Прости, я не могу забрать твою боль

Жгучая боль прошлась по всему моему телу, начиная от макушки, заканчивая пальцами ног, словно обдало током, а в особенности в левом боку. В глазах помутнело и резко затошнило, от чего я стала часто дышать. Острая боль не унывала в моей ноге и я чуть приподняла голову, с ужасом осознавая, что насквозь во мне торчит металлический штырь. Я видела, как кровь пропитывает мои штаны, оставляя на них кровавое пятно, растекаясь все больше и больше. Голова гудела, а из глаз лились слёзы. — Кира? , — сверху послышался голос Димы. — Я тут, помоги мне, — крикнула я, пытаясь сдержать дрожь в голосе. Деревянные полы скрипели под весом Димы и в какой — то момент я побоялась, что он свалится в эту же яму. Свет фонарика резко обдал моё лицо, заставляя меня щуриться. — Блять, Сударь, срочно МЧС и скорую вызывай, — крикнул Дима. Сверху послышались шаги, переходящие в бег, видимо остальные ребята подходили. Дима сразу же спустился ко мне и осмотрел меня всю. — Где ещё болит? — Нога, очень больно, — сказала я, всхлипывая в очередной раз. — Потерпи, солнце, скоро приедет скорая. — Я не могу больше. — Прости меня, прости, я не могу забрать твою боль, — шептал Дима, прижавшись к моему лицу. Последнее, что я помнила, как Дима пытался укутать меня своей курткой, потому что меня охватил озноб, а я лишь бездвижно смотрела куда — то вверх, пока не потеряла сознание. Очнулась я в больничной палате. Мне кажется, в какую больницу не зайди, всегда будет пахнуть хлоркой, чуть поморщив нос, я приподняла голову. В кресле, у самой кровати, мирно посапывал Дима, подложив руку под голову. — Дим, — шепнула я. Парень сразу же открыл глаза и чуть огляделся, не понимая, от куда его зовут, но как только встретился со мной взглядом, сразу же заулыбался. — Как себя чувствуешь? — Воды хочу, — протянула я, оглядывая помещение. — Солнце, тебе пока что нельзя, тебя совсем недавно перевели в палату из операционной, — Дима приложил руку к моему лбу, слегка смахивая с него волосы. Через несколько дней меня уже выписали. Все время, что я тут находилась, Дима практически не отходил от меня, лишь уезжал домой, чтобы принять душ и переодеться, но на его смену всегда приходили либо Сударь, либо девчонки. Рано утром, Дима забрал меня и мы отправились к нам домой. Всю дорогу, он нервно поглядывал на меня, постоянно спрашивая, не болит ли что — то у меня. Как только вы вошли внутрь квартиры, Цири радостно встретила меня, виляя хвостиком. — Я тоже скучала по тебе, — сказала я, почесав собаке за ухом. — Пойдём, я тебе помогу, — сказал Дима, стягивая с меня куртку. — Я хочу поговорить. — Садись на диван, — Дима похлопал рядом со своим местом. — Я хочу уйти, — сказала я, не поднимая взгляд. — Я могу тебя просто не брать больше на съёмки, будешь работать из офиса. — Дим, ты не понял, я хочу уйти от тебя, — только сейчас я осмелилась поднять на него взгляд. — Кира… — Дим, я не могу так больше, я не могу больше волноваться каждый раз, когда ты уезжаешь на съёмки, молясь о том, чтобы ты приехал невредимым, я не могу так больше. Мы разошлись без криков, скандалов, лишь пустой взгляд Димы. Мне было больно его отпускать, но я не могла так жить, постоянные стрессы от того, что с ним может что — то произойти. Я люблю его, всё ещё люблю.