идеальное свидание

      Чимин проснулся с тупой головной болью и неприятным ноющим чувством в пустом желудке. Горло саднило, как если бы он кричал всю ночь напролёт, мышцы тянуло при каждом движении. Чимин ещё даже не открыл глаза, но уж знал, что не в комнате в общаге и рядом лежит не Хосок, а кто-то другой.       В комнату задувал приятный весенний ветер, принося с собой аромат цветущих за окном цветов, яркое солнце рвалось сквозь прикрытые шторы, так и норовя коснуться лица Чимина своими лучами, но сдерживаемое каждый раз плотной тканью. По ногам проходилась успокаивающая прохлада, а остальное тело жарилось под тёплым одеялом.       Разлепив глаза, Чимин уставился в светлый потолок без единой трещинки. Рядом слышалось сопение и на талии ощущалась перекинутая через него рука, она прижимала его к кровати и заставляла потеть от тепла чужого тела, прижимающегося к его собственному, такому же раздетому.       Чимин попытался вспомнить что случилось ночью и воспоминания без пререканий ворвались в его голову, срывая с губ тихий страдальческий стон. Они напились и переспали. Отлично. Просто прекрасно. Хорошо, что Чонгук не додумался довести дело до конца, а остановился на петтинге с последующим провальным минетом от Чимина.       — Просто прекрасно, — одними губами прошелестел Чимин, начиная медленно выбираться из кровати. Он откинул одеяло и переложил руку Чонгука на постель, аккуратно отползая от парня и принимая сидячее положение. В висках запульсировало, горло сдавило неприятное ощущение и Чимин дал себе пару минут, чтобы организм привык, и только потом встал, слегка покачиваясь. Чимин обернулся, проверив спит ли Чонгук, и тихо направился на выход из комнаты.       На кухне уже сидел Хосок, приложив бутылку холодной воды к голове, периодически делая из неё глотки. Их взгляды встретились и Хосок виновато опустил свой, а Чимин молча прошёл мимо него к холодильнику, выуживая из него ещё одну бутылку, подготовленную, видимо, старшими ночью. Чимин нашёл таблетку от головы и запил её, также молча уходя в ванную. Хосок всё время пытался что-то сказать, но не решался.       Чимин нашёл свои вещи на стиральной машинке, аккуратно сложенные в ожидании своего хозяина. На Чимине были только шорты Чонгука, сильно завязанные на талии, и даже бельё под ними отсутствовало, сейчас лежащее в стопке, постиранное и высушенное младшим. Ночь, после минета, Чимин помнил обрывками. Его не переставая тошнило, кажется, он даже испачкал футболку и шорты Юнги. Чонгук всё время был рядом, поглаживал по спине и помогал прополоскать рот. Уже когда Чимин лежал в кровати, Чонгук его раздел и натянул шорты, а сам ушёл в ванную, чтобы заняться стиркой, но в этом Чимин убедился только теперь, увидев чистые вещи.       Пак принял быстрый душ и надел вещи на мокрое тело, возвращаясь на молчаливую кухню. За столом сидел Хосок с новой бутылкой воды, сидящий в телефоне Чонгук, а Юнги что-то готовил у плиты. Ни слова не было произнесено с самого утра. Вся атмосфера так и вопила о том, как всем было неуютно находиться в одном помещении, звеня давящей тишиной.       — Чимин, — хрипло позвал Хосок, первый заметивший вернувшегося парня. Остальные повернули к нему голову, следя за его реакцией.       — Не сейчас, — качнул головой Чимин. — Мне нужно в общагу. Отвезёшь? — Чимин посмотрел на Чонгука. Хосок тут же спохватился и поднялся на ноги, Юнги выключил плиту и повернулся к ним. Чонгук молча кивнул, никто не спешил обсуждать события прошедшей ночи.       Они быстро собрались и выехали уже через полчаса, купив по дороге пару бургеров, чтобы наполнить ими пустой желудок. Чимин хотел бы настоять на том, что им не стоит находиться в одном крохотном помещении всем вместе, но говорить с Чонгуком или Хосоком хотелось меньше всего. Даже Юнги, на благоразумность которого надеялся Чимин, не произнёс с утра ни слова.       В такой же тишине они приехали в общежитие. Чонгук решил помочь Хосоку со сбором вещей, а Юнги помогал Чимину собрать раскиданные по комнате книги, следуя его тихим и коротким указаниям. Чимину бы подумать о произошедшем, проанализировать свои и чужие поступки, как всегда оправдать Хосока, поддержать Чонгука и подтолкнуть Юнги. Но Чимину не хотелось. Он устал быть тем, кто всегда объясняет свои и чужие поступки, устал быть поддержкой для других, не требуя ничего в ответ. Впервые в жизни он чувствовал ужасную несправедливость: ему нужна была поддержка, но самые близкие люди погрузились в себя.       Несомненно, Хосок хотел поговорить. Вот только Чимин знал зачем и ему не нужен был такой разговор. Хосок хотел извиниться, чтобы сбросить с себя груз вины, которую всегда испытывал перед Чимином, будто это он виноват в положении друга и своём лучшем материальном состоянии. Эти извинения были нужны только Хосоку, но для Чимина они были бесполезны.       В такой же тишине парни взяли сумки и направились на выход сначала из комнаты, а потом и из общежития. Хосок с Чонгуком шли впереди, за ними Юнги, а чуть поодаль плёлся Чимин, взяв всего один рюкзак Чона старшего. Пак бесцельно разглядывал стены, полы и потолки общежития, напряжённую спину Юнги. Чимин остановился на последнем, без интереса наблюдая за походкой Мина, его напряжёнными плечами. Внезапно Юнги остановился на мгновение, смотря в какую-то сторону, но быстро опустил взгляд и ускорил шаг, обгоняя Хосока и пристраиваясь рядом с Чонгуком. Чимин попытался выследить в небольшой толпе однокурсников кого Юнги увидел, но никто из компании не обратил внимание на старшего.       — Чимин, — позвал знакомый голос из группы однокурсников и Чимин недовольно сморщился, останавливаясь взглядом на Тэмине. — Тебе ведь уже сказали, что я завтра переезжаю?       — Я рад за тебя, — буркнул Чимин, пытаясь обойти Тэмина, но тот встал перед ним. — Пропусти меня.       — Я переезжаю к тебе в комнату, — пояснил староста. Чимин вскинул голову, неверяще смотря на парня перед собой. Этот день не мог стать ещё хуже, так Чимин считал до этого момента. — Если Хосок уже выселился, я могу переехать вечером? Хочу заняться этим в выходной.       — Делай что хочешь, — холодно ответил Чимин и обогнул Тэмина, поспешив за притормозившими парнями. Чонгук недовольно смотрел ему за спину, на оставшегося стоять на месте Тэмина, Хосок обеспокоенно обвёл взглядом Чимина, а Юнги даже не обернулся, пусть и остановился, как и все.       Они отвезли вещи Хосока в его квартиру студию, по дороге слушая не особо интересное радио с посредственными песнями. Чонгук пытался заполнить ими тишину, даже подпевал некоторым песням, но никто не подхватил его настроение, поэтому остаток пути они провели уже без радио, в полной тишине. Хосок настоял на том, что сможет разобрать вещи сам и парни уехали, оставив его в одиночестве.       Чонгук припарковался около общежития, взглянул на заднее сиденье через зеркало заднего вида, но не пошёл за вышедшим Чимином. Им нужно было поговорить, оба это понимали, но Чимин устал, а Чонгук не был готов взять на себя такую ответственность за их отношения, которых ещё даже не было. А могли ли они вообще быть? Чонгук не знал.       Юнги подорвался из машины, когда Чимин зашёл в общежитие и поспешил за ним, догоняя Пака у лестницы. Чимин обернулся на оклик старшего и продолжил путь вместе с поднимающимся Юнги. Эта тишина была столь раздражающей и прилипчивой, что Чимину хотелось залезть под струи холодной воды и содрать неприятное чувство дискомфорта жёсткой мочалкой, стерев кожу в кровь, лишь бы почувствовать облегчение.       — Будь осторожен, — Юнги открыл дверь комнаты перед Чимином, остановившись на пороге.       — Буду, — кивнул Чимин. Юнги поколебался пару секунд и всё же отпустил ручку двери, развернулся на пятках, направляясь по коридору на выход. Ему навстречу шёл Тэмин с большой дорожной сумкой. Они встретились взглядом лишь на мгновение, после которого Юнги ускорил шаг, а Тэмин впился нечитаемым взглядом в стоящего в дверях Чимина. — Проходи, — тихо сказал Пак, пропуская нового соседа в комнату.       — Вы с ним знакомы? — спросил Тэмин, уронив сумку на пол крохотной комнатки. — Он симпатичный.       — Он занят, — коротко оборвал все расспросы Чимин, взял книгу с прикроватной тумбочки и, устроившись на кровати, принялся за чтение. Тэмин включил музыку в колонках.       Следующий день встретил Чимина таким же молчанием, но не тишиной. Тэмин включил музыку через динамик телефона, встав на полчаса раньше Чимина. Они не шли в университет вместе и Чимин находил это одним из тех плюсов в своей чёрной полосе. Его новый сосед не будет докучать ему, пусть и будет мешать. Чимин хотя бы избавится от ненужных разговоров и расспросов.       Этот понедельник был более угрюмым, нежели какой-либо другой. Обычно, даже в самый ужасный день, Хосок был рядом. Обеспокоенно ощупывал, душил своей заботой, но был рядом. Чимин мог раздражаться из-за него ещё сильнее, мог злиться, но Хосок никогда не уходил, не оставлял его и Чимин был благодарен за это, не говоря это вслух, но всегда имея это ввиду при каждом незначительном «спасибо».       Теперь Хосок был где-то, казалось, везде, кроме места рядом. Перемены тянулись мучительно долго, даже самые нудные пары по ощущениям проходили быстрее. Чимин не привык оставаться на переменах в одиночестве, стоя в толпе совершенно один. Хосок, что вечно кружился рядом, теперь обходил Чимина за несколько метров. Он старался использовать другие коридоры, а если столкновения избежать не удавалось, обходил Чимина чуть ли не по стене. Пака это могло бы развеселить, не чувствуй он напряжение между ними.       Юнги с Чонгуком видно не было. Их пары не пересекались, находились далеко друг от друга, поэтому ничего удивительного в этом не было, но на Чимина давило даже это. Чимин чувствовал острую нехватку друзей, за эти недели он уже привык к тому, что они с Чонгуком постоянно переписывались, встречались в коридорах, притягивая за собой старших ради их недолгих разговоров, привык выслушивать от Чонгука об интересных концептах фотосессий и делиться чем-то своим. Чонгук был далёк от журналистики, но всегда расспрашивал Чимина о каких-то тонкостях, интересовался и показывал свой интерес не столько к профессии старшего, как к самому старшему.       Чимин соскучился по Чонгуку. По Хосоку. Даже по Юнги.       На обеденном перерыве Чимин сел за их привычный стол в надежде, что Хосок как всегда сядет рядом, а Юнги с Чонгуком без сомнений подсядут к ним. Но никто так и не сел к Чимину, оставив его обедать в одиночестве. Хосок сел к одногруппникам, Юнги с Чонгуком за дальний столик, а к Чимину не сели даже знакомые из его группы. Парень не смог доесть свою порцию, уходя на работу голодным.       Вторник был словно повторением понедельника. Одинокие перемены, обед в одиночестве и работа. Утренняя музыка Тэмина, его взгляды на Чимина, когда тот переодевался и дискомфорт. Чимин не мог расслабиться во время сна, чувствуя чужое присутствие в комнате, неуютно ёрзая на жёсткой кровати в попытках провалиться в очередной беспокойный сон.       Среда отличалась от вторника только более уставшим Чимином и отемнешими синяками под глазами.       — Выглядишь ужасно, — Тэмин шумно поставил поднос на стол рядом с Чимином, привлекая внимание ближайших столиков и трёх людей, сидящих на других концах столовой.       — Спасибо за комплимент, — Чимин гонял рисинку по тарелке. Ему не нужно было поднимать взгляд на Тэмина, чтобы понять, что тот сел напротив, громко скрипнув ножками стула по полу.       — Может, сходим куда-нибудь? — Тэмин накрыл руку Чимина своей, останавливая его бессмысленные действия. Пак поднял на него уставший взгляд, ёжась от ауры Тэмина и пытаясь вырвать руку, но парень сжимал слишком сильно, а у Чимина к пятнице не было сил. Они все ушли на переживания и недосып.       — После того, что ты сделал в кафе? — Чимин усмехнулся. — Нет.       — Чимин, я знаю, я совершил ошибку, но…       — Нет, — Чимин дёрнул рукой, вырывая её из чужой хватки, и взял поднос, молча удаляясь из столовой, так и не притронувшись к еде.       Вечером того же дня Чимин поспешил к коменданту, упрашивая женщину переселить либо Тэмина, либо его самого. На вопросы женщины Чимин с надеждой называл «громко слушает музыку» или «разбрасывает вещи», но комендант была непреклонна, отвечая, что им стоит разобраться самим, а из-за простых ссор студентов она не может их переселять. Чимин и сам понимал как глупо звучали его доводы и желание переехать в другую комнату, поэтому не был в обиде на уставшую женщину.       Утро субботы началось с громкой музыки и запаха сигарет. Чимин проснулся с неприятным ноющим чувством внутри, разлепляя заспанные глаза. Тэмин выдохнул дым ему в лицо и загоготал, выпрямляясь, но не отходя от кровати одногруппника. Он стоял в одних боксерах, сигаретой в руках и ухмылкой на лице. Чимину стало противно.       Парень как можно быстрее поднялся и попытался протиснуться мимо Тэмина, не касаясь его руками, как староста схватил его за руку и рывком дёрнул на кровать. Чимин ловко вывернулся и отскочил на шаг назад, сведя брови к переносице. По телу пробежались неприятные мурашки, руки сжались в кулаки, он был готов обороняться в случае надобности.       — Познакомь меня с тем парнем, — Тэмин потушил сигарету о стену над кроватью Чимина и повернулся к нему.       — Ты с ним знаком, — Чимин подхватил толстовку на замке и принялся быстро закидывать зарядку, наушники и книгу в рюкзак.       — Что? — Тэмин растерялся, непонимающе моргнув. — Как ты узнал?       — Я не слепой и не тупой, Тэмин. Я видел как вы с Юнги реагировали друг на друга, — Чимин дёрнулся, когда Тэмин попытался остановить его сборы. — Не трогай меня, — рыкнул Чимин.       — Я хочу с ним поговорить. Я… Чимин, я…       — Ты мудак. Меня не интересует почему ты это сделал, меня не интересует, что у тебя были к нему настоящие чувства. Ты поступил отвратительно и не смеешь даже просто приближаться к нему после того, как избил его вместе со своими дружками. Если бы ты был хоть на немного лучше, ты бы признался ему в своей чёртовой лжи и нашёл бы способ всё исправить.       — Я хочу объясниться с ним, — Чимин не услышал искренности в голосе Тэмина. Он не выглядел взволнованным, а его заикания и слова выглядели до того наигранно, что Чимину стало тошно от того, какого человека он считал неплохим.       — Ты хочешь его трахнуть, — Чимин презрительно сморщился. Тэмин дёрнулся и Чимин понял: попал в цель. — Хочешь разрушить его настоящее так же, как разрушил его жизнь тогда? Иди нахуй, — выплюнул Чимин и вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью. Сердце стучало в горле и руки нещадно тряслись, пока Чимин спускался по лестнице на первый этаж, параллельно открывая диалог с пришедшим сообщением. Наглый говнюк 13:39 Я просто хотел всё исправить, какого хрена? Если тебе плевать на меня, то у нас есть план, если ты не забыл Юнги и Хосок       Чимин остановился в дверях общежития, нахмурившись. Сообщения Чонгука не имели смысла, но они всё приходили и приходили. Чонгук, судя по всему, был раздражён, он печатал быстрее, чем обычно, а последнее сообщение до этого было от Чимина с просьбой не приходить в кафе в пятницу, когда у них был день горничных. Чонгук тогда ничего не ответил, но пришёл и Чимин не мог сказать, что не был счастлив, увидев его перед собой в тот день.

13:43

Ты о чём?

Наглый говнюк 13:43 Мы должны их свести У нас почти получилось, им нужно просто поговорить

13:44

Не только им

Наглый говнюк 13:44 Ничего не хочу об этом слышать

13:44

Где встретимся?

Наглый говнюк 13:45 Неужели В парке через два часа Я уже написал Хосоку, что ты хочешь с ним помириться       Чонгук вёл себя странно, но не успел Чимин спросить в чём дело и подтвердить свои догадки, как дисплей телефона погас и высветилось уведомление о том, что заряд находится на нуле. Чимин раздражённо выдохнул, кинул телефон в рюкзак, и сразу направился в нужный парк. По пути он купил немного уличной еды для перекуса и медленно брёл по тропинке, усыпанной розовыми лепестками сакуры. Пик цветения уже прошёл в прошлые выходные и Чимин с сожалением вспомнил об их с Чонгуком плане. Именно в прошлые выходные они хотели сходить в этот парк для пикника, чтобы попасть в эту весеннюю романтичную сказку.       Но всё пошло не по плану.       Чимин устроился на одной из лавочек, расчистив её от лепестков сакуры, и погрузился в чтение под пение птиц, скачущих в ветвях деревьев. Чимин вчитывался в каждую строку, не обращая внимание на прохожих, счастливый смех детей и прогуливающихся по розовым тропинкам парочек, что держались за руки и были до отвращения милыми. Они кормили друг друга сладкой ватой и щебетали, как птицы над головой.       Два часа пролетели столь незаметно, что Чимин еле сдержал крик, когда рядом плюхнулось чьё-то тело. Чимин дёрнулся, испуганно подняв взгляд на севшего рядом Хосока и старший неловко улыбнулся, поджав губы. Чимин молча положил лепесток сакуры между страниц книги и убрал её в рюкзак, переводя взгляд вперёд, наблюдая за тем, как в воздухе кружились розовые лепесточки, словно приятный весенний дождь.       — Как дела? — тихо спросил Хосок.       — Нормально, — пожал плечами Чимин.       Между ними вновь воцарилось молчание. Чимин не знал с чего начать разговор, а Хосоку было слишком неловко делать это первым. Никто не решался заговорить, погружаясь в свои размышления. Только когда Хосок вдалеке увидел идущих Юнги и Чонгука, решил вновь заговорить.       — Вы с Чонгуком помирились?       — Мы и не ссорились, — Чимин тоже перевёл взгляд на идущих к ним братьев. Чонгук держал в руках корзинку, а Юнги засунул руки в карманы толстовки.       — Вы не общались эту неделю, — Чимин не нашёл ответ на это заявление Хосока. — Я хотел поговорить о том, что было той ночью…       — Мы все совершили ошибки той ночью, — Чимин вздохнул, откидываясь на спинку скамейки и ловя на себе взгляд Хосока. — Мы все были виноваты и не только ты должен извиняться. Давай подождём остальных? Думаю, нам нужно обсудить это вчетвером, — старший пару раз кивнул и поднялся, негромко здороваясь с подошедшими парнями.       Чонгук даже не взглянул на Чимина, но улыбнулся Хосоку. Он молча кивнул на полянку, выделенную для пикников, и все четверо направились по усыпанному розовым газону к свободному месту под деревом сакуры. Чонгук расстелил плед и вместе с Юнги вытащил фрукты и сэндвичи собственного приготовления. Чимин сел рядом с Чонгуком, младший слегка отодвинулся, брезгливо сморщившись.       — Хосок, — Юнги заговорил первым. — Я хотел извиниться за то, что сказал после поцелуя и объясниться. Я сказал это только из-за того, что не хотел, чтобы наш с тобой первый поцелуй был под градусом и в процессе игры. Но я точно хотел этого поцелуя, — Юнги посмотрел поочерёдно на каждого и остановился взглядом на Хосоке. — Ты мне нравишься. Нет, я думаю, я влюблён или даже люблю.       — Юнги, — Хосок приоткрыл рот, не ожидая, что их пикник начнётся с признания Юнги. Все ожидали этого от него меньше всего. — Я тоже тебя люблю, — Хосок расплылся в счастливой улыбке и набросился на Юнги с объятиями. — Мы же теперь встречаемся и я могу тебя поцеловать? — Хосок не волновался, что торопил события, Юнги это тоже мало волновало и он коротко кивнул, получая громкий детский чмок в щёку.       — Это ещё не всё, — Юнги приобнял Хосока за талию, смотря на шокированных младших. — Вы нам ничего не хотите рассказать? — Мин выгнул бровь.       — Да ты и так всё знаешь, — усмехнулся Чимин, придя в себя быстрее младшего. — Мы с Чонгуком делали это специально, — Чимин виновато улыбнулся непонимающему Хосоку. — Мы притворялись влюблёнными, Хо. Прости, что врал тебе. Ты так часто говорил о Юнги и так сильно по нему страдал, что я больше не мог этого выносить и решил немного тебе помочь. Я пришёл к Чонгуку и мы с ним составили план как свести вас с Юнги.       — Так ты… Всё это время я, как дурак, тебе верил, что ты влюблён в Чонгука, искренне радовался за себя, что ты, наконец, в кого-то влюбился, но ты всё это время только играл роль? Чтобы что? Чтобы я перестал тебе ныть? — Хосок сжал трясущиеся губы.       — Смотри шире. Они делали это не чтобы врать, а чтобы мы были счастливы, — произнёс Юнги и Чимин закивал на его слова. — И у них это получилось.       — Просто Чонгук сказал, что Юнги не станет с тобой встречаться даже если ты ему признаешься. Поэтому мы решили устраивать вам свидания, чтобы вы узнали друг друга получше, — объяснил Чимин и пихнул Чонгука в бок. — Почему объясняюсь я один?       — У тебя это прекрасно получается, — буркнул Чонгук, отсаживаясь от Чимина дальше, почти садясь на землю. Чимин дёрнул бровями и поджал губы, опуская взгляд на аппетитные сэндвичи, есть которые совсем не хотелось.       — А тот поцелуй? Вы даже поцеловались и потрахались для того, чтобы мы поверили, что вы влюблены? — Хосок раздражённо сощурился.       — Хосок, — Юнги положил руку на коленку возлюбленного, слегка её сжимая. — Я думаю, Чимин уже догадался, но я всё же скажу это. Тем парнем был Тэмин, — Хосок с Чонгуком подняли непонимающий взгляд на Мина и он добавил: — Который врал мне.       — Он хотел с тобой поговорить, — Чимин поёжился от воспоминаний о сегодняшнем утре. — Я думаю, у него были чувства к тебе, но он был слишком слабым мудаком, чтобы признать это и пойти против своих дружков. А сейчас он просто хочет сделать то, что вы не успели сделать во время отношений.       — Мне плевать, — совершенно безразлично ответил Юнги. — Если у него были чувства, это ничего не поменяло и это уже в прошлом. Сейчас меня волнует то, что он в одной комнате с тобой.       — Почему ты не сказал? — Чонгук впился взглядом в Чимина. — Почему ты не сказал, что этот урод — тот, кто причинил боль Юнги? Почему ты не переехал в другую комнату? Хотя бы после того, что он пытался сделать в кафе.       — Ты думаешь я не пытался? — Чимин цокнул. — Я просил переселить кого-нибудь из нас, но комендант сказала разбираться нам самим.       — Ты должен был сказать мне об этом, — нахмурился Чонгук.       — И что бы ты сделал? Избил его? Поселился с нами третьим? Чонгук, мы избегали друг друга всю неделю.       — Конечно, я должен был бежать к тебе после того, что ты мне написал, — закатил глаза Чонгук, раздражённо сложив руки на груди.       — Покажи мне переписку, — Чимин понял, что его догадки были верны. Он не переписывался с Чонгуком с прошлой пятницы, единственная их переписка за эту неделю состоялась сегодня днём.       Чонгук вытащил телефон, открывая переписку с Чимином. Пак, прочитав то, что «он» писал Чонгуку, невесело хмыкнул. Понедельник Злопамятный гном 02:39 Слушай, прости, я не думаю, что нам стоит продолжать общаться Та ночь была ошибкой Нам стоит закончить всё это Не пиши мне, если правда любишь

Сегодня

13:03

Чимин, давай сегодня встретимся

В 16 в парке

Я приготовил сэндвичи и уже договорился с братом

Я хочу с тобой поговорить

Злопамятный гном 13:35 Нам не о чём с тобой говорить Иди нахуй, наглый говнюк Не порть мне снова жизнь       — О нет, — пробормотал Чонгук, тоже смотря в экран своего телефона и, видя краем глаза выражение лица Чимина, постепенно догадываясь. — Это был не ты?       — Как тонко подмечено, — усмехнулся Чимин, отдавая телефон. — Он даже по имени тебя не назвал, потому что ты у меня в телефоне записан как «наглый говнюк», — Чимин рассмеялся без особого веселья, а Чонгук простонал, откидывая телефон на плед. — Я хотел поговорить с тобой об этом, но мой телефон сдох.       — Прости, — Чонгук зарылся пальцами в волосы, крепко зажмуриваясь. — Чёрт, я должен был понять, что это пишешь не ты, — Чимин мягко улыбнулся и накрыл руки Чонгука в его волосах.       — Все мы совершаем ошибки. Главное, что сейчас мы всё выяснили и ты больше не будешь так брезговать общаться со мной.       — Не напоминай, — простонал Чонгук и перехватил руку Чимина, поднимая голову. — Нам всё ещё стоит поговорить, — Чонгук переплёл их пальцы, слегка сжимая ладошку старшего и набираясь смелости, чтобы сказать заготовленную речь. Вместе с первым звуком, вышедшим из его рта, раздалась трель звонка телефона Хосока и рот Чонгука захлопнулся с недовольным сопением. Чон старший вынул телефон из кармана и без вопросов протянул его Чимину.       — Поговорим чуть позже, — Пак выхватил телефон и ответил, поднимаясь на ноги. — Привет, пап, — Чимин отошёл на достаточное расстояние, чтобы не мешать остальным своим разговором.       Чонгук начал вырисовывать узоры пальцем на пледе, Юнги жевал сэндвич, а Хосок метался взглядом от Чимина к Чонгуку с виновато поджатыми губами. Младший не поднимал взгляда от пледа, раздумывая над тем, что ему стоит сказать и уже сомневаясь в подготовленной речи, берущей начало в моменте, когда Чимин оказался на пороге его с Юнги квартиры.       — Чонгук, — тихонько позвал Хосок, привлекая к себе внимание задумавшегося Чона. — Я давно знаю Чимина и разозлился сейчас только из-за того, что мы с Чимином всегда всё рассказывали друг другу и я точно не ожидал, что он будет мне врать. Но чего я ожидал ещё меньше так того, что он позволит кому-то прикоснуться к себе и быть так близко, как он позволяет тебе, только из-за какого-то дурацкого плана.       — Он не дурацкий, — надулся Чонгук.       — Но знаешь, — продолжил Хосок, игнорируя бубнёж младшего. — Ему очень сложно кого-то полюбить. Ни в одних его прошлых отношениях, Чимин не испытывал чего-то к девушкам. Он в каждой из них видел недостатки и был так раздражён ими, что я удивлялся: как он вообще с ними встречается. Он… Иногда он слишком много думает и из-за этого ему может быть сложно кого-то полюбить, но именно из-за этого я уверен, что если он кого-то полюбит, то это будет самая крепкая и искренняя любовь, потому что Чимин не будет идеализировать человека, а примет его со всеми недостатками. Он не будет менять кого-то под себя, потому что будет знать, что полюбил человека таким, какой он есть.       — Я знаю, — Чонгук кивнул с широкой и весёлой улыбкой. — Ты бы знал сколько раз он говорил о моих недостатках, — Чонгук повеселел, вспомнив все разговоры Чимина с Хёджин и каким старший выставлял его перед бывшей. — Если он скажет об этом, то я не буду сомневаться в его чувствах. Но тебе лучше подумать о том, что говорить Чимину. Это было грубо.       — Конечно это было грубо, но я уже простил, — хмыкнул Чимин, услышавший конец разговора, подходя к парням и отдавая Хосоку телефон. — Я понимаю почему ты так отреагировал и простого «прости» с пиццей мне будет достаточно. И возвращайся ко мне за стол, мне одиноко, — Чимин примирительно улыбнулся, плюхаясь рядом с Чонгуком и на этот раз младший придвинулся к нему ближе.       — Прости, — Хосок расцвёл на глазах. — Я куплю тебе даже несколько пицц!       — Будь осторожнее со словами, — подмигнул Чимин, переводя взгляд на Чонгука. — О чём ты хотел говорить?       Чонгук сделал глубокий вдох и на выдохе начал:       — Я впервые обратил на тебя внимание, когда ты заявился ко мне в квартиру с предложением свести Юнги и Хосока, — Чимин кивнул, поворачиваясь к Чонгуку в полоборота и не перебивая. — Я не буду врать, до этого я относился к тебе как к другу возлюбленного моего брата, — Чимин задумался и нахмурился, составляя цепочку, а после кивнул. — Но… Ай, к чёрту, — махнул рукой Чонгук. — Когда я той ночью говорил, что влюблён в тебя, то я не врал. Чимин, ты мне нравишься, очень.       — Я уже приготовился слушать речь на полчаса, — хихикнул Чимин. — Я тоже не врал, наглый говнюк, — Чонгук не сдержал широкую улыбку, повторив улыбку Пака.       — Так… Ты будешь со мной встречаться? По настоящему, не для плана по сведению Юнги с Хосоком или для того, чтобы отшить мою бывшую, — Чимин рассмеялся, услышав такое странное предложение, но другого Чонгук не мог произнести. Им нужна была эта странность.       — Хм, дай подумать, — Чимин сделал вид, что задумался и получил тычок в бок, захохотав. — Конечно да, — Чимин вытащил из кармана два цветка, согнутых в виде колечка.       — Что это, Пак Чимин? Ты собираешься сделать мне предложение? — Чонгук охнул, схватившись за сердце, вызывая новую порцию смеха Чимина.       — Считай мы практикуемся, — хихикнул Чимин, беря руку Чонгука и надевая ему на палец кольцо из цветка. Чонгук подхватил ладонь Чимина и надел второе кольцо на его крохотный палец, не сдерживая широкой и счастливой улыбки. — Настоящее предложение будет от тебя.       — Так точно, — Чонгук отдал честь, смеясь вместе с Чимином и подхватившими их Хосоком и Юнги.