признаки жизни. «Глупости какие. Такая посредственность не впечатлит ее» — отмахнулась Наруто от предложения Лиса, упуская из виду, что идея звучала смехотворно и издевательски. Серьезности в ней не было и грамма. — Ну же, — требовала Тобирама от нее немедленных доказательств. Все в ее позе и мимике сквозило скепсисом. — Подожди, я думаю, — Узумаки напряглась, но в голове присутствовала изумительная пустота. Ни одной идеи. Все мысли в панике разбежались, отказываясь участвовать в авантюре «докажи Тобираме, что Учиха безобидны». — И не придумаешь, — констатировала Сенджу. — Потому что они кровожадные убийцы, жаждущие силы и власти. — Ладно, — скрипнула зубами Наруто. Что ж. Терять нечего. И решила воспользоваться предложением Курамы. — Идём! — и протянула Тобираме руку. — Куда? — Сенджу же демонстративно сцепила на груди руки. — Покажу, что ты предвзята по отношению к ним, — улыбнулась Узумаки, чувствуя, как участилось сердцебиение. Это будет опасно, но увлекательно. «Ты серьезно?» — поразился Курама. «Да!» — Удиви меня, — Сенджу бесстрашно вложила свою ладонь в протянутую Наруто руку. «Я же пошутил!» — обреченно пробубнил девятихвостый. Но было поздно. Наруто уже воспользовалась Хирайшином, перенося себя и ничего не подозревающую Тобираму в логово Учих