Тварь

Что такое счастье? Этим вопросом я задаюсь каждое утро, просыпаясь от нежных поцелуев Ниари. Я задаюсь им днём, когда наблюдаю, как Ниари пытается совладать с человеческой техникой, чертыхаясь и ругая создателей за сложность в использовании. Я задаюсь им вечером, когда сажусь рядом с читающим человеческие книги Ниари и осторожно обнимаю его. Каждый раз, прикасаясь к нему, я боюсь, что вот сейчас Нир повернётся ко мне, посмотрит недоумённо и брезгливо оттолкнёт. Или скажет, что наигрался с глупой человечкой, и со спокойным равнодушием на своём красивом лице вырвет моё сердце из груди. И вот сейчас, устраивая голову поудобнее на коленях вайра, я несмело заглядываю в его лицо и сталкиваюсь со взглядом изумрудных глаз. Ниари, не отрываясь от моего лица, убирает книгу, ведёт рукой от моей шеи до бёдер, задержавшись лишь на груди и несильно сжав её пальцами, и задирает вверх мой свитер. Любуется мгновение представшим перед его глазами видом, низко наклоняется и втягивает в рот мой тут же затвердевший сосок. По телу проходит дрожь предвкушения, и я выгибаюсь навстречу мягким губам, зарываюсь пальцами в его густые чёрные волосы и наслаждаюсь каждым движением его языка. Нир не спешит: за те два месяца, что мы провели в этом доме, он хорошо изучил каждый сантиметр моего тела, и сейчас он прекрасно знает, как доставить мне удовольствие. Я поворачиваю голову, медленно растёгиваю ширинку на джинсах Ниари, оттягиваю резинку боксеров и осторожно освобождаю из тесноты одежды возбуждённый член. Улыбаюсь и снова ловлю себя на мысли, что мне до безумия нравится эта интимная часть тела вайра. Я приподнимаюсь, отталкивая голову Нира, и прикасаюсь губами к нежно-розовой головке. Ниари вздрагивает и судорожно вздыхает. Я знаю, что вайр никак не может привыкнуть к тому, что женщина, пусть и человеческая, может так легко впускать в свой рот его член - вайрийки считают это унижением, извращением и никогда себе такого не позволяют. Мне же нравится наблюдать за реакцией Нира, когда я делаю ему минет. Его лицо становится открытым, эмоциональным, легко читаемым. И сам вайр в этот момент кажется мне таким беззащитным, таким человечным, что я забываю о его истинной натуре. Осторожно лизнув кончик, я вбираю в рот крупную головку члена и провожу по кругу языком, срывая с губ Ниари очередной стон. Я удовлетворённо улыбаюсь и медленно опускаю голову, пропуская член вайра в свой рот ещё на пару сантиметров. Наблюдаю, как Нир закрывает глаза, рычит и запрокидывает голову назад. Ему безумно нравится то, что я делаю, и в то же время стыдно. Сделав пару движений вверх-вниз, я выпускаю член Ниари изо рта, беру в ладонь яички и с силой сжимаю, ловя стон боли вперемешку с наслаждением, тут же опускаю голову и целую головку члена, проведя горячим языком от основания до кончика. И Ниари не выдерживает, с животным рыком подминает под себя, задирает до талии мою длинную пышную юбку, отодвигает трусики и одним движением входит до основания. Теперь я выдыхаю стон боли ему в шею и с силой тяну за волосы, но не прошу остановиться, а только смотрю в глаза, взглядом умоляя продолжать. Нир ухмыляется, правильно прочитав мои эмоции, но продолжать не спешит. Он выпутывает из волос мои пальцы и направляет их к моему лобку, садится между широко разведённых ног, слегка отодвигается и начинает ласкать мой клитор моими же пальцами. Я судорожно вдыхаю, не ожидав от вайра такой подставы, и обвожу свой клитор по кругу, тут же застонав в голос. Ниари внимательно наблюдает, как я ласкаю себя, и меня это возбуждает ещё сильнее. Я чувствую, как влажно становится у меня между ног. Чувствую, как внизу живота начинает пульсировать, из-за чего ощущение члена Нира внутри меня становится острее. Я не выдерживаю и подаюсь вперёд, насаживаясь на горячий член вайра до основания. Ощущение заполненности бьёт по нервам так, что я не выдерживаю и кричу, пытаясь хоть немного удержать себя от наступающего оргазма. Но Ниари сразу же разгадывает меня, отстраняется и резко входит на всю длину. Я выгибаюсь, цепляясь пальцами в мягкую обивку дивана и не выдержав, кричу: - Сильнее, Нир! И вайр слушается. Он переворачивает меня на живот, ставит на колени и резко входит, надавливая руками на поясницу и заставляя упереться грудью в обивку дивана. Ниари знает, что в этой позе он может проникнуть в меня глубже обычного. Он знает, что в этой позе причиняет мне боль. И знает, что именно в этой позе я получаю особо острое наслаждение. Нир двигается медленно, будто позволяя мне свыкнуться с его размером, но входит до основания, и я ощущаю звонкую боль каждый раз, как головка его члена упирается в основание влагалища. Но боль эта растворяется в ощущении заполненности и внутреннего предвкушения. Я снова начинаю чувствовать пульсацию внизу живота, дыхание моё учащается, я не выдерживаю и сама насаживаюсь на член Ниари, задавая ритм. Вайру это не нравится, он резко хватает меня за волосы и поднимает, прижимаясь грудью к моей влажной от пота спине. - Нееет, Са-Ша,- рычит мне в ухо Нир, - здесь только я веду, и только я решаю, когда тебе можно кончить. Я закрываю глаза, пытаясь успокоиться и не злиться на вайра, но неудовлетворённое желание и тугой тянущий комок возбуждения внизу живота не дают спокойно думать, поэтому я резко бью Нира по рёбрам локтем, выбивая воздух из его лёгких, разворачиваюсь и толкаю на спину. Вайр падает на подушки, поднимает полный злости взгляд и неожиданно для себя громко стонет, запрокидывая голову назад - я не дала ему и шанса что-то сделать, оседлала его бёдра и резко опустилась на возбуждённый член. Внутри тут же всё сжалось, я качнулась раз, другой, с силой сжала мышцы живота и почувствовала, как Ниари вздрогнул, схватился за мои бёдра и резко насадил меня на свой член, ещё и ещё. Горячее семя заполнило меня изнутри, и я застонала, утонув в волне удовлетворения, ещё пару раз качнувшись на пульсирующем члене Нира. Сил двигаться не осталось, я просто упала на грудь вайра и закрыла глаза. Ниари обнял меня, накрыл пледом, лежавшим на спинке дивана, и засопел мне в ухо. Через пару мгновений к нему присоединилась и я. *** Мартовское утреннее солнце заполняло гостиную ярким светом, и я с неохотой открыла глаза. Гостиная полнилась запахами жареного мяса и варёного кофе. Я села и посмотрела в сторону кухни. Нир стоял у плиты ко мне спиной, на барной стойке были расставлены тарелки с едой. Желудок голодно заворчал, и я встала, на цыпочках подкралась к вайру, помешивающему в турке кофе, и обняла со спины. Нир вздрогнул. - Я не почувствовал твоего пробуждения, Са-Ша,- улыбаясь, проговорил вайр, - ты делаешь успехи. Я засмеялась, потёрлась носом о его майку и ответила: - У меня хороший учитель. Я отпустила Нира и уселась на высокий стул. - Господи, я такая голодная, что готова проглотить слона. - Только меня не ешь, - шутливо произнёс Ниари, разлил кофе по небольшим чашкам, добавил сахар, порошковые сливки, одну чашку поставил передо мной, а со второй уселся напротив и сделал большой глоток. - Как же я обожаю этот напиток, - сказал довольный вайр, - так бы и пил. - Это ты сейчас пьёшь сто лет назад просроченный кофе, а представь, какой будет вкус, если сварить кофе из свежих зёрен. - Я вчера прочитал в старом журнале пару статей о кофейных деревьях. В Южной Америке их раньше культивировали. Возможно, там можно будет отыскать пару-тройку оставшихся деревьев. Может, проверим? Я оторвалась от поглощения еды и уставилась на Ниари. Идея мне, если честно, понравилась, но для её осуществления понадобится лайр, к которому ни я, ни Нир не подходили всё это время. Лайр - это связь с внешним миром, с миром, в который я категорически не хотела возвращаться. Я смотрела на вайра, который за все два месяца ни разу не связывался ни с семьёй, ни с друзьями, и подумала, что его, наверно, ищут, ведь Нир - единственный сын и наследник сойлара Вайората. Он слишком важен для своей расы. - Не хочешь? - расценил моё молчание вайр как нежелание куда-то лететь. - Конечно, хочу, Нир, - тут же откликнулась я, улыбнувшись, - в экваториальной части материка сейчас должно быть очень жарко. Я бы не отказалась погреться где-нибудь на пляже у моря. Ниари задорно улыбнулся, понаблюдал, как я доедаю мясо, буквально вылизав тарелку подчистую, подошёл ко мне и, подхватив на руки, понёс наверх. - Ты чего, Нир? - удивлённо спросила я, обхватив вайра за шею. - Надо бы привести себя в порядок перед отлётом, - ответил Ниари, занёс меня в ванную и опустил на пол. Солнце ярко освещало комнату, окрашивая её в желтоватые оттенки, оно проходило через стеклянную стену, занавешенную полупрозрачной шторой с вышивкой, от этого вся мебель, стены и пол покрылись замысловатыми тёмными узорами. В воздухе кружились блестящие пылинки, создавая ощущение старой сказки. Белая ванна на позолоченных львиных ножках до краёв была наполнена пенной водой, а в самой комнате было очень тепло и пахло сиренью. Я повернулась к Ниари, а он нежно улыбнулся, быстро чмокнул меня в лоб и начал снимать с меня свитер. Я не сопротивлялась - хочет, пусть раздевает. Вслед за свитером вайр расстегнул пуговку на моей длинной юбке, и та легко скользнула по бёдрам вниз. Нир опустился передо мной на колени и медленно, будто растягивая удовольствие, снял с меня тонги, а я почувствовала, как по внутренней стороне бедра что-то потекло и резко опустила голову, испугавшись, что это месячные. Но оказалась не права и вскинула взгляд на вайра. Ниари, как завороженный, следил за струйкой белёсой жидкости, так невовремя решившей покинуть моё лоно, а мне стало так стыдно, что я отскочила от вайра и, запутавшись в собственной юбке, приложилась поясницей о столешницу с раковиной. Охнув от неприятной боли, я перевела взгляд на Ниари. Он медленно поднялся, стянул через голову майку и остался в одних джинсах. Потом подошёл к напольному душу и открыл кран, пустив воду по позолоченной лейке. - Подойди, - попросил Ниари, и я безоговорочно послушалась. Он повернулся ко мне и начал осторожно поливать моё тело водой. Запрокинув мою голову назад, вайр намочил мои волосы, положил душевую лейку на пол, взял с полки душистый шампунь и, вылив немного себе на ладонь, начал медленно втирать его мне в волосы. Я замурлыкала от наслаждения. Закончив с волосами, Ниари выдавил гель на мягкую мочалку и прикоснулся к моей шее, круговыми движениями прошёлся по спине, намылил грудь, уделив особое внимание соскам, и спустился вниз, нежно огладив мочалкой меня между ног. Я неосознанно застонала, настолько интимным было прикосновение, и почувствовала, как Ниари улыбается. Он опустился передо мной на колени, провёл мочалкой по внутренней стороне бёдер, намылил колени и голени. - Повернись, - хрипло произнёс, и я повернулась к нему лицом, зацепившись взглядом за ширинку его джинсов. Вайр хотел меня, и моё тело тут же отреагировало, скрутив низ живота сладким тугим желанием. Я на мгновение прикрыла глаза и глубоко вдохнула, а Ниари обхватил пальцами мою ступню и поставил на своё согнутое колено. Он поднял взгляд, и сердце моё пустилось вскачь, потому что сейчас в такой позе Нир мог разглядеть меня как открытую книгу. И он, не стесняясь, разглядывал. Потом медленно поднялся по ноге вверх и провёл мочалкой между ног, задев самое чувствительное место. Я одной рукой закрыла рот, пытаясь не выдать возбуждения, а второй вцепилась вайру в плечо. Нир замер на секунду, потом осторожно провёл мочалкой ещё пару раз, опустил мою ногу, взял душевую лейку и встал. Ополоснув мои волосы и смыв с тела гель, он сказал: - Ванна в твоём распоряжении, Са-Ша. Я выдохнула, перевела дыхание и с наслаждением опустилась в пенную ванну. Вода была горячеватой, но кожа быстро привыкла к температуре, и я расслабилась, закрыв глаза и утонув в запахе сирени. Через несколько минут Ниари присоединился ко мне, сев напротив, и вытянул длинные стройные ноги. Я открыла глаза и посмотрела на расслабленное лицо вайра. В ярком солнечном свете, наполнившем комнату уютным теплом, Нир выглядел как красивая фарфоровая кукла. Мне стало немного грустно, что эти прекрасные создания от своей природы жестоки настолько, что меняются до неузнаваемости, когда рвут, ломают и убивают. В такие моменты они выглядели настолько омерзительно, что хотелось бежать от них как можно дальше и никогда не видеть их вновь... Ниари встретился со мной взглядом, и я нежно ему улыбнулась. Мне было хорошо рядом с этим нечеловеком, душа наполнялась теплом и какой-то робкой благодарностью за его нежность и ласку. Я потянулась к вайру и села на его колени, заправила выбившуюся из косы прядку иссиня-чёрных волос и чмокнула в нос. Ниари звонко рассмеялся и потянулся за поцелуем. Я приоткрыла губы и впустила его горячий язык в свой рот, провела пальцами от шеи до солнечного сплетения и замерла на чёрном пятне, всё дальше расползавшемся изворотливыми щупальцами по телу вайра. Разорвав поцелуй, я отстранилась, посмотрела на чёрную кляксу и задала давно волнующий меня вопрос: - Почему в этом месте твоя кожа такая холодная, Нир? Вайр положил горячую руку мне на ладонь и ответил: - Печать рода не даётся просто так, Са-Ша. Мне приходится платить за знания тысяч моих предков дорогую цену. Со временем метка разрастётся так сильно, что будет занимать большую часть моего тела. И пока она растёт, я постепенно буду терять свою личность. Однажды моя душа полностью сольётся с душами предков, моё тело станет холодным, а я потеряю себя. Печально звучит, да? - Да, - согласилась я и провела по мягким волосам вайра рукой, - у твоего отца тоже такое есть? Ниари кивнул. - Каждый наследник семьи Лайонай в своё совершеннолетие получает печать рода, но не каждый выживает. Отец чуть не погиб. Вайр замолчал и закрыл глаза. Видно было, что Нир не горел желанием продолжать разговор, но мне было так любопытно, что я спросила: - Почему? Ниарит посмотрел на меня внимательно, будто решая, стоит рассказывать мне или нет, но всё-таки продолжил: - Отец с детства тренировался с лучшими бойцами Вайората. В десять лет он отказался от наставника и впервые отправился на охоту, а уже через неделю вернулся с головой кархара у себя за спиной. Это произвело фурор в обществе, ведь каждому вайру с малых лет известно, что раса кархаранов сильнейшая из известных рас, по своей силе и выносливости она превосходит даже вайров. Бабушка Гаэша всегда говорила мне, что всему обитаемому миру несказанно повезло, что кархары предпочитают затворнический образ жизни и не приемлют никаких сношений с внешним миром. Как отец умудрился прорваться на планету кархаров, до сих пор неизвестно, тем более как он, по сути, ещё совсем ребёнок, смог уничтожить взрослого сильного воина. Нир замолчал на мгновение, чмокнул меня в макушку и продолжил: - С тех пор началась бесконечная череда его подвигов. О том, что он творил до своего совершеннолетия, написано столько воспоминаний очевидцев, что не хватит этого дома для хранения книг о его подвигах. Ко всему прочему, отец ещё и гениальный стратег. Вообще-то, он был лучшим во всём, и как бы я к нему не относился, я всегда буду думать о нём как о великом гении эпохи. Он даже умудрился каким-то образом построить партнёрские отношения с Айамийской Империей и даже приобрести лучшего друга в лице императора Шьямалана. - Это так удивительно? - не удержалась я от вопроса. - Удивительней некуда. Император народа айамиа весьма избирателен по отношению к лицам, его окружающим. Он никогда к себе не подпустит того, кому не сможет полностью доверять. Я присвистнула - сойлар Лайонай казался мне холодной ледышкой, вообще не способной на какие-то чувства или эмоции. А уж на многолетнюю дружбу и подавно. Если в его нечеловеческую жестокость и жажду убийства я поверила легко, то в способности к эмпатии я очень и очень усомнилась. Мне почему-то снова вспомнился сон о смерти с голосом сойлара, молящей о спасении, а в воспоминаниях всплыли ледяные равнодушные глаза Кайраны, и я грустно улыбнулась, ощутив непонятное тепло на душе. Тем временем Нир продолжал: - Отец желал получить память рода как никто другой. Он был одержим этой идеей и думал, что легко пройдёт церемонию. Однако его самоуверенность и стала камнем преткновения. Отец не учёл одно условие, вернее, посчитал это условие смехотворным пережитком прошлого, за что и поплатился. Нир опять замолчал, поудобнее устраивая меня у себя на коленях, а я заелозила в нетерпении и спросила: - Что за условие? Вайр засмеялся и не больно щёлкнул меня по носу. - Любопытная какая. Я сделала вид, что обиделась и куснула Нира за шею в отместку. Вайр не дал мне отстраниться и прижал к груди, обняв за плечи, и я услышала, как медленно и равномерно бьётся его сердце. - У каждого наследника, вступающего в своё совершеннолетие, должен быть сопровождающий - эйили. Нет разницы, мужчина это будет или женщина. Главное условие: сопровождающий должен быть не безразличен вступающему в своё совершеннолетие. Иными словами, наследник должен испытывать к эйили сильные эмоции, и без разницы, презрение это, ненависть или любовь. Именно эти эмоции выступают якорем, позволяющим душе не потеряться в первые минуты слияния с памятью предков и не уйти за черту. Отец посмеялся над этим условием и сделал своей эйили юную наследницу древнего рода Айрею Сиодай, мою мать. Он был абсолютно равнодушен к ней. Её высокий статус, чистейшая родословная и незапятнанная репутация - вот всё, что нужно было отцу от моей матери. И на церемонии он не смог совладать с памятью рода. И, наверно, погиб бы, если бы не бабушка Гаэша. Она вытащила его из-за черты и вернула в реальность, но слишком много за это заплатила. А отец, никогда не отличавшийся эмоциональностью, после церемонии стал ещё холоднее и равнодушнее к окружающим. А со временем вообще превратился в какую-то ледяную статую. Ниари замолчал, а я вспомнила его церемонию совершеннолетия. Тогда я сопровождала Нира, а после окончания ритуала сойлар Кайрана был недоволен, что Нир привёл именно меня, а не Изалай. И Нир тогда ответил, что ритуал прошёл гладко только потому, что я - его любимая игрушка. Меня передёрнуло от чувства неправильности всей этой ситуации. Я снова посмотрела на Ниари, сейчас он показался мне таким далёким, нереальным. И все эти два месяца мне будто приснились. Вайр словно почувствовал моё настроение и потянулся к моим губам. Я позволила ему поцеловать меня, но настроение не улучшилось, а стало только хуже. Ощущение надвигающейся грозы сковало моё тело, а к горлу подступил горьковатый ком. Я молча встала, подошла к шкафчику и взяла полотенце, закутавшись в его нежную мягкость. - Пора собираться, Нир, - сказала я, выходя из ванной комнаты, - иначе мы сегодня никуда не улетим. Я спустилась вниз и вошла в гардеробную. Скинув полотенце на пол, надела чёрное нижнее бельё, джинсовые шорты и майку. Подумала немного и накинула на плечи длинный вязаный кардиган - в Южной Америке сейчас, может, и жарко, но вот до лайра мне придётся добираться по снегу. Пройдя в гостиную, я обнаружила на барной стойке недопитый кофе, взяла ещё тёплую чашку, прошла к креслу-качалке у окна и села, уставившись на звонкую чистоту зимнего утра. Мне не хотелось покидать этот дом, не хотелось разрушать хрупкое счастье, в котором я пребывала последние два месяца. Я никак не могла понять, откуда взялось ощущение, что я больше никогда сюда не вернусь, но оно с головой захватило меня, засасывая в трясину какой-то безнадёжной тоски. Я вздрогнула, когда Нир положил мне на плечо руку. - Пойдём? - спросил он тихо, будто чувствуя моё настроение. Я улыбнулась ему и так же тихо ответила: - Пойдём. Мы взялись за руки и вышли в морозное солнечное утро. Ниари вошёл в лайр, сел в кресло пилота и активировал Эн, я уселась рядом и сразу же увидела входящий видеовызов. - Нир, кто-то звонит, - сказала я, привлекая его внимание. Вайр посмотрел на экран и нахмурился, кинув на меня быстрый взгляд. Зло выругавшись на вайри, он принял вызов и недовольно произнёс: - Приветствую, отец. - Где ты, Ниарит? - услышала я ровный голос сойлара и посмотрела на экран: сойлар Кайрана выглядел спокойным, но будто уставшим. Он перевёл на меня взгляд, поджал недовольно губы и снова посмотрел на Нира. - Я на охоте, отец, - коротко ответил вайр. - Возвращайся. Твоя мать больна. Ниари вдруг рассмеялся: - Не может такого быть. - Не до шуток, Ниарит, - серьёзно ответил сойлар, - у неё заши. Нир изменился в лице, когда услышал непонятное мне слово "заши", и я поняла, что всё очень серьёзно. - Хорошо, отец, - ответил Ниари, - через пару часов буду. Сойлар молча кивнул и отключился, я же потянулась к вайру и спросила: - Нир, что-то случилось? Ниари посмотрел на меня с грустной улыбкой и ответил, нежно погладив по щеке: - Боюсь, мы не сможем полететь за кофейными зёрнами, Са-Ша, мне нужно срочно вернуться домой. Закончив говорить, вайр тут же отвернулся, перевёл лайр на ручное управление, поспешно набрал высоту и полетел на максимальной скорости в сторону Койра. Я грустно улыбнулась сама себе, поудобнее устроилась в кресле и закрыла глаза. Вот и всё. Прощай, мой милый дом, в котором я была так счастлива.