20. Sacrifices
20 октября 2023 г., 17:16
Парень в панике оглядывается по сторонам, когда один из людей Тэхёна снимает с его головы мешок. Они находятся в одной из тех комнат пыток, из которой ни одна жертва ещё не выходила живой. Животный ужас накатывает волной, альфа беспокойно ищет в памяти в какой момент, и в чём именно он спалился.
По щекам бедняги начинают течь безудержные слёзы, а всё тело дрожит, словно осиновый лист — безумно боится, а от одного представления встречи с господином Кимом хотелось прикусить язык и покончить с собой.
― И о чём ты только думал, когда решился предать хозяина, Хван, ― с неким сожалением в глубине глаз произносит Сану, видя, как вздрагивает упомянутый, когда сразу же после его слов входит Ким.
С того дня, как омега главы мафии покинул его, никаких внешних изменений в нём никто не видел, разве что взгляд стал намного безразличнее и темнее.
Окружающие ничего такого не замечают. Вот только людям, которым приходится каждый день с ним контактировать, становится до боли ощутимо то, как человек, для которого совершенно не имела значение жизнь людей, который мог без разбору уничтожить сотни подчинённых и рабов только из-за плохого настроения или из-за малейшего промаха, стал более сдержанным в отношении убийств.
― Г-господин, прошу Вас, выслушайте! Это какая-то ошибка, ― напугано тараторит Хван, подползая к хозяйским ногам.
Ким без слов протягивает руку одному из альф, на что тот сразу отдаёт толстый, железный прут. Не было ни сил, ни настроения выслушивать чужие оправдания и мольбы, поэтому он немедля наносит мощный удар по чужим рёбрам, заставив каждого из присутствующих чётко услышать их хруст.
Парень больно плюётся кровью и сгибается пополам от мучительных ощущений. Тэхён наносит ещё один не менее тяжёлый удар по спине раздрабливая кости таза к чертям, отчего альфа не сдерживается от душераздирающего вопля, чуть не оборвав под напором голосовые связки.
― Пустите меня! ― за их спиной проносится яростный крик одного из людей Кима, на что сам Тэхён даже не реагирует, не удостоив вниманием до тех пор, пока этот альфа не прибегает и не падает перед ним на колени, ― Умоляю, не трогайте его, убейте лучше меня.
― Не надо, Минхо… ― хрипя и еле двигая губами, останавливает Хван.
― Тебя зовут Минхо? ― заиграв желваками на лице, подаёт голос Ким, на что тот взволнованно кивает, ― И ты готов принять всю боль за него?
― Да, я готов! ― несмотря на то, что у самого все конечности дрожат, а из глаз нескончаемо льются слёзы, он произносит это с уверенностью и чёткостью.
Тэхён окидывает парня безразличным взглядом, и не успевает никто и глазом моргнуть, как Ким простреливает чужую голову, заставив тёплой крови брызнуть на лицо Хвана, который округляет глаза от шока, после чего несколько секунд в прострации наблюдает, как глаза любимого человека покидает жизнь, пока Ким внимательно наблюдает за каждой его сменяющейся эмоцией, начиная от шока, заканчивая нечеловеческим криком, в то время как в глазах вселенская боль, словно лезвием сердце пронзает.
Когда-то Тэхён уже видел подобное с Воншиком, но в то время даже близко не мог понять его чувства, почему свет в его глазах так резко пропал, почему он рыдал и плакал так, будто ему что-то сломали.
Но сейчас точно такая же ситуация вызывает в нём намного отличающиеся от прежнего эмоции. Нет больше того отвращения вперемешку с наслаждением, лишь больная истина, которая пощёчиной показывает, как бы выглядел сам Ким, если бы тогда опоздал хотя бы на минуту.
Дольше пяти минут слышать рыдания и мольбы убить его не получается, поэтому Тэхён холодно отправляет Хвана следом за любимым и под удивлённые взгляды своих людей, которые впервые видят, чтобы хозяин так просто позволил предателю умереть, покидает помещение. Настроение стало ещё паршивее, чем было.
― Господин, ― с этими словами каждый из его подчинённых опускает голову в знак уважения, после чего продолжают свою работу, а Югем несколькими большими шагами нагоняет остановившегося Кима, ― Крыса что-то сказала о логове Минхо? ― пока он это говорит, к ним подходит и Сану.
― Нет, забудьте о нём, ― нахмурившись, отвечает, отчего те в недоумении переглядываются, ― Планы переменились, он нам не ровня.
― Но что если то нападение повторится, и он продолжит взрывать наши склады?!
― В таком случае я отниму у него всё, ― с ноткой злости решительно говорит Ким, ― Кроме жизни, ― с этими словами альфа направляется в сторону своего авто, дверь которого приоткрывает работник, почтенно опуская голову.
― Не нравится мне всё это… ― чуть поджимает губы Ю, следя за удаляющейся спиной хозяина, на что Югем кивает.
Тэхён выезжает за пределы своей территории. Солнце уже медленно скрывалось за горизонтом, а лобовое стекло постепенно покрывалось небольшими каплями октябрьского дождя. Альфа, тяжело дыша, сжимает в руках кожаный руль, перед глазами то и дело всплывают картины рыдающего Хвана и его сломленного взгляда, когда он потерял любимого.
Если он убьёт Минхо, лисичка тоже будет себя так чувствовать?
Этот вопрос преследует его, выводя из себя и заставляя сходить с ума. Чем больше альфа думает об этом, тем сильнее хочется пустить себе пулю в висок, и от этого взгляд то и дело падает на бардачок, в котором он всегда хранит запасное оружие.
Собственные глаза хотелось вырвать от того, что снова на глазах появляются картины плачущего над трупом его врага Чонгука. Это было настолько реалистично, что он больше не видит дорогу, лишь сумасшедшая галлюцинация плывёт перед взором. Лишь успев сморгнуть эти видения, ему удаётся вернуться в реальность, в которой с оглушающим сигналом его чуть не переезжает грузовик.
Устроив громкую суматоху, он еле успевает остановить машину. Мужчина опускает голову на руль, плечи крупно подрагивают, а на губах застывает безумная улыбка. Ким хрипло смеётся, пока глаза нервно бегают по рукам. Он не понимает, что происходит, почему не удаётся остановиться?
Постепенно смех переходит в слёзы, мужчина прикрывает рукой лицо и плачет, никак не прекращая, каждый день, каждый час и минуту. Тэхён невероятно устал. Устал чувствовать эту пустоту и в то же время до краёв переполняющие его эмоции. Джин говорил, что со временем станет легче, но почему всё выходит ровно наоборот?
С каждым днём он всё больше и больше скучает, думает и вспоминает. Он думал, что, нагружая себя работой до отвалу, он сможет отвлечься, но что делать, если лисичка ему не только во снах, но теперь и в жизни мерещится? Как жить дальше?
К тому времени, как альфе удаётся хоть немного успокоиться, всё покрывается тьмой, а на месте солнца появляется луна. Достав свои любимые сигареты с привкусом черники, Ким закуривает одну и заводит машину.
Под глазами образовались большие чёрные круги, которые он только подкрепляет очередной бессонной ночью. Он, как всегда, включает любимую песню Чонгука «Je Te Laisserai Des Mots» и едет в сторону места, где в последнее время проводит свои ночи.
Тэхён паркуется у высокого здания прямо напротив балкона третьего этажа, в помещении которого горит свет, и достаёт из бардачка бутылку дорогого виски вместе со стаканом. Откинувшись на спинку кресла, он тушит уже шестую по счёту сигарету и делает большой глоток терпкого напитка, который приятной теплотой протекает по горлу.
Адрес этого места ему дал Джин, когда в очередной раз пытался привести накаченного наркотой и алкоголем Кима в себя, это было единственное место, где альфе удавалось чувствовать хоть какое-то успокоение, ощущая, что он хоть немного, но рядом с лисичкой.
***
Холодный пол под ногами заставляет покрыться гусиной кожей, но вместе с тем Чонгука словно жар берёт. Ощущение, что не только дыхание, но и сердце замирает в этот момент. Он открывает глаза и первое, что видит — это две полосочки. С ужасом откинув тест на беременность, омега падает на колени, из глаз невольно хлыщут слёзы, а в горле комом застревает крик. Дрожа всем телом и конечностями, Чон ставит руку на немного выпуклый живот. За последний месяц, что он провёл в доме кузена, у него был настолько хороший аппетит, что он за один присест мог слопать десятки тарелок еды. Чимин же на это утверждал, что это происходит из-за стресса, и этим же оправдывал его быструю утомляемость. ― Гук-и, ты там закончил? Я могу войти? ― стучится в дверь ванной Пак, затем, не дождавшись ответа, входит. Глаза Чимина расширяются, он следом садится на корточки и непонимающе кладет руку на чужое плечо, пока взглядом не натыкается на тест на полу с двумя полосками. Всё встаёт на свои места. Пак обнимает друга, передавая всю свою любовь и поддержку. От теплоты чужого тела омега начинает ещё сильнее плакать, лицом прижимаясь к груди друга и тихо поскуливая. За что ему всё это? ― Прости, мы не могли рассказать тебе, ― с сожалением шепчет, ― В тот день у тебя чуть не случился выкидыш, врачи с трудом смогли сохранить жизнь ребёнка… ― З-зачем… ― дрожащим голосом произносит Чон, на что парень замирает, ― Зачем было спасать его? Это плод ненависти, а не любви, ― без злобы говорит, а у самого грудь со всей силы сжимается. ― Ты на втором месяце беременности, в тот момент вы ещё не были в ссоре, ― взволнованно тараторит Пак, ужаснувшись от слов друга. Но даже так легче не становится. Над душой тяжёлый груз возвышается, в памяти ищет момент, когда они допустили такую оплошность.flashback
Омега опустошает ещё одну бутылку вкуснейшего и, очевидно, очень дорого вина. Перед глазами немного плывёт, а во всём теле ощущается долгожданная расслабленность. Всю боль и подавленность словно рукой снимает, вот почему он так любит алкоголь. На губах расплывается пьяная улыбка, когда он замечает Кима в дверном проёме. Тот хмурится, но, похоже, не злится из-за того, что Чонгук навёл такой беспорядок в его баре. Альфа садится рядом на кожаный диван и открывает новую бутылку, но уже виски, добавляет в стакан пару кубиков льда и разливает крепкий ароматный напиток. ― Мне стало намного легче… ― опустив голову на чужое плечо, произносит омега, ― Почему не рассказывал, что у тебя такая сокровищница в доме спрятана? ― тихо хихикает младший. ― Ты слишком много выпил, ― залпом опустошает стакан, ― Впредь не входи сюда без разрешения. Чонгук негромко хмыкает, выпятив нижнюю губу, и быстро перемещается с места, садясь на чужие колени. Он обхватывает крепкую шею руками и покрывает невесомыми поцелуями его лицо, Ким же в свою очередь кладёт ладонь на его спину и притягивает ближе, чтобы безудержно впиться поцелуем. ― Мне запрещаешь, но сам, очевидно, выпил не меньше, ― шепчет в чужие губы, оборвав поцелуй. В действительности Тэхён и вправду сегодня был пьян в стельку, просто мог более-менее контролировать себя. И всё из-за долбанных ублюдков, которые взбесили его своим глупым поведением, он не хотел срываться на омеге, поэтому предпочёл выпить в клубе и дождаться, пока тот уснёт. Тёплая ладонь мужчины приятно проскальзывает под футболку и поглаживает нежную кожу, заставляя крупные мурашки пробежаться по податливому на ласки телу…end of flashback
― Чонгук? Омега сильно вздрагивает, когда Чимину наконец удаётся до него достучаться. В груди словно кровь разливается от осознания. Из-за их глупой неосторожности теперь на свет придёт никому ненужный ребёнок, без отца и с папой, который каждый раз, смотря на него, будет видеть свою болезненную любовь. Он не хочет такой судьбы для малыша. В голове всплывают картинки того самого сна, где он на руках держал малышку и виделся с Тэхёном. По спине холод проходится, ведь само подсознание давало ему намёки на такой расклад. ― Я… ― голос обрывается, ибо каждая буква словно лезвием царапает, ― Собираюсь сделать аборт. Пак кусает нижнюю губу, не находя ничего, чем можно было бы ответить на подобное заявление, поэтому он молча снова обнимает друга, без слов давая понять, что поддержит любое его решение, а Чонгук продолжает лить слёзы. Слишком обидно, слишком больно. ― Уже довольно поздно, Гук-и, ― спустя пятнадцать минут тихо произносит Пак, ― Ты ещё не до конца поправился, поэтому иди спать. Да и за мной скоро Хосок приедет. В ответ омега несильно кивает и с его помощью поднимается на ноги. За последний месяц он каждый день спит в одиночестве, ибо у Минхо много работы, но от этого ему было ни жарко ни холодно, наоборот, это давало ему какое-то чувство безопасности и спокойствия. Больше всего пугало то, что Кан начнет давить на него или лезть с поцелуями. Накинув на себя тёплый плед, Чонгук решает проветриться перед сном и выходит на балкон. На улице довольно прохладно из-за недавнего дождя, но вместе с тем безумно красиво, не говоря уже о запахе мокрого асфальта. Серебряная луна величественно возвышается на небе, а вокруг ярко мерцают звёзды. Парень зачарованно любуется красотой, невольно думая, что хотелось бы сейчас разделить этот момент с Тэхёном, отчего в груди больно колет.flashback
Омега уже который час беспокойно ворочается в постели, сверля потолок уставшим взглядом. Сегодня был очень тяжёлый день, профессора из него все соки выжали, так ещё и встреча с его общими с Чимином друзьями из школы. Но, чёрт, тогда почему ему до сих пор не удаётся даже на минуту глаз сомкнуть? Ему известно, почему. Да только признаться в этом себе было очень тяжело, ведь таким образом он противоречит своим принципам и убеждениям, ибо не мог он влюбиться в человека, с которым знаком от силы два месяца! Чон тяжело стонет и, не удержавшись, хватает подушку Тэхёна, после чего прижимает к лицу, шумно наполняя обожаемым запахом лёгкие. ― Ну почему этот идиот так вкусно пахнет?! ― мученически протягивает парень, тоскливо обнимая вещь, полностью пропитанную запахом пороха, пока на боку негромко мурчит Шелли, ― Я тоже скучаю, малышка… ― нежно проведя ладонью по подающейся ласкам макушке, негромко признаётся. Пантера грустно прижимается ближе к парню, который с ласковой улыбкой приобнимает её. То ли от теплоты, исходящей от Шел, то ли от окутавшего запаха альфы подушку, которую он забрал себе, веки постепенно начинают тяжелеть. Проходит ещё какое-то время до того, как он чувствует мягкие, невесомые поцелуи на лице и уставшие вздохи Кима, сердцебиение учащается, а широкая улыбка с трудом сдерживается. Мужчина устало кладет голову на его живот и обнимает за поясницу, прикрыв глаза и наслаждаясь теплотой, о которой весь день мечтал.end of flashback
Тэхён осушает очередной стакан с виски и устало потирает переносицу, затем вновь поднимает взгляд на третий этаж. Заметив знакомую фигуру, он чуть не роняет посуду, пальцы начинают дрожать, а сердце словно вместе с ним замирает. Впервые за этот месяц он наконец видит его в живую, и от этого осознание по щекам невольно текут обжигающие слезы. Мужчина не осмеливается даже дышать, словно он может в любой момент исчезнуть, подобно иллюзии. Чонгук сейчас выглядит таким уязвимым, хрупким и нежным, каким Тэхёну его удавалось видеть крайне редко. Омега позволял себе быть таким только в самые травмирующие дни в своей жизни, и от этого сердце ещё больше кровью обливалось. — Надеюсь, ты в порядке, малыш… — тихо шепчет Ким, пока очередные соленые капли стекают по подбородку. Он замечает, что Чонгук прикрывает лицо руками, похоже, чтобы вытереть слёзы, и как вздрагивает, когда к нему со спины прижимается альфа. В груди мгновенно пламя вспыхивает, а внутренняя сторона щеки начинает кровоточить от того, как сильно Тэхён кусает её. Мужчина немедля заводит машину и едет прочь, прекрасно понимая, что с каждой секундой своего пребывания здесь Минхо копает собственную могилу.***
По щекам омеги катятся крупные слёзы, он прикрывает лицо руками и тяжело вздыхает, грудь словно цепями сковывает от воспоминаний. Чон крупно вздрагивает, когда со спины прижимается Минхо, окутывая запахом сливы, от которого, как и всегда, создается ощущение дома и защиты, как в детстве. ― Неужели уже гормоны играют, принцесса? ― хихикает альфа, чмокая в чужую шею, которая тут же покрывается неприятной гусиной кожей. ― Почему ты так спокоен…? ― шепчет, а у самого снова глаза на мокром месте, после чего оборачивается в кольце рук, сталкиваясь с недоумевающим взглядом альфы. ― А каким, по-твоему, я должен быть? Глаза омеги беспокойно бегают по чужому лицу, пытаясь понять его настоящие эмоции, он весь дрожит в чужих руках, хотелось разрыдаться на месте от обиды. Почему всё сложилось именно так? ― Это ведь не твой ребёнок, ― часто хлопая мокрыми ресничками, отвечает, прикусив дрожащую губу. Минхо видит, что он почти на пределе, и по-доброму улыбается тому, что Чонгук сейчас выглядит прямо как в детстве, когда поранится или родители поругают, затем мягко притягивает к себе, позволяя уткнуться в свою грудь и поплакать в волю. ― Неважно, кто его отец, я люблю тебя, значит, и его полюблю, ― он нежно поглаживает чужую спину, ― Верь мне, я всегда буду рядом и защищу вас. Кан опускается на колени и оставляет тёплый поцелуй на чужом животике, отчего омега плачет ещё сильнее, шёпотом благодаря его.
