Вместе - на земле и в небе

К Минхо подошел отец, чтобы узнать подробности разговора и почему его сын сейчас стоит весь красный и наносит стене удары ногами и руками. На эти звуки прибежала и мать, не понимая в чем причина такой внезапной перемены его настроения. — Что ты делаешь? — она начала кричать, видя, как у сына появляются кровоподтеки на костяшках. — Останови же его! — Минхо, Минхо, прекрати, — Гону скрутил его руки, но парень вырывался, в его глазах читалось безумие, неконтролируемая ярость, от которой на стене остались красные пятна. — Живо пришел себя! — Отец дал ему несколько пощечин. — Оставьте меня, идите лучше сами с ним разговаривайте! — Ли младший вырвал руки из хватки отца, чтобы театрально открыть дверь и впустить родителей. Спустя несколько минут попыток понять, что происходит и какие мотивы преследует Чан навестить его пришел и Сынмин. Он частенько заглядывал к нему, думая, что тот спит созванивался по телефону с поставщиками и Чанбином, обсуждая бизнес. Бан все слышал и мотал на ус, пока в один момент не начал расспрашивать Кима про детали бизнеса. За несколько вечеров Чан наладил доверительные отношения с Мином и попросился к нему в команду, обещая консультацию по финансам и любую помощь, лишь бы убраться из академии и держаться от этих людей подальше. Такие внезапные перемены в настроении и поведении мужчины пугали абсолютно всех, кроме самого Сынмина, который с ухмылкой стоял у стены, наблюдая за спором, разгоревшимся между Чаном и его «семьей». Лишь Феликс молчал и не понимал, что творится, тем не менее он был восхищен своим парнем и его напором, он никогда не видел его в таком настроении. Некогда нежный и спокойный Бан виделся в этот момент ему стойким воином, готовым снести все на своем пути. — Вы не нужны мне, мне не нужен никто из этого окружения, просто оставьте меня в покое. Избавь меня от своего присутствия, — обратился он к матери. — Просто дайте мне уйти, я не желаю ни минуты провести здесь. Эти слова вызывали панику от непонимания происходящего в глазах Феликса. Он не был готов услышать подобное из уст своего возлюбленного. Подобные речи он слышал лишь в кино или читал в романах, но не был готов к такому в реально жизни. Почему все и в правду переворачивается с ног на голову. — Мне мерзко даже представить, что я хоть как-то связан с вашей семьёй. Младший сын шизик, чего же ждать от меня? Сына наркомана и малолетки, а? Думаете, при должном воспитании из меня можно сделать человека? Хах. Глупости какие, жизнь издевалась надо мной как могла. А ты, дорогая мамаша, подкидывала мне эти никчемные подарки, которые не имеют сейчас никакой ценности. Они такие же никчемные, как и ты. Лучше бы я никогда не связывался с вами, я жалею о каждой минуте, проведенной в вашем доме и, если бы не травмы, я бы никогда не понял этого, поэтому спасибо, братик, — Чан вскочил с кровати и начал стягивать с себя катетеры и подключенные к нему датчики. — Ликс, ты идешь? — Что с тобой?.. я не понимаю, ты… — Феликс вытаращил глаза, но тем не менее был заворожен ниспадающим натиском старшего. — Да, я. Я заебался, просто заебался, мне не нужно ничего из всего, что вы все можете мне предложить, кроме двух пунктов, один из них — ты. — Чан направил указательный палец на парня, стоящего у стены. И это не был Феликс, это был Ким Сынмин, который с самодовольной ухмылкой следил за происходящим. — Мне нравятся твои клыки, обсудим это позже, — хмыкнул Ким и похлопал того по плечу, а затем вышел из комнаты, открывая проход для старшего. — Теперь ты, — на этот раз взгляд был направлен на блондина. — Ты идешь? — Чанни… — парень потянула рукой к лицу старшего. — Блять… — Чан развернулся и с рыком схватил парня, взяв на руки, и унес его из помещения. — Ты слишком зефирный для этого мира, несмотря на все, что он с тобой вытворял, мы две побитые собаки, нам нужно держаться вместе. — Ты меня пугаешь, поставь меня, — говорил младший пытаясь вырваться из цепкой хватки. — Ты делаешь мне больно. — А? — взгляд Чана внезапно просиял. — Прости, солнце, но сейчас не могу по-другому, я не хочу пугать тебя или тем более причинять вред, но выбора нет, если все сложится, то нам не придется пересекаться с этими людьми. — Но это хорошие люди… — Для тебя может и да, но меня просто тошнит от этого места, эта притворная любовь и забота… Я хочу быть с тобой и строить собственное будущее, а не сидеть тут как в стационаре для умирающих, ведь именно это я и чувствую, я впервые за все свои тридцать лет хочу жить, не завися ни от кого. Наслаждаться жизнью, получать ее плоды и наконец-то оторваться от всего этого, будь со мной в эти приятные моменты, как тогда, когда я был в отключке. Ты не видел, но каждый раз, когда ты приходил у меня шли слезы, даже находясь в бессознательном состоянии, я все равно чувствовал тебя. Будь рядом, как и все это время, — Чан смотрел на парня такими глазами, которым было невозможно отказать. — Я пугаю тебя? — У меня зашкаливает пульс, я пытаюсь воспринять эту информацию, — произносил Ли, пока его прижимали к стене и смотрели прямо в глаза, чужие руки забирались под одежду стремясь доказать слова действиями. — Я понял, что люблю тебя с той самой прогулки по Барселоне, я осознал это еще тогда, просто будь рядом, я вернусь в прежнее состояние, но сейчас я решителен как никогда, поэтому если ты испытываешь хоть каплю того, что зародилось во мне так давно, останься, рискни ради всего, рискни ради меня, — мужчина выдыхал каждое слово в шею Ли. — Я готов, — ответил Феликс и, взяв Бана за руку, они направились к выходу из дома. Чана разрывали ярость и неведомой силы тяга сменить центр тяжести, просто взять и сменить направление жизни, взять и расхерачить установленный порядок его существования. Пойти против течения, обозначить собственное направление, взять ситуацию под свой контроль, стать главным, доминировать над своей жизнью и противиться судьбе. Единственное, что он хотел сохранить это Феликса, его солнце, ради которого он готов умереть и воскреснуть, ради которого он готов стать другим человеком и просто ебашить лишь бы тот был счастлив. Ли ничего не просил, но Чан желал разбиться на осколки, разорвать себя изнутри, но сотворить чудо. Сынмин и его связи могли ему с этим помочь. Бан раздумывал об этом все те дни и недели нахождения в бессознательном, продумывая каждое слово, слыша каждую реплику, произнесенную людьми рядом. Не зря же говорят, что люди в коме слышат, что их родственники желают им смерти, чтобы больше не оплачивать ЭВЛ. Вот и Чан все слышал, но жалобное пищание его матери вызывало лишь раздражение. Если бы не ее трусость, этой ситуации и вовсе не произошло. Но она просто испугалась за свой статус хах, конечно, чертова эгоистка. «Как она посмела, еще и все эти подачки на протяжении многих лет, лучше жить вовсе без матери, чем с такой.» Единственный человек из всей этой семейки, кто вызывал уважение, был лишь Ли старший. Лишь он один не выводил его из себя, он сдержан, но при этом заботлив к абсолютно чужому человеку. Окончательно вычеркивать его из своей жизни у Чана не было желания. Все эти мысли рождались и переваривались в нем изо дня в день, пока все не вывалилось неконтролируемым потоком в тот самый день, когда Минхо пришел извиниться. *** - Итак, господа, у нас новый сотрудник, а точнее соучастник, — Сынмин открыл дверь, впуская очередного члена их команды спустя неделю после того случая в доме семьи Ли. Все присутствующие приоткрыли рот в удивлении. Чанбин встал со своего места и подошёл к Бану, чтобы пожать руку, на что мужчина с радостью ответил. — Всех приветствую! С вами мы уже все знакомы, но тем не менее, думаю, вам стоит узнать некоторые подробности. Сынмин ввел меня в курс дела, Чанбин — ты отвечаешь за безопасность, Джисон ты у нас адвокат, Хенджин — правая рука, правильно понимаю? — Чан обошел круг присутствующих и поочерёдно пожал руки. — Я не претендую на чей-либо пост, но желаю присоединиться, на что получил одобрение. — Мы рады, что ты с нами, — улыбнулся Со. — Думаю, Джину понадобится помощь. — Да, Бин прав, мне явно нужна правая рука для правой руки, — хмыкнул Ким и сел во главу длинного стола из черного дерева. Их так называемое логово располагалось в центре города в здании, которое часто арендуют под офисы. Там и велись их темные дела без посторонних лиц и ненужного внимания. Подобные встречи обычно проводились по ночам, когда на город опускалась тьма, и все обыденные дела были решены, молодые люди могли себе позволить окунуться в детали бизнеса. Хан продолжал ходить на учебу, дабы не вызывать подозрений у родителей на счет его плохой успеваемости, поэтому эти ночные заседания выдерживал он с трудом. Чанбин так вообще после учебы, а затем и тренировки приходил туда уставший донельзя. Но такие собрания нельзя было вычеркнуть, особенно сейчас, когда намечался визит к Ян Чонину. Хенджин и Ким в этом плане не парились, то, что они играют роль любовников давало им довольно большую свободу от родительского надзора. Хван буквально шантажировал их, чтобы не ходить на учебу, ведь дел у него было по горло. Мину вообще не приходилось прибегать к каким-либо объяснениям, поскольку отец прекрасно знал, чем занимается его сын все это время. И это было в его интересах допускать такие вольности сыну, чтобы тот не подвел их перед боссом. Как итог, женской половине семей Хван и Ким приходилось договариваться с Юной, чтобы парням проставляли посещаемость и зачеты, дабы их не выгнали из академии. Связи — мощнейшая вещь. — Я не против, если Хенджин согласится, — ответил Чан и посмотрел на блондина. — С удовольствием, мы же можем тут доверять друг другу правильно? — начал Хван, на что все кивнули. — В общем, доложу последние новости, план по обольщению Джису сработал, проблем с полицией не будет. Чан поднял бровь, не понимая, как это связано. Личная жизнь и бизнес чаще всего стараются не смешивать, а тут еще и достижениями своими делятся. — Да, у нас и такие поручения бывают, — Хан сложил руки на груди. — Молодец, Джин, я в тебе не сомневался, не отпускай ее пока, как минимум до нашего возвращения с Майорки, — Сынмин крутил в руках мобильник, где сверял даты. — Скажи ей, что нужно уехать, но не вдавайся в детали, — он оторвал взгляд от устройства и посмотрел на друга с привилегиями, да, они не переставали зажимать друг друга по углам, но сейчас речь идет не об этом, поэтому Ким откинул эти мысли и продолжил. — Тем не менее для прикрытия нам нужно будет взять пару девушек с собой, чтобы это выглядело, как дружеская поездка. Костюмы уложите с собой, но поедем в простой одежде, так как полетим обычным рейсом. Кто знает, что нас там может ждать. — Кого для сопровождения брать будем? — спросил Чан. — Предлагаю Акону, — начал Сынмин. — Знаю ее уже долго, Хенджин подтвердит, она в курсе наших дел, но никаких проблем это не доставило, возьму ее с собой. — Она никуда не поедет, — строго ответил Чанбин. — Я не позволю подвергнуть ее опасности. — А чего ты так завелся? — Сынмин обратился к другу. — Там, куда мы едем не будет опасности, как минимум для непричастных. — Но она уже причастна, раз уж знает все подробности того, чем мы тут занимаемся, — рассуждал Джисон. — Именно, она, как и мы, может быть зарезана или застрелена прямо там, — сказал Со. — Даже если мы захотим скрыть факт того, что она в курсе и оставим ее тут, не прокатит. Они все про всех рано или поздно знают, у них такие связи, о которых подумать страшно, — Ким допил первый бокал виски. — Поэтому, как минимум то, что она в курсе, ставит ее или в очень выгодное, или плачевное положение. Лучше взять туда всех, кто обладает этой информацией. — Напомню, что это из-за твоего длинного языка она все знает, — Со начинал злиться, что теперь его девушка так же ходит по тонкому льду, и будь его воля она бы не узнала об этом до конца жизни. Желательно долгой и счастливой, желательно с ним. Но Мин проигнорировал его упрек. — Я возьму Кики? — спросил Хан, желая разрядить обстановку и сместить центр обсуждения во избежание конфликта. — Нет, возьми Кайю, — предложил Сынмин. — Насколько я осведомлен, она не в курсе ситуации, они хоть и подруги с Аконой, но ее в это лучше не втягивать, — Со крутил стакан с виски в руке. — Значит, надо что-то думать, одной мало, — Ким задумался. — Обязательно, чтобы девушка была в курсе? — спросил Чан. — Вполне подойдет дурочка, которая даже если что-то узнает, то ничего не поймет, — предположил Хан. — Таких пруд пруди, заплатить и все в шоколаде. — О чем и говорю, оформим пару эскортниц, Акона возьмет их на себя, будут болтать ни о чем, — Чан переводил взгляд с Чанбина на Сынмина. — Если она и так в курсе, то попросить ее об услуге заговорить зубы девочкам будет не сложно, притворится новенькой и пока она будет сидеть с ними в баре, мы обсудим все дела. — Хорошая идея, Со, что думаешь? Она действительно сможет с этим справиться, — Ким обратился к другу. — Я обсужу это с ней, но она поедет при условии, что ей не будет грозить никакой опасности, — ответил брюнет. — Она определенно справится, в этом сомнений нет. — Чан, ты неплохо ориентируешься, молодец, — Сынмин сделал глоток и довольно ухмыльнулся. — Что требуется от меня? — Внезапно спросил Джисон. — С тебя — быть готовым к вопросам, касаемых твоей нравственности относительно закона и насколько ты верен Сынмину, — ответил Хван. — На самом деле, нас всех это ждет, поэтому следим за языками, лишний раз не провоцируем, мы в этом месте будем гостями, ведем себя максимально сдержанно. Они шутят — мы смеемся, они осуждают — мы осуждаем. Схема такая. — Джин прав, все, что мы должны сделать — не вызвать у них желания, как минимум, выгнать нас из бизнеса, если разочаруем их хоть в чем-то, — все кивнули. — Хорошо, есть инфа по новым доставщикам? Нужна статистика, — послышался вопрос со стороны Кима. — Мы с Бином чуть не ебанулись, пока делали эти списки, — Хван передал ему бумаги. — Да, пожалуй, я соглашусь, — ответил Со. — Отлично, Чанбин, теперь на тебе теперь исключительно безопасность, — ответил Ким, пока пробегался глазами по растущему графику. — Нашел людей? — Да, есть парочка, но все по стечению обстоятельств с темным прошлым, — в руках Сынмина оказался очередной список фамилий и достижений. — Думаю, это то, что надо. — Согласен, такие люди держатся за работу куда более крепко, знают, с чем имеют дело. — С завтрашнего дня к каждому из нас будет приставлен человек, но на Майорку поедет всего трое, включая меня, один следить за вами, второй за девушками, а я непосредственно за тобой, — Бин указал взглядом на босса. — Если ситуация изменится, и охрану прикажут оставить на берегу, то пойду только я, поэтому будьте максимально осторожными, как и говорил Хван. — Советую тебе тоже ознакомиться с этим, — Сынмин толкнул стопки с листами в сторону Бана. — Ты, как мой второй заместитель, должен быть в теме происходящего. — Без проблем, рад, что вы приняли меня, — Чан посмотрел на босса исподлобья и слабо улыбнулся, увидеть его с таким выражением лица было ново для всех, кроме Мина, поэтому у Джисона и Хвана побежали мурашки от его оскала, который не должен быть устрашающим, но таковым являлся. Что-то изменилось в поведении Бана с момента травмы, и для их бизнеса это были положительные изменения. — Благодарю за доверие. — Ты его еще не оправдал, но мне понравилась твоя речь у Ли в особняке, было сильно, — Ким отпил крепкий напиток и посмотрел в глаза новому коллеге. — Поэтому решил дать тебе шанс, но ты сам должен понимать, с кем имеешь дело и если не мы, то он или Лючия точно найдет тебя и сделает так, что тебя и вовсе не существовало. — Мне все равно терять нечего, — Чан опустил глаза и испытал укол недосказанности. — Единственное, я бы хотел попросить неприкосновенности и безопасности для Феликса, даже если со мной что-то случится, то сохраните ему жизнь. Он не в курсе происходящего. — Ты собираешься ему сказать? — Спросил Джисон. — Прости за фамильярность, но тут и мое личное дело вдоль и поперек изучили. — Не знаю, он до сих пор в шоке, но, думаю, рано или поздно придется… — Будь внимателен, мы нестабильны и ходим по острию лезвия, а остаться без покровителя в нашем деле крайне опасно. В любое время нас могут настигнуть другие более мелкие картели, а это ни вам, ни мне не нужно, поэтому держимся крепко все вместе, мы — команда, всем ясно? Налажает один — пострадают все. — А что за Лючия? — спросил Джисон. — Ты как-то раз вскользь упомянул ее, стоит опасаться? — Именно ее и стоит опасаться, — Ким вздохнул. — Девушка она до мурашек пугающая, я хоть виду и не подал, но при виде ее даже у меня очко сжималось, мне кажется, она перебьет нас всех одним своим каблуком. И не только в физическом плане, но одно неправильное слово или реплика могут поставить вас под сомнение в ее глаза, а она обладает особым влиянием на Яна. — Она его девушка, любовница, сестра, кто? — Тараторил Хан. — Она его советник, Чонин прислушивается к ней, она хоть и сука, но очень харизматичная и мудрая сука, — рассуждал Ким. — Это ее работа, узнавать грехи и затем заставлять расплачиваться за них. Поэтому на этом мероприятии держимся особенно сдержанно именно с ней. — Господи, зачем я в это ввязался, — вздыхал Джисон. — Мало того, что вся эта затея в целом незаконна и пиздец опасна, так теперь малолеток отправляют в жуткое логово двух хищников, сжирающих все на своем пути. — Они немногим старше нас, — послышался голос Хвана. — Кроме Чана, конечно. Насколько я знаю, они начали все это еще в подростковом возрасте, лет в пятнадцать. Оба из неблагоприятных семей с дошкольного возраста знакомы с наркотиками и оружием, поэтому за десять лет они неплохо так прокачались. — Это им лет по двадцать пять что ли? — удивился Хан. — Около того, — ответил Ким. — Охуеть, я думал им под сорок, — Джисон округлил глаза. — Хан, ты бы хоть разок погуглил их, — сказал Ким и закатив глаза провел пальцем по краю стакана с толстым дном, в котором заканчивался виски. — А то я начинаю сомневаться в твоих навыках. — Как минимум то, что я гуглю их уже становится подозрительным, поэтому предпочитаю увидеть их впервые именно в реальной жизни, — Хан выпрямил спину, желая размять мышцы. — Они используют настоящие имена? — спросил Чан держа телефон в руках. — Да, у них есть вполне прибыльный официальный бизнес, поэтому, разумеется, в википедии ты их найдешь, — хмыкнул Со. — «Миллионеры в 20, история успеха молодых предпринимателей» — зачитал он название одной из статей. — Компания интересная собирается, детдомовец, проститутки, дети наркоманов и дети престижных семей в одном помещении, — шутил Чан. — Хах, правда анекдот получается, — посмеялся Чанбин. — Сынмин, на сегодня все? А то уже полночи тут сидим. — Да, на сегодня все, — Сынмин хлопнул по столу. — Пора прекращать ночные заседания, а пока собирайте вещи, Чанбин договаривайся с Аконой, я найду девочек, Чан и Джисон изучайте бумаги, Хван… будь Хваном и через три дня выезжаем. *** — Эволюционно гнев дает нам возможность в ситуации покушения на что-то наше отбиться, обороняться, — Ли внимательно слушал слова врача в его кабинете. — Это такой естественный, мощнейший энергетик. Действует он недолго, потому что для реализации этой эмоции, организму нужно потратить очень много энергии. — Я это заметил, но это длится не очень долго, — отвечал Минхо. — Было подсчитано, что цикл гнева длится около шести минут, я правильно понимаю, что именно так у вас и происходит? — Уточнил седовласый мужчина. — Да, около того, но в этот момент я не смотрю на время, — Ли не мог не сдержаться от колкости, таков его нрав. — Первая сессия у нас будет вводной, я бы хотел описать вам то, как исторически складывалось развитие и отношение к агрессии, это поможет вам разобраться с источником подобного поведения, — доктор Родригес продолжал рассказ. — Поэтому послушайте меня внимательно и постарайтесь вникнуть в мои слова. — Конечно, я здесь ради этого, — парень кивал. — Но я не считаю, что у меня что-то серьезное, я вообще думаю, что справлюсь сам, но пришел сюда по просьбе девушки. В целом мне все понятно, поэтому можем ли мы как-то договриться, и я не буду посещать эти сессии. Я чувствую себя прекрасно и не думаю, что от этого будет какой-то толк. — Послушайте, синьор Ли, — испанец поправил очки. — То, что вы не находите это проблемой — никак не исключает ее наличие. Если дорогой вам человек попросил вас прийти сюда, значит вам стоит как минимум постраться открыться. Возможно, вы правы и вы абсолютно здоровы, но без анализа вашего поведения быть уверенным в этом нельзя. Если вы не готовы к разговору сегодня, могу перезаписать вас на любое удобное вам время, — мужчина потянулся за ежедневником. — Нет-нет, никуда не надо переносить, — Минхо замахал руками. — Раньше начнем, раньше закончим, продолжайте. — Что ж, вам решать. На чем я остановился… Ах да. Для древних предков агрессия была способом защиты от нападения на что-то принадлежащее тому или иному человеку. Нужно было дать отпор, мощный и быстрый. Для этого мощнее работает сердце, мышцы наливаются кровью, стискиваются зубы, чтобы их не выбило в схватке. Происходит выброс энергии, направленный на того, кто на вас покусился. Все вроде бы хорошо, но мы не живем в первобытном лесу. Такой объем энергии нам не нужен. В обычной жизни эта реакция гипертрофирована, в процессе спора эта энергия высвобождается в речи, которая является неадекватной ситуации. Это не помогает вам отстоять свою честь или интересы, а наоборот это портит отношение окружающих к вам и к тому, что вы защищаете. У гнева на сегодняшний день очень тяжелые последствия. Минхо задумался, ведь, действительно, после той брошенной фразы в бассейне Кайя начала немного опасаться его. Избиение Чана вообще понесло бы за собой уголовную ответственность, не беря в расчет неоспоримый вред здоровью мужчины. Теперь даже, когда все знают про то, что Бан — брат Минхо, люди продолжали судачить, что Юна все же имела какие-то более близкие отношения с мужчиной, нежели профессиональные или семейные. — Гнев убивает вас. — Как это? — Минхо удивился такому заявлению. — Ну, во-первых, он портит качество вашей жизни. Но может и убить вас совсем. Главная причина смерти в цивилизованном мире — это повышенное кровяное давление, которое приводит к инсульту — разрыву сосудов в тканях мозга или к инфаркту — разрыву тканей сердца. И из психогенных факторов гнев на первом месте. Гнев повышает ваше давление не только в момент, когда вы гневайтесь, но и потом, когда вы стыдитесь того, что произошло. От этого может произойти разрыв сосуда и преждевременная смерть. Я хочу, чтобы вы, Ли Минхо, жили долго, и чтобы вы жили счастливо. — Я понимаю это и готов выслушать все ваши рекомендации, — отвечал Ли и все же решил понемногу раскрываться. — Все это происходит внезапно, был случай, из-за которого меня привели сюда, который был для меня отправной точкой. Я копил в себе агрессию несколько недель, поэтому она вылилась в настолько обильном количестве. Я бы не хотел вдаваться в подробности, но если вы посмотрите на мои руки, то заметите свежие раны, которые я нанес себе буквально два дня назад в попытках не сотворить большее зло. Я просто избил стену, но терпеть это становится сложным. — Не беспокойтесь, я работал с многими пациентами и ситуация у вас не самая плачевная, мы сможем вам помочь, — уверял его Родригес. — Как мы с вами уже обсудили, гнев живет в нас с доисторических времен, это инстинкт, но мы же научились контролировать инстинкт размножения, соответственно и с этим разберемся. Просто вам в этом плане понадобится помощь. — Хах, да, вы правы. — Сейчас давайте рассмотрим цикл гнева, — мужчина достал планшет, на котором была изображена схема. — Вспышки гнева — это как точки на маршруте. Все то, что питает и генерирует гнев, происходит в пути между ними. Представьте, что вы ведете машину и на повороте вас «подрезают». Как выглядит типичная гневная реакция? — Судя по таксистам, они сразу начинают громко ругаться, — вспомнил свой опыт Ли. — Именно. Триггерное событие, то есть ситуация, вызывающая гнев. Вас «подрезали» на дороге. Далее идут негативные мысли. Вы думаете: «Вот идиот! Как ему права вообще выдали!» — слова врач подчеркивал взмахами рук, чтобы получилось правдоподобнее, что вызывало улыбку на лице парня, Минхо начинал доверять ему. — Потом не менее эмоциональный ответ. Негативные мысли ведут к негативным эмоциям. Вы ощущаете ярость, направленную на обидчика, а именно плохого водителя. Не будем забывать про физические симптомы. Тело автоматически реагирует на гнев. Как я уже говорил, у вас повышается давление, выступает пот, появляется дрожь, кулаки непроизвольно сжимаются. Завершается все поведенческим ответом. Это действие от совокупности мыслей, чувств и физических симптомов. Вы открываете окно и кричите на водителя, грозя ему кулаком. Цикл гнева завершен. — Я понимаю, о чем вы говорите, что же мне с этим делать? — Теперь и парню стало искренне интересно, он чувствовал, что Родригес действительно мастер своего дела. — Вы молодой парень, поэтому справиться с этим у вас получится более, чем успешно, но еще и довольно оперативно, — их сессия подходила к концу. — Сейчас я дам вам несколько рекомендаций и буду ждать вас через неделю. Врач подробно описал то, как остановить цикл гнева до того, как он достигнет опасной стадии поведенческого ответа, а именно глубокое дыхание, смена фокуса и расслабление через напряжение. Наибольший интерес у парня вызвал последний прием. Он даже попросил распечатать ему то, какие именно действия ему нужно будет при этом совершать. Это сжатие кистей, стягивание живота, работа со спиной, можно также зажмурить глаза или нахмурить брови и многие другие всевозможные варианты напряжения тела, которые позволяют разгрузить голову, переложив всю энергию на напряжение мышц. — Ну что, — Кайя встретила парня в комнате ожидания. — Как прошло? — Знаешь, я ждал худшего, вообще вся эта затея с врачом мне казалась бредом, — размышлял Ли, когда они выходили из медицинского центра. — Я не уверен, что мне это поможет, но при удобном случае, я опробую его советы. — Надеюсь, такого больше не произойдет, но я горжусь тобой, что ты все же пошел туда. — Я сделал это в первую очередь ради тебя, — смущенно ответил Минхо. — А так забил бы и ходил бил стены хах. — Нет уж, никаких стен, — в душе девушка улыбнулась его словам. — Он сказал, что это можно контролировать с помощью каких-то упражнений? — Да, типа дыхательной разминки и физического напряжения, но, как мы помним, физическое напряжение у меня получается контролировать с трудом. — Может, тебе стоит потренироваться? Чтобы ты сразу знал, что нужно делать, а не стоял вспоминал, какая там схема. Ты уж скорее лицо кому-то разобьешь, пока думать будешь, что там напрячь нужно. — да, думаю, это хорошая идея, — Минхо улыбнулся и взял девушку за руку. — Поможешь с этим? Он дал мне распечатку. — Конечно, милый, этот путь я пройду вместе с тобой, — Кайя крепче сжала его ладонь и поцеловала в щеку. — Ты настоящий ангел в моей жизни, — Ли развернул девушку и, взяв за обе щечки, нежно поцеловал ее. — Если бы не страх потерять тебя, я бы никогда не решился на поход к психологу. — Я всегда буду рядом, — улыбнулась рыжеволосая сквозь поцелуй. — Только если ты не против. — Это все, что мне нужно — ты и твоя вера в меня.