Безответная любовь

⸺ Господин! Господин? Вы так прекрасны! Я могу предсказать будущее лишь за возможность взглянуть на ваше лицо! Гадалка вилась вокруг молодого человека, который, не смотря на окружающую духоту, был полностью укрыт – пальто, тяжелые кожаные ботинки, брюки и широкополая шляпа, набрасывающая тень на лицо мужчины, но, пожалуй, не скрывавшая прекрасные черты его от любопытных глаз, для чего она надета никто не понимал, ведь целый день тучи скрывали собой солнце. Девушка, имя которой было известно каждому обитающему на рынке, была хитрой лисой, завлекающая своими лестными словами и женским обаянием. Ши Цинсюань знала, чем больше хороших слов услышит молодой аристократ (а она не сомневалась, что привлекает фигуру высшего общества), тем больше вознаграждения она получит. Паренёк наблюдал, как обхаживает его девушка. С насмешкой во взгляде и с долей презрения в улыбке. В гадания он не верил, но интерес взял своё. ⸺ Поведай же, что ждёт меня в будущем. Гадалка на радости схватила руку аристократа. Глаза её закатились. Прошлое и настоящее, заключённое в линиях руки, переплетались тонкими нитями, выплетая паутину будущего. Каждый узор отвечал за ключевое событие, которое человеку ещё предстояло пройти. Ши Цинсюань видела рыночную площадь. Мужчина, бегущий с букетом полевых цветов; особняк, богато убранная комната, у окна которой стоит девушка, а вокруг неё осколки дорогих украшений; мужчина прижимает девушку к кровати, на лице которой застыл ужас и отчаяние. Ши Цинсюань резко отстранилась. В глазах читался страх. Она притянула руки к себе, развернулась и без единого слова убежала. Вокруг всё загудело. Трое мужчин, сидевших неподалёку, запричитали: ⸺ Эк, мошеннича, такая махонькая, а уш таким промышляет-с! ⸺ Эй! Господин! Не спроста она убежала! Обокрала, а вы даже и не заметили! ⸺ Бабы есть бабы! Всегда только подлость и замышляют. И это девка от других потаскух не отличается. ⸺ Курича, вишь, и не боитша, шо догонут! ⸺ Может и не украла ничего вовсе? Мы с ней бывает сговариваемся, очень милая девушка, может не честно зарабатывает, но в свой дар истинно верит, да и говорят, что, и вправду, способна будущее предсказать… ⸺ произнесла девушка, вышедшая из дома. ⸺ Дура! Те что не скажи, во всю дребедень веришь! Пошла лучше на кухню! ⸺ разгорячился муж на жену свою, решившеюся вступиться за убежавшую гадалку, ⸺ ишь, нашла моду встревать в разговор! Понахватает на улице-то, от других таких же дур, и принимает за чистую монету. ⸺ Ак, шо ж ей милой ешо делать-с? От шупов да каш устанет, милотка, да и побежит к швоим трындычихам, хе-хе, ⸺ старик, по-видимому приезжий в городок из недалёкой деревни, тихонько захихикал, то ли от своих же слов, то ли, что видно было по раскрасневшемуся его лицу, от хмеля, только хихикал он ещё долго, морщинки все его поднялись, пухлые щёки закрыли собой глаза – сидел так старичок и потирал свои усы, не прекращая улыбаться. ⸺ Бабы они и есть бабы! Потаскушки и трындычихи они! Вот я тебе сейчас случай расскажу, так их и не такими только словами называть начнёшь… Про случай молодой человек уже не слушал, а лишь грустно смотрел в сторону, куда убежала девушка. Она была прелестна собой. Девушки для него были дивными созданиями. Каждая становилось объектом обожания, пока парню не наскучит неменяющееся личико. Гадалка же, сама того не заметив, покорила сердце незнакомца своим лепетом и прекрасной фигурой. У мужчины перед глазами всё ещё стояли смуглая, загорелая кожа и округлые пышные формы, а нежная рука до сих пор чувствовала жжение после прикосновений истертых работой пальчиков. «Ах, до чего прелестна!» ⸺ думал он про себя. Ши Цинсюань бежала по улицам прямиком домой. Высокие, богатые дома и лавки сменялись трущобами. Поплутав между хибарами, девушка вышла из города, и по горячей от солнца дороге направилась к реке. Там на берегу стояли несколько маленьких домиков, а рядом с ними простирались взрыхленные поля. Крупная, полная женщина, в сером платье, на котором висел грязный, испачканный в саже и земле фартук и который она натянула перед собой, с громкими вздохами и выдыхаемым «пу-пу-пу», бросала в ткань свёклу. Рукава на руках были загнуты, отчего были видны смуглые, покрытые веснушками и родинками руки. Голову украшал цветастый платок, который был подарен ей мужем ещё в молодости и который за долгие годы потерял свой свежий вид. ⸺ Здравствуй, тётушка! ⸺ Ши Цинсюань приблизилась к краю поля. ⸺ А вот и наша блудница вернулась! ⸺ девушка, виновато улыбаясь, склонила голову. ⸺ Опять в город бегала? А о брате подумала? Милой весь испереживался, уж за тобой собрался бежать, так я его остановила, уговорила, чтобы не волновался да к работе приступил. Денег не заработает, а кушать что будете? Ты, вместо того чтоб там прозябать да шарабонить, огород обустроила, и тебе занятие, и брату помощь. ⸺ Ох, не думала, тётушка, что вы тоже начнёте причитать! От брата и так каждый день нравоучения слушаю. Теперь и вы к нему присоединились!? ⸺ Ши Цинсюань надулась. ⸺ Мала ещё, чтоб так со мной разговаривать! ⸺ женщина тяжело дыша, продолжила собирать свёклу. Девушка грустно поплелась по дороге. Тут женщина приподнялась, опёрлась крупными руками на такие же крупные бедра и, щурясь от солнца, прокричала. ⸺ Эй, почеквашка, голодная небось? Иди к нам, там нет никого, на столе найдешь супа в горшке. Поешь хоть. Ши Цинсюань засияла. Быстро выкрикнув благодарность, она побежала в домишко. Солнце начало садиться. Ши Уду возвращался домой. На улице, кроме соседских детей, никого не было. Подходя к дому, юноша увидел свет в окнах. Но о радости от увиденного и речи быть не могло. Он сурово прошагал к двери, отпер её и строго посмотрел на девушку, сидящую за столом в свете свечи и перелистывающую страницы какой-то старой, потрёпанной книги. Ши Цинсюань вскочила со своего места и, немного шатаясь, приблизилась к Ши Уду. ⸺ С во-звра-ще-ни-ем, бра-тец! ⸺ Ах ты, плутовка! Опять в город бегала! ⸺ утвердительно прокричал юноша. Девушка приблизилась к нему, сложила руки на его плечи и с глупой улыбкой произнесла: ⸺ Не ругайся, братец, тётушка меня уже всю обругала, зачем же начинать всё по второму кругу? М? ⸺ Ши Цинсюань ласково поцеловала брата в щёку. Тут в его нос проник едкий запах. ⸺ Ах ты, пьянчужка, ты сколько выпила? ⸺ Задавать вопросы «когда?» и «где?» Ши Уду уже давно перестал за неимением смысла. Если его сестрица захочет, не важно где, когда и с кем, но алкоголь окажется в её организме. ⸺ Чууть-чуть… ⸺ Девушка наглядно показала сколько ⸺ приложила большой и указательный палец к друг другу, оставляя небольшое расстояние между ними, и расхохоталась. Ши Уду отвёл глаза от пьяного взгляда сестры и заприметил за ножкой стола кувшинчик. Теперь понятно, сколько чуть-чуть. Парень с силой опрокинул Ши Цинсюань на кровать, укрыл одеялом и строгим тоном приказал: «Спи.» Девушка заворочалась, что-то помямлила, постонала, а потом благополучно улеглась. Ши Уду обернулся на стол. Там лежала книга, оказавшейся сборником сказок, которые им читали в детстве, а рядом с ней мешочек. Заглянув в него, парень увидел горстку серебряных монет. Ши Уду улыбнулся. Он любил свою сестру и всегда сильно за неё беспокоился. Сколько раз тётушка ругала его за излишнюю опеку, столько раз он был готов звонить во все колокола, из-за пропажи Ши Цинсюань. Он всё понимал, но ничего не мог с собой поделать. ⸺ Братец, ⸺ тихо позвали сзади. ⸺ Что такое? ⸺ Завтра ты меня потеряешь. Холодное утверждение сонной сестры на секунду будто заморозило Ши Уду. Он подождал, пока та снова что-нибудь произнесёт, но девушка окончательно провалилась в сон. «Просто пьяные бредни, ⸺ успокаивал себя Ши Уду, ⸺ просто бредни.»