Chi ama, teme.

      Следующие несколько дней были очень напряженными и в университете было много работы, так как приближалась сессия, так что у Анастасии просто не было времени на то, чтобы поговорить с мужем о парной терапии, которую предложил посетить доктор Фредерик Чилтон. В среду утром она сидела в аудитории, где у нее были занятия и ждала следующую группу студентов, проверяя работы, которые они сдали пару дней назад. Легкий стук по дверному косяку заставил ее отвлечься от работы и вскинуть голову. На пороге стояла женщина средних лет со смуглой кожей и темными волосами до плеч. Она была в джинсах и кожаной куртке.       — Миссис Лектер? — интересуется она, натянуто улыбнувшись. Анастасия коротко кивает, — агент Беверли Катц, ФБР, — женщина продемонстрировала ей удостоверение. Она показалось Асе приятной на вид, уставшей, даже измученной, скорее всего, большим объемом работы, но добродушной.       Их не могли побеспокоить, так как аудитория находилась в самом конце коридора, да и перерыв был обеденным, так что с большей вероятностью, студенты находятся в буфете — этажом ниже или же на лужайке перед корпусом, где любили собираться в хорошую погоду. Сама же Ася обычно брала еду из дома, так как Ганнибал просто потрясающе готовил и было грех не есть его кулинарные шедевры. Единственное, что покупала девушка — кофе из автомата, так как не любила брать с собой еще и термос.       — Чем обязана, агент Катц? — это был не первый раз, когда к ней обращались федеральные агенты, так что удивления на лице девушки не возникло, как и паники. Да и у нее не было причин для беспокойства, ведь она не делала ничего такого, чтобы ее могли привлечь к ответственности по закону.       — Вы специалист по итальянскому искусству? — Беверли убрала удостоверение во внутренний карман куртки и когда Ася снова кивнула, продолжила, — мне нужно, чтобы вы кое-что расшифровали или перевели — если можно, — обычно, агенты не были такими любезными и скорее приходили с приказами, чем с просьбами. Они почему-то считали, что если работают на ФБР, то все вокруг должны бежать и делать все, что они скажут. По Беверли сразу было видно — она не такая.       — Хорошо, конечно, — и хотя времени до начала занятий у нее оставалось не очень много, она не могла отказать федеральному агенту.       Беверли извлекла из кармана несколько фотографий небольшого формата, на которых была запечатлена стена какого-то дома. На ней, чем-то, напоминающим красную краску был написан текст, который показался девушке знакомым.       — Это итальянский, — определила миссис Лектер, — но просто очень старый, сейчас такие обороты уже не используются в повседневной речи.       — Сможете перевести? — интересуется агент Катц, внимательно посмотрев на преподавателя. И хотя Беверли не сообщала ей каких-то подробностей, девушка понимала, что скорее всего это как-то связано с очередным расследованием.       Порой агенты приходили к ее мужу, когда требовалась помощь в составлении психологического портрета потенциального преступника. Некоторых агентов и других консультантов-психиатров Анастасия знала лично. Конечно, выбирая врача, она подумала о том, чтобы пойти на прием к доктору Уиллу Грэму — психиатру, который, как и Ганнибал, вел частную практику и время от времени консультировал ФБР, но их связывали пусть не крепкие, но дружеские отношения, так что девушке пришлось искать специалиста, с которым она не была знакома ранее.       Анастасия еще раз внимательно посмотрела на снимки, прочитав текст внимательней. Выполнить перевод просто так, без словарей и справочников, она не могла, так как это был не совсем ее профиль. Требовалось время.       — Мне потребуется немного времени, — сообщает она и Беверли протягивает ей карточку с просьбой сообщить ей, когда перевод будет закончен.       Девушка убрала снимки и визитку агента в карман сумки для ноутбука и вернулась к проверке заданий студентов, так как до начала занятий оставалось всего несколько минут. Она не переставала думать о том, что совсем скоро у нее будет очередная встреча с доктором Чилтоном. Это вызывало у девушки целую гамму смешанных чувств, ведь она еще не знала, пойдет на прием одна или же с мужем.       Слушая доклады студентов, она снова достала снимки, чтобы рассмотреть текст еще раз. Теперь он не казался ей чисто итальянским, так как она заметила пару слов на латыни. Словно кто-то перемешал слова из нескольких языков и после этого составил данное послание. Это ставило ее в еще больший тупик и делало работу в разы сложнее, чем предполагалось. Спасало то, что это была последняя пара и впереди у девушки был свободный вечер. Она планировала пойти в университетскую библиотеку и плотно заняться переводом, чтобы как можно скорее предоставить его агенту Катц, все же это могло быть что-то серьезное, от чего зависить жизнь человека.       Простым процесс перевода было назвать сложно, все же в послании было совмещено сразу два языка и было важно сопоставить все значения слов, чтобы получилось что-то адекватное, однако теперь содержание начало пугать девушку, ведь в самом деле оказалось посланием из одного старинного средневекового манускрипта, который пользовался особой популярностью среди инквизиторов. Ася спешно нашарила в сумочке смартфон и набрала номер агента, чтобы уточнить обстоятельства, при которых ФБР обнаружило это послание. Так как дозвониться до агента не получилось, даже после трех попыток, Анастасия отсканировала перевод и дописав свои вопросы, отправила все это Катц на электронную почту.       Она оказалась дома около восьми вечера, хотя обычно приезжала раньше. Ганнибал работал в своем кабинете и заканчивал заполнение карт своих пациентов. Услышав в коридоре шаги и шелест пакетов, он отложил документы и вышел, чтобы встретить жену и помочь с покупками.       — Привет, любимая, — улыбнулся он, перехватывая пару пакетов среднего размера.       — Привет, — устало произнесла она, стягивая с ног серые туфли без каблуков. Ей требовалась горячая ванная, чай с ромашкой и хорошая книга на вечер, чтобы отвлечься от трудного дня и сложного перевода, от которого у нее возникало чувство тревоги.       — Как прошел твой день? — заботливо интересуется Ганнибал, направляясь в сторону кухни.       Это был редкий вечер, когда в их доме не было гостей, и то это было только потому, что Ганнибал весь день работал, как и Ася, так что времени на подготовку приема у него просто не было. Но даже когда они оставались одни, особой близости между ними не было. Огонь страсти, который сжигал их в первые годы брака, сейчас с трудом согревал. Сейчас он будет разбирать пакеты, потом вернется к бумагам в кабинете, а она примет ванну, нанесет на тело увлажняющий крем, сделает маску для лица и будет читать, наслаждаясь травяным чаем. У нее не осталось сил на то, чтобы предпринимать попытки уговорить супруга провести время вместе, за исключением занятия сексом, ведь этот аспект отношений тоже перестал приносить наслаждение и удовольствие, а стал скорее обязанностью, неким супружеским долгом, который требовалось выполнять просто потому, что так было нужно. Единственное о чем Анастасия собиралась поговорить с супругом — посещение совместного сеанса психотерапии, но и то, она решила отложить разговор до того момента, пока не примет душ и не сделает все косметические процедуры, чтобы снять напряжение накопленное за день.       — Мы можем поговорить, дорогой? — Ася появляется на пороге просторного кабинета в лазурного цвета халате, чуть выше колена. На ногах — тапки из искусственного меха в тон одежде. Волосы она успела распустить и расчесать, отчего они струились на плечи и спину.       — Конечно, — отзывается Ганнибал, убирая бумаги в одну из черных папок, — о чем ты хотела поговорить? — пространство кабинета было погружено во тьму, а тусклый свет настольной лампы озарял лишь стол и все то, что находилось на его поверхности.       Анастасия обошла стол и вынудив мужа отодвинуться, села к нему на колени. Ганнибал устало улыбнулся и приобнял жену за талию, помогая ей удержаться и не упасть на пол.       — Я сходила к психиатру, — она решила начать с этого, хотя в тот вечер, когда девушка вернулась от доктора Чилтона, они уже говорили о том, как прошла их встреча. Ганнибал коротко кивает, показывая, что готов слушать ее дальше, — и он считает, что нам стоит посетить парную терапию, — сообщает девушка.       Ганнибал усмехается и она видит то, как он меняется в лице. Ее супругу определенно не понравилось предложение жены посетить парную терапию, хотя доктор Лектер пытался сделать вид, что все в порядке. Конечно, Анастасия знала о том, что ее муж не любит заниматься парной терапией и предпочитает консультировать супругов на отдельных сессиях. Возможно, это тоже имеет свой результат, но ведь все специалисты работают по разному.       — Я понимаю, что это очень важно для тебя, милая, — он зарылся носом в ее густые волосы, которые приятно пахли лепестками роз, — но я не любитель парных терапий, так как считаю их малоэффективными. Что если, мы будем просто посещать психологов — каждый своего? — почему-то, она ожидала такой ответ.       — Да, конечно, — соглашается девушка, стараясь скрыть свое недовольство, — главное же, чтобы мы смогли вернуть взаимопонимание, а каким способом — не так важно, да? — с надеждой спросила Анастасия, поджав губы.       — Разумеется, моя любовь, — он погладил ее по щеке кончиком пальца, а после прикоснулся губами к шее, оставляя жаркий влажный поцелуй, отчего она громко простонала, — ты невероятно красивая.       Да, иногда он в самом деле поступал, как скотина, ведь позволял себе уходить от разговора таким способом. От этого становилось немного не по себе, но она практически не могла противостоять его мужской энергии. Девушка повернулась сильнее и поцеловала Ганнибала в губы, нагло проникая языком в его рот. Лектер заскользил руками по плечами, опуская рукава ее халата и обнажая плечи. Огонь страсти постепенно разгорался между ними и сейчас она была готова хоть ненадолго отбросить все их разногласия и проблемы, просто насладиться моментом близости с мужчиной, которого она все еще безумно любит.       Лектер легко подхватил ее и пересадил на стол, после занял доминирующую позицию в поцелуе, пока его пальцы занимались завязкой халатика, который Ганнибал тут же распахнул и он, шелковой тряпочкой растекся по поверхности стола, укрыв собой документы и прочие предметы, которые разложил на нем Ганнибал. Доктор поглаживал стройные ножки, подбираясь к внешней стороне бедра и тонкой полоске кружевных трусиков, отчего Ася издала громкий стон и выгнула спину. На этот раз проникновение произошло куда быстрее, чем было обычно. Она распласталась на столе, и жадно глотала воздух. Ася издала громкий гортанный стон, когда Ганнибал закончил и резко вышел из нее, а после прильнул к шее супруги, оставляя дорожку поцелуев, которые утром будут алеть, подобно розовым бутонам.       — Я безумно люблю тебя и не хочу потерять, — прошептал Ганнибал, снова уткнувшись носом в такие любимые светлые волосы.