Невозможно

Тигнари вот уже какое-то время наблюдает за оцепеневшим Сайно. С того самого дня, как он вернулся, парень находился в ужасно подавленном состоянии. Нари предлагал ему просто написать и спросить все ли в порядке, но Сайно лишь отмахнулся тем, что Хайтам ему не отвечает и не берет трубку. Чуть позже Нари узнал, что Сайно написал как минимум тридцать однообразных сообщений и ему стало ясно, почему Аль-Хайтам перестал их даже читать. Это трепало нервы. Слегка раздражало. Сайно стал плохо спать. Он и до этого не славился здоровым и крепким сном по рассказам Скарамуччи, но в последнее время Нари кажется, что тот вообще не спит. Однажды ночью, проснувшись от сухого кашля, Нари обнаружил парня на балконе. Он выглядел так, будто и не ложился вовсе, хотя фенек прекрасно помнил, что именно Сайно утащил его в кровать, недовольно ворча. Тигнари тогда уже начал подозревать, что что-то не так, поэтому просто подошел и спросил не бессонница ли у него случаем. Сайно лишь мягко улыбнулся ему, потрепал по волосам, задев чувствительное место за ушком, от чего то дернулось, срывая с губ бывшего генерала смешок, и ничего не ответил. Скорее всего, это был положительный ответ. Тигнари бы не так сильно волновался, если бы не одна, очень беспокоящая его деталь. Сайно не хочет обсуждать то, что было, пока он оставался в доме у Хайтама. Нари знает, насколько бывший друг позволил ему, что у Кавеха большие проблемы и что, скорее всего, исходом его излишне частых перемещений будет смерть, ему жаль, правда, но он не может понять Сайно, который — опять же, с чужих слов — и в прошлой жизни то не был особо близок с Кавехом, с чего он так сильно погрузился в раздумья? Не уходит к себе, хотя, очевидно, побыть одному ему жизненно необходимо, но и не делится ничем с Нари. Это как-то даже…обижает слегка. — Сайно, — зовет в итоге фенек. Парень вздрагивает, по инерции нажимая на кнопку выключения телевизора на пульте. Трясет головой. Тяжело вздыхает. И поворачивается к Тигнари. — Да? Нари странно видеть Сайно таким…разбитым? Себе на уме? Потерянным? От этого в груди очень, очень-очень неуютно. Тигнари встает со стула, на котором сидел до этого, и в несколько мягких шагов добирается до бывшего генерала, опускаясь на бархатный ковер и кладя голову парню на колени. — Нари? Что-то случилось? Конечно, он удивился. Иначе и быть не могло. Впрочем, Тигнари мало волнует, что его хвост смущенно подрагивает, а сердце предательски чертыхается, словно хочет найти место, где спрятаться от всей неловкости действий своего хозяина, но у него не получает. Сейчас главное, что Сайно наконец оторвался от своих гнетущих мыслей и обратил на него внимание. Ох, точно, Тигнари и забыл, что Сайно вообще-то обожает прикасаться к нему, находить новые чувствительные места на ушах и хрипло посмеиваться, когда Нари неосознанно начинает вилять хвостом из стороны в сторону. Почему он прекратил? Потому что так сильно загружен собственными мыслями? Нари не понимает. — Сайно, — Тигнари поднимает голову и слегка трется щекой о колено парня. Его уши улавливают судорожный вздох, из-за чего на губах все же появляется короткая улыбка, а хвост довольно дергается. Но все это не продлилось долго. Тигнари вспоминает для чего вообще начал все это, поэтому, исподлобья глянув на парня, он слегка прижимает уши к голове и вопрошает, — почему ты мне ничего не рассказываешь? — А? — Сайно выглядит по-настоящему потрясенным. Он что, не заметил как стал себя вести? — а что я должен был рассказать? — Ммм, например… — Нари немного меняет позу, укладывая сначала руки на колени парня, а затем кладет на них голову и задумчиво мычит, дергая ушами, — о том, как вы съездили? Или, допустим, что такого произошло, что ты уже несколько дней ходишь и ничего не замечаешь вокруг себя? О, а еще ты стал меньше спать, ты вообще спишь? И ты… — Сайно хочет перебить этот бесконечный поток из вопросов, кажущийся скорее допросом с пристрастием, но Нари хмурится и заканчивает свою последнюю фразу, смущенно краснея, — больше не гладишь меня, я переживаю. Какое-то время они молча смотрят друг на друга. Хотя это Сайно больше смотрит на Тигнари, чем тот на Сайно. Фенек прижал уши к голове и отвел взгляд куда-то в сторону, не в состоянии больше глядеть на это ошеломленное лицо. Сайно ничего говорит и даже, кажется, перестает дышать на несколько секунд, по прошествии которых в его глазах появляется что-то мягкое и спокойное. Он издает полный облегчения вздох и нежно прикасается к прижатым, чуть подрагивающим ушам фенька. Нари ойкает от неожиданности, отстраняясь от внезапного прикосновения, но уже через секунду, поняв, что произошло, льнет ближе и позволяет Сайно продолжить начатое. — Он умирает, Нари, — фенек тревожно дергает хвостом, когда ладонь Сайно на мгновение замирает, подушечками проводя у самого основания ушка, — и я знаю, что не должен так сильно переживать, просто… — Ты ведь помнишь, — на выдохе произносит Нари, стараясь держать свой ум ясным, хотя это и было чертовски сложно. Прикосновения Сайно нежные и осторожные, из-за них у Нари по всему телу будто разряд тока проходится. Очень приятно. Настолько, что его хвост начинает восторженно вилять и Нари никак не может контролировать это, — что случилось в прошлом, да? — Угу, — подтверждает бывший генерал и на секунду убирает руку от ушей фенька. Нари издает разочарованный вздох, но уже через мгновение Сайно гладит его по голове, второй рукой похлопывая по своим коленям. Нари послушно привстает, но лишь для того, чтобы опуститься к парню на колени и оказаться в крепком, практически удушающем объятии, — но я не хочу об этом говорить, если честно. — Хорошо, — Нари утыкается носом в шею Сайно, издавая утробный звук, отдаленно напоминающий мурчание, — все в порядке, просто…не держи все в себе, ладно? — в ответ кивок, — пообещай мне, Сайно. — Обещаю, — практически шепотом в ответ, — прости, что заставил переживать. Тигнари, наконец, может расслабиться. Не важно, что Сайно так и не ответил ни на один из его вопросов. Главное, что он пришел в себя. Пусть не до конца, но медленные, успокаивающе поглаживания по спине и чуть дрожащие пальцы, слегка надавливающие на поясницу, практически у основания виляющего хвоста, явно дают понять, что, по крайней мере для Нари его обещание не было пустыми словами. Никто из них двоих даже не подозревал, что уже второй день в почтовом ящике Тигнари лежало письмо с очень коротким, но емким содержанием. Записка из нескольких слов, несколько заколок и медальон, очень напоминающий Дендро Глаз Бога.