Ma cerise d'amour

                              Оставляя приятную грусть за спиной, погружаемся в события, произошедшие три года назад. Ночной воздух после прошедшего дождя невероятно свежий, прохладный и бодрящий. На небе сверкает множество звёзд, что наблюдают за людьми, за их достижениями и открытиями. Может, на звездах кто-то живёт, смотрит в телескоп на нашу планету и улыбается, диктуя каждому новорожденному человеку его судьбу. Никто этого не знает и никто не может утверждать, как и отрицать. Сейчас же дует легкий ветер, заставляя толпу людей скорее войти в теплое помещение. Группа танцоров, состоявшая из десяти юношей и семи девушек, с громкими разговорами врываются в спокойный и ночной аэропорт Инчхон, разрушая спокойствие уставших от перелётов пожилых людей, матерей с детьми и важных деловых лиц. Только молодых людей никак это не смущает, а вот их менеджеров еще как, а потому приходится каждый раз приносить извинения за такую шумную компанию. Заводилами среди группы являются два молодых человека. Их прозвали братьями, и дело здесь не только в одинаковых фамилиях, но и в похожести характеров, в их многолетней дружбе, из-за которой юноши понахватали друг от друга различные привычки, манеру речи и просто синхронизировались в словах и движениях. Старший - Чон Хосок, двадцатичетырёхлетний парень с высокими амбициями, чувством стиля и с невероятно смешными шутками, из-за которых у некоторых кровь из ушей льётся. Главный танцор в группе, помощник хореографа и вообще вторая мама для младших. Законченное ненавистное юридическое образование по наставлению отца. Светло-русые волосы, давно испорченные бесконечными экспериментами с покрасками и осветлениями; карие глаза, широкая улыбка и открытая, такая искренняя душа.       - Хосок, сгруппируй ребят. Впереди у нас регистрация, сдача багажа и досмотр с паспортным контролем. Сразу приготовьте документы и следите за своим багажом и ручной кладью, не оставляйте свои вещи нигде и не трогайте чужие, - командует менеджер, устало потирает ладонью румяное лицо и взглядом охватывает своих танцоров, пересчитывая каждого и проверяя, все ли с чемоданом и документами, - Чонгук, где твой рюкзак? ты разве не с ним заходил в аэропорт? - немного настороженно спрашивает мужчина и тихо интересуется он у танцора и, завидев на чужом лице панику, вздыхает, - быстро иди ищи. Группа под руководством Хосока собирается вокруг него, а затем выстраивается и каждый начинает тщательно проверять свои вещи, пока где-то один Чонгук бегает по аэропорту и выискивает свой рюкзак со всеми документами. Чон Чонгук. Двадцатитрехлетний юноша, с вьющимися темно-каштановыми волосами и дегтярно-черным цветом вечно горящих глаз, с высоким ростом и достаточно крепким и изумительным телосложением - мечта милых дам.       - Я нашел! - кричит счастливый парень, растягивая на алых и припухлых губах кроличью, невероятно довольную улыбку, и возвращается к своей группе, демонстративно вытягивая серию документов и найденную ручную кладь. В ответ слышится заразительный смех друга и его очередные подколы, - Хо, закрой рот. это из-за тебя я потерял рюкзак, - цедит недовольное возмущение, глаза закатывает и натыкается взглядом на возмущенное лицо Хоупа, в чьем взгляде так и читается: "в смысле из-за меня?" Не успевая вцепиться друг в друга, оба парня отвлекаются на голос своего менеджера, который подзывает группу к регистрационному столу. Время за оформлением и проверкой бежит с невероятной скоростью, но стоит попасть в зону ожидания, время словно застывает и бежит так медленно, что, кажется, в одной минуте не 60 секунд, а целых тысяча. Минута за минутой, час за часом и уже в 5:34 слышится объявление о рейсе Сеул - Париж, от которого целая группа молодых людей оживает и неторопливо направляется в сторону Гейта, где их билеты тщательно проверяют, а затем пропускают в "рукав", специальный телетрап, ведущий в салон самолета. В самом салоне их встречает стюардесса, что вежливо улыбается и смотрит в глаза каждому пассажиру, а Чон напрягается от такого взгляда и мельтешит следом за Хосоком, тихо говоря об этом напряге, на что слышит лишь смех, - успокойся, параноик, это их работа. Никто не собирается следить за тобой. А вон наши места, давай, садись и замолкай, - успокаивает тот друга и пропускает к месту у иллюминатора, чему Гук безмерно радуется и с удовольствием занимает почетное место, тут же устраиваясь поудобнее и взгляд бросая на ночной вид из небольшого окошка. Посадка проходит быстро и уже через какие-то 10 минут весь салон самолета заполняется пассажирами; где-то слышится плач ребенка, возмущение пожилых людей и инструкции стюардесс - все это вызывает у Чонгука радостные эмоции и предвкушение от длительного перелета. Лететь им 12 часов, без пересадок, а в плеере песен всего на 6 часов и что делать после - Чон не понимает, но спасает друг, сидящий рядом. Кто бы знал, что этот друг спустя семь часов начнет чувствовать тошноту и все оставшееся время будет дремать на плече младшего.                   Спустя двенадцать часов перелета. Париж. 19:04.       - Встречай меня, Париж! - кричит взбудораженный Чонгук, выбегая из переполненного аэропорта ORLY, находившего в 14 километрах к югу от Парижа. Рюкзак, надетый на одно плечо, то и дело норовиться каждый раз упасть на руку и потянуть за собой весь корпус парня, но даже такая мелочь не портит впечатлений о полёте и о том, куда они все-таки прилетели. Красивый и невероятный город Париж встречает гостей Южной Кореи ярко-оранжевым закатом, чье сияние разливается по всему небосводу, лучи уходящего солнца напоследок изучают лица приехавших ребят, цепляются за родинки, а теплый летний ветер играется с волосами, чьи прядки устало прилегают к голове или прячутся под головными уборами. Автобус, заказанный для танцоров, везет их по улицам Французского города, демонстрирует всю красоту и мельком знакомит с какими-то достопримечательностями. Через час их привозят в безупречную гостиницу, высаживают у ее дверей и на водитель на чистом французском произносит: "bon repos, les enfants*", после уезжая. Гостиница в невероятном районе, рядом Площадь Европы, вокзал Сен-лазар, а в каких-то пятидесяти минутах ходьбы та самая Эйфелева башня. Гостиница, что снаружи, что внутри, была просто бесподобна, хоть Чон и читал, что это всего лишь три звезды, но тем не менее. Номера были выбраны заранее и стоит братьям получить ключ от их номера, они тут же подхватывают свой багаж и отправляются на поиски своего номера, который они так тщательно искали и выбирали. Standard 2 - это двухместный номер, с двумя раздельными кроватями и видом на улицы Парижа, но взгляд привлекает только одна достопримечательность, виднеющаяся где-то вдалеке. Номер их был светел, удобен и красив. Кровати стоят поодаль друг от друга, а это значит лишь одно - комфорт для двух парней, проживающих в одном помещении. Ванная комната и санузел совмещены, но отделены небольшим ограждением, что тоже доставляет комфорт. В общем, номер они выбрали себе самый лучший.       - Хо, я в душ. Не смей совать свою задницу в ванную, пока я там буду, и не трогай мои вещи, - кинув предупреждающий взгляд на друга, Чон скрывается в ванной комнате, плотно закрывает за собой дверь и включает душ, чуть ли не выпрыгивая из одежды и залезая под прохладные струи душа, что так бодрят и приводят в чувство. Негоже ходить по улицам Парижа в потрепанной одежде после долго перелета и с кислой, уставшей рожей. Стоя под мощной струей душа, юноша закрывает темного цвета глаза и наслаждается прохладой, проходившейся по нагому и уставшему телу; капли воды быстро стекают по загорелому телу, затрагивают каждую клеточку и проходятся по каждому изящному телу танцора. Быстро освежившись, молодой человек выходит из душевой, подхватывает полотенце и вытирает влажное тело, пока взгляд падает на большое зеркало на стене, в отражении которого юноша видит себя - такого раскрасневшегося, уставшего, но безумно счастливого. Душем пользуется и Хосок, а в это время Чон переодевается, сушит волосы и подхватывает мобильник, на котором всего 20%, но это не особо волнует. Приятно волнует лишь приближающая прогулка по самому красивому месту Парижа. Столько грёз и мечтаний было подавлено в далеком прошлом, когда маленький мальчик прибегал к родителям и просил отвезти его в Париж, но в ответ слышал лишь отговорки и отказы, обоснованные на простом вранье: "у меня и твоего папы работа, мы не можем позволить себе путешествие во Францию, Гук-и". Деньги у родителей были всегда, как и возможности, только вот желание постоянно пропадало. Вспоминая детские обиды, юноша забывается и не замечает друга, вышедшего из ванной в одном полотенце на бедрах, а тот, решая воспользоваться возможностью, бросается на младшего и пугает так, что с уст Гука срывается целая серенада, состоящая из отборного мата.        - ты долбаеб что-ли?! Нахуя ты пугаешь меня, недоразвитое ты существо! - вопит младший, пытаясь избежать объятий с уже голым приятелем и кидает в него подушку, успешно попавшую под руку, - И спрячь свое достоинство, блять! Не свети им!        - Да ладно тебе, как будто ты не светил передо мной своим причинда...Ай! - возмущенно потирает щеку после ее столкновения с подушкой, что были в номере не очень мягкими, - Нахера ты кинул ее в меня?! Иди сюда, - румяное лицо приобретает недоброе выражение, а растрескавшиеся губы преобразуют хитрую ухмылку. Невовремя в номере появляется третий лишний. Зашедший менеджер вмиг мрачнеет от увиденной картины: двое молодых людей лежат на кровати и друг друга тянут за волосы, угрожающие фразочки кидают друг другу; на одном промокшая футболка, рванные джинсы и напрочь промокшее полотенце, а другой полностью обнажен, взвинчен и раскрасневшийся. Махнув перед собой рукой, менеджер кашляет, привлекая тем самым внимание двух парней и, заметив их удивленные лица, сообщает о комендантском часу гостиницы, после чего уходит, хлопнув дверью и оставив Чонов наедине со своими разборками. Оповещение от менеджера бодрит дух танцоров, отчего те тут же вскакивают с кровати и наспех собираются, ведь на гулянки по вечернему Парижу у них остается два часа и 30 минут на дорогу обратно. Только вот выйдя на улицу, они вновь расслабляются и развалистой походкой направляются вниз по улице, осматривая местные дома и людей, таких красивых и уникальных. Кто-то говорит на чистом французском, кто-то на английском, но встречаются еще несколько людей, разговаривающих то ли на испанском, то ли на итальянском. Чоны, твердо разговаривающие на корейском и не очень на английском, восхищенно вслушиваются в чужой говор и искренне не понимают, как на таких языках вообще можно разговаривать, а учить тем более. Молодые люди исследуют улицы Парижа, отмечают на карте места, в которые собираются зайти позже и отмечают маршрут, чтобы не потеряться и не остаться ночевать на улице.                         Тем временем на другой стороне. Ресторан "Les Ombres" провожает последних посетителей, официанты вежливо улыбаются и произносят, уже наизусть выученные, фразы: "приходите к нам еще, мы будем вас ждать". Двери за последними посетителями закрываются и весь состав облегченно вздыхает, ликуя очередному завершенному рабочему дню. За всем чужим унынием наблюдает бармен, довольную улыбку на губах потрескавшихся растягивает и подхватывает рюмку 60мл и вливает в себя алкогольный напиток небольшого градуса. Мин Юнги. Двадцать пять лет. Бармен, младший повар на замену и вообще, та еще змея в коллективе и заноза в заднице каждого официанта.        - как поработали, пчелки мои? Говорят, сегодня была запара? Полная посадка это всегда тяжело, но вы молодцы*, - наигранно подбадривающе чеканит Мин, наблюдая за уставшими и недовольными работниками, что игнорируют бармена, не желая вступать в конфликты из-за его издевательств. Ресторан закрывается окончательно и Юнги мигом растворяется за его пределами, сливаясь с толпой и пружинистой походкой направляясь к ларьку с алкогольным мороженым, хотя алкоголя то там кот наплакал. Но деньги на него тратить хочется, да и это традиция, ненарушаемая Мином. С первого дня прибывания в этом городе это место стало его любимым. Рядом красивые фонтаны, приятная музыка и резвящийся народ, не раздражающий слух и взгляд молодого человека. Вот и сейчас он направляется именно туда. Фонтаны подсвечиваются, привлекают взгляды не только приезжих, но и местных, но на удивление, сегодня места рядом с ними пусты и Юнги спокойно устраивается рядом, взгляда не отрывает от водных представлений и не замечает летящего на него незнакомца. А незнакомец летит с бешенной скоростью, совсем не смотрит вперед и сталкивается с барменом, удивляясь аварии. Аварии, в виде упавшего шоколадного мороженого на чужую белую футболку.        - Ты совсем больной? не видишь, куда несешься*?! - яростно восклицает Мин, осматривает свою белоснежную футболку и хмурит брови, видя коричневый след от мороженого. Подняв испепеляющий взгляд на причину аварии, злость куда-то исчезает и на бледном лице появляется недоумение, как и на лице незнакомца. Незнакомца, которого матушка при рождении назвала Чон Хосоком. Юноша стоит на месте как вкопанный и пытается понять, о чем говорит этот прекрасный и до безумия злой француз. Юнги, завидев в незнакомце своего земляка, вздыхает и вновь злобно говорит, но уже на корейском, - ты не видишь, куда несешься? Как возмещать ущерб собираешься?        - Ух ты, ты первый кореец, которого я здесь встретил! - восхищено признается Чон, улыбку идиотскую растягивает уголками губ и неловко потирает свой затылок, - Что? Ущерб? Это же всего лишь футболка, красавчик. Или ты так предлагаешь, чтобы я сводил тебя на свидание? Я, конечно, красив, но не слишком ли быстро? У Юнги дергается бровь и злость растет с каждой секундой, но в голове шикарный план, как вытрясти с этого приезжего денег и поесть за его счет.        - Свидание? Ты сам предложил это, ma sucrette, - загадочная улыбка на губах светловолосого напрягает Чона, но все уходит на второй план, когда перед тобой столь очаровательный парень, - но я возьму с собой подружку, а ты бери своего дружка. Наедине я с тобой не останусь. Завтра в 16:00, на этом же месте. Не придешь - заявлю на тебя местному управлению и потребую ущерб в пять раз дороже, - предупреждающие последние слова незнакомца ставят Хосока в ступор так сильно, что тот даже не спешит догонять светловолосого, а Юнги уже и след простыл в этой суматошной толпе. Двойное свидание? Звучит заманчиво.