Chi ama, teme.

      Анастасия припарковала свою машину около большого белого коттеджа в футуристическом стиле. К огромной стеклянной двери вела дорожка усыпанная мелким гравием, журчали декоративные фонтаны из камня. Она забрала свою сумочку и поправив выбившиеся из прически пряди волос, направилась к дому, где находился офис некого доктора Фредерика Чилтона. Именно к нему на прием она записалась пару дней назад и сегодня ее ждал первый сеанс с психиатром, который, судя по отзывом в сети, был очень хорошим и востребованным специалистом, особенно в вопросах семейных взаимоотношений.       Девушка, одетая в классические черные штаны и белый свитер крупной вязки, нажала кнопку звонка и принялась ждать, пока по ту сторону двери не появился мужчина лет сорока в костюме винного цвета. У него были темно-каштановые волосы, аккуратно зачесанные назад и широкое лицо с крупным орлиным носом. Губы тонкие, теряющиеся в густой щетине. Карие глаза с интересом изучали молодую и довольно привлекательную пациентку.       — Миссис Лектер? — поинтересовался он, когда дверь открылась. Девушка коротко кивнула, — прошу вас, проходите, — радушно пригласил Фредерик.       Он провел ее в светлый, просторный кабинет, за панорамными окнами которого открывался прекрасный вид на задний двор с идеальной зеленой лужайкой и зоной для барбекю. Около входа стоял стол из светлого дерева и стекла, на котором лежал МакБук последней модели. Рядом покоился АйПад. У окна стоял диван и пара кресел, обтянутые грубой бежевой тканью. Между ними — прямоугольный столик, на котором доктор подготовил коробку бумажных платков. Стены украшали картины написанные в стиле абстракционизма.       — Прошу вас, присаживайтесь, — все также вежливо предлагает Чилтон, позволяя ей первой выбрать место и Ася опускается на край дивана, разместив сумочку рядом с собой, — итак, поговорим о том, что привело вас ко мне? — Фредерик занял одно из кресел, предварительно взяв со стола АйПад, который использовал вместо ежедневника.       Ася шумно выдохнула и только сейчас осознала, что это будет тяжелее, чем она подумала перед тем, как записаться на сеанс. Она не знала, знаком ли Фредерик с ее мужем, все же Чилтон довольно давно работал в Балтиморе. С другой стороны, подписка о конфиденциальности запрещала психиатру обсуждать своих пациентов с кем-либо.       — Я стала замечать, что наши отношения с мужем стали ухудшаться, — очень скромно ответила она, так как считала, что делает что-то очень неприятное. Все же в прошлые ее посещение психиатра речь шла только о ее проблемах, а сейчас она планировала обсуждать и проблемы своего супруга.       — Давайте разбираться по порядку, — предлагает ей доктор, улыбнувшись. У него ровные, идеально отбеленные зубы. С такой улыбкой он скорее походил на голливудского актера, чем на знатока человеческих душ, — как давно вы в браке? — интересуется Фредерик, закинув нога на ногу, чтобы было удобнее фиксировать данные.       — Семь лет, — ответила Ася, — понимаю, что вы подумали… молодая, глупая дурочка, которая не знает жизни, выскочила за первого встречного и теперь ноет в кабинете психиатра…       Она часто думала о себе в негативном ключе, пренебрегая своими чувствами и эмоциями. Во многом, из-за воспитания ее родителей, которые не особо обращали внимания на психологическое состояние ребенка, акцентируясь на более понятных для них потребностях. Ганнибал много раз пытался убедить жену в том, что она имеет право испытывать совершенно любые эмоции, но иногда проскальзывали нотки самобичевания.       — Миссис Лектер, — поспешил успокоить ее Фредерик, отметив, что помимо заявленной проблемы в семейных отношениях, у девушки есть и другие внутриличностные конфликты, которые он хотел с ней обсудить в процессе терапии, — я ничего такого о вас не подумал. Это ваше право, в каком возрасте вступать в брак. Моя задача — помочь вам разобраться в той кризисной ситуации, которая возникла в процессе вашей супружеской жизни. Если вы не против, то мы продолжим, хорошо? — Анастасия коротко кивает, — как давно вы заметили изменения в ваших взаимоотношениях с супругом?       Она задумалась, так как в самом деле не особо заметила, когда все пошло под откос. В какой-то момент ей овладело желание завести ребенка и Ася все чаще стала поднимать этот вопрос, чем вызывала недовольство со стороны Ганнибала, который всеми способами стремился сменить тему.       — Думаю, что последние полгода были самые напряженные, — отметила девушка, сев глубже и развалившись на спинке дивана, сложила руки на груди, но тут же опустила их, — мой муж… он любит всякие приемы, ужины, званые вечера и все такое. Мне это стало надоедать, но он не хочет менять образ жизни.       — А чего хотите в этих отношениях вы? — Фредерик зафиксировал нужные ему данные. Он выглядел таким сосредоточенным и внимательным, полностью погруженным в работу с пациентом, что Ася невольно стала ловить себя на мыслях о том, что хотела бы узнать этого человека лучше. Тут же отогнав от себя эти мысли, девушка сосредоточилась на поставленном доктором вопросе.       Анастасия всегда представляла семейную жизнь немного иначе. У нее был пример брака ее родителей — Игоря и Александры. Отец всегда работал, мама же занималась ей и хозяйством. Классический пример патриархальной семьи. Всех все устраивало, так как у мамы была возможность помогать ребенку с уроками, водить его на секции и контролировать. Она думала о том, что когда встретит мужчину, с которыми захочет построить семью, то вскоре после женитьбы родит ему ребенка и будет заниматься только им. Однако, Ганнибал показал ей, что отношения могут быть совершенно иными и первое время ее все устраивало — Лектер окутал ее заботой, вниманием и роскошью, но потом это стало надоедать.       — Я хочу тихой семейной жизни. Дети там, вечера у камина с бокалом вина, обсуждение новостей, совместные хобби, — перечисляла она, мечтательно улыбнувшись, — я пыталась говорить об этом с супругом, и он обычно обещает исправиться, но надолго его не хватает. Он снова возвращается к старому.       — Хмм, — протянул Фредерик, анализируя слова клиентки, — вы обсуждали с супругом тему деторождения до того, как вступить в брак? — интересуется он, посмотрев на девушку.       — Мельком, — пожала плечами Ася, — тогда у нас не было таких планов. Просто сказали, что оба не против их гипотетического появления, когда-то в будущем, — пояснила она, — я не думала, что буду так сильно хотеть ребенка.       Подобные проблемы нередко возникали в супружеских парах и Фредерик сталкивался с подобным, работая с пациентами. Один супруг хотел ребенка, другой — категорически нет. Иногда дело доходило до развода, так как никто не хотел уступать и принимать сторону партнера. Но обычно проблемы в супружеских отношениях обсуждались с обоими партнерами, на семейной терапии и параллельно каждый супруг посещал индивидуальные сессии, чтобы проработать внутренние конфликты.       — Скажите, миссис Лектер, ваш супруг, он согласиться посетить с вами следующий сеанс? — прокашлявшись, спросил Фредерик, — это может быть важно для того, чтобы понимать целостную картину происходящего.       Она не задумывалась об этом, так как не подозревала, что может потребоваться присутствие супруга. Конечно, Ганнибал сам был психиатром и понимал важность терапии, но Анастасия не знала, посещал ли он терапию сам. Они никогда не говорили об этом.       — Я не знаю, — ответила она рассеянно, — я поговорю с ним, думаю, что смогу его убедить, — Ася натянуто улыбнулась.       — Хорошо, — кивает Чилтон, — тогда поступим так. Вы поговорите с супругом на счет посещения парного сеанса и вне зависимости от его ответа, позвоните мне и запишитесь на повторный сеанс, чтобы мы смогли выстроить план дальнейшей работы, — обозначает план действий психиатр и девушка коротко кивает, — вот и замечательно.       Несмотря на то, что первый сеанс был скорее вводным или ознакомительным, Анастасия осталась под приятным впечатлением от обаятельного и грамотного Фредерика, который умел выстроить диалог и расположить к себе. Ее желание узнать его не только как врача, но и как человека, становилось еще сильнее.