Для своих Нил.

Когда Натаниэлю почти исполнилось 11 лет, его отцу сказали отдать Ната играть в экси. По «невероятному» стечению обстоятельств, Нат прошел в Малую Лигу. Изначально его определили на роль защитника, но похоже увидев его способности в беге, сделали его инсайдом. Ната поселили в одну комнату с Жаном Моро и Кевином Дэем. С Жаном общий язык он нашел почти сразу, а вот с Кевином пришлось постараться. Дэй никак не хотел идти на контакт. Не смотря на то, что он спал рядом, Веснински все время старался с ним заговорить, но тот отвечал односложными фразами. Все их диалоги были примерно такими: — Кев! — Пытался завязать разговор Нат. После короткого «мм?» в его сторону, он спросил: — а ты тут с рождения, да? — К сожалению да. — нехотя ответил Дэй. Для него это была достаточно щепетильная тема, которую затрагивать он уж точно не горел желанием. — Здесь есть что нибудь интересное? — Ничего. — сейчас эту тему обсуждать — просто трата времени, поэтому Кевин отвернулся на другой бок, что бы его не тревожили. Примерно так выглядели почти все их диалоги. При этом с Жаном все было гораздо легче. Жан в принципе был общительным и эти яркие искры радости от обычного общение не про экси, возникавшие в серых глазах — тому подтверждение. Их диалоги были не такие скудные, а Дэй, в свою очередь, делал вид, будто не слушал и таращился в стену, но на самом деле он внимательно слушал каждое слово произнесенное Жаном или Натом и анализировал все. Диалоги Ната и Жана выглядели примерно так: — Жан! — окликал Нат Жана — Чего? — отвечал Жан оборачиваясь на него — А почему ты здесь? — А.. ну меня отдали родители играть в экси в уплату долга. Я здесь почти с рождения. А ты? — Оу.. А у меня отец какой то там подручный Мориямы, и ему сказали отдать меня им играть в экси. Но я обязательно вас вытащу, поняли?!— с яркой улыбкой отозвался маленький Нат. Кевин же, застыл в одной позе от такого простого обращения.. «Вас»? Он и его вытащит? Это невозможно. Он выберется своими силами и захватит с собой Натаниэля Веснински и Жана Моро. Не смотря на то, что Жана «продали» сюда в качестве уплаты долга, он был достаточно жизнерадостным и любознательным. С ним было весело проводить время, он рассказывал что то про жизнь вне всех этих темных стен, сжимающих пространство, или бесконечной боли, которая появляется яркими вспышками в сознании маленького мальчика. А Дэй в свою очередь вообще не интересовался Натом напрямую. Он не узнавал у него такие вещи как «как дела?» или «что делаешь?». Во первых ,он боялся. Во вторых, это было не в принципах Дэя. В третьих, этого не позволяла сделать банальная гордость. В какой то момент Дэй явно возмужал и решил, что все таки начнет говорить с Натом. С начала со стороны Веснински виднелось явное недоумение или даже презрение, но как оказалось, он просто не понял почему такая резкая смена настроения. Дэй достаточно легко привязывался к людям, и если что то случится по типу расставания или смерти, то он не мог это просто переварить. Эта новость, ощущения, привязанность.. они навсегда остаются с Кевином. Он не мог отпустить человека если полюбил его.. привязался.. он уже его не забудет. Возможно со временем забудется голос.. может вкусы, может лицо. Но он никогда не забудет ощущения. Поступки. Это было больное ощущение утраты. Он уже знал это ощущение. Ему не хотелось его повторять. Это ужасно. У некоторых людей это просто мимолетное ощущение боли. Это.. как будто покупать в магазине дорогую одежду на последние деньги. У Жана все было похоже. В случае сильной привязанности. Очень. Сильной. Если он привяжется к человеку, то все. Он будет таким доверчивым, что умереть можно. Человек будет носить все секреты Жана. К сожалению его доверчивость не привела ни к чему хорошему. Хотя было бы круто, если бы доверчивость могла приносить пользу. Например каждый сдержанный секрет мог бы приносить деньги. В таком случае у человека вряд ли появится желание растрындеть ваш секрет кому-нибудь постороннему. Ната наконец первый раз выводят на поле для тренировки. Поле университета Эдгара Аллана было огромно. Огромные трибуны вмещающие в себя большое количество людей. Сам стадион тоже был огромный. Неба не было видно. Как только началась тренировка, игроки начали собираться на поле. Тецзудси подозвал к себе парня с цифрой «1» на скуле. Он что то сказал ему на ухо, от чего тот немного нахмурился, но перечить не стал. Тренировка была изнурительная. Ну во всяком случае здесь наказывали за неповиновение, а у него дома можно было заново почувствовать сжигающее изнутри чувство просто из-за того, что ты дыхнул не в ту сторону. Через 4 часа этой тренировки, им разрешили пойти на обед. Каждый был так вымотан, что некоторые просто стояли опершись на клюшку и тяжело дышали. Нату было не так уж и плохо. Хотя он тоже себя чувствовал так, будто готов был уснуть и развалится на части прямо на поле. Ну может все будет лучше?