Двойное попадание

Тобирама искренне не понимала, почему, что Наруто, что Саске, остро отреагировали на то, что у нее другой пол. Будто бы от это зависела судьба целого мира. Ну, если не утрировать, то судьба конкретных двух человек. Узумаки истерила, как и полагалось типичной девушке. Саске же, отрешённо смотрел в одну точку. При этом, выглядел он так, будто бы его по голове ударили и на него снизошло малоприятное озарение. Видимо, Тобирама-женщина – синоним к слову разочарование. И от этого стало так горько, что невольно слезы на глаза навернулись. И где же то самое пресловутое злорадство, что чудо-глаза Учих не смогли уличить ее во лжи? Оно бы пришлось кстати, перекрыв досаду. Ну уж нет! Плакать она не будет. Наруто и Саске ей никто, чтобы принимать их разочарование в ее принадлежности к женскому полу так близко к сердцу. Она предпочла перевести все внимание на еще одного свидетеля ее разоблачения. Изуна молча пялился ей на грудь, раскрыв рот. Стоило Саске отойти, как этому Учиха ничто не загораживало обзор. Что ж, наличие у нее груди стало достоянием общественности. Хоть общественность и являла собой всего-то три человека. Выживших после резни, предателей клана Учиха, она в счет не брала – понимала, что дышать им осталось не долго. Ей бы прикрыться, но в теле, после нежелательного, и слава богам, короткого, соседства с Зецу, поселилась ужасная слабость. Мышцы рук сковала такая тяжесть, что поднять их, сил не нашлось. А правая еще и пульсировала от боли. Так и пришлось, стоять, опираясь лопатками на дерево, усиленно делая вид, что ее не смущает собственное положение, скрывая бессилие. — Охренеть можно, — выражение удивления на лице Изуны могло стать монументальным – небольшой утешительный приз. Подобных эмоций, обычно у красноглазых не наблюдалось. Это было глубже, чем шок. Его настолько поразило это открытие, что он выглядел более чем растерянным. Скорее всего, его мир тоже перевернулся. Но за это она не испытывала смутной вины, как в случаях с Наруто и Саске. — Глазам не верю, — он несколько раз моргнул, всё ещё красными глазами, а потом протер их. На что она мрачно усмехнулась. — Столько лет не замечать этого… — огорчённо выдохнул Изуна и подошёл ближе. Злорадство всё ещё отсутствовало. Зато волнение и переживания зашкаливали. Тобирама отшатнулась бы, но некуда. Да и сил нет. Ее потрепало основательно. Этот паразит будто бы всю чакру из нее выкачал. И часть жизненных сил. Взявшись за края юкаты, он запахнул халат, завязав пояс. Пришло ее время удивляться. Подобная забота с его стороны, вызывала недоумение. — Ты женщина! Все это время… Внезапно Саске оттолкнул от неё опешившего Изуну, угрожающе нависнув над ней. — Займись пленными, — жёстко отчеканил этот Учиха, в глазах его, она увидела отблески безумия. Явно пытался остаться с ней один на один. И от подобной перспективы, ее замутило. Саске сейчас выглядел слишком свирепо. А она была слишком слаба. Инстинктивно, она схватилась за рукав Изуны, боясь, что тот послушается своего внекланового родственника и покинет ее. — Отвали от нее, — Изуну повернулся к нему лицом, загородив ее своей спиной. Впервые за все время, она испытала благодарность в его отношении. Ее злейший враг не такая уж и сволочь, каким она себе представляла. Скорее всего, внушала. — Отвалю, когда она ответит мне на пару вопросов, — Саске грубо оттолкнул Изуну, недвусмысленно намекая, что задать свои вопросы хочет наедине. Без свидетелей. Судорожно сглотнув, Тобирама набралась храбрости и отпустила зажатый в кулаке, рукав Изуны. Может, Саске и выглядел так, будто бы собирался ее на куски покрамсать, но она же Тобирама Сенджу – бравый воин. И то, что этот воин женщина, ничего не меняет. Особенно в ее жизни. Да и вопросы Саске ее не должны убить, просто нужно перестать так нервно реагировать. — Ладно, — нехотя произнес Изуна, и отправился к выжившим пленникам, то и дело настороженно косясь в их с Саске сторону. Тобирама, будучи под контролем Зецу, убила ровно половину. Сожалений на этот счёт она испытывала мало. Та черная тварь истину глаголила. Мадара так просто не дал бы им умереть. — Ты собиралась скрывать это всю свою жизнь? — спросил он ее таким тоном, будто бы от ее ответа зависела его жизнь. Может Учиха и выглядел грозным, но голос выдавал его с потрохами – ее тайна сильно задела его. Он чересчур сильно переживал за что-то. Каждый мускул его тела был напряжен. Натянутый до предела. Трещащий по швам. — Да. Столько, сколько бы это было бы возможно, — честно призналась она. Именно такой был план. Притворяться мужчиной, как можно дольше. Пока не померла бы. — В идеале, унесла бы эту тайну с собой в могилу. — Надеюсь, это тебе, как раз таки и удалось, — странно выразился Учиха, слегка расслабившись. — Я не мог ошибиться, — продолжал нести какую-то ахинию Саске. Звучало так, будто бы он себя убеждал в чем-то. Сенджу смело смотрела на него, в ожидании следующих вопросов, но их не последовало. Саске просто стоял возле, вперив задумчивый взгляд ей в лицо. Будто бы решал сложную математическую задачу в уме, в которой она была важной переменной. — Кстати, о вопросах, — быстро прокрутив в голове происшествие с Зецу и его изречения про Индру и Ашуру, и их реинкарнации… Взгляд Учихи стал более осмысленным. А вид менее раздраженным. И у нее в голове все более менее начало устаканиваться, стоило переосмыслить произошедшее. Зецу болтун. И вывалил не только ее секреты, но и что-то, что касалось Саске и Наруто. А ещё Мадары и Хаширамы. Что касалось ее брата, закономерно волновало и ее саму. — Как понимать его слова о реинкарнации Индры и Ашуры? — начала она издалека. — Тебя это не касается, — холодно отчеканил Саске, намереваясь уйти. Изуна преградил ему путь. — Нет, нас это касается! Он ясно дал понять, что речь шла о Мадаре и Хашираме. Все что касается их, касается и нас. И вы, как-то тоже в этом замешаны, а значит, и знаете больше, раз охотитесь за Зецу, — Изуна встал чуть ли не нос к носу с Саске. Учиха усмехнулся. — Зецу не самая большая ваша проблема, — пространно заключил Саске, опасно сузив глаза. Тобираме не понравилось, на что намекал Саске. — Передайте Узумаки, чтобы и шагу не ступала за пределы клана Учиха, — процедил Учиха, и после растворился в воздухе. — Дурак. Она теперь на веки вечные останется там. На кладбище, — конечно, Саске этого не мог слышать, но Изуна все равно озвучил это. Тобирама тяжело вздохнула, устало прикрыв глаза. — Стадия отрицания, — тяжело вздохнула Тобирама. По всем параметрам – Саске Учиха не мог принять за правду то, что Наруто умерла, ну или еще при смерти. Но то, что шансов на спасение у нее нет – суровая правда. От которой становилось тошно. И то, что Саске сейчас сбежал, доказывало то, что он трус, который не мог посмотреть в глаза жестокой правде. Узумаки, вроде бы, нормальная. Была. Если закрыть глаза на то, что в ее голове водились не самые светлые идеи. И в любом случае, достойна большего, чем этот Учиха. — Сочувствую ему. Потерять свою возлюбленную, да еще и беременную. Наверное, он ушел, чтобы мы не видели, как он убивается от горя, — предположил Изуна. — А еще, он мастерски перевел тему и оставил нас без ответов, — скривилась Сенджу, испытав раздражение. Не любила она, когда вопросы множатся, а ответов так и нет. Разбираться, кто такой Зецу и что он замышляет, она собиралась как-нибудь потом. Пришлось отложить из-за грянувшего перемирия, которое ее так возмутило. А череда событий, последовавшая после, и вовсе заставила забыть об этом. До этой минуты. Теперь же, она уверилась, что необходимо докопаться до истины, потому что от нее, каким-то образом, зависит жизнь брата. — Сволочь, — зло выплюнул Изуна. — Не нравится он мне. Сенджу согласно кивнула. Он ей тоже не нравится. По многим причинам. Хорошего в нем только – наличие Риннегана, который вызывает в ней благоговейный трепет и желание изучить и понять это легендарное додзюцу. Шаринган и Бьякуган на его фоне меркнут. — Ты как? Идти сможешь? — он окинул ее пристальным взглядом. — Да, смогу, — с трудом она отлипла от дерева, служащего ей опорой. — Рука как? — ткнул он пальцем, в пропитанный кровью рукав. В глазах его, плескалось едва заметное беспокойство. — Жить буду. Хаширама залатает так, что и шрама не останется, — вяло улыбнулась она. — Возвращаемся, — прогнав по телу чакру, и почувствовав себя капельку лучше, Тобирама приготовилась двинуться в путь. — К утру должны вернуться, — бегло глянув на пленников, а следом и на темнеющее небо, прикинул Изуна. — Вот Мадара удивится, когда узнает, что ты женщина, — засмеялся Учиха, заставив ее злорадно предвкушать собственное разоблачение. Эго Учихи Мадары ждет удар ниже пояса. Только, вернувшись в клан Учих, удар ждал ее - Наруто Узумаки была цела и невредима. Само собой и Изуну, который во всеуслышание похоронил Узумаки, стоило ему услышать, что шансов на спасение нет. Но вот она, полная энергии активно крутилась вокруг Хаширамы, что-то у того расспрашивая.