Невозможно

Все было странно. Странно и неловко. В какой-то момент Кадзуха начал ловить себя на мысли, что ему мало. Они решили сменить положение из-за хвоста Куникудзуши, который явно доставлял парню дискомфорт. Усевшись на Каэдэхару сверху, Скарамучча довольно выдохнул, пока его хвост восторженно подергивался из стороны в сторону. Где-то на периферии сознания Кадзуха повторяет себе, что стоит быть медленным и аккуратным, но тело явно не собирается слушаться. Пока одна рука вдоволь наслаждалась, поглаживая бедро Куникудзуши, вторая, проделав тот же самый путь, пустилась выше. Скарамучча резко вздрагивает, отстраняясь от Кадзухи, и издает короткий стон, стоит парню хмыкнуть и слегка надавить на вставший сосок, потирая тот большим пальцем. Попытавшись что-то сказать, Скара протяжно выдыхает и, обхватив Кадзуху за шею, прижимается к парню как можно ближе, весь дрожа. — Кадзуха… — зовет он. В ответ мычание, — извини…я…можешь сделать так еще раз? Никогда еще Кадзуха не чувствовал себя так неловко, как сейчас, играя с сосками Скарамуччи через его сраный черный топ, от которого Каэдэхара просто дурел. Или это вина самого парня. Или всего сразу. Кадзуха не очень хочет задумываться на этот счет. Сейчас, конкретно сейчас, ему хочется наблюдать за тем, как смущенный практически до предела парень в его руках весь подрагивает от нетерпения и прикусывает нижнюю губу, проглатывая стоны и тяжело дыша. Это было невозможно терпеть. Все эти хриплые полувздохи с собственным именем на губах. У Кадзухи кружится голова. Скарамучча тоже явно уже не в себе. Да плевать, думает Кадзуха, отстраняясь от парня, но лишь для того, чтобы снова нависнуть над ним. Скарамууча даже не успевает понять что происходит, он открывает рот, но разочарованный всхлип пропадает в поцелуе, а рука Каэдэхары смещается ниже, накрывая выпирающий через одежду стояк Куникудзуши. Дернувшись всем телом, Скара мычит что-то непонятное, в конце концов сдаваясь и полностью отдав себя на попечение Кадзухи. Ткань уже намокла и неприятно хлюпала, поэтому, погладив член через одежду, Кадзуха просит Скарамуччу чуть приподняться и, когда тот послушно выполняет просьбу, сдергивает штаны до самых колен, возвращая руку обратно на сочащуюся смазкой плоть. Скарамучча стонет прямо в поцелуй, пока их языки сплетаются. Ослабевшей рукой Скарамучча хлопает Кадзуху по плечу и практически одними губами произносит «одежда», на что Каэдэхара мотает головой и спускается ниже. Не очень поняв, что он конкретно собирается делать, Скарамучча проводит секунду в небольшом ступоре. В следующий момент его всего практически подбрасывает на кровати, а рот открывается в беззвучном «Кадзуха, стой», когда его рука на члене начинает ритмично двигаться, а сам Кадзуха, обдав жаром один из вставших сосков, проводит по нему языком. Скара даже не пытается остановить его, поняв, что это бесполезно. Ему остается лишь задыхаться от собственного стыда и приятной тяжести, что скопилась внизу живота. Собственный хвост дергается, будто наэлектризованный, и ноет от боли, из-за чего Скара болезненно всхлипывает и чуть приподнимает бедра, чтобы освободить ему хоть немного места. Не помогает. Все тело стало слабым, а постепенно увеличивающийся темп рукой не делает лучше. У Скары ломит в коленях и пальцы на ногах подгибаются от распирающих его приятных чувств. Дышать становится тяжело, и он может лишь ойкнуть, почти сурово посмотрев на затылок Каэдэхары, когда тот прикусывает сосок и отстраняется. — Не кусайся, — на выдохе произносит парень, притягивая Кадзуху к себе. — Прости, — он целует его в кончик носа, замедляя темп рукой, — могу я продолжить? — Ты не собираешься раздеваться? — Скарамучча чуть выгибает бровь, смотря на всего покрасневшего от жары Кадзуху, на лбу которого уже даже появилось несколько капель пота. — Не собираюсь, — мотает он головой и стискивает пальцы, от чего Скарамучча шипит и вздрагивает, — не сегодня, по крайней мере. Скарамучче ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Кадзуха смахивает прилипшие ко лбу пряди и на мгновение поворачивается вправо. Скаре на живот тут же опускается упаковка презервативов, которые самостоятельно вскрываются. Куникудзуши уточняет, что это не обязательно, но Кадзуха увеличивает темп рукой и под шумные вздохи отвечает, что им лучше перестраховаться. Задохнувшись собственным стоном, когда до ушей Куникудзуши доносится вжик молнией, Скара поднимает голову и, когда натыкается на ответный приветственный стояк, хватается за толстовку Каэдэхары и тянет того на себя. — Ты слишком медленный, — практически скулит он, увлекая в просящий поцелуй. — Мне нужно тебя подготовить, — сквозь непрекращающийся обстрел поцелуями пытается объяснить ему Кадзуха. — Не нужно, дурень, — смеется Скара, — у меня гон, просто войди. — Это небезопасно, — все же не сдается парень, получая в ответ сердитый взгляд. — Небезопасно тебе тормозить сейчас. Давай, в другой раз побудешь нежным и внимательным. Не поверив, что он и правда не нуждается в подготовке, Кадзуха, не переставая наглаживать багровую головку, заставляя Скарамуччу постанывать, все же на свой страх и риск, поднося пальцы к пульсирующей дырочке, вводит сразу два лишь на фалангу, но его тут же затягивает глубже. Скарамучча наконец издает протяжный стон, одной рукой хватаясь за Кадзуху. Зрелище настолько великолепное, а звук, что пронесся по всей комнате и застыл где-то в ушах оказался до того приятным, что у Каэдэхары потемнело в глазах. — Черт тебя дери, Каэдэхара, — ругается Скарамучча, — я же сказал тебе не тормозить! Кадзуха хотел было извиниться, но решил попробовать кое-что другое. Он двигает пальцами, раздвигая те, и от гневной тирады Скарамуччи не остается и следа. Удивительно, они еще даже не дошли до конца, но Кадзуха уже знает, что одного раза им точно будет мало. Выдохнув, чтобы немного прийти в себя, он наконец вытаскивает пальцы и раскатывает презерватив по члену. Скарамучча гулко сглатывает, но его почти сразу переворачивают на живот и просят слегка приподняться. — Не страшно? — заметив чуть напрягшиеся плечи Куникудзуши, спрашивает парень, проведя членом меж ягодиц. — Нет, но… — Скара чуть поворачивается, чтобы видеть Кадзуху, — почему эта поза? — Твой хвост, — вздыхает Каэдэхара, а упомянутый тут же дергается, будто извиняясь, — я вижу, что из-за него тебе неудобно лежать на спине, — чуть наклонившись, Кадзуха целует в открытый участок плеч и хмыкает, — я тоже хочу видеть твое лицо, но, как ты и сказал, в другой раз. Скарамучча не успевает ему ответить. Да ответ и не требовался, как таковой, вопроса то не было. Кадзуха медленно входит во всю длину, останавливаясь, чтобы дать привыкнуть и себе и Скаре. Обессилено выдохнув, Скарамучча утыкается в одеяло, стискивая то в кулаках. Внутри него ужасно приятно. Тесно, влажно и горячо. Кадзуха чувствует, как парень чуть сжимается, обволакивая его член целиком и полностью, и не может не застонать в голос. Кадзуха хотел быть нежным, правда. Он очень старался где-то в начале убедить самого себя, что надо сдерживаться, но это невозможно. Невозможно быть нежным, когда чувства захлестывают с головой. Возможно, Скара был прав и его гон все же как-то влияет на него. Но это не важно. Не в этом суть. Сделав пробный толчок, Кадзуха внимательно следит за реакцией Скарамуччи и, не найдя признаков боли или отвращения, делает еще один. Он двигает плавно и медленно, хотя это настоящая пытка. Скара так всасывает его, что хочет толкнуть сильнее, резче, жестче, но он пытается держать себя в руках. Душно просто кошмар, в глазах мутнеет от духоты, но Кадзуха даже не думает раздеваться. Он не знает насколько сильно пострадало его тело и не хочет сейчас давать Скарамучче лишний повод для беспокойства. Он делает несколько толчков, когда, наконец, не достает до нужной точки, все же выбивая из Скары давно желанный стон. Довольно хмыкнув, Кадзуха продолжает давить в нужное место, пока Скарамучча захлебывается собственными стонами и каждый раз сжимает его чуть сильнее. Подумав, что, наверное, ему бы хотелось знать, чего хочет его дракон на самом деле, Кадзуха на мгновение прикрывает глаза и, когда открывает, чуть прищуривается. О, в голове у Скарамуччи полная каша, это именно то, чего Каэдэхара и хотел. Он вообще не думает о посторонних вещах, если честно, то он не думает ни о чем, кроме него самого и секса. Неплохо. Очень даже неплохо. — Куникудзуши, — зовет он, сжимая пальцы на бедрах парня, — можешь просто думать, хорошо? Удивительно, но Скара сразу понял что к чему. Он довольно засмеялся, вновь переходя на высокий стон, а Кадзуха услышал то, что понравилось ему еще больше, чем все, что он слышал до этого. «Быстрее, пожалуйста, я с ума сойду, если ты будешь так медленно толкаться». В конце концов, приняв просьбу во внимание и полностью последовав ею, Кадзуха доводит Скарамуччу практически до крика. Его хвост, мешающий все это время наслаждаться сведенными лопатками выпирающими из-под плотной черной ткани, был закинут Каэдэхаре на плечо, а ритм стал более быстрым. Огорчало лишь то, что Кадзуха так и не увидел лица Скарамуччи, когда тот, шмыгнув носом и протяжно застонав, вслух попросил его быть чуть грубее, зато Кадзуха прекрасно понял в каком именно сексе нуждаются драконы в гон. Практически достигнув пика, Кадзуха останавливается и, тяжело дыша, берет Скарамуччу за локоть, поднимая его к себе. Пискнув, Куникудзуши направляет на него замыленный взгляд и непонимающе вопрошает что он делает. Кадзуха не отвечает, поворачивает голову парня к себе и вновь толкается. Они целуются, практически не помня себя. Скарамучча кончает, так и не прикоснувшись к себе, попадая на кровать и немного на пол. Довольно промурчав, Куникудзуши, оставляет поцелуй на линии скулы Каэдэхары и выдыхает, когда слышит гортанный стон себе в плечо. Закончив, Кадзуха выходит из расслабленного тела парня и, сняв презерватив, отправляет его сразу в мусорное ведро, чтобы не забыть. Кадзуха падает на кровать, чувствуя приятную усталость в теле, в то время как Скарамучча окончательно снимает с себя штаны, а после топ. И поворачивается на Кадузуху. — Устал? — Немного, — честно отвечает Каэдэхара, чуть прикрыв глаза. Скарамучча тихо смеется, но уже через секунду оказывается рядом. Он тыкает подушечкой пальца в щеку парня и, поцеловав в то же место, забирается сверху. Кадзуха открывает глаза, глядя на лихорадочный блеск в глазах напротив. — Тебе мало, да? — усмехается он, получая в ответ кивок. — У тебя еще стоит, — Скарамучча взглядом указывает на все еще твердый член, как бы невзначай проводя по головке кончиками пальцев. — Ты обвиняешь меня в этом? Между прочим, это ты тут восседаешь на мне с соблазнительным лицом, — Скара наигранно оскорбляется, хлопая глазами. — Так это моя вина?! — Определенно твоя, — говорит он, поднимаясь, чтобы наконец дотронуться до желанного тела не через одежду, — и ничья больше. — Хорошо, я виноват, — Скара игриво закидывает руки парню на плечи и двигает бедрами, потирая их члены друг о друга, — можешь наказать меня за это. — Ох, — Кадзуха смеется, — боюсь, тебе слишком понравится наказание. Они оба издают тихий смешок, прежде чем вновь утонуть в череде глубоких поцелуев. Кадзуха просит Куникудзуши чуть подождать, чтобы надеть презерватив, но парень останавливает его руку, приподнимается и сам насаживается на член, застонав прямо на ухо. — Нам это не нужно, — двинув задницей, вызывая у Каэдэхары дрожь, усмехается Скара, — драконы не восприимчивы к людским болезням, так что забудь об этом, — в одно движение Скарамучча толкает Кадзуху обратно на кровать и нависает над ним, — и дай мне трахнуть себя твоим членом, м? Не став дожидаться, пока Кадзуха отойдет от шока, Скарамучча откидывается назад и принимается двигать бедрами. Кадзуха понимает, что, ему хоть и нравится все происходящее и прыгающий на нем Скарамучча выглядит просто великолепно, но ему некуда деть руки. Поэтому, когда в голове возникает идея, Кадзуха тут же берет ее на абордаж. Поглаживая выпирающие тазовые косточки, Кадзуха движется руками чуть выше, буквально балдея от прямого контакта с кожей. Скара дракон и по бокам уже начали прорисовываться несколько дорожек чешуек. Там кожа была гораздо грубее, чем на животе. И от этого контраста у Кадзухи практически сперло дыхание. Пока Куникудзуши наслаждался тем, что в таком положении Каэдэхара ощущался гораздо глубже и доставал до всех чувствительных мест, сам Кадзуха, натрогавшись вдоволь, наконец вернулся к самому чувствительному, что было у Скарамуччки. К соскам. Но стоило ему лишь легонько ущипнуть те, как его руки тут же остановили, а в голове пронеслась фраза. «Не трогай мои соски, извращенец, я не хочу кончить так быстро». Хмыкнув, Кадзуха решил ответить ему вслух. — Мне некуда деть руки. Замедлившись, Скарамучча немного подумал и, видимо, придя к какому-то решению, дернул Кадзуху на себя, тут же целуя. Ладно, думает Каэдэхара, пока его член активно седлают, захлебываясь стонами, просто трогать тоже не так уж и плохо. Когда, спустя несколько минут, Скарамучча зовет его по имени несколько раз задыхающимся голосом, Кадзуха понимает, что он вот-вот кончит и спешит вытащить, но Скара крепко хватается за него и, дрожа всем телом, отказывается отпускать, пока не спускает ему на одежду и себе на живот. Кадзуха кончает внутрь, хотя не особо этого хотел, но Куникудзуши поправляет ему волосы и, легко улыбнувшись, произносит. — Мне нравится быть заполненным тобой. Он настоящий демон, решает Каэдэхара, предлагая, раз уж так вышло, сходить вместе в душ. Правда только когда Куникудзуши соглашается, Кадзуха вспоминает о своих шрамах и пытается придумать отмазку, чтобы отправить его одного, но. Но Скарамучча был непреклонен. Да и как вообще отказать ему, когда он голый сидит на коленях, умоляюще смотрит и хвостом раскачивает. Это убийство. Кадзуха когда-нибудь помрет от милоты. С горем по полам убедив Каэдэхару, Скарамучча встает с кровати, потягивается и оборачивается на Кадзуху, мол идешь или нет, пока сам парень внимательно следит за дорожкой спермы, что скатывается по стройной ноге парня, а его член вновь заинтересованно дергается. Он тогда пошутил про то, что, кажется, не сможет выпустить его из кровати, но, видимо, это была наичистейшая правда. Загнав Скарамуччу в душ первым, чтобы тот настроил воду, Кадзуха принимается снимать с себя потную и испачкавшуюся одежду. Скинув ту в корзину для грязного белья, Кадзуха поднимает глаза на зеркало и практически замирает от шока. Белые шрамы, словно змеи, струились по всему телу, где-то более глубокие, где-то практически незаметные, но они были везде. Ноги пострадали меньше всех, витиеватые линии не достигали даже колен, а вот все остальное…Кадзуха боится того, что может быть на спине. Его будто исполосовали всего. Выглянув из душа, уже слегка мокрый, Скарамучча ворчит почему тот не заходит, но, увидев шрамы, тут же затыкается и оказывается рядом, осматривая всего парня. — Это из-за Нивы? — спрашивает парень, вот только Кадзуха не понимает почему его голос звучит так виновато. — Похоже на то, — вздыхает он, — мое тело разрушалось, но я не думал, что все настолько серьезно. Прости, — Скара поднимает полные боли глаза на парня, — мне стоило сказать об этом раньше. — Ничего, ох…прости меня, — Скарамучча опускает глаза, но Кадзуха берет его лицо в ладони поднимает обратно. — За что ты извиняешься? — не понимает он. — За Ниву, — пауза, — кажется, он прицепился к тебе из-за меня, — и снова повторяет, тихо-тихо, — прости. — Эй, эй, — Кадзуха слегка тормошит его, опуская ладони на плечи, — ты не виноват, это его личные проблемы, что он преследует тебя в этой жизни. Мы поговорим с ним позже и, я уверен, он тоже извинится за это. Я в порядке. Они даже не болят, — и в доказательство, взяв Скарамуччу за руку, прислоняет его ладонь к своей груди, где был самый глубокий, заметно затянувшийся белый шрам, — видишь? — Кадзуха… — он произносит это с таким трепетом, что у Каэдэхары сердце ныть начинает. Он вздыхает и заключает Куникудзуши в крепкое объятие, отмечая, что вода на нем уже высохла и, похоже, теперь ему холодно. — Пойдем в душ, ты холодный. — Ты правда в порядке? — Правда, — смеется он, — ты дважды проверил это, не переживай так сильно. Вода оказывается недостаточно горячей, поэтому Кадзуха делает ту чуть теплее, пока Скарамучча ловит водяные капли ладонями и гипнотизирует плечи Каэдэхары, взволнованно помахивая хвостом. Кадзухе не нравится, что его любимый слишком нервничает, поэтому, затянув Куникудзуши под воду, он тут же нападает на него с нежными, неглубокими поцелуями, пытаясь хоть как-то отвлечь Скару от безрадостных мыслей. Правда план был такой себе и Куникудзуши практически сразу его разгадал, но не то что бы он был против. Отстранившись, он убирает мокрые пряди назад и смеется: «ты меня отвлечь пытаешься, м?». Согласившись, Кадзуха вновь притягивает парня к себе, делая несколько шагов вперед, чтобы Скарамучча оперся спиной о кафельную стену. Зашипев от контраста температур, Скара недовольно хмурится, но не отстраняется, лишь тихонько выдыхает, стоит Кадзухе провести ладонями по его бедрам и, заведя руки за спину, отодвинув хвост, опуститься к ягодицам, проведя между ними пальцем. Кадзуха надавливает на чуть взбухшее колечко мышц и вводит два пальца, раздвигая мягкие стенки. Несколько дорожек семени тут же потекли вниз по ногам, пока Кадзуха тщательно вымывал парня внутри, стараясь не акцентировать свое внимание на собственный полувставший член и то, что рвано вздыхающий Скарамучча явно это заметил. Вычистив все внутри, Кадзуха вытаскивает пальцы и уже хочет было приступить к собственному мытью, как его тянут на себя, сразу же углубляя поцелуй, а член Каэдэхары встречается с другим, уже полностью готовым к бою. — Ты же не серьезно, — отчаянно выдает Кадзуха, но получает в ответ лишь загадочную улыбку и поцелуй в щеку. — Давай еще раз, — мурчит Скара и ластится, как котик, — последний, м? У Кадзухи не было сил сопротивляться. У него вообще, если честно, ни на что больше не было сил, но он все же согласился. Скара пообещал, что это будет последний раз и Кадзуха ему поверил. Он развернул парня лицом к стене, чуть надавил на плечи, чтобы тот прогнулся, и медленно вошел, шумно выдохнув. На этот раз секс был медленным, практически ленивым, Кадзуха не ускорялся, да ему и не особо этого хотелось. Куникудзуши был не против. Он сипло постанывал, зовя Кадзуху по имени, и перебирал пальцами по кафелю, наслаждаясь наполненностью. — Кадзуха. — М? — Ты ведь можешь держать людей своей способностью? — вопрос показался Каэдэхаре странным, но он все же ответил коротким угуком. — А что? Оставив вопрос без ответа, Скарамучча выпрямляется, заставляя Кадзуху выскользнуть из него, и поворачивается к нему лицом, приобнимая за шею. — Я хочу видеть твое лицо, — сделав паузу, Скара краснеет, но взгляда не отводит, — попробуем секс на весу? — Я правда устал, — вздыхает Кадзуха. — Ну немножко, — просяще выдает Скарамучча, целуя в краешек губ, — совсем чуть-чуть, я все равно скоро кончу, можно? Пожалуйста? Кадзуха не может отказать ему. Несмотря на дикую усталость, он сам все еще был в возбужденном состоянии и это надо было как-то исправлять. Кивнув, он придерживает Скару, пока тот запрыгивает на него, а потом направляет больше, чем нужно был, сил для того, чтобы тот смог спокойно удерживаться на весу. Вновь прижав парня к стенке, Кадзуха делает толчок, входя во всю длину, и, не сдержавшись, стонет, привлекая Скару к себе для поцелуя. Странно делать это на весу. Чтобы Куникудзуши не упал, Кадзуха старается контролировать свои силы и одновременно не отвлекаться от процесса, что оказывается невероятно сложным для него. Но Скаре, кажется, нравится. Он тихий, но все равно полувздохи срываются с губ, как доказательство, что ему действительно хорошо. Скара спускает себе на живот и тут же смывает все остатки их близости водой, но вот Кадзуха до пика так и не дошел. Увидев это, Скара вопросительно выгибает бровь, но Каэдэхара сразу же ему объясняет, что одновременно использовать силы и сосредотачиваться на чем-то другом ему сложно, поэтому он и не кончил. Проблема решается быстро и эффективно. Скара опускается на колени и берет в рот. Двинув головой несколько раз, Скара втягивает щеки, создавая вакуум и Кадзуха не успевает предупредить парня, как уже изливается ему в рот. К счастью, глотать парень не стал. Зато потом томно прошептал, что в следующий раз сделает лучше, а то сейчас просто была непредвиденная ситуация. Посмеявшись, они, наконец, вымылись нормально, потратили еще какое-то время на возню с пеной и мыльными поцелуями между мытьем, после чего, выйдя из душа, упали на кровать и одновременно выдохнули. — Кадзуха. — М? — Ты все еще хочешь есть? Рассмеявшись, Кадзуха поворачивается к парню и кивает. — Я тоже, — вздыхает Скара, — ты там что-то в пакетах принес, — пауза, — может поедим? — и тут же, — о, только я двинуться не могу, — неловко смеется парень и переворачивается, чтобы уткнуться Каэдэхаре в плечо, — погреешь нам ужин? Можем поесть в кровати, а потом поменяем белье. — Хорошо, — соглашается Кадзуха, целуя в макушку, — я все сделаю, лежи. И продукты начали распаковываться сами собой, пока Кадзхуа, приобняв Скарамуччу, полностью изнуренный, валяется на кровати, смотря в окно. Начинает вечереть.