Не в мою смену

О случившемся с Шисуи Изуми узнала из слухов, пролетевших над кланом, как стая хищных птиц, и, конечно же, сразу отправилась проведать его, но на удивление не застала его дома. Тогда она навестила Акеми, которая поведала ей во всех красках то, как на самом деле Данзо и Корень настроены в отношении клана Учиха. Изуми долго возмущалась вместе с подругой, а когда пар был выпущен и ум заговорил громче эмоций, в душе Изуми поселилось тяжелое чувство. Она вспомнила об Итачи. Выйдя из дома Акеми и спустившись по небольшой деревянной лестнице, которая лениво поскрипывала под каждым ее шагом, Изуми сошла с крыльца и побрела по одной из улиц квартала. Здесь стало жутко холодно. Но не оттого, что солнце спряталось за облаками – девушка поежилась, словно стояла на морозе, и причиной тому служили шершавые, полные обидой и недосказанностью взгляды. Движения фигур вокруг казались скованными, как в кандалах. Об улыбках забыли проходящие мимо знакомые и товарищи. Детей видно не было – очевидно их больше не пускают на улицу из соображений безопасности. В квартале клана Учиха словно настала зима, но без зимних прелестей. Изуми дошла до магазина данго. Вместо привычного скопления народа тут стояло всего трое мужчин. Девушка обошла их, оставляя позади, и попросила у особенно неразговорчивого продавца две порции. Тот лишь кивнул и скрылся за шторкой, которая висела за его спиной и отделяла кухню от витрины. – Я же говорил, добром не кончится, – расслышала Изуми за собой. – Я разочарован, – ответил другой голос. – Как они посмели так поступить с Шисуи-саном?! Где были все?! Где был его друг, который вечно ходит рядом?! – Про Итачи даже не вспоминай, – сказал третий с раздражением. – Мой племянник работает у Кагами-сана... говорит, Итачи в участке даже не появляется! Никаких заданий, миссий, даже патруля не совершает! – Занят своим Корнем... – выплюнул один из них. – Я говорил, это Анбу до добра не доведет! Изуми опустила голову. Ее глаза наполнились грустью. Она с печалью посмотрела на прилавок со сладостями и, медленно развернувшись, ушла. Продавец, вернувшийся вскоре, растерянно искал ее, вертя головой в разные стороны. Девушка дошла до дома Учихи Мадары и постучала в сёдзи, не ожидая, впрочем, что ей кто-нибудь ответит, ведь в такое время глава всегда на работе. Но голос, позвавший ее изнутри, пригласил войти. – Вы у себя? – не скрывая удивления, Изуми переступила порог и оказалась в прихожей. – Я хотела поговорить с вами. Мадара, судя по всему, только что позавтракал. Стоя в привычном темно-синем облачении, он собирал посуду со стола. – Иногда люди вокруг забывают, что я тоже человек, а не робот, – буркнул глава Учих, копошась с посудой на кухонных тумбах, а потом снисходительно добавил: – иногда я сам об этом забываю... наверное, мне нужен отпуск... – он задумчиво дернул бровями, вздохнул и, бросив ненавистные жестянки в раковину, сел на татами, рукой приглашая Изуми сесть напротив. – Что там у тебя? – Это личное, – начала она, неловко пряча глаза. – Это касается Итачи... – Ну, разумеется, – Учиха расплылся в саркастической улыбке, – если бы пришла Рин, я бы знал, что речь пойдет об Обито, если бы это была Акеми, то о Шисуи, но раз передо мной ты, значит, дело касается Итачи. – Акеми и Рин тоже приходили к вам? – девушка похлопала глазами. – Нет, зачем? – он пожал плечами. – Это ведь у Итачи проблемы в клане. Мадара говорил с пресущей ему резкостью, как будто и сам был недоволен Итачи, однако кто-нибудь столь же близкий главе, как, например, его брат, заметил бы, что на самом деле Учиха жалел своего талантливого родственника и злился лишь на то, что тот, по его мнению, выбрал неправильный путь. Глава сцепил пальцы и поставил локти на стол, прикрывая пол-лица руками. – Несправедливо, что Итачи винят во всех грехах. Он ничего не сделал, – Изуми тоже говорила с обидой в голосе, словно находила самого Мадару виноватым. Глава Учих отнял руки от лица и поднял глаза на девушку. От его пронзительного взгляда Изуми стало не по себе. – Порой ничего не сделать равносильно преступлению, – меланхолично заметил Мадара. – Это не так! – возразила девушка, чуть повысив голос. – Мадара-сама, вы самый влиятельный человек в нашем клане. Пожалуйста, сделайте что-нибудь! – Что? – продолжал он в несговорчивой манере. Изуми замялась, нахмурилась и отвела глаза в сторону. Пауза затянулась, и глава заговорил вновь: – Я не стану отрицать очевидное, иначе меня сочтут за дурака, – он дернул бровями. – Для Итачи важнее деревня. Между ними и нами он выберет их. – Я против этого деления!.. – Именно, – перебил ее Мадара. – Нас разделили. А деление порождает конкуренцию. – Значит, нужно снова стать едиными! – парировала она. – Стань, – с вызовом ответил глава. Изуми стыдливо прикрыла глаза и опустила голову. Ее раздирали противоречия. – Я... – она вновь заговорила, на этот раз тихо и не поднимая глаз, – ...Итачи дорог мне... Я думала... вы ведь понимаете меня?.. У вас же тоже есть те, кто вам дорог?.. Мадара вздрогнул, словно его память пронзила молния. Он медленно поднялся с пола и, так и держа взгляд перед собой, подошел к Изуми. Он придумал какую-то несерьезную отговорку, сослался на срочные дела и выпроводил девушку из дома. Изуми озадаченно смотрела, как глава быстро исчезает из виду с поведением для него весьма несвойственным.

•••

Мадара ловко запрыгнул в свой кабинет через форточку, на что тут же словил недовольство от брата, который не вовремя пришел в его обиталище и не постыдился припомнить любимому нии-сану о том, как однажды, то есть недавно, попал в этот кабинет таким же способом и получил от него же нагоняй. Мадара закатил глаза на выступление Изуны и, открыв ящики стола, зарыскал в поисках кой-каких особенно важных бумажек, которые ему дала как-то одна девушка, сенсей из Академии... – Нии-сан... – позвал его Изуна. – Позже! – одернул брата глава, шаря ладонью в ящиках один за другим. – Но это важно, – сказал Изуна, – это касается клана! – Что?! – выкрикнул Учиха и злостно захлопнул ящики. – Сядь, – Изуна сам сел напротив. Его брат неохотно сел в кресло и раздраженно дунул на закрывшую глаза челку. Изуна обернулся к двери, и та приоткрылась. Внутрь заглянул Шисуи. Увидев братьев, он вошел полностью, закрывая за собой дверь, и заговорил, обращаясь к главе. – Я говорил с Данзо... – начал парень, завладевая вниманием мужчин. – Меняться должны обе стороны. Пока мы не изменимся, не изменится и Коноха, – твердо говорил он. – Данзо не собирается меняться. И он боится, что я использую котоаматсуками на нем. Мадара усмехнулся, скрещивая руки на груди и качая головой. – Я повторю то, что уже однажды говорил: тебе досталась серьезная техника. Любой, кто знает о ней, будет бояться тебя. Особенно такой трус, как Данзо. – Я не знал, кто он на самом деле, – с горечью произнес Шисуи. – Я подвел наш клан. – Нам действительно нужно действовать, – озабоченно произнес Мадара. Пока он думал, на мгновение повисла тишина. Вскоре он снова заговорил: – пока решение может быть только одно. – Какое? – спросил Изуна. – Мы воплотим страх Данзо в реальность, – ответил глава, хитро щуря глаза. – Вы хотите... – не без удивления начал Шисуи. – Именно, – отчеканил Учиха-старший. –Я хочу, чтобы ты применил свою технику на Данзо. Стало так тихо, что Изуна мог слышать тикание минутной стрелки часов, висевших над дверью. Он бесшумно сглотнул, смотря на брата и непрерывно думая. – Не выйдет, – Изуна неуверенно покачал головой. – Слишком большой риск. Если кто-то узнает, что Учихи контролируют старейшину деревни... а кто-то да узнает! Любой Хьюга это заметит!.. Тогда нам не избежать конфликта. – Хьюга равнодушны к власти. Ни у Данзо, ни у Хокаге нет таких подчиненных, – сказал Мадара. – Нет, нии-сан, так нельзя... Мадара нахмурился. Изуна озадаченно смотрел перед собой. – А что если... – подал голос Шисуи, – получить разрешение... у Хокаге? Мадара насмешливо покачал головой. Изуна снисходительно улыбнулся, оборачиваясь к Шисуи. – С чего Хокаге даст нам такое разрешение? – Меня тошнит от одной мысли, что я должен просить чье-то разрешение, – Мадара криво улыбнулся. – Прекрати, – одернул его брат и задумчиво почесал затылок. – Вообще, это может быть шансом урегулировать все мирно! И восстановить отношения с деревней!.. Глава безвыходно вздохнул. – На что только не пойдешь ради семьи... Помнишь, я говорил тебе про компромат? То письмо, которое писал Кагэн, по словам Акеми... оно подойдет. – Точно! Покажем его Хокаге! – воскликнул Изуна. – А где мы его раздобудем? – спросил Шисуи. – Кто ищет, тот находит, – уверенно заявил глава. – У меня всегда есть план. И запасной тоже. И запасной для запасного тоже, – он обратился к Изуне. – Пригласи ко мне Изуми...

•••

Предложение главы хоть и стало неожиданностью для девушки, но она быстро взяла себя в руки и отправилась за пределы деревни – туда, куда указал Мадара. Она думала только об Итачи, которому должна была помочь, и очень кстати оказалось, что разведка клана Учиха по приказу Мадары шпионила за Корнем последние несколько дней. Изуми остановилась посреди леса.

"Достань свиток, и я помогу Итачи".

Изуми посмотрела на маску в руках. Белые изгибы, призванные сокрыть то, что открывать не хочется: жестокость, хладнокровие и ненависть. Если бы кто-то из знакомых Изуми стал частью Корня, она бы воскликнула: "Как тебя туда занесло?!" Но с Итачи все было иначе: она боялась его обидеть. Забыть себя, семью и личную жизнь ради служения деревне... Что вообще такое деревня? Хокаге? Воля Огня? Что такое шиноби? Ее большие, красивые глаза распахнулись, угрожающе сверкая шаринганом. – Если сила и является ценностью, то ценна она лишь тем, что может защитить тех, кто тебе по-настоящему дорог, – уверенным голосом сказала Изуми и прикрыла глаза, прежде чем маска полностью накрыла ее лицо. Учиха запрыгнула на одно из деревьев огромного, изумрудного леса. Ветер дунул в лицо, вызывая мурашки на плечах. Девушка повернула голову в сторону. Логово Корня. Оно распологалось прямо перед ней – небольшое каменное здание, напоминавшее вход в темный подвал. Изуми оттолкнулась от ветки и полетела вперед, прорезая ветер и слушая фоном стук дерева под сандалиями. Она помнит, как спросила у Итачи однажды... – Значит... – она сделала паузу тогда, потому что побоялась задеть его вопросами, – тебя не волнует, что говорят в клане? – Не важно, что говорят обо мне, – сказал он тогда твердо и уверенно, так что Изуми удивилась его решительности, – я все еще Учиха Итачи из Конохи. – Я тоже знаю, кто я, Итачи-кун, – прошептала Изуми с той же уверенностью. – Теперь я знаю!.. Я та, кто поможет тебе! Учиха запрыгнула на очередную ветку и присела, смотря на одноэтажную постройку посреди чащи леса. Граница деревни лежала в нескольких километрах отсюда. Изуми знает, куда бежать, если начнется погоня. Она намеревается применить ее лучший навык – тайджуцу.

"По данным нашей разведки, последнее письмо, написанное шпионом, будет доставлено Данзо сегодня в полдень. Как только он прочтет его, сразу же уничтожит. Твоя задача – не допустить, чтобы письмо дошло до Данзо".

Изуми сложила печати и приняла внешность молодого ниндзя, одетого в форму Корня. Она знала, что времени у нее ничтожно мало – ее рассекретят очень быстро, поэтому действовать требовалось резко и без лишних колебаний. Глава сообщил все, что знал о времени прибытия письма к Данзо и, судя по тому, как прямо сейчас внутрь здания входит шиноби в маске дракона, Изуми должна приступить к миссии немедленно. Девушка спрыгнула на землю и пошла прямиком ко входу. Сложив печати, заранее полученные от Мадары, Изуми наблюдала за тем, как каменная дверь медленно, словно не хотя, отворяется перед ней. Она перешагнула порог и очутилась внутри. Здесь царил полумрак, и пахло сыростью, как в подвале жилого дома. Изуми огляделась, как вдруг заметила в дальнем углу большого первого этажа без окон, интерьера и уюта троих шиноби. Все они носили маски разных зверей. Девушка направилась к ним. Изуми вздрогнула. Знакомая чакра, которую она ни с кем не спутает, принадлежала Итачи. Девушка нервно сглотнула. Она встала рядом с масками. Итачи быстро вычислит ее, понимала Изуми. "Придется действовать в открытую и спасаться бегством. Это неизбежно", – заключила она, стараясь не встречаться с Итачи глазами. – Фуу прислал последние новости, – сказала маска крысы. "Если не сейчас, Данзо его уничтожит" – вспомнила Изуми. – Я доставлю свиток Данзо-саме, не беспокойся, – сказала девушка мужским голосом. Изуми потянулась к свитку рукой. – Не нужно, я сам, – ответил тот и обошел ее, чтобы пройти, но Учиха преградила ему путь. – В чем дело? – спросил он с недовольством. Взгляд сам нашел его. Изуми не смогла не взглянуть на Итачи напоследок. Его глаза, ничего не выражавшие до этого момента, едва заметно расширились, когда он почувствовал неладное. После секундной паузы девушка обернулась вокруг себя и выбила ногой свиток из рук человека напротив. Свиток полетел вверх. Учиха подпрыгнула, поймала его и устремилась к выходу из здания. – За ним! – крикнула одна из масок. Все кинулись вдогонку, кроме Итачи, который взял недолгую паузу, замерев на месте, как памятник. Он догадался о том, во что верить не хотел. Изуми пролетела сквозь выход и выбежала в лес. Она пробиралась через чащу довольно проворно. Маски то и дело отставали, но Изуми не расслаблялась – убежать одному от троих непросто. К тому же, при таком напряжении она рискует быстро выдохнуться, что и стало настягать ее тем скорее, чем дальше тянулся ее путь по деревьям. Итачи узнал эти движения. Когда Изуми нервничает, она сжимает кулаки. Когда Изуми настроена решительно, она не оборачивается назад даже в критический момент. В конце концов, тренировки, которые они провели вместе, заставили Итачи навсегда запомнить действия Изуми. Он знал о ее сильных и слабых сторонах. – Капитан! – позвал один из двух подчиненных. – Устроим ловушку, я знаю... – Возвращайтесь назад, – Итачи холодно перебил его. – Сообщите Данзо-саме. – Но, капитан!.. – услышал он позади себя протестующий возглас. – Дальше я сам, – сказал Учиха и оторвался вперед. Двое в масках переглянулись и нехотя свернули в сторону, оставляя Итачи одного. – У водопада, – позвал Итачи и свернул в сторону, наблюдая за реакцией человека впереди. Глаза из-под маски посмотрели на него с удивлением. Гений Учиха исчез в листве. Девушка свернула в сторону места их частых встреч. Изуми присела, остановившись на толстой ветке высокого дерева. Она спрятала свиток в задний карман брюк. Итачи стоял на утесе у обрыва. Изуми спрыгнула с веток и приземлилась в нескольких метрах от него. – Кай! – сложив печать, произнес Итачи. Техника Изуми развеялась. Она вновь приобрела свои черты, хотя все еще стояла в маске. – Изуми... – произнес он. Итачи вложил многое в это имя: и непонимание, и осуждение, и гнев. Толика эмоций отразилась в его нахмуренном, но жалостливом взгляде, словно он сожалел о том, что сделала Изуми. Учиха сорвала с лица маску и бросила ее в сторону, как ненавистный предмет. – Я делаю это ради тебя, – она сделала шаг навстречу ему. – Клан не сможет простить деревню. Начнется война, – Итачи говорил, и тревога пряталась в его словах. – Я не хочу, чтобы ты нес все это на своих плечах. Это слишком для одного человека! Голос Изуми задрожал. Итачи понял, что она говорит от сердца. Его черты смягчились. Он меланхолично отвел глаза в сторону, теряя взгляд где-то вдалеке. Итачи сделал шаг навстречу, подходя к девушке так близко, как никогда раньше. Изуми смутилась. Она попыталась разглядеть эмоции на его лице. Она искала в его глазах ответа, решения, которое он мог бы предложить. Но Итачи ничего не говорил. Изуми молча смотрела на него, пока не попала в ловушку шарингана. Тело потяжелело, оно больше ее не слушалось. Изуми не по своей воле закрыла глаза и стала оседать. Итачи поймал ее, аккуратно кладя наземь. Кто-то спрыгнул с ветки за спиной. – Я нашел пострадавшего, – соврал Итачи, не оборачиваясь. – Это я, – Итачи услышал родной голос. Это был Шисуи. Он подбежал к нему. – Ты ослабил бдительность. Все в порядке? – Да, – снова соврал Итачи. – Она украла свиток? – Шисуи присел рядом с другом, осматривая спящую девушку. – Да. – Я отнесу ее в лазарет, – сказал Шисуи, ища взгляда друга. – Тебе надо вернуться к Данзо и сказать, что свиток украден. Его украл я. Итачи взял Изуми на руки и поднялся с земли. Шисуи встал следом. Итачи отдал девушку в руки лучшего друга и заметил, что Шисуи выглядел озабоченным. Кажется, он что-то задумал. – Почему? У тебя есть план? – спросил Итачи. – Да. План есть, но нужен подходящий момент, – ответил Шисуи с Изуми на руках. Итачи кивнул. Шисуи заметил смятение в его глазах. Он успокоил его улыбкой: – С ней все будет хорошо. Итачи молча оторвал взгляд от Изуми и, так и не сказав ни слова, запрыгнул на деревья и растворился в чаще.