Таблетки от жизни

— Я же просила не беспокоить меня, — раздраженно вздохнула Алиса, ответив на входящий вызов и опустив бессмысленные пожелания доброго утра. — Сейчас 3 часа дня. Ты вставать собираешься? — возмутилась мама. — Позже позвоню, дай мне проснуться, — продолжала стоять на своём Алиса. Поворчав в ответ, мама положила трубку. Отложив телефон, Алиса подложила правую руку под голову и уставилась на потолок затуманенным взглядом. Никаких мыслей у неё не было. Сверху слышался топот соседей, а с улицы раздавались крики детей. Иными словами, жизнь привычно кипела. Алиса лениво приподнялась и села на кровать. Она чувствовала усталость несмотря на то, что только что проснулась. Хорошо, что сегодня ей не нужно было выполнять никакие заказы по написанию рекламных текстов. В комнату осторожно и тихо вошла мурлыка. Белоснежная и пушистая, словно меховая подушка. Она легонько потерлась о ближайшую ногу хозяйки. Алиса, не глядя, прикоснулась к её мордочке и тут же отстранилась. Ей хотелось вернуться обратно в свои грёзы — единственное место, в котором она чувствовала себя в безопасности и стремилась находиться как можно дольше. — Ирис кис-кис… Тебя ведь покормить нужно, да? — обратилась она к Ириске. Они пошли на кухню, где кошка получила долгожданную миску влажного корма. — Хватает же у тебя терпения жить со мной, — почти шепотом сказала Алиса, опершись попой о кухонную тумбочку и положив руки на край столешницы. Она в очередной раз задумалась над тем, чтобы отдать кошку маме, которая почаще уделяла бы той внимание. Однако эти мысли были несерьёзными, ведь Алиса понимала, что не сможет этого сделать. Стоять в одной майке и трусах было холодно, и это начинало её нервировать. Она вскипятила чайник и отыскала пачку антидепрессантов, валяющуюся рядом с коробкой хлопьев, упаковками чая и набором разной лапши быстрого приготовления. Алиса редко готовила сама, и такая пища давно стала нормой в её жизни. Запив таблетки несладким чаем, Алиса вернулась обратно в постель. Она ждала, когда лекарства начнут действовать и вызовут сонливость, унеся её в очередное забвение. Она хваталась за любую возможность провести в реальности как можно меньше времени. К тому же драгоценные препараты вызывали яркие и реалистичные сны, сюжет которых раскрывался до мельчайших подробностей. Алиса давно уже не следила за тем, что происходит в мире, потому что он казался неизменно пугающим. Во снах она тоже попадала порой в неприятные ситуации, и всё же сны влекли её перспективой прожить другую жизнь, в которой её не беспокоили насущные проблемы. В конце концов, во сне она принимала происходящее за правду и не задумывалась о том, что у неё есть альтернативная реальность, которая в чём-то может быть лучше. Девушка легла на бок и накрылась с головой тёплым и тяжёлым одеялом. Рядом беззвучно дремала кошка, уже успевшая заточить свою порцию корма. Никакие бы преимущества реальной жизни не заставили бы её вернуться к ней в полноценной мере. Она потратила слишком много нервов на то, чтобы принять происходящее в мире, но так и не смогла сделать это до конца. Алиса съёжилась и ещё глубже засунула голову под одеяло. Ей не хотелось вспоминать о том, как она ловила панические атаки и как кричала от своей беспомощности в том, чтобы на что-то повлиять. Хорошо, что соседи тогда не вызвали полицию. В те дни жизнь была наполнена сильной тревогой перед будущим, потому что оно казалось беспросветным и даже опасным. По новостям круглые сутки либо твердили закрыться дома, чтобы не подхватить тяжёлую инфекцию, которая тогда быстро распространялась, либо в очередной раз вещали об обострившемся мировом конфликте, не предвещающим ничего хорошего. В конце концов, Алиса лишилась надежды на то, что в реальности она может построить желанную себе жизнь. Однако Алиса понимала, что в снах она никогда не испытает то, о чём мечтает на самом деле. Приятная, как наркотик, иллюзия лишь временно могла снять её боль. У Алисы не получалось обманывать себя фальшивым счастьем. Этот нюанс её бесил. Из-за безвыходного и тупикового положения ситуация значительно усугублялась. Алиса тяжело переживала свою беспомощность в чём-либо — это чувство всегда вводило её в отчаяние. Чем дольше она находилась в беспомощной позиции, тем хуже становилось её психическое состояние. Алиса также сожалела о том, что у неё не получалось взять под контроль свою нервозность и раздражительность, из-за чего она часто незаслуженно срывалась на членах семьи, осознавая свою вину слишком поздно. Привычная сонливость наконец овладела разумом. Тёплое одеяло ласкало тело, согревая и душу Алисы, а подушка становилась нежной опорой для уставшей от рефлексии головы. Частично рассеялось ощущение замучившей тяжести в груди. Сил на то, чтобы открыть глаза, не осталось. Исчезло беспокойство о срывах, непредсказуемости будущего, потери грани между сном и реальностью. Алиса погрузилась в вожделенный сон, вновь сбежав от жизни. Засыпая, она всегда думала о том, что вернётся. В реальности были те, кто каждый день ждали её возвращения из мира морфея — мама и Ириска.