Двойное попадание

— Я победил! — Хаширама сиял, махая Тобираме холщовым мешочком. В ответ Сенджу неодобрительно покачала головой. В жесте чувствовалась некая вселенская усталость. Видимо, сестра не одобряла те методы, какими зарабатывал брат. А вот у Наруто звон монет вызвал острый приступ зависти. Она хотела денег. Как минимум для того, чтобы выбраться в Танзаку. Рамен! Она изголодалась по лапше из Ичираку. О любимом кафе стоило забыть и подобрать замену, но сердце навечно принадлежало рамену из той лапшичной. Да и рамену в целом. Любовь к нему не искоренить никакими временными скачками. Тоска по любимому разбивала сердце. Резко стало грустно. Желудок жалобно заурчал, протестуя против опостылевшей похлебки по рецепту “сварено из того, что под рукой”. Питаться подобным на протяжение, почти что, пары лет, наскучило. А последний изысканный ужин, на который она напросилась к Мадаре, ради демонстрации Тобираме, что Учиха не демоны во плоти, оказался настолько вкусным, что это ее чуть не убило. Наруто перевела взгляд на сидящую рядом Сенджу, прикидывая, чем можно соблазнить ту, чтобы она, не задумываясь, обменяла миску рамена на нужную информацию. Идея прогулки до Танзаку мгновенно разобьётся о неприступную стену из двух Учих. Саске, как обычно, видно не было. Он, словно тень, следовал за ней по пятам, не считая нужным взаимодействовать какими-либо образом с Основателями. Мадара сидел возле Хаширамы с ничего не выражающим лицом, а вот Изуна волком поглядывал на главу клана Сенджу, из-за плеча старшего брата. Судя по всему, деньги, побрякивающие в мешочке - его. Губы сами собой расплылись в злорадной ухмылке. Почувствовав ее взгляд, Изуна перехватил его. Челюсти его напряглись от того, с какой силой стиснул зубы, в глазах заплясали багровые блики и ее окатила невербальная волна злости, смешанной с презрением в равных пропорциях. Открытая враждебность этого засранца раздражала. Наруто подавила желание выплеснуть в его недовольную рожу остывающую похлебку. Нечего едой, хоть скудной и порядком надоевшей, разбрасываться. Но раздражение, вызванное им, осело тяжелым и колючим осадком на душе. Боги! Как ее все достало! Кажется, в ее воображении начал тикать таймер, отсчитывающий секунды до взрыва. Нет, это не воображение - это лис, пользуясь их окрепшей связью, подначивал. “Избавься от Учих” — нашептывал биджу, правильно определив источник плохого настроения. Участвовать в строительстве Конохи - здорово. Но не настолько, чтобы это смогло полностью занять все мысли. Гребанные Учиха облепили со всех сторон, как мухи варенье, поедая нервы. Давление, которое они всем скопом оказывали, мешало расслабиться и хотя бы мало мальски порадоваться жизни. Курама прав. Пора избавится от двух лишних Учих - Мадары и, идущим к нему комплектом, Изуны. — Мы пойдем искать Шукаку, — Наруто нарушила воцарившуюся за трапезой тишину. — Никуда вы не пойдете, — тут же ощетинился Изуна. — Не тебе решать, — рука дрогнула от желания все-таки умыть лицо зазнавшегося Учихи, овощным супом. — И точно не тебе, — засиял самодовольством Изуна, скосив взгляд на Мадару, намекая ей, кто тут главный. — Хорошо, — тут же сдалась, но не сдалась Наруто, отставляя миску с похлебкой в сторону, пока у нее нечаянно рука не дрогнула. — Мне же так нравится быть привязанной к Мадаре, — для пущего эффекта, Наруто максимально быстро преодолела расстояние, что разделяло ее и Мадару. Просунув руку тому под локоть, привалилась к боку, пытаясь изобразить что-то среднее между счастьем и наслаждением. Удивительно, что Учиха в принципе позволил провернуть подобный финт и все еще не оттолкнул. Вместо него, негодование активно выражал Изуна. Тобирама смерила ее нечитаемым взглядом, поджав губы. Строгая и серьезная Сенджу явно посчитала это ребячеством, не достойным внимания, и с невозмутимым видом продолжила есть. — Так это же здорово! — Хаширама видимо не заметил, как Наруто переигрывает. По взгляду Мадары, обращенному к другу, можно прочесть “идиот”. Наруто сдавленно хихикнула. — Настолько нравится, что однажды дойдет до того, что я войду в клан Учиха, — Наруто уже почти что, чуть ли не обнимала Мадару, демонстрируя серьезность своих слов. — Как тебе такое? Жена главы клана, деверь, — расплылась в лисьей улыбке она, прожигая Изуну взглядом. — Бред, — презрительно фыркнул Изуна, скрестив на груди руки. — Брысь, — процедил сквозь плотно сжатые зубы Мадара, подав признаки жизни. Наруто резко вспомнила о том, что Учиха вполне себе живой человек, а не каменное изваяние, каким пытается казаться большую часть времени. Особенно это ощущалось кожей - почувствовала, как под ее ладонями напряглись мускулы. И нервами - по ним мазнула чужая жажда убийства. Наруто плевать хотела на то, что Мадаре может быть некомфортно. Не хочет с ней добровольно сотрудничать, и осадить своего наглого бартца, то это сделает она, любым доступным способом. — Почему бред? Знаешь, как оно бывает - от ненависти до любви - один шаг! — философски изрекла она, заезженную в романах Джираи фразочку. — Это сейчас мы не рады тому, что нас так крепко связало. Но время быстро расставит все на свои места. Пройдет год или два, и мы притремся. Привыкнем. Начнем смотреть друг на друга не через призму негатива. Достигнем единодушия. Проникнимся симпатией. А там и до любви недалеко. — Ты себя-то видела? — едко поинтересовался Изуна, проигнорировав предупреждение Мадары. — Да, — кивнула она. — Я красотка, так что, может не год и не два, а меньше. Мадара же мужчина, — и Наруто, обворожительно улыбнувшись и мило хлопнув ресницами, прижалась грудью к упомянутому мужчине. Если верить книжкам крестного, то подобные жесты, сюжеты, впрочем, тоже, как раз присущи коварным соблазнительницам. Все же, пригодились ей знания “Приди-приди рай”, не зря она перебарывая себя, читала эту пошлятину. Оставалось надеяться, что она сумела произвести эффект роковой искусительницы, а не макаки в брачный период. — К-ха — Хаширама закашлялся, и Наруто кинула на него беглый взгляд. Сенджу, щеки которого слегка покраснели, прислонив кулак ко рту, пытался скрыть веселую ухмылку, но глаза выдавали его с потрохами. Возможно, Наруто перегнула палку, раз Сенджу засмущался с ее двусмысленного “Мадара же мужчина”. Удивительно, как ей самой еще щеки не печет. Наверное, кипящая в венах злость спасала от мгновенных последствий своих необдуманных поступков. — Самоуверенности тебе не занимать, — покачал головой Изуна, отрицая привлекательность Наруто. — Убери от него свои лапы, чудовище, — и тут он вдруг бросился вперед и схватил за запястья, пытаясь вывернуть. — Отвали, — зашипела рассерженной кошкой Наруто, навалившись на Мадару еще сильнее - Изуна вынудил. — Я все еще здесь, — Мадара не сказал, Мадара прорычал. И от угрозы в его голосе, по спине пробежал холодок. В конце-концов, он оказался меж двух огней. При помощи него, Наруто провоцировала Изуну. — Тебе просто нужно было согласиться пойти со мной к Шукаку, а не давать гавкать твоему братцу! — возмущенно пробубнила Наруто ему в ключицу. — Да ты… — гнев перекрыл младшему Учиха кислород. Чужие пальцы болезненно впились в руки. Силы он не жалел. — Чё это я? — Наруто продолжало нести, несмотря на загустевшую в воздухе опасность. — Это ты ведешь себя, как собака. Сторожевая дворняга. Крутишься вокруг Мадары, зад ему чуть ли не лижешь, и гавкаешь, стоит мне приблизиться. — Изуна, пошли, — нервно улыбаясь, Хаширама схватил младшего брата друга за ворот и настойчиво стал оттаскивать в сторону. — Мы тут лишние, — взгляд Сенджу скользнул вниз, куда-то в район талии. Там и задержался, приобретая какой-то потаенный смысл. И тут Наруто почувствовала крепкие ладони на своем теле. Они сжимали с силой, но бережно, удерживая на месте. Если бы не они, наверняка, она бы уже плашмя растянулась у Мадары на коленях. А может, Изуна довольно успешно стащил бы ее с него. Изуна тоже проследил за взглядом Хаширамы. Сначала на его лице отразилось непонимание. Следом - неприятие. — Уходи, — скомандовал Мадара тоном, не терпящим возражений. — Мадара, — столько чувств смешалось в произнесенном имени. Наруто смогла вычеленить только боль и разочарование. Изуна поник, разом потеряв весь пыл. Руки безвольно упали, и кровь, почувствовав свободу, начала циркулировать, в уже затекших, конечностях. Посмотрев на брата, как на предателя, а на нее, как на разлучницу, поплелся вслед за, чуть ли не бегущим, Хаширамой. Наруто тут же убрала руки, перестав обнимать Учиха ради этого цирка. И попыталась отстранится, блаженно выдыхая. Победа. Мадара не дал. Ни отодвинуться, ни насладиться победой. Хренов обломщик! — Отпусти, — устало попросила Наруто. Еще одного раунда в словесных баталиях против более сильного Учиха, она не выдержит. Голова начинала гудеть. Накатывало понимание происходящего и предчувствие разбора полетов. Весь его вид кричал о том, что придется несладко. Свою злость он безжалостно сорвет на ней. Вон как покраснел, бедный. Еще чуть-чуть, и пар из ушей повалит. А взгляд… Утонуть можно в непроглядной бездне, где бушевала буря. Интересно, если притвориться полудохлой, он оставит это на потом? Попытка, не пытка. Изображая слабость, Наруто, картинно охнув, обмякла в чужих руках. — Голова болит, — и коснулась своего лба тыльной стороной ладони, съехав по его боку, и запрокинув голову Мадаре на плечо. — Это у меня, от вашей грызни, голова болит, — строго произнес Мадара, продолжая источать ки, и являть собой каменное изваяние - настолько сильно у него были напряжены мышцы. — Я не виновата, скажи спасибо братцу, — промямлила Узумаки, все еще пытаясь притворяться смертельно уставшей. Его пальцы сильнее впились в бока, показывая, что не прокатит скинуть всю вину на Изуну. Она едва сумела взять под контроль ту волну дрожи, что спровоцировала его ощутимая физически реакция. — Ладно, виновата, — перестав валять дурака, Наруто выпрямилась. — А теперь отпусти и поговорим, как взрослые. Напряжение, которое испытывал Мадара, передалось и ей, проникнув под кожу в тех местах, где он прикасался. — Давай, поговорим, как взрослые, — и сердце глухо ухнуло, когда лопатки врезались в твердую грудь. Руки, что обвивали за талию, сжали, подобно тискам, прижимая плотнее. Наруто застыла, когда как внутренне, все как с ума посходило. — Что ты имела ввиду, зарекаясь про любовь-ненависть? — голос, над самым ухом, заставил ожить мурашки. — И когда говорила о своей привлекательности и моей принадлежности к мужскому полу? — спокойно напомнил Учиха, ткнувшись носом в яремную впадинку. От горячего дыхания, щекочущего кожу шеи, сперло дыхание. Смысл озвученных им слов осел камнем в животе и паникой в голове. Доигралась, Наруто? В отличие от нее, Мадара умел манипулировать. Сейчас он мастерски обернул против нее все, что ранее вылетело изо рта. Это Изуна, дурак, повелся на глупую и лживую провокацию. Да никогда! Ни в жизнь! — Да я лучше со змеей… — едва выдавила из себя Наруто. Тут же представив, как змея скользит по коже, оплетая кольцами шею, шипит, высовывая раздвоенный язык… Ее передернуло от отвращения, с примесью ужаса. На смену страшной фантазии, ожило то, о чем вспоминать совсем не хотелось. Но внутренний голос предательски оповестил, что лучше Мадара, чем змея и подсунул неоспоримые доказательства: горячее дыхание, согревающее каждую клеточку тела; крепкие, но нежные объятия; цепочка ласковых прикосновений губами к коже, проложенная от шеи ко рту, чтобы завершить путь жадным, ненасытным поцелуем. И все это сопровождалось волнами наслаждения, в котором растворялось сознание. Сон. Всего лишь страшный сон, вопреки желанию, отпечатавшийся в подкорке настолько ярко и отчетливо, будто бы все происходило на самом деле. Но такой ли уж и страшный? Сумбур мыслей заставил выпасть из реальности, в поисках ответа. Из хаотичного потока выдернул странный импульс, очень близкий по ощущению, с ударом молнии. Широко распахнув глаза, она уставилась вдаль, но сама сконцентрировалась на ощущениях. Ох, как ей не нравилось, как горит кожа там, где секундой ранее склонялся Мадара. — Этого не случится, — просипела Узумаки, решив, что пора ставить точку в этом эпизоде. Прочистив горло, чтобы голос набрал прежнюю силу, продолжила: — потому что мы отправимся к Шукаку, чтобы он снял печать. Я уговорю его. Мадара скептически хмыкнул. Наруто обиженно надулась. — С Шукаку буду говорить я, — твердо произнес Мадара. Наруто облегченно выдохнула и спорить не стала. Как они найдут однохвостого, она тут же возьмет инициативу в свои руки. Сейчас об этом ему знать не обязательно, а то они зависнут тут до самого вечера, погрязнув в бесполезных спорах. — В ближайшее время я улажу все в клане, и мы отправимся, — пообещал Мадара, и расцепил руки. Неужели все кончилось? Узумаки тут же подскочила с его колен, как ужаленная, но ее тут же повело в сторону - перед глазами потемнело от стремительной резкости, с которой норовила сбежать. Сильные руки не дали завалиться, вновь обняв за талию. Слишком много близости. В глазах прояснилось. Мадара пристально смотрел на нее сверху вниз, и взгляд темных глаз, как намагниченный, застыл на губах, вновь заставив более-менее пришедшее в равновесие сердце, сойти с ума. Наруто на автомате облизнула вмиг пересохшие губы. У Учиха нервно дрогнул кадык. Запахло жареным. Опасность! Отдаленный вой Курамы призывал к действию. Нужно взять, оттолкнуть. А лучше врезать поддых, или коленом промеж ног. Но напряжение сковало мускулы, ноги и руки ощущались чужими. Ее хватило только на то, чтобы удивленно выдохнуть, когда он не сильно, и даже почти нежно, сжал подбородок, заставив слегка запрокинуть голову. Большой палец легким касанием мазнул по нижней губе, кажется, задев все нервы разом. Все мысли покинули голову - кроме одной - он сейчас ее поцелует. Кровь застыла в жилах. Необъяснимое предвкушение захлестнуло с головой, намертво приковав к одному месту. Даже сердце замерло. Мадара медленно и неотвратимо наклонялся. Первым ее губ коснулось горячее и влажное дыхание. Повезло же ему, дышать может, а она, от волнения, забыла, как делать вдохи и выдохи. Если он будет тянуть, она задохнется, и ей не поцелуй потребуется, а искусственное дыхание. Наруто прикрыла глаза, не в силах больше выносить издевательскую неспешность Учихи. Вот бы взял, как в прошлый раз, побыстрому бы прижался своими чертовыми губами к ее, не мучая ожиданием. — Этого не случится, потому что я не позволю этому произойти, — жарко прошептал ей в самые губы Мадара, задевая ее. — И ты не настолько привлекательна, чтобы бросаться в омут с головой. Наруто широко распахнула глаза. Смысл сказанных им слов медленно доходил до нее, разбив возникшее между ними хрупкое волшебство момента. Осколки больно впились в протрезвевшее сознание. Мадара с мрачным наслаждением наблюдал, как туман в ее глазах сменяется на понимание, какая она дура. Усмехнувшись, он отстранился, и довольный собой, пошел прочь. — Мудак! — завопила оскорбленная и униженная Наруто во всю глотку, чтобы он точно услышал. Последнее слово он вновь оставил за собой. Мастер манипуляций. И она, идиотка, поддалась. Растеклась, как фруктовый лед на солнце, и ради чего? Чтобы ее так жестко кинули? Наруто хотелось волосы на голове рвать, а заодно, от запоздалого стыда, под землю провалиться. Закрыв пылающие лицо ладонями, она проклинала себя и Мадару. И вообще, что происходит? Ее всегда кидало из крайности в крайность, но сейчас откровенный перебор. Интерес? Будет ли его поцелуй таким же головокружительным, как в том страшном сне? Проверка реакци? Рефлексов? Чувств? Да тут и проверять нечего, целоваться с Учиха отвратительно! Ведь отвратительно? Но тоненький голосок внутри, несмело заявлял, что ничего мерзкого в этом нет, и даже наоборот, может быть приятно. Уверенность в этом пошатнулась. Непонятно! Ничего не понятно. И это сводило с ума. Пока в голову не пришла самая идиотская идея, какая только могла ей прийти. Нежели мучиться от неизвестности, лучше проверить. Хочет она этого, или нет. Это нужно! Она не успела принять решения, как ноги уже несли ее вперед, к цели.