Музыка молодости

Под окнами стоял Чан и смотрел своими яркими и улыбающимися глазами прямо на Чонина. Он улыбался ему самой искренней и доброй улыбкой. Парень открыл окно и выглянул наружу, дабы услышать то, что бормотал старший ему в квартиру: — Нин-нин, доброй ночи тебе! — ещё шире улыбнулся Крис и положил свои руки в карманы. — Банчан, что ты тут делаешь? Зачем ты пришёл так поздно, так ещё и ко мне? — Чонин был немного растерянным, но в то же самое время очень серьёзным. Говорил он шепотом, чтобы не разбудить ни соседей, ни своих родителей. — Не хочешь прогуляться? Погода шикарная! — Чан развёл в разные стороны руки и вдохнул полной грудью воздух, показывая, как же хорошо там, где он сейчас стоит. — Холодно. Не вижу смысла гулять ночью, — спокойно ответил ему младший, уже готовясь закрыть окно и лечь спать. — Да постой же ты! Ну пожалуйста, Нин-нин, пошли погуляем, все же выходные так просидишь дома! Пошли-и, — парень смотрел на фигуру, стоящую в окне, которая только что и делала, что вздыхала да закатывала глаза. — Не называй меня так. Мы не друзья, — как отрезал, сказал Чонин. — Как это?! — возмущенно сказал старший, — Хочешь, чтобы я твоих родителей поднял? Хорошо, мне не сложно, у вас же с домофоном дом? — он направился прямиком к подъездной двери без всякого смущения. — Эй! Не смей звонить! — от парня ноль реакции, — да стой же ты! Не смей звонить в домофон! Ты! Эй ты! Чан! — старший остановился и повернул голову в сторону младшего с вопросительным знаком на лице. — Что? — тот невозмутимо смотрит на напуганное лицо и ждёт ответа. — Ладно, я сейчас спущусь, бесишь, — он зашёл в комнату и закрыл за собой окно, а Чан то и дело, стоял с улыбкой до ушей, радовался, что всё же упросил пойти погулять с ним. Чонин собрался быстро, взял с собой нужные вещи на всякий пожарный, положил в сумку перцовый болончик: мало ли, что у этого парня на уме, так хоть внимание отвлечь сможет. Младшего никогда не привлекали ночные прогулки, он не видел смысла таскаться по улицам в кромешной тьме, так ещё и без всякой защиты и самообороны. Единственное, когда он выходил на улицу в такое время суток, так это на ночь фестиваля Кёнбоккун. Он ну очень любил этот фестиваль за то, какая красота разливалась по всему дворцу, как он прекрасно освещал двор своими огнями и фейерверками. Надев толстовку с тёплой подкладкой, Чонин осторожно вышел из своей комнаты и направился к выходу, его кот проследовал за ним до самого порога. — Счастье, я не надолго, скоро вернусь, беги в комнату и не буди родителей, — он чмокнул того в носик на прощание и вышел, тихо закрыв за собой входную дверь. На улице стоял светящийся от счастья Чан, который то и дело поглядывает на наручные часы и ждёт своего друга. Его нос покраснел из-за небольшого морозца, проступающего на улице. Пар изо рта выходит медленно, согревая заледеневшие руки. Он готовился напасть на Чонина, обняв его всем телом сразу. Пару раз он даже думает о том, что младший его обманул и хотел позвонить в домофон, но не решился: вдруг его потом ругать будут, а он потом ещё с ним и разговаривать не будет. Подъездная дверь открылась и оттуда вышла фигура мальчика, которого так страстно ждал старший. Он, как и хотел, напрыгнул на него с обнимашками, но младший не особо оценил эту тактильность от парня и сразу же отодвинул его от себя. — Чего прилип как банный лист. Ты меня обниматься звал или гулять? — возмущенно спросил Чонин, уже разворачиваясь обратно к подъезду. — Ой, ладно тебе, какой не тактильный мальчик, не буду я больше так, пошли гулять, — потянул Банчан младшего за рукав толстовки за собой. Они шли неспеша. Чонин так вообще еле-еле перебирал ногами, то отставая от старшего, то идя с ним наравне. Темнота разрослась по всему небу, яркие звёзды делали в нём маленькие дырочки, а луна подсвечивала его. Все магазины были закрыты, ни в одном доме не горел свет, лишь жёлтые фонари освещали дорогу, по которой шли двое. Между ними была полная тишина, что нельзя было сказать о природе. Цикады напевали новую песню, а птицы подпевали им в след, добавляя какую-то мелодичность их стрекотанию. — Слушай, а куда мы идём? — заинтересованно спросил младший. — Куда глаза глядят, туда и идём. А что, страшно? — Чан остановился напротив Чонина, что тот врезался в него и чуть не упал назад, но сильная рука парня схватила его раньше, чем задница младшего оказалась на земле. — Аккуратнее, Нин-нин. Чонин резко вырвал свою руку из руки старшего и пошёл дальше, как сказал Чан: туда, куда глаза глядят. Его лицо почему-то сильно покраснело, а тело затрясло, что, конечно же, не оставил во внимании Чан. — Замёрз? Может тебе мою кофту дать? — заботясь о своём донсене, спросил он и было уже начал снимать кофту, как Чонин остановил его и предупредил, что всё с ним хорошо. Так они ходили ещё минут 30, казалось, что прогулка длилась вечность. Мальчишка уже хотел побыстрее уйти домой от этого назойливого старшего, а тому лишь хотелось подольше побыть с младшим, он будто молился, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась. — Слушай, Чонин, не хочешь завтра с ребятами и мной съездить на природу? Развеяться, подышать свежим воздухом, походить босиком по траве. М? Как ты к этому относишься? — заинтересованно посмотрел Чан на паренька и услышал то, чего точно не ожидал услышать. — Ну, можно, если родители отпустят, и ты понесёшь ответственность за мою жизнь, — невозмутимо сказал он. — Мне не показалось? Чонин? Ты серьёзно?! — Чан радостно замахал руками и кинулся обниматься, за что отхватил смачный удар в плечо. — Не думал, что деменция начинается в таком юном возрасте. Сочувствую тебе, Чан, — Чонин резко развернулся и пошёл по дороге к своему дому, а старший, не смотря на язвительный подкол младшего, с улыбкой до ушей пошел за ним. Подойдя уже ближе к дому, Чан пожал руку мелкому и убежал, видимо, сгорая от стыда или в предвкушении выходных, проведённых с его новым другом; но для Чонина осталось загадкой: почему тот так в спешке убежал от него, не скзав даже банального: «Пока». Но он ничуть не обиделся, а просто вошёл в подъезд, затем в квартиру и, уже встретив кота на пороге, залетел в комнату, прямо на тёплую кровать, о которой так яро мечтал парень всю прогулку. Утро было обычным: встал с кровати, умылся, переодел свою «спальную» одежду и вышел на кухню, где его уже встречали отец и мать. — Доброе утро, милый, — тихо произнесла женщина, нежно улыбаясь сыну. — Где ночью шлялся? — резко перебил его отец и грубо посмотрел в глаза. — Где тебя черти носили, и какого черта ты выперся так поздно на улицу?! — Мне стало душно, вот я и вышел прогуляться, — невозмутимо произнёс малец, смотря на злого отца. — Ты слышал о таком понятии как «окно»? Нет? Так зайди и посмотри в свою комнату, оно находится у тебя прямо на стене. Там и дыши, — он отвернулся от него, встал и вышел из квартиры. — Сынок, всё в порядке? — мама его слегка обняла и посадила на стул, поставив перед ним на стол омлет и зелёный чай с молоком, — покушай пожалуйста. Его мать вышла с кухни, оставив Чонина со своими мыслями. Быстро расправившись с завтраком, он уже не хотел оставаться в этой квартире, поэтому, зайдя в комнату, он быстро собрал все нужные вещи в рюкзак и накидал туда тёплой одежды. Собравшись, он вышел из квартиры тихо, закрыв за собой дверь, и убежал за дома. *Алло?* — Чан? *Да, Чонин, ты?* — Да, где находится твой дом? Или наоборот, где ты сейчас? *Ой, я в гаражах. А что? * Чонин повесил трубку. Ему ещё несколько раз пытался дозвониться старший, но младший не отвечал. Чан нервничал, ходил с телефоном по всему периметру гаража, слоняясь из одного угла в другой: он переживал. Ребята наблюдали за ним озадаченно, следя за каждым движением, рычанием и топаньем ногой об пол. — А чего он так, — шёпотом спросил бельчонок у Ёнбока, подняв на того грустный и озадаченный взгляд. — Какому-то Чонину никак дозвониться не может, знакомый наверное, — отвечает всё так же шёпотом и пожимает плечами. — Да где его носят черти?! — яростно крикнул Чан и чуть не выбросил телефон на пол, как тут открывается входная дверь, и на пороге появляется мужская фигура, на которую в тот же миг налетает старший и крепко прижимает к себе. — Ты почему трубку не брал? Почему заставляешь переживать? — Я могу уйти, если надо, — Чонин уже был готов развернуться, чтобы уходить, но Чан не позволил этого сделать. — О! Привет! Ты Чонин? — подскочил с дивана мальчик, у которого нос был весь в веснушках, он пожал руку новому знакомому и представился, — я Ёнбок, но моё австралийское имя Феликс, поэтому можешь называть так, как тебе будет удобно. — Рад знакомству, Чонин, — он в ответ пожал руку Феликсу и чуть наклонился. — Давай я тебя со всеми познакомлю! Вон там, вверх ногами лежит мальчик, он на белку похож, его зовут Джисон, но иногда мы его зовём по фамилии — Хан. Прикинь, как река Хан, во повезло ему. Вон те двое — это Хёнджин и Минхо, они не особо ладят между собой, но общаются достаточно хорошо. Качок — Чанбин, мальчик с собачьей внешностью — Сынмин. — Рад со всеми вами познакомиться! Я Ян Чонин, мы, кстати, учимся все в одной школе, — он поклонился им всем и нежно улыбнулся. Вот так мальчик, изолированный от социума, нашёл себе друзей, но на этом история не заканчивается, ведь у этих ребят сколько нового ещё впереди: тайны, загадки, веселье, печальные моменты и… Любовь?