А любишь ли ты меня?

Я улыбаюсь, как только чувствую, что тёплые руки аккуратно закрывают мне сзади глаза. — Угадай кто, — шепчет человек за спиной, но как бы он не менял свой голос, я всё равно узнаю его. — Нейтан Смит. Автор страшных книг, а по совместительству — моя девушка, — усмехаюсь я, и Нэй тут же смеётся, обнимая меня со спины за шею и целуя меня в макушку. — О да, ты права. Скажи, дорогая, ты счастлива, что сегодня тридцать первое мая? — интересуется она, кладя подбородок на свою руку так, что её губы почти касаются моего уха. — Не то что бы счастлива, но что-то подобное чувствую. — Ой, ну тебя, — фыркает Нэй, явно закатывая глаза. — Зануда. — Ну извини, что не угождаю твоим прихотям. Что у тебя там с книгой? — Всё замечательно. Кстати об этом, ты сейчас охренеешь! — вспоминает о чём-то она, внаглую отодвинув моё кресло в сторону и садясь напротив меня на мой стол, опираясь на него руками между своих раздвинутых ног. — О Боже, Нэй, ты можешь хоть один день прожить без приключений? Мне опять тебя нужно отмазывать? — выдыхаю я, откидываясь на спинку кресла и скрещивая руки на груди, смотря в любимые ярко-голубые глаза. — Ну… — Понятно. Ну давай, удиви меня. Где ты накосячила на этот раз? Нэй выдыхает, серьёзно смотря на меня. — Я не накосячила. Вчера мне пришли мои лицензионные отчисления, ну и в честь этого я решила сгонять сегодня в магазин за книгой, потому что моя, которую я читала, закончилась. Ну и стою я, значит… — Покороче, Нэй. Мне нахрен не сдались твои литературные описания, — перебиваю я её, качая головой. — Эй! — тут же возмущается Нэй, легонько пиная ногой моё кресло и скрещивая руки на груди. — Имей совесть, твою мать! Тебе же потом, в далёком будущем, нужно будет рассказывать о моих книгах и вникать в подробности! Ты же учительница литературы! — Твои книги не похожи на литературные произведения, зайчик. Так что давай, покороче немножко, — усмехаюсь я, качая головой. Нэй смеряет меня красноречивым взглядом и качает головой. — Тоже мне, девушка. Ненавижу тебя порой. — Это взаимно. Ну? Я слушаю. — Ладно, короче так короче. В общем, хожу я по магазину, и тут меня окликают. Причём окликают полным именем. Я, естественно, оборачиваюсь, и вижу какую-то девушку лет семнадцати. Она подходит ко мне и уточняет: «мол, это вы Нейтан Смит?». Я киваю, и тут она, чуть ли не на весь магазин, начинает пищать и вдруг бросается ко мне с объятиями. Я в ахуе, мягко говоря. Ну, что сказать… Это моя фанатка, — подводит итог Нэй, так разочарованно выдохнув, что я хмыкаю, выгибая одну бровь. — Она была не красивой? Что ты так выдыхаешь? — Да блять, нет, она была симпатичной, но, сука, она моя фанатка! — Ну и что? Классно же. А за «симпатичную» я, если честно, хочу тебя прибить, — признаюсь я, но Нэй качает головой. — Она не в моём вкусе, это во-первых. А во-вторых, я люблю тебя. И знаешь, нет ничего классного в том, что меня теперь узнают в магазинах! Это ужасно, Ян, это просто ужасно! У меня теперь нет никакой жизни, ни личной ни общественной! — жалуется она, на что я хмыкаю, качая головой и вставая с кресла, направляясь к чайнику. — Нэй, одна фанатка — это ещё не конец света. — Это апокалипсис, про который я сейчас пишу! Я смеюсь и, щёлкнув чайник, возвращаюсь к своему креслу, пробежавшись пальцами по позвоночнику Нэй, заставляя её передёрнуться. — Ты драматизируешь, — хмыкаю я, отсмеявшись, а Нэй же обнимает меня за талию, разворачивая меня лицом к себе, и улыбается, запрокинув голову, чтобы спокойно смотреть мне в глаза. — Давай теперь везде ходить вместе, и если ко мне подойдёт фанат, то я буду орать «Апокалипсис!» и убегать, а ты, многозначительно посмотрев мне вслед, будешь говорить этому фанату, что я неадекватная. Может, хоть тогда они от меня отстанут. Я усмехаюсь, качая головой. — Долго ты придумывала такой коварный план? — О да, с самого начала моей карьеры, — кивает Нэй, после чего покрепче обнимает меня, и я тоже обвиваю её шею руками, целую её в макушку. — Договорились. Так, ну что? Какие планы на лето? Нэй вдруг становится серьёзной и выдыхает, отводя взгляд. — Пока не знаю… С Мирой надо поговорить, уточнить. Я и с ней хочу провести хотя бы немного времени, потому что я очень сильно соскучилась по ней. Ну и с вами, конечно же. Я киваю и наклоняюсь, целуя её в нос. А после начинаю всю её зацеловывать, заставляя Нэй рассмеяться и попытаться оттолкнуть меня, но я крепко держу её, не давая отстраниться. И Боже мой, как же я люблю смех Нэй… Готова слушать его вечно. Ну что ж, здравствуй лето. *** Я сижу за предпоследней партой, чуть ли не засыпая. Твою мать, как же скучно сидеть у пересдачников. Прям очень и очень скучно. Нахрена я с Яной попёрлась? Непонятно. Я выдыхаю, устало облокачиваясь на парту и медленно съезжая по ней. Складываю руки и кладу на них голову, закрывая глаза. Посплю чуть-чуть. Я как в старые-добрые, честное слово! В кабинете висит тишина, не считая того, что четверо детей пишут на листах. Этот звук такой умиротворяющий… Я правда усну сейчас. Проходит минут пять, и я выдыхаю снова, доставая телефон. Скучно у них тут всё. Я залезаю в галерею, бегло просматривая её. Тут вдруг замечаю одни замечательные фотки, которые я хотела давным-давно отправить Яне, и на лице у меня появляется ухмылка. Вот сейчас повеселимся… *** Я внимательно слежу за детьми, то и дело поглядывая на своего ребёнка, которому ещё три месяца назад стукнуло двадцать один. Она то спит, то сидит в телефоне, а то сидит, подперев рукой подбородок, и так и ждёт, когда я посмотрю на неё. Так, ладно. Пусть сидит. У меня ещё один парень и три девушки, одна из которых — Мира. Это ещё одна причина, по которой Нэй сегодня напросилась со мной. Двоечники, твою мать. Тут вдруг мне приходит уведомление, и я выдыхаю, опуская взгляд в телефон. Сообщение от Нэй. Вот заняться нечем. Я качаю головой и захожу в наш чат. И усмехаюсь, закатывая глаза. Нэй скинула мне нюдсы. Что эта маленькая нахалка творит? Но нет, на мне такой номер не прокатит. Я поудобнее сажусь, подперев рукой подбородок, и начинаю писать Нэй. Вы: Ну и что это такое? Совсем скучно — пошалить решила? И отправляю, поднимая на неё взгляд. Она довольно ухмыляется, смотря мне в глаза, и я мило улыбаюсь ей в ответ, жестом показывая проверить телефон. — Так, всем сидеть тихо. Я скоро вернусь, — наказываю я детям, вставая с кресла и возвращая взгляд на Нэй, которая уже уткнулась в телефон. — Смит, — окликаю я её. Нэй поднимает на меня взгляд, выгибая одну бровь, и я маню её к себе жестом руки. — Пошли со мной. Её удивление сменяется насмешкой, и она кивает, быстро вставая из-за парты и подходя ко мне. Я смеряю её многозначительным взглядом, после чего мысленно усмехаюсь, но внешне остаюсь строгой и серьёзной, и выхожу из кабинета. Нэй, помедлив, выходит следом, закрывая за собой дверь. И я тут же беру её за руку, быстро отводя к стене, разворачивая и ощутимо прижимая её к стене. — И что это было, а? Чертовка, — шёпотом спрашиваю я, проникая руками под её футболку и кофту, проходясь пальцами по горячему телу. Нэй усмехается, явно кайфуя от моих прикосновений, и качает головой, обнимая меня за шею. — Понравилось? — Тело у тебя божественное, ничего не скажешь, — шёпотом признаю я, наклоняясь и целуя её в шею, поудобнее ставя одну ногу и раздвигая коленом обе её. Нэй от этого издаёт то ли тихий стон, то ли выдох, и запрокидывает голову, заодно и открывая мне больший доступ к её сейчас такой соблазнительной шее, к которой я тут же прижимаюсь поцелуями. — И ты просто обязана повторить эти фотки при мне. Можно без камеры, — шепчу я, с невероятным удовольствием слушая тихие и рваные выдохи Нэй и проходясь губами по её бешено пульсирующим венам. — Сука, — выдыхает она и тут же простанывает немного громче, когда я прохожусь самыми кончиками пальцев по её рёбрам, по которым, судя по ощущениям, можно просто пересчитать саму обладательницу, и я довольно улыбаюсь, закрывая глаза. — Погромче, зайчик. Ты у меня громкая, я знаю, — шепчу я, поднимаясь к её уху и прикусывая мочку. Нэй шумно выдыхает, сжимая руки в кулаки. — Ян, твою мать, я тебя хотела начать раздевать прямо в школе, в которой ты работаешь, а не наоборот! — Я тебя пока что не раздеваю. Нэй, девочка моя, а вдруг нас сейчас кто-то увидит? Как я буду оправдываться, м? — продолжаю шептать я, поднимаясь к её губам и быстрым движением проходясь по ним языком, заставляя Нэй сглотнуть. — Что моя девушка оборзела, и скидывает мне подобное? Прямо во время работы? — Я готова тебя оправдать, — шепчет она мне в ответ и хочет уже поцеловать меня, но я усмехаюсь, быстро отстраняясь от неё и вдавливая её одной рукой в стену за шею, с сожалением достав одну руку из-под её верхней одежды. — Не так быстро, котёнок. Ты меня помучала, а сама теперь не хочешь мучиться? Так не пойдёт. Нэй выдыхает, опускаясь руками на мою талию и вжимая меня в себя, качая головой. — Вот почему так всегда происходит? Я тебя возбуждаю, чтобы потом отыметь, а получается, что ты возбуждаешься и имеешь меня? Причём на своём же рабочем месте? Как-то это неправильно. — Да моя же ты радость, — хмыкаю я, чмокая её в нос. — Ты правда думаешь, что я возьму тебя прям здесь? — А что? Не осмелишься? — тут же насмешливо спрашивает она, но я качаю головой. — Зубки мне тут свои не показывай. Я просто… — Рассказывай, — фыркает Нэй, качая головой, после чего разворачивает меня, вдавливая в стену и меняя тем самым наши позиции. Усмехается, прижимаясь своим лбом к моему и ласково оглаживая мою талию. — Тебя хоть немного возбудили такие фотки? — Конечно, как тут не возбудиться? Но лучше не скидывай мне их часто, — шепчу я, кладя руки на её щеки и начиная гладить их большими пальцами. — Договорились, — кивает Нэй, после чего наклоняет голову, целуя меня в губы. Я тут же отвечаю на её поцелуй, и мы обе закрываем глаза. Чертовка какая, вы гляньте. *** Я смотрю на воду, качая головой. Яна с утра пораньше, по желанию Мии, быстренько собрала нас и отправила на пляж. Ну и пошла с нами, разумеется. Сейчас Ричи бегает по воде, радуясь как ребёнок, а я стою в своей одежде, засунув руки в карманы бридж. Сегодня двадцать пятое июня… На что я просрала уже целый месяц? Правильно, на книгу. Наконец хоть со своими родными людьми побуду. Тут вдруг я чувствую вечно холодные руки, которые обнимают меня со спины за талию, пробираясь под футболку и заставляя меня выдохнуть через нос, невольно при этом улыбнувшись. — Больше всех орала, что хочешь купаться, а по итогу стоишь загораешь? — усмехается Яна, и я улыбаюсь, закатывая глаза. — Тебя ждала. Я поворачиваюсь в её руках и хмыкаю, снимая солнцезащитные очки, вешая их на ворот футболки, смотря в любимые ледовито-голубые глаза напротив. — Пойдёшь со мной? — шёпотом спрашиваю я, обнимая её за шею и с лёгкой ухмылкой смотря на неё немного снизу вверх. — Да с чего бы это? Я уже говорила вам всем, что вода ледяная, и я туда не пойду, — фыркает Яна, качая головой и шлёпая меня по козырьку кепки, которая тут же съезжает на мои глаза. Я хмыкаю, поправляя его и осматриваясь. — Не боишься слухов? — Я-то? Тут нет никого, кто распространял бы обо мне слухи. Да и тем более, что такого? Будут считать, что у меня есть парень. А вот ты, будущий популярный писатель, не боишься слухов? — насмешливо спрашивает она, на что я выдыхаю, качая головой и возвращая на неё взгляд. — Любимая, заткнись, а? Яна хмыкает, а я улыбаюсь, отходя назад в воду и, естественно, ведя за собой Яну, которая тут же качает головой. — Нэй, нет! — Да! Не пойдёшь добровольно — я тебя опрокину! — Нейтан, я тебе опрокину! — Ну-ну, — самодовольно усмехаюсь я, заходя в воду и передёргиваясь. — Ох, твою мать. Вода реально холодная. — Я тебе об этом и говорила! — чуть ли не кричит на меня она, отпуская меня, но я крепко держу её, качая головой. — А-а, ты пойдёшь со мной. — Ага, конечно! Отпусти, нахалка! Я скептически выгибаю одну бровь и наклоняюсь, быстро беря её на руки и разворачиваясь, уверенным шагом идя дальше по воде, чувствуя, какая она холодная. Яна тут же начинает негромко (не на весь пляж, скажем так) кричать на меня и пытаться вырваться, но я качаю головой. — Ян, солнышко, если ты будешь вырываться, то шанс ёбнуться в воду будет куда выше, чем если ты спокойно будешь сидеть на моих руках, и я, возможно, передумаю. Так что хватит орать, — шёпотом объясняю ей я, целуя её в нос и очаровательно ей улыбаясь. Она смеряет меня красноречивым взглядом, после чего фыркает, отворачивая от себя мою голову и крепко обнимая меня за шею. — Иди нахрен. — Обязательно, — хмыкаю я, послушно смотря вперёд и заходя в воду уже по колени. Прохладно, ничего не скажешь. — Нэй! — слышу вдруг я и не успеваю даже обернуться, как уже чувствую толчок в спину, и мы с Яной, вскрикнув, падаем в ледяную воду. Меня обдаёт холодом, и я тут же резко встаю из воды, крикнув громкое «твою мать!». Дует лёгкий прохладный ветерок, и я выдыхаю, помогая Яне подняться и с виноватой улыбкой рассматривая её. Футболка и бриджи у неё, естественно, мокрые насквозь (как и у меня), с волос ручьём течёт вода… Охрененно. — Я тебя убью! — шипит она на меня, но я качаю головой, крепко обнимая её и начиная греть её активными движениями рук. — Я тут не причём. Меня толкнул рыжий, как я поняла. Прости-прости, я не хотела тебя ронять, — шепчу я ей на ухо, передёргиваясь от очередного холодного порыва ветра. Яна выдыхает и обнимает меня в ответ, тоже растирая меня. — Поверю на слово. Пошли греться. Я киваю и мысленно усмехаюсь. Это было весело. *** Я смотрю на Нэй, которая лежит на моих коленях, закрыв глаза и скрестив руки на груди. Красивая какая… Лицо ещё немного влажное после нашего совместного падения в воду, губы плотно сжаты, брови немного опущены… — У меня появилась одна охрененная и безбашенная идея, — говорит вдруг она, на что я скептически выгибаю одну бровь. — Снова? Я с тобой никуда больше не пойду. — Не пойдёшь? — переспрашивает Нэй, открывая свои красивые ярко-голубые глаза и смотря в мои. — Нет, не пойду. Хватит с меня микроинфарктов. Она усмехается и поворачивает голову, утыкаясь носом мне в живот. — Ты не пожалеешь. — Рассказывай, — выдыхаю я, мысленно уже сдаваясь. Нэй хмыкает, закрывая глаза. — У моей бабушки есть один очень даже хороший домик где-то за городом. Не очень далеко. Там никто не живёт, потому что бабушке кто-то там из родственников прикупил квартирку в городе, а дом решили не продавать. Спросишь почему — я и сама понятия не имею. Но тем не менее, Ян, поверь мне, этот дом стоит того, чтобы нам с тобой провести там хотя бы денёк. Или ночь. Можем, конечно, и Мию с рыжим с собой взять, но тут уж как ты захочешь. Хотя я бы такая, чтобы сначала приехать туда самим и оценить обстановку. Всё-таки, последний раз в этом доме я была ещё года три назад. А ещё рядом трасса и можно погонять. Как тебе? — спрашивает она, открывая глаза и поднимая на меня взгляд. Я хмурюсь, качая головой. — А не опасно ли? — Я зайду первой. Если что — бери машину и бросай меня там, — усмехается Нэй, но я смеряю её строгим взглядом, и она тут же становится немного серьёзней. — Дом был построен мной и отцом. Я знаю все его недостатки и минусы, но так же могу сказать точно — дом надёжен. Как швейцарские часы. Я выдыхаю, поднимая взгляд от глаз Нэй, в поисках Мии и рыжего. Ох, не знаю… Как-то это всё действительно выглядит спонтанно. — Когда ты хочешь? — спрашиваю я, находя наконец глазами Мию, которая убегает от Ричи, смеясь. — Так как это пиздец какая безбашенная идея, то сегодня. — Сегодня? — переспрашиваю я, опуская на неё взгляд. Она кивает, а я вскидываю брови. — Ты не перестаёшь меня удивлять. — О да, знаю, — хмыкает она, пожимая плечами. — Поедем? — Нэй, нет, так нельзя. Нужно собраться хотя бы, а то ехать вот так… Нэй цокает языком, закатывая глаза. — Ян, твою мать, ты слишком скучно живёшь. Самое как раз таки прекрасное в этой поездке, что она спонтанная. Будем выживать, если вдруг что-то пойдёт не так. — Нэй. — Что? Ян, правда, — переходит на шёпот Нэй, вставая с моих коленей и садясь поближе ко мне, — это будет классно. Я тебе обещаю. Там охрененный дом! Да и тем более, мы же будем одни. Одни, Ян, понимаешь? Одни в огромном доме! Это как если бы мы были с тобой вдвоём в особняке твоих родителей! — Неужели там настолько мрачно? — усмехаюсь я, выгибая одну бровь. — Ян, любовь моя, иди в задницу. Там не так мрачно и не так много места, но вообще дом просторный. Мы там умещались вчетвером. И свободного места было дохрена. — А ты точно этого хочешь, Нэй? Всё-таки, это, фактически, фамильный дом. Нэй хмыкает, закатывая глаза. — Я ненавижу свою семью, Ян. Точнее, своих родителей. Вот бабушку я люблю и уважаю, но её там не было уже года три, как и меня. Так что не переживай, моя фамилия там формальна, и не больше. Там никого нет. Скорее всего, даже придётся немного прибраться, потому что там наверняка стена из пыли, но с этим, думаю, я смогу быстренько разобраться. Я выдыхаю, но тем не менее обнимаю Нэй за шею, и она тут же обнимает меня в ответ за талию, крепко-крепко прижимая меня к себе. — Знаешь, я терпеть не могу одну твою черту характера, — признаюсь я. — Привлекательность? — самодовольно ухмыляется она, и я тут же даю ей лёгкую, но ощутимую пощёчину, заставляя её рассмеяться. — Уже две. Твою идиотскую самоуверенность и импульсивность! — Зато без меня твоя жизнь была бы куда скучнее, согласись. — Согласна. Но и куда спокойнее. — Мы не об этом. Ну так что? Едем или нет? Я задумываюсь, и Нэй терпеливо ждёт, пока что приближаясь ко мне и начиная водить носом по моей щеке, виску, брови, и я усмехаюсь, в какой-то момент останавливая её. — Ладно, чёрт с тобой. Едем. Нэй тут же расползается в довольной улыбке, являя мне свои очаровательные ямочки на щеках. — Я тебя не разочарую, — шепчет она, целуя меня в нос. — Уж постарайся, — киваю я, после чего, быстро глянув на Мию и убедившись, что она на нас не смотрит, целую Нэй в щеку. Она тут же одобрительно мурчит, и прижимает меня к себе вплотную, утыкаясь носом мне в шею, уткнувшись козырьком кепки мне в подбородок и заставляя меня поморщиться. — Твою мать, Нэй! — шиплю я на неё, разворачивая её кепку козырьком назад, на что Нэй тихо смеётся. — Ну прости. — Ни за что. Всё, заткнись и не беси меня. Она хмыкает и кивает, послушно замолкая, а я глажу её одной рукой по спине, качая головой. Посмотрим, что получится из этой поездки. *** Я сворачиваю на трассу и усмехаюсь, смотря на время. 12:34. Красиво, ничего не скажешь. — Засекай. Если я уверена в своём звере, — а я в нём уверена, — то мы приедем к часу точно. Если, конечно же, на трассе не будет каких-нибудь сраных фур. — Так, Нэй, только попробуй ехать больше ста восьмидесяти метров в час! — тут же осаждает меня Яна, и я хмурюсь, переводя на неё обиженный взгляд. — Почему? Я хотела двести двадцать точно! — Никаких «двести двадцать»! — Ну Ян, пожалуйста! Мы немножко погоняем! Правда-правда! — Мы не будем гонять! Я не для того тебе покупала машину, чтобы ты потом по трассам гоняла! — возмущается Яна, на что я выдыхаю, возвращая взгляд на дорогу. — А я для того себе её и хотела, — бормочу я, с сожалением смотря на спидометр. Сто тридцать… Херня. — В следующий раз куплю тебе гоночную машину и гоняй где хочешь. Но мне ещё жизнь дорога. — Ты за свою жизнь переживаешь? — Конечно! — Ян, у меня стаж ого-го. Поверь, мне… — Три года? Стаж прям, — презрительно фыркает Яна, и я перевожу на неё красноречивый взгляд. — Меня ещё учил отец, но не суть. Ян, я очень уверенно чувствую себя за рулём. И я не раз гоняла на скорости. Правда разгонялась я максимум до двух сотен, но я правда хорошо владею машиной. Давай немного погоняем? Ну прям чуточку! Тебе понравится, да и знаешь как адреналин потом зашкаливает? — Нэй, мне плевать на то, как ты… Я выдыхаю и бросаю её слушать. Блять, обломался мой адреналин. Ну и ладно, ну и хрен с ней. Доедем и так. Потом одна погоняю. А сейчас тогда буду усердно вспоминать дорогу. *** — Нэй! — кричу я на неё, вжимаясь в кресло и смотря на то, как быстро проносятся вокруг деревья, машины и дома, а вокруг нас светит ветер, так как окна у нас открыты. — Ты согласилась! — кричит она мне в ответ, и я тут же перевожу на неё взгляд. — Да чтоб я ещё хоть раз с тобой поехала куда-то по трассе?! Никогда, забудь! — Обязательно, а пока этот малыш разгонится до двух тридцати! — Нейтан, твою мать! Она смеётся, но тем не менее руль держит крепко, и мастерски объезжает все машины. Но тут вдруг она резко проворачивает руль, и мы въезжаем на полной скорости в поворот, при этом так взвизгнув шинами, что я даже на секунду почувствовала запах горящей резины. Твою мать. Нэй тормозит, снова прокрутив руль, и мы с таким же визгом съезжаем на обочину, повернувшись где-то на двести семьдесят градусов. Чуть больше даже, потому что сейчас я вижу дорогу, по которой мы ехали в нужную нам сторону. В машине повисает тишина, а потом Нэй шумно выдыхает. — Ты видела? Ты, сука, видела это?! — восторгается она, быстро выходя из машины и обходя её, зарывшись пальцами в волосы. С шокирующей улыбкой рассматривает машину, качая головой, пока я просто наблюдаю за ней, пытаясь отойти от шока. Твою мать. Мы, сука, чуть не врезались в ограждение! Мы могли вылететь на такой скорости! Запросто могли! — Да ты ж моя малышка! — смеётся Нэй, садясь на корточки и целуя капот машины, и я тут же выхожу из неё, забыв даже закрыть дверь, и подхожу к Нэй. Хватаю её за шкирку и поднимаю, ставя на ноги. Разворачиваю лицом к себе и вцепляюсь в её предплечья. — Ты, мать твою, охренела?! Мы едва вписались в поворот! Скорость надо сбрасывать на поворотах, Смит, понимаешь ты или нет?! А если бы мы так удачно не повернули?! Ты хоть думаешь, что делаешь, или у тебя реально мозг отключается, когда тебя одолевает адреналин?! Я разрешила тебе превысить скорость, даже до двух тридцати, но на поворотах всегда надо сбрасывать скорость! Всегда, Нэй! Мало ли какие непредвиденные обстоятельства могут быть! Только попробуй ещё хоть раз вытворить подобное, и я тебе обещаю, я сама размажу тебя по ограждению! Поняла меня?! Нэй сглатывает, но кивает. — П-поняла. Прости, я… Всё же хорошо. — А если бы было не хорошо?! Ты понимаешь, что могла сейчас лишить нас обеих жизни?! И что тогда?! Что прикажешь делать с Мией и Ричи?! А с Мирой?! Ты об этом не подумала?! Я доверилась тебе, повторюсь, на ровной дороге! Не на повороте! Я не готова рисковать жизнью, пока на руках у меня несовершеннолетний ребёнок! Так что ещё хоть раз сделаешь подобное — я тебе озвучила, что с тобой будет! Всё ясно?! Нэй кивает, и я отталкиваю её, заставляя опереться на капот машины, чтобы не упасть, а сама подхожу к двери. — Гонщица хренова, — цежу я, облокачиваясь на крышу машины и выдыхая, успокаиваясь. Молчу, закрывая глаза и утыкаясь лбом в руки, пытаясь утихомирить бешено бьющиеся сердце. Господи… Между нами повисает тишина на долгих минуты три, после чего я вдруг чувствую, что Нэй осторожно обнимает меня сзади за талию. — Прости… — шепчет она, ласково убирая волосы с одного моего плеча на другое и утыкаясь носом мне в шею. — Прости, Ян, пожалуйста, прости… Я идиотка, признаю. До меня только сейчас дошло, что я правда могла сделать несчастными сразу нескольких людей, и даже одну собаку… Я осознала это, и… Боже, прости… Пора мне заканчивать со всем азартным и экстремальным. Я слишком легко поддаюсь соблазну, и в этом моя проблема. Я пыталась с этим что-то сделать, но потом бросила это дело. А зря. Прости ещё раз, родная. Больше такого не повторится. Обещаю. Я выдыхаю и опускаю одну руку, находя ею одну из рук Нэй на своей талии и легонько сжимая её. — Хорошо. Надеюсь, ты держишь свои обещания. — А то ты не знаешь, — хмыкает она, на что я нервно усмехаюсь. — Поехали дальше, азартная ты моя. *** Я паркуюсь и улыбаюсь, выходя из машины. Яна выходит тоже, и мы закрываем двери, которые я, естественно, тут же блокирую. Обхожу машину и останавливаюсь рядом с Яной, обнимая её одной рукой за талию и переводя взгляд на мой родной и любимый дом. Он отделан деревом и имеет два этажа. На первом у нас кухня и гостевой зал, а на втором три комнаты, в двух из которых по одной односпальной кровати, а в третьей — двуспальная. Вот там и будем тусить мы с Яной, скорее всего. Он и внутри отделан деревом, а мало того, на первом этаже панорамные окна, а на втором, помимо этого, ещё и балкончик, на котором два кресла. Охрененно? Не то слово. Откуда у моей бабушки такие деньги? Хороший вопрос, я не знаю. Скорее всего, закупали все материалы в кредит, который наверняка до сих пор гасят мои родители. Но это уже их проблемы. — Красивый, правда? — улыбаясь, спрашиваю я, переводя взгляд на Яну. Она хмыкает, кивая. — Правда. С отцом сами делали? — Именно. — Без единого гвоздя? — Ага, конечно, — фыркаю я, закатывая глаза, на что Яна усмехается, рассматривая дом. — Очень красивый. — Я рада, что тебе нравится. Пойдём, — подгоняю я её, отпуская её талию и беря её за руку, направляясь к этому дому и, соответственно, ведя её следом за собой. Мы подходим к двери, и я, достав ключи (они лежат за столом специальном отверстии), открываю дверь. Яна если и удивляется, то молча, и я киваю, вешая ключи на вешалку и заходя в дом. — Тут есть ещё веранда, а сзади — пустое пространство. Мы думали над тем, чтобы завести какую-нибудь собаку, которая там бы бегала, но так и не завели. А жаль. Но зато теперь у меня есть рыжая задница и… Я замолкаю, замечая кое-что очень подозрительное. Быстро пробегаюсь глазами по гостиной, и Яна вдруг покрепче сжимает мою руку. — Слишком чисто, не находишь? Ты мне что-то говорила про стену из пыли, — очень верно подмечает она, и я киваю, переводя на неё взгляд. — Вот это меня и смущает, — шепчу я, возвращаясь взглядом к гостиной. Сердце начинает биться быстрее, и я сглатываю. Вот блять. Только родителей тут не хватало. Я прочищаю горло, бегая глазами теперь по всему дому. — Мам? — громко зову я её. Тишина. Я прислушиваюсь, но вроде бы всё действительно тихо. — Отец? — так же зову я его. Тишина. — Бабуль? Тот же результат. Я хмурюсь, отпуская руку Яны и разуваясь, проходя в зал. Быстро подхожу к телевизору и провожу по нему пальцами. Смотрю на свою руку и чувствую нарастающую панику. Пальцы чистые. А следовательно, дома кто-то есть. Я перевожу взгляд на Яну, которая подходит ко мне, и качаю головой. — Не может тут быть так чисто. Дома явно кто-то есть, — шёпотом делюсь я с ней, на что она хмурится, осматриваясь. Я тоже быстро осматриваюсь и, увидев рядом с камином (да, тут есть и такое) кочергу, подхожу к ней и беру её в руки. Разворачиваюсь к Яне и кивком показываю зайти мне за спину. Она, всё ещё хмурясь, послушно подходит ко мне, и я одобрительно киваю. — Думаешь, воры? — шёпотом спрашивает она, проводя пальцами по моему плечу, на что я тихо фыркаю. — А кто ещё? Будь это кто-то из моих, они бы отозвались. У бабушки тоже со слухом всё в порядке, она ещё получше меня слышит. Так что по-любому она бы услышала то, что я её зову. А следовательно, тут явно кто-то другой. Странно только, что ещё всё на месте, — шепчу я, кивая. Пару секунд я ещё стою, прислушиваясь к звукам, но в доме царит просто мёртвая тишина. Я прикусываю нижнюю губу, сжимая кочергу в руках и подходя к ближайшей комнате — чердаку. Который, кстати, сделан в лестнице. Умно? Не то слово. Яна тихо идёт следом за мной, и я, выдохнув, распахиваю дверь. Она открывается, и я тут же быстро захожу, жестом прося Яну стоять на месте. Если мне придётся пустить в ход кочергу, то я могу задеть ею Яну, а это ничем хорошим не окончится. Яна послушно останавливается, а я включаю свет в чердаке и готовлюсь, в случае чего, к нападению. Но тут нет ничего, кроме швабр, тряпок, вёдер, газонокосилки и кучи всякой другой хрени. Но людей нет. Отлично. Я беру одну швабру и выключаю свет, выходя из чердака и закрывая за собой дверь, протягивая Яне кочергу. — Возьми. В случае чего — можешь пиздануть, — шепчу я. — С концами, походу, — тихо фыркает она, но тем не менее менее берёт кочергу, и я так же тихо хмыкаю. — Я поражаюсь твоему хладнокровию. Если честно, у меня сейчас нет никакого настроя шутить. Это очень удиви… Наверху вдруг слышится какой-то звук, похожий на тихие шаги, и я замолкаю, прислушиваясь. Но вроде теперь всё тихо. Я выдыхаю через нос, пытаясь справиться с дрожью, и покрепче сжимаю в руках швабру. — Ты слышала? Или у меня уже слуховые галлюцинации? — шёпотом спрашиваю я, но судя по тому, как Яна поджала губы и подняла взгляд на лестницу, походу, слышала. — Слышала. Пойдём, — шепчет она, уже собираясь направиться к лестнице, но я качаю головой, останавливая её. — Может, разделимся? Так будет быстрее и оперативнее. Если что — кричи, — шепчу я, на что Яна качает головой. — Нэй, твою мать, а если их несколько? Думаешь, что ты со своим орудием ближнего боя справишься? — Ой, Ян, я тебя умоляю. Я за тебя больше переживаю. — А я за тебя. Так что заткнись и пойдём вместе, — подключает она свой приказной тон, но на мне он сейчас не сработает. — Нет, Ян, не вариант, — качаю я головой. — Нужно, чтобы кто-то стоял на стрёме. То есть, на первом этаже. Чтобы они не вышли, если их реально несколько, и они распределились по этажам. — Тогда стой тут, — шепчет она, кладя руки мне на плечи и подводя меня к двери, где хорошо видно и первый этаж, и лестницу, — и охраняй. Можем даже поменяться "орудием", если тебе так будет спокойнее. — Нет-нет-нет, туда я тебя не пущу! — возражаю я, обходя её, но она хватает меня за рукав футболки и оттаскивает обратно, качая головой. — Нэй, сейчас не время для твоей упёртости! Стой тут. — Сейчас не время для твоих приказов! — шиплю я, качая головой и вырываясь из её хватки, быстро направляясь в сторону лестницы. Слышу торопливые шаги сзади и оборачиваюсь, прижимая палец к губам. — Пожалуйста, стой там! — еле слышно прошу я её, но она слышит и тяжело выдыхает, тем не менее останавливаясь и смотря на меня уже немного снизу вверх. Я одобрительно киваю и, мысленно перекрестившись, перевожу взгляд на лестницу. С Богом. *** Я нервно наблюдаю за тем, как Нэй перешагивает предпоследнюю ступеньку и поднимается, осматриваясь. Наверху, как я поняла, три комнаты, и одна из них прямо перед носом Нэй, но она разворачивается и идёт направо, пропадая из поля моего зрения. И вот тут я начинаю волноваться. Прикусываю нижнюю губу, внимательно сканируя первый этаж и улицу, пока наверху слышится звук открывающейся двери. И тишина. Я напрягаюсь. Повисает довольно долгая тишина, и я перевожу взгляд на лестницу, ожидая Нэй. Ну же, ну же… — Сука, тварь! — слышу вдруг я и тут же быстро поднимаюсь по лестнице. — Ёбанный твой рот! Долбоёб хренов! Я уже чуть ли не влетаю в комнату, готовясь к нападению. В комнате нет никого, кроме Нэй, которая оборачивается ко мне, держась за сердце и кивком показывая мне в какую-то сторону. Я перевожу туда взгляд и замечаю толстого чёрного кота, который сидит на подоконнике, явно в шоке смотря на нас, и облегчённо выдыхаю. — Это его шаги мы услышали? — спрашиваю я у Нэй, на что та лишь отмахивается, облегчённо откидываясь на стену. — Дебил, твою мать. Я уже успела запаниковать и начать молиться. Ты прикинь, я захожу, а эта тварь на меня смотрит, сливаясь с колонкой. Я думала, что помру на месте, — делится со мной она, на что я хмыкаю, качая головой. — Да, могу себе представить. И всё же, Нэй, неужто ты думаешь, что он тут один? Я сомневаюсь, что он хвостом может протирать пыль. Нэй хмурится и тут же выпрямляется, снова беря в руки швабру. — Ты права. Возможно, кто-то ещё есть в доме. Пойдём поищем и, всё-таки, разделимся. Если что — будем кричать. — Ох, не нравится мне твоя затея, — качаю я головой, поудобнее беря кочергу, на что Нэй улыбается, являя мне свои ямочки на щеках. — Всё будет в порядке. Не переживай. Если мы выгоним отсюда его или их, то отпразднуем это дело долгим-долгим поцелуем. Я хмыкаю и беру её одной рукой за подбородок, оставляя короткий поцелуй на её губах. — Договорились, зайчик. — Вот и отлично. А сейчас пойдём. *** Я хмурюсь, осматриваясь. Что-то не так. Мы с Яной охренели, когда никого не нашли, обойдя дом уже в третий раз. И вместе, и порознь. Странно. Но кто же тогда тут был? Вряд ли, как сказала Яна, этот кошак протирал тут пыль своим хвостом. В доме кто-то есть или был. Но если есть, то где? Мы обыскали всё. А если был, то почему ничего не украл? Тут вдруг я чувствую, что кто-то сзади обхватывает мою шею сгибом локтя и прижимает к себе, а другой рукой закрывает мне рот, и я тут же мычу в ладонь, вцепляясь пальцами в руку неизвестного и пытаясь вырваться, но тут мне в нос ударяет слишком уж знакомый аромат духов, и я выдыхаю через нос, устало откидывая голову на её плечо и закрывая глаза, без лишних слов показывая ей средний палец. Яна смеётся и отпускает меня, потрепав по голове. — Прости, прости, зайчик. Дурацкая шутка, согласна. Просто ты так напряжена уже минут десять точно, и я должна была это сделать. — Я тебя ненавижу. Меня чуть инфаркт не хватил, понимаешь?! — возмущаюсь я, выпрямляясь и оборачиваясь, немного приподнимая голову, чтобы смотреть ей в глаза. Она хмыкает, качая головой, но тут же становится серьёзной. — Нэй, мы с тобой три раза обошли весь дом, осмотрели всё, что можно было осмотреть, и не нашли даже следов того, что тут кто-то есть, кроме нас. Мы одни, Нэй. Одни в этом доме. Никого больше тут нет. — Но кто-то же поддерживает тут порядок! Ей-богу, Ян, думаешь, я бы переживала без причины?! Здесь всё чисто, хотя домом никто не пользуется уже три года! Мы созванивались с бабушкой в этом году, и она была в городе! По-моему, она даже забыла о том, что у неё тут есть дом! А родителям вообще плевать, иначе они бы уже давным-давно продали этот дом за приличную сумму! А я тем более тут не убиралась! Это… Блять, ну неспроста же это всё… Дома кто-то есть или был, правда ничего не украл. И я не понимаю почему, а из-за этого непонимания я начинаю ещё больше нервничать, — выдыхаю я, качая головой и скрещивая руки на груди. Яна внимательно меня слушает, после чего берёт меня за руку и притягивает к себе, обнимая, и я тут же обнимаю её в ответ, утыкаясь носом ей в плечо и закрывая глаза, судорожно выдыхая. — А ещё больше я нервничаю из-за этого, что привела тебя сюда и теперь не могу даже обещать тебе тут безопасность… — шёпотом признаюсь я, и Яна тут же начинает гладить меня по голове. — Тихо-тихо, зайчик. Нэй, не беспокойся, дверь закрыта, и мы с тобой в безопасности. А мало того, я обещала тебе безопасность рядом со мной. И я не соврала. Всё будет хорошо, — обещает Яна, и я невольно расслабляюсь. — Да… Да, точно. Спасибо, — благодарю я её, на что она мягко отстраняется от меня и обхватывает своими длинными и холодными пальцами мой подбородок, поднимая его и целуя меня в губы. Я тут же отвечаю на её поцелуй, и мы обе закрываем глаза, наслаждаясь теплом губ друг друга. Какая же Яна невероятная… *** — Твою мать, я порой поражаюсь, — слышу вдруг я и перевожу на неё взгляд, выгибая одну бровь. Нэй сидит на кухонной тумбе, смотря на меня во все глаза. — Ты помнишь нашу историю знакомства? Я хмыкаю, качая головой и поворачиваясь к ней. — Это сложно забыть. И что тебя поражает? — Да блять, прикинь, нас с тобой вообще в принципе познакомила какая-то девчонка! А если бы не она? — Ну, давай поуважительнее. Всё-таки, она твоя "племянница", — усмехаюсь я, на что Нэй показывает мне средний палец, и я тут же подхожу к ней, шлёпая её по этой руке и обнимая саму Нэй за шею, целуя её в нос (не знаю почему, но я правда очень люблю целовать её именно в нос). — Она уже девятиклассница. — Дети так быстро растут, — наигранно грустно выдыхает Нэй, и я фыркаю, давая ей лёгкий подзатыльник. — Ты сама-то ещё не далеко уехала. — Ой, иди в задницу. А вообще, давай так, когда Мира нас познакомила, то она была в восьмом классе. Забавно, правда? Мы познакомились, благодаря какой-то восьмикласснице! Не поразительно ли? — спрашивает она, обнимая меня за талию и прижимая меня вплотную к себе, запрокинув голову, чтобы смотреть мне в глаза. Я усмехаюсь, выгибая одну бровь: — Поэтично и в двух словах назовёшь заключение? — Ну нет, Ян! — тут же тихо простанывает Нэй, утыкаясь лбом мне в плечо. — Я сейчас вообще непродуктивная! — Встряхни свои писательские навыки и прекращай лениться. Лишним не будет. Она выдыхает и поднимает голову, целуя меня в шею и заставляя меня невольно улыбнуться. — В двух словах? — Именно. — Ну нет, мало. Давай больше. — Нет уж, думай так. — Ну Ян! — На мне этот трюк не прокатит, Нэй. Два слова. Ты же писательница, твою мать! Что, не можешь поэтично связать два слова как-нибудь? Тут Нэй вдруг легонько хлопает меня по спине и выпрямляется, восторженно смотря мне в глаза. — Дорогая, ты просто гений! — шепчет она, беря моё лицо в обе руки и притягивая меня к себе, тут же целуя меня в губы. Я замираю от неожиданности, но, опомнившись, отвечаю на её поцелуй, закрывая глаза и тут же прикусывая её нижнюю губу, оттягивая её. Нэй протестующе мычит, и я от этого звука тут же отпускаю её губу, но начинаю в разы страстнее целовать её, от чего Нэй явно удивляется, потому что убирает с моего лица одну свою руку и, судя по звуку, опирается ею на стол, а второй спускается на мою шею, обнимая меня за неё. Воздуха начинает критически не хватать, но и от этого я начинаю целовать Нэй быстрее и напористее, но та уже вскоре сама с трудом отстраняется от меня, и мы начинаем шумно и быстро дышать, пытаясь восстановить кислород. — Твою мать, — выдыхает Нэй, задыхаясь, и я открываю глаза, поднимая на неё взгляд. Она тоже смотрит на меня, прижимая свободную руку (которой она опёрлась на стол во время поцелуя, чтобы не упасть) к шее и качая головой. — Вот так ты меня ещё не целовала, — хмыкает она, на что я усмехаюсь. — Понравилось? — Безусловно. Целуй меня так чаще. У меня в жизни не хватит инициативы, чтобы самой тебя так целовать. — Это наводит на одну мысль, которую ты уже давно всячески пытаешься отогнать от себя, — выдохнув (отдышалась наконец-то), насмешливо тяну я, и Нэй тут же закатывает глаза. — Рано или поздно я это признаю. Потому что с тобой, сука, очень сложно быть активом! Ты всё время перенимаешь инициативу и трахаешь будь здоров! — возмущается она, на что я довольно улыбаюсь, убирая прядь волос с её лба. — Всё верно, даже не придерёшься. Ну так, зайчик мой? Почему я там в твоей голове гений? — Ах да, точно. Твою мать, Ян, ты сказала то самое слово, которое я всё никак не могла найти! Ну, в смысле… Оно по смыслу шикарное, и очень поэтичное. Я всё никак не могла его вспомнить, а тут ты его произнесла. Итак, внимание. Три слова. Готова? — Нет конечно. Нэй довольно улыбается, являя мне свои очаровательные ямочки на щеках, и обнимает теперь и второй рукой меня за шею, в то время как я опускаюсь своими на её талию. — Нас связала восьмиклассница. Я хмыкаю, качая головой. Точно про нас. Точнее, про нашу историю знакомства. — Слишком поэтично? — выгибает одну бровь Нэй, на что я качаю головой, целуя её теперь в лоб. — Пожалуй, пойдёт. Хотя есть в слове «связала» что-то драматическое. Как будто я тебя, или ты меня, связала и заставила встречаться. — Ну… Вообще, практически так оно и получилось. — Так, Нейтан! Нэй смеётся, прижимая меня вплотную к себе, а я улыбаюсь, качая головой. — Проведём анализ слова… — Заткнись! Нэй заходится в очередном приступе смеха, а я выдыхаю, чувствуя, что она уткнулась лбом мне в плечо. — Угораздило же меня «связаться» с писательницей… — Ой блять, и не говори… А меня — с учительницей по литературе… — Нейтан Смит! *** Я хмурюсь, заходя в нашу с Нэй комнату. — Сколько вас здесь было? Пятеро? — Нет, почему? Четверо, — качает головой Нэй, заходя следом за мной и направляясь к столу, где стоят свечи, со спичками в руках. — Как четверо? А дедушка твой? — Он умер за восемь лет до моего рождения, — пожимает плечами она, доставая из коробка одну спичку и чиркая ею о шершавую сторону коробка, поджигая списку и, соответственно, фитиль одной свечкой, и так далее. — Ага. То есть, вы с бабушкой спали в двух соседних комнатах? — уточняю я. — Да, верно. Можешь сходить и осмотреть мою комнату, если хочешь. Там ты узнаешь обо мне всё, — хмыкает Нэй, на что я выгибаю одну бровь. — А оно тебе надо? — Там вроде бы нет ничего компрометирующего. Можешь смотреть всё. Тем более, уж от кого от кого, а от тебя скрывать мне нечего, да и не надо. Я пока тут устрою нам с тобой романтическую атмосферу. Я усмехаюсь, качая головой, и подхожу к ней. Наклоняюсь и целую её в щеку, заставляя её невольно улыбнуться. — Ты смотри, не спали тут ничего. Всё-таки, дом деревянный. — Без тебя разберусь, любовь моя, — очень уж очаровательно улыбается она мне, и я, щёлкнув её по носу и поцеловав ещё раз, но уже в макушку, отстраняюсь от неё, разворачиваясь и направляясь в её комнату. Очень уж мне интересно узнать, что там хранит Нэй-подросток. *** — Нашла что-то интересное? — с ходу спрашиваю я, поднимая взгляд на Яну, как только она заходит в нашу комнату. Она пожимает плечами, садясь на кровать, на которой я уже лежу. — Парочку вещей. — К примеру? — Плакат с некогда популярной группой, состоящей из двух девушек, которые были в образе лесбиянок. Я улыбаюсь, выключая телефон и откладывая его в сторону, подкладывая одну руку под голову. — «Тату»? — Именно. Оттуда всё и пошло, чует моё сердце, — хмыкает Яна, на что я лишь загадочно поигрываю бровями. — Всё может быть. Ну-ка иди ко мне, будем как они. Я протягиваю к ней руки, и она усмехается, ложась в мои объятия. Я улыбаюсь, тут же крепко-крепко обнимая её. — Я люблю тебя, — шепчу я, закрывая глаза. — И я люблю тебя, Нэй, — шепчет мне в ответ Яна, целуя меня в макушку. Я довольно улыбаюсь и расслабляюсь. В комнате пахнет деревом, а вокруг нас темнота, освещённая свечками. Тепло, хорошо, атмосферно и уютно… Прекрасно. И я уже почти засыпаю в этой идиллии, так как время уже где-то половина двенадцатого, но вздрагиваю от звука. Хмурюсь, открывая глаза и поднимая голову, смотря в сторону двери. Темнота. Тут вдруг я чувствую руку Яны на своей голове, и перевожу взгляд на её глаза, сглатывая. — Кот? Яна хмурится, пожимая плечами, но тут вдруг раздаётся более громкий звук, и я с ужасом понимаю, что кто-то открыл дверь и вошёл в дом. Слышатся шаги, и мы с Яной замираем. Я в панике начинаю осматривать комнату в поисках чего-нибудь тяжелого, но тут вдруг Яна закрывает мне холодной рукой рот, и укладывает меня на своё плечо, качая головой. — Ты громко дышишь, Нэй, — шепчет она мне на ухо, но тут вдруг с кухни доносится какой-то непонятный шум, и я выдыхаю Яне в ладонь, прижимаясь к ней и чувствуя нарастающий страх. Она, поняв это, обнимает меня и ласково гладит по голове, целуя меня в лоб. — Ну, ну. Тихо, — шепчет она мне ухо. Я выдыхаю снова и решительно встаю с кровати, вспомнив, что швабра сейчас стоит за комнатой, прислоненная к перилам, опоясывающим внутри второй этаж. — Нэй! — шепчет Яна, но я качаю головой, жестом попросив её не двигаться. Тихо выхожу из комнаты, на ощупь (темно же, вашу ж мать!) нахожу кочергу, что куда лучше, и, надеясь, что моё бешено бьющееся сердце не слышно за три километра, выдыхаю, начиная медленно спускаться, переступая через скрипучие ступеньки. Спускаюсь вниз и, опять же, на ощупь, прохожу на кухню, откуда доносились звуки. Прислушиваюсь, покрепче сжимая в руках кочергу, и начиная уже в панике осматриваться, шугаясь теней. Где-то мне прям чётко видится силуэт, но, присмотревшись, я понимаю, что это просто тень от чего-то, и каждый раз я чуть ли не умираю от страха. Но тут сбоку от меня скрипит половица, и я вздрагиваю, поворачиваясь в эту сторону с кочергой наготове. Всматриваюсь в стену, но тут сзади кто-то включает свет. — Блять! — неожиданно даже для самой себя, ругаюсь я, выставляя кочергу и оборачиваясь. Передо мной стоит человек, и я вскрикиваю от неожиданности, но тут этот человек вскрикивает одновременно со мной, и я вдруг узнаю этот голос, а, присмотревшись, узнаю и самого человека. И тут же выдыхаю, опуская руки, из которых падает мне в ноги с громким стуком кочерга. — Бабуль, привет, — здороваюсь с ней я, облегчённо улыбаясь. Она включает свет во всём первом этаже и тут же тоже узнаёт меня. — Нэй! Нэй, ты что, совсем с ума сошла, бабушку так пугать?! — возмущается она, на что я смеюсь, подходя к ней и обнимая её. — Я сама испугалась! Ну ты даёшь… Боже мой, да ты просто страшная женщина! Бабушка смеётся, обнимая меня в ответ, а я облегчённо выдыхаю, замечая вдруг на лестнице Яну. И тут же мягко отстраняюсь от бабушки. — Бабуль, я это… Приехала сюда не одна, — признаюсь я, нервно почёсывая затылок. — А с кем? — интересуется она, и я перевожу взгляд на Яну, кивком прося её подойти ко мне. Она, явно ещё не отошедшая от шока, но тут же взявшая себя в руки (учительница же, твою мать!), спокойно спускается с лестницы, подходя ко мне. — Здравствуйте, — здоровается она с моей бабушкой, и та тут же переводит на неё взгляд. И хмурится, как только Яна останавливается рядом со мной. — Здравствуй. А ты… — Это моя подруга. — Её подруга, — одновременно со мной отвечает Яна, и мы коротко переглядываемся, улыбнувшись друг другу. Гении. Одинаково мыслим. — А… Ясно. И как же тебя зовут? — интересуется бабушка. Ну что ж… Сейчас начнётся самое прекрасное знакомство моей девушки и бабушки… Охрененно, я считаю. *** Нэй мягко закрывает дверь и тут же сотрясается от тихого смеха, скатываясь прямо у этой двери на пол, а я выдыхаю, скрещивая руки на груди. — Тут нет ничего смешного, Нейтан Смит. — У меня нервное, отстань, — отмахивается она от меня, на что я скептически выгибаю одну бровь. — Нервное? — Да. Сука, ты слышала наши крики? Мы обосрались друг друга так, что просто мама не горюй! — Слышала. Это на весь дом было слышно. Родственнички, твою мать, — фыркаю я, на что Нэй снова тихо смеётся, и я выдыхаю, беря её за шкирку и поднимая, ставя на ноги. Она поворачивается ко мне и продолжает смеяться, обнимая меня. — У меня истерика, спасите. — Хрен тебе. Но знаешь, твоя бабушка очень хорошая и добрая женщина. Теперь понятно, в кого ты такая, — шепчу я, и Нэй тут же перестаёт смеяться, успокаиваясь. Выдыхает, отстраняясь от меня и поднимая взгляд на мои глаза, невесело усмехаясь. — Да… Да, наверное. Но мы не можем знать наверняка. Может, мои родители тоже были добрыми… Так что ещё не факт, что я такая в бабушку. Может, в родителей. — Сомневаюсь, — качаю я головой, скрещивая руки на груди. Нэй прикусывает нижнюю губу, пожимая плечами. — Не знаю… Но юмор у меня точно от бабушки. Ты слышала её последнюю шутку про кровать? Прям в моём стиле, согласись! Я усмехаюсь, легонько толкая её. — Это точно. Такая же дурацкая молодая шутка, с которой почему-то мне стало очень смешно. Что с тобой у меня такое, что с твоей бабушкой. — И это просто прекрасно, любимая, — шепчет она, проходя мимо меня к кровати и вдруг очень по-наглому проводя своими пальцами по моему подбородку, щёлкнув по нему. Я тут же разворачиваюсь и ловлю эту руку Нэй, останавливая её за неё и поворачивая лицом к себе. Толкаю её, и она тут же падает на кровать, тихо матернувшись, пока я в это время седлаю её, прижимая её руки к кровати. — Охренела, Смит? Смелой себя почувствовала? — шёпотом спрашиваю я, на что она усмехается, нахально выгибая одну бровь. — А вдруг бабушка зайдёт? Слезь лучше, а? От греха подальше. — Пусть посмотрит, как я наказываю её внучку за наглость, — усмехаюсь теперь я, наклоняясь и целуя её в губы, закрывая глаза. Она, конечно же, отвечает мне, и я сразу же перехожу на грубость, кусая её губы и сжимая её руки до синяков. И этой ночью я буду с ней такой. Пусть она почувствует адреналин, который так любит, когда за стеной её бабушка, а тут она прогибается подо мной, еле сдерживая стоны и лишённая возможности говорить. Азартная моя. И да, пожалуй, эта поездка меня не разочаровала.