Две недели

       Мужчина медленно открыл глаза. Белый потолок. Холодные светло-голубые стены. Капельница. В коридоре послышался знакомый голос: - Я сказала, я его забираю! Мне совершенно наплевать на ваши правила! Я очень Вам за все благодарна, но сегодня я забираю его в Москву, перевозка уже подъезжает.       Оля зашла в палату и села на край Пашиной кровати. - Привет, - ласково произнесла Арефьева. - Привет, - прохрипел Рыков, мысленно пытаясь восстановить цепочку событий. - Милый мой, хороший, - Оля аккуратно провела ладонью по щеке мужчины, - как же ты меня напугал. Ну ничего, показатели хорошие, сейчас приедет машина и поедем в Москву. - Не надо, Оль, - тихо произнес Рыков. - Даже не обсуждается. Поедем в мою клинику, я уже обо всем договорилась. - Паша попытался приподняться, но острая боль мгновенно пронзила тело. – Лежи, лежи, тебе пока нельзя. - Как я здесь оказался? - Стасу спасибо скажи, если бы не он… даже думать не хочу об этом.       Мужчина слегка согнул левую ногу в колене, правая лежала неподвижно. - Что с ногой? – занервничал Паша, отчаянно сжимая рукой конечность. - Паш, Паш, успокойся, все хорошо. - Да что хорошо?! Я ногу не чувствую! - Это временно, слышишь меня? Чувствительность восстановится. - Когда, Оль?! Когда?! – негодовал мужчина, яростно стягивая одеяло. - Я сейчас, - произнесла Арефьева и выбежала из кабинета. Через полминуты она вернулась с медсестрой, в руках которой была ампула с успокоительным. – Да что ты там возишься? Дай я сама, - Оля выхватила из рук девушки шприц и лекарство. Ловким движением она вскрыла ампулу и набрала препарат в шприц, после чего вколола Рыкову.       Через час приехала специально оборудованная машина для перевозки, оставалось закончить оформление бумаг. В палату зашел врач и протянул Паше документы, на которых требовалась его подпись. - Оль, прости, но я никуда не поеду. Арефьева забрала из рук доктора бумаги и попросила оставить их наедине. - Рыков, ты хочешь на ноги встать или нет!? – сокрушалась женщина. - Подписывай давай! - Арефьева! - Рыков, даже не начинай! - Ольга была настроена архисерьезно и Паше ничего не оставалось, как подписать документы.       Прошло три недели. Рыков находился в больнице, где работала Оля и стремительно шел на поправку, вот только нога очень медленно восстанавливалась. Чувствительность появилась, но пока очень слабая, и это сильно расстраивало мужчину. Конечно, он мог передвигаться, чем даже злоупотреблял пока не видела Арефьева, но исключительно на костылях.       Оля стояла у Пашиной кровати и бурно спорила с ним. - Зачем тебе инвалид, ну скажи мне зачем?! - Прекрати немедленно! Какой ты инвалид?! Ты через месяц - полтора уже бегать будешь. - А если нет, Оль? - Рыков, ну что за упаднические настроения?       В палату зашел Гриша, которому жуть как не нравилось, что Оля столько времени уделяла Паше и постоянно о нем хлопотала. - Оленька, - нагло обняв женщину за талию, произнес мужчина, - я тебя везде ищу, а ты тут. - Так, Григорий Андреевич, соблюдайте пожалуйста, субординацию, - строго сказала Арефьева, убирая руки мужчины со своей талии. - Простите, Ольга Кирилловна, - недовольно ответил Гриша, - но мы опаздываем на планерку. - Идите, Григорий, я сейчас подойду, - не оборачиваясь, произнесла женщина и присела на кровать к Паше. Доктор нехотя вышел из палаты. - Правда, Оль, иди. Тебя ждут. - Ничего страшного, подождут. - Оль, ну зачем тебе это все? Вон у тебя ухажер какой. Здоровый, коллега опять-таки. - Рыков, я не поняла, то есть ты вот так просто готов отдать меня другому? – обижено спросила Арефьева и встала с кровати. - Ну подожди, - взял ее за запястье и посадил обратно. – Я совсем не это хотел сказать. Просто я не хочу, чтобы ты тратила свою жизнь в пустую и была рядом из жалости.       - Ты всерьез думаешь, что я здесь только из жалости?       Паша внимательно посмотрел на Арефьеву. - Почему тогда? - А ты сам не понимаешь? - Если ты думаешь, что чем-то мне обязана за сына, то это не так. - Рыков, ты совсем дурак? – нежно произнесла женщина и втянула его в трепетный поцелуй. - Так понятней? – оторвавшись от мужчины с улыбкой спросила Оля. - Ну боле или менее, - улыбнулся Паша и приник к любимым губам.       Вечером в палату зашел Гриша. - А Оли нет? – вкрадчиво поинтересовался доктор. - Как видите, - ответил Рыков. - Это очень хорошо, потому что я пришел поговорить с Вами, Павел. - Интересно о чем? - Не буду ходить вокруг да около, скажу напрямую. - Я Вас внимательно слушаю. - Оленька просто замечательная женщина. Вы спасли ее сына, и она очень Вам за это благодарна. Я тоже благодарен, ведь Степа мне не чужой. Понимаете, Оля такой человек… в общем она теперь думает, что чем-то Вам обязана, но ведь это не так. Вы просто выполняли свою работу. Я Вас очень прошу, не ломайте ей жизнь. Оля наверняка винит себя в том, что с Вами произошло. Она очень жалеет Вас. Ну сами подумайте, хотите Вы, чтобы она была рядом из жалости? Отпустите ее… - Я вас услышал, - стальным голосом произнес Рыков.       Арефьева в приподнятом настроении шагала по коридору, направляясь к Паше. Ведь лучшие специалисты Москвы, ей с уверенностью сказали, что месяца через три он полностью восстановится и единственное, что будет напоминать ему о том дне – это шрамы на теле, но шрамы, как известно, украшают мужчин. - Ольга Кирилловна, - на полпути остановила Арефьеву старшая медсестра, - там крупное ДТП везут, бригады уже в операционных, нужна Ваша помощь.       Женщина развернулась и отправилась встречать пострадавших. Пять часов бригада хирургов во главе с Ольгой Кирилловной Арефьевой боролись за жизнь беременной девушки и ее ребенка. К счастью, удалось спасти обоих. Выйдя из операционной, Оля направилась к Паше. - Представляешь, - начала женщина с порога, но в палате никого не было. – Не поняла, - произнесла Арефьева и побежал на пост. – Рыков где?! - Ольга Кирилловна, Вы только не волнуйтесь… - Мне повторить вопрос!? - Он ушел. - Как это ушел? Куда ушел? - Написал расписку и ушел. Мы пытались его остановить, но ничего не вышло. Он практически сразу, после ухода Григория Андреевича потребовал выписаться. - А зачем Гриша к нему ходил? - Я не знаю, Ольга Кирилловна.       Арефьева решительно ничего не понимала и очень волновалась. Женщина несколько раз набрала Паше на мобильный, но он не отвечал. Ольга вихрем залетела в ординаторскую, где как ни в чем не бывало сидел Гриша и пил чай. - Что ты ему сказал?! – накинулась на мужчину Арефьева. - Кому? – встал со стула Григорий. - Зачем ты к Паше ходил я тебя спрашиваю?! Что ты ему наговорил? – Ольга схватила доктора за халат. – Отвечай! - Оль, успокойся, пожалуйста. Я ничего такого ему не сказал. Просто объяснил, что будет лучше, если он тебя отпустит. - Кто тебя об этом просил?! - Оль, ну зачем тебе инвалид, ну сама подумай? - Да я люблю его!!! Понимаешь ты это или нет!? – Арефьева оттолкнула мужчину и вышла из ординаторской. Спешно сдав смену, Ольга посмотрела в карте адрес Рыкова и направилась к нему домой.