Вместе - на земле и в небе

С того вечера Акона ночевала в квартире Чанбина уже который раз. Проснувшись посреди ночи от его позднего возвращения, она встала с постели и направилась к двери, чтобы встретить парня. На ногах ее были плюшевые носочки, что делало походку практически беззвучной девушки, но для острого слуха брюнета это не было преградой расслышать их. — Привет, ты чего не спишь? — снимая часы с запястья спросил Со. — Ты разбудил, — честно ответила блондинка. — Все в порядке? — Не совсем, — Бин подошёл к девушке и крепко обнял ее. — Но давай обсудим это завтра, сейчас я пиздец как устал. — Немного пугает, я же не усну теперь, — девушка уложила щечку на плечо брюнета и от этого ее и без того сонный голос звучал ещё более мило. — Прости, красотка, я валюсь с ног, — он отодвинул ее от себя и чмокнул в нос. — Я в душ и скоро приду, ложись, пожалуйста. Акона на носочках развернулась и отправилась в спальную все в той же огромной розовой футболке. Уже утром Бин все-таки не стал мучить девушку и вдоволь навалявшись в объятиях друг друга они все же встали с постели. Удивительным было то, как трепетно он относился к девушке, за всю неделю их периодических ночевок между ними ничего не было кроме нежных прикосновений и слов о той самой нежности. Они передавали ее друг другу и телами, и голосами. Нет ничего более обворожительного, как зарождаются романтические отношения, как в кино. Но это утро должно стать не таким уж и гладким, ведь Бину нужно было серьезно поговорить с девушкой касаемо их скорейшего отъезда. — Акона, — обратился он к блондинке. — Мне нужно тебе кое-что сказать и, чтобы ты меня внимательно послушала, это очень важно. И ты вольна распоряжаться этим предложением, как пожелаешь, я все решу, если ты откажешься. — Ну какая же долгая прелюдия, — шутила Акона, ставя чайник на плиту и игриво улыбаясь через плечо. — Выкладывай давай. — Как ты уже знаешь, через несколько дней я уезжаю с Сынмином и всей нашей бизнес-кампанией на Майорку. И вот этому ебуфелу (Киму) пришла замечательная идея взять тебя с собой. — Каво? — недоумевала Светлицки. — Нахуя? — Вот и я про то же, но он имеет веские причины, — Со отпил кофе. — Ты нужна нам для иллюзии безопасности. Поскольку это подобие вечеринки, там будет много народу, а если мы будем чисто мужской компанией, тем более еще и с телохранителями, то вызовет это большие вопросы. Поэтому было принято решение взять тебя и, извини меня, нескольких эскортниц с собой. Ты будешь их предводителем ахах — Начинающая сутенерша, неплохо, — посмеялась девушка. — А ты знал, что по Лилиту, я в прошлой жизни как раз и держала бордель… Так что, я согласна. Никогда не была на Майорке. — Ты самая отважная девушка из всех, кого я знаю, просто парадоксально, — брюнет встал из-за стола и подошел к девушке со спины. — Ты уверена? Это же может быть опасно. — Как же? Ты же там будешь? — парень кивнул в ответ. — Значит это самое безопасное место. — Ты меня влюбляешь в себя с каждым днем все больше и больше, — Чанбин прикоснулся губами к макушке девушки и обнял ее за плечи. — Но тебе нужно будет поговорить с проститутками и ввести их в минимальный курс дела. Когда вы будете там находиться, старайся контролировать их, чтобы ни с кем не разговаривали, помимо нас. — Я сделаю все, чтобы ни одна проститутка не заговорила с тобой, — она тыкнула ноготком в его кисть, развернувшись к нему лицом. — Так что не переживай, я что-нибудь придумаю. Вот уж не думала, что пранк над Хенджином приведет меня сюда. — Все случайности неслучайны, красотка, — Со уселся на свое место и, закончив с завтраком, вновь засобирался куда-то. — Мне нужно еще разрулить несколько дел, ты можешь оставаться тут сколько захочешь, я сделал для тебя дубликат всех ключей: домофон, почтовый ящик, квартира, — парень достал из рюкзака связку. — До вечера, красотка. — Не задерживайся и знай, я в тебя верю, мой парасенак! — Акона вскочила и побежала обнимать и зацеловывать щеки ее, бухтящего на такое прозвище, Чанбина. Последние дни перед отъездом были наиболее напряженными. Парни работали на износ, изучая документы, работая над собственной речью, чтобы не опозориться перед начальством. С одной стороны, люди там такие же, как и они сами, крутятся в высших слоях общества, довольно эрудированы и влиятельны. Но с другой стороны, они выходцы из трущоб, где жизнь научила их жестокости, поэтому от этой публики было сложно представить, чего ожидать. Кто знал, какое именно лицо они выберут в той или иной ситуации. В связи с этим Чанбин проводил инструктаж с новоприбывшими бодигардами. Для поездки туда он выбрал наиболее прилично выглядящих парней, грубо говоря, чтобы они не были похожи на убийц. Одним из них был Айтор Луна, мужчина с накаченным телом и длинными волосами, которые лежали на его плечах. По обнаруженной информации отсидел он за участие в подпольных боях без правил, поэтому определённый опыт у него имелся. Его приставили к женской половине предполагаемой компании. Вторым был более неприметный мужчина по имени Педро Алонсо, которого назначили следить за безопасностью остальных парней. — Что ж, вы все поняли, — подытожил Со. — От вас требуется максимальная концентрация внимания, это очень ответственное мероприятие. — Да, босс, информация принята, — ответил Айтор. — Мы вас не подведем. — Спасибо за доверие, — подключился Педро. — А то с нашими условками работу мы бы никогда не нашли. — Поэтому именно вы и были нам нужны, — Чанбин поднялся из-за стола. — Потренируйтесь в оставшиеся дни, чтобы поддерживать форму. — Будет исполнено, — одновременно ответили мужчины, и после этих слов Со вышел из заведения. — На малолеток я еще не работал, — тихо произнес Педро. — Зато эти дети единственные предложили нам работу, так еще и платят хорошо, поэтому грех жаловаться, — Айтор допил кофе. — Пошли уже. Чанбин и сам направился в привычный спортивный зал, по пути звоня своим друзьям, чтобы предложить присоединиться к нему. Как оказалось, Хенджин уже находился в танцевальном зале, а Минхо занимался в боксерской секции. Поэтому единственными, кто согласился пойти в тренажерку, были Джисон и Чан. — Ну что, господа, — Бин подошёл к лавке. — Как ваша подготовка? Парень взял ещё два блина по 5 килограмм и навесил на гриф для жима лёжа. — Ещё парочка таких, и я не встану, — простонал в ответ Хан. — Ничего не знаю, в случае чего нас самим придётся со всем этим разбираться, — Со устроился на тренажере для трапециевидных мышц пресса. — Как там схема с девушками? Акона согласилась? — спросил Чан, страхуя Хана. — Да, но это меня и пугает, лучше бы отказалась, — пыхтел Со. — Я Сынмину яйца оторву и ими же накормлю, если с ней хоть что-нибудь произойдет. — Не хотел бы я быть яйцами Сынмина, — шутил Джисон. — А с остальными что? — А это уже не наша головная боль, пусть он сам этим занимается, — отвечал Со. — Но ведь Аконе нужно им инструктаж что ли провести, — теперь была очередь Чана ложиться на скамью. — Надо бы им рандеву устроить, Ким вроде уже нашел кандидаток. — Вот и славно, позвоню ему после тренировки, если сам не объявится, — Чанбин перешел к следующему тренажеру. — Мне вообще вся эта затея с девушками не нравится. — Скажи это ему, — Хан обернулся на дверной проем. — День добрый, господа, — Сынмин собственной персоной. — Что ты мне хотел сказать? — Идея с девушками на Майорке хуевая, опасно очень, — повторил без доли сомнения Бин. — Мне еще раз перечислить причины? — холодным голосом ответил Ким. — Тем более, что все уже решено, так что оставь переживания, все будет в порядке. — Я тоже уверен, что все будет хорошо, — подключился Хан, светящийся от счастья, что его сегодняшняя тренировка подошла к концу. — Ладно, ребят, вы тут еще позанимайтесь, а мне пора, я и так на час раньше вас пришел. Все попрощались с окрыленным Джисоном, который каким-то чудом все еще был жив после интенсива с Баном. В нем было столько неисчерпаемой энергии и жизнерадостности, что хватило бы на целую толпу угрюмых и депрессивных людей. — А чего это ты не в своем спортзале? — спросил Со. — Захотелось с друзьями повидаться, нельзя? — ехидничал младший. — Да нет, ты просто никогда не приходил с нами, вот и удивился, — Чанбин пожал плечами. — Присоединяйся тогда. — Мне надо Хенджина найти, где он, не знаете? — Ким посмотрел на парней. — В танцевальном зале на четвертом этаже, — ответил Чан. — Там легко найти. — Спасибо, — кратко ответил Сынмин и удалился. — Какой же он все-таки странный бывает, — вздыхал Со. — Но что поделать, друзей и начальников не выбирают. — Особенно, когда это один и тот же человек, — подшутил Чан, и парни продолжили тренировку. — Как с Феликсом дела, если не секрет? — спустя пятнадцать молчаливых минут подал голос Бин. — На удивление отлично, я еще никогда не встречал настолько понимающего человека, — Чан улыбался каждый раз, когда речь заходила про его парня. — Порой мне кажется, что он примет меня со всеми несуществующими грехами, которые только можно себе представить. — Кто бы мог подумать, — на лице Со читалось удивление. — Я почему-то был уверен, что у вас явный разлад мог пойти. Хоть меня там и не было, но по рассказам Минхо ты тогда задал жару. — Да, в целом он прав, я в шоке, что произношу эти слова хах, но да, я был жестковат, но совершенно об этом не жалею. Понимаешь, это было будто моей 30-летней пуповиной, что сдерживала мои истинные желания, — размышлял Бан. — Я даже не знаю, может это после того, как мне по башке прилетело прозрение пришло, но если бы я знал о чудодейственной силе пиздюлей, то давно бы во что-то подобное влип. — И какие же у тебя истинные желания? — Спросил Чана парень. — Неужели ты мечтал о такой работе? — Да не совсем, — Бан почесал висок и откинул руку в сторону. — Я просто всю жизнь делал все по инструкции, выбиться в люди после приюта, найти работу, найти любовь и так далее. А сейчас мне действительно хорошо, я искренне счастлив, сам поверить в это не могу. — Но мы занимаемся такой опасной темой, неужели не страшно после обычной бытовухи по жизни? — удивлялся парень. — Я на это пошел лишь бы на ровном меня не сидеть и прикрыть жопу друзьям. — Страшно, конечно, но что поделать, если менять устрой жизни, то я предпочитаю кардинальные изменения, чем делать маленькие шажочки, и на пути к своей цели потерять мотивацию и саму цель. — Сразу видно взрослый дядька, я балдею от наших разговоров, — подшучивал Чанбин. — Это опять какие-о ваши приколы, но да ладно, сделаю вид, что понял, — Чан похлопал парня по плечу. — Да забей, я просто пытаюсь разбавить обстановку нашего серьезного разговора. Я рад, что ты счастлив и нашел это все в нашей компании и в Феликсе, разумеется. — Спасибо, я ценю это. У меня очень долго не было друзей, поэтому сейчас я достаточно сентиментален по отношению к вам, — Чан вспомнил Сынтака и на его лице появилась тень печали. — Все в порядке? — Бин обернулся на старшего. — Ты как-то поник. — Да, не обращай внимания, просто вспомнил детство и своего лучшего и до сегодняшнего дня единственного друга. — А что с ним? Перестали общаться? — По некоторым обстоятельствам да, мы перестали общаться, — Бану все еще было сложно открываться людям. — Никогда не поздно возобновить общение, — размышлял Бин. — Тогда мне придется прибегнуть к сеансу спиритизма, — не говоря напрямую ответил старший и начал собирать вещи, чтобы покинуть зал. — Ох, прости, что напомнил об этом, — Со обо всем догадался без уточнений. — Все в порядке, не переживай, я просто ценю память о нем и каждый раз грущу просто потому, что не могу рассказать обо всем, что происходит в моей жизни. — Мы все прекрасно понимаем, что ты бы и не смог ему ничего рассказать, — Со пытался хоть ка-то успокоить друга и не давить на больное. — Да, ты прав, — вздохнул старший. — Ладно, давай не будем об этом. — Как скажешь, — ответил Чанбин и они покинули спортивный зал, разойдясь в разные стороны по домам. *** Сынмин приоткрыл дверь танцевальной студии, где занимался лишь один человек. Не видя его лица из-за разбросанных прядей волос, он понимал, кто перед ним, его взгляд был прикован к изящному телу парня и его плавным движениям. Невозможно было описать то, насколько Хенджин отдавал всего себя танцу-импровизации. Его пластичность позволяла производить целые узоры в воздухе, создавая симфонию от слияния собственного тела с ритмом музыки. Мировая эстрада явно в нем нуждалась, как, собственно, и напряжение в брюках Сынмина, наблюдающего за каждым движением бедер парня. В его мыслях витали мысли о том, как он будет извиваться под ним и какие позы они могут попробовать. Поэтому немедля ни секунды в перерыве между треками он зашел в студию. — Я, конечно, знал, что ты хорош, но не думал, что настолько, — вместо приветствия сказал Ким. — Мило с твоей стороны, я польщен, — ответил Хван, вытирая полотенцем мокрое лицо. — Не хочешь снять напряжение, а то, мне кажется, ты немного устал, — медленным шагами к нему подходил босс. — Тебе кажется, я не в настроении, — с равнодушным лицом ответил Джин. — И это самый идиотский и заезженный подкат из ныне существующих. — Знаешь, мне есть, что предложить, — ехидно улыбаясь к нему приблизился парень. — В этот раз я уверен, что ты не откажешься от такого. — Ты умеешь заинтриговать, — теперь Хвану стало интересно, что его буквально провоцируют. — А ты подойди поближе и узнаешь. Хенджин медленной поступью двинулся в направлении парня, бросая полотенце в сторону. Он не знал, что задумал младший и уже начал сгорать от любопытства, ведь Сынмин стоял, облокотившись на зеркало с невероятно невинным видом. Джин впервые видел его с таким выражением лица, что почему-то вселяло в него чувство превосходства, что теперь не он смотрит на партнера глазами Бемби, а на него направлен этот взгляд. Подойдя вплотную, он привычно уложил руку на выпуклость брюк парня и с невозмутимым видом сказал. — Ничего удивительного, ты трахаешься как кролик, вполне ожидаемо, что у тебя стоит, ведь зная твои похотливые мысли ты многое себе напридумывал, пока шпионил за мной, — Ким сделала удивленный вид. — Да, да, я знаю, что ты следил за мной из этой приоткрытой двери. — Ничего от тебя не скроешь, но тут кое-что другое, — теперь уже брюнет приложил ладонь к штанам парня, но там была абсолютная тишина, никакого шторма, полный штиль. — Ой, малыш, ты меня обижаешь. — Я для тебя хен, не забывай, — упрекнул его Хван. — Решил вспомнить традиции, тогда, будьте добры, оттрахай меня, хен, — Ким начал скользить вдоль зеркала, пока не оказался на коленях перед блондином. — Ты чего… творишь… — Джин приподнял босса за подбородок. — Я так долго был активом, что оказывается соскучился по члену в себе, окажешь честь? — Но я еще ни разу не был с парнем в роли актива…- смущенно отвечал Хван. — Ты что, ни с кем не спал, кроме меня? — удивлялся младший и вскинул бровь, на что получил кивок. — Какой верный кролик, что ж, я более, чем подготовился, так что все пройдет отлично. Ким медленно начал стягивать спортивные штаны одной рукой, а второй поглаживал живот парня, начиная пытку ожиданием, чего Хван терпеть не мог, он был ненасытен, что касалось постели. Ему хотелось здесь и сейчас, Ким приучил его к жесткому сексу, а когда в том просыпалось желание растянуть процесс, это начинало выводить. Блондину нравилось, как его грубо вбивают во всевозможные поверхности и не важно будь то стена или кровать, главное, чтобы резко и без промедлений. — Подожди, дай закрою дверь, — внезапно оторвался Ким. Как только он вернулся, его ждал не то, чтобы жестокий, но вполне неожиданный поворот событий, а точнее разворот. Хван резким движением развернул его спиной к себе и прижал к прохладному зеркалу. Гладкая поверхность стекла отдалась мурашками по телу брюнета, а член терся об эту холодную поверхность, что придавало особые ощущения. Смазка размазывалась по зеркалу, поэтому движения не казались неприятными. — Что это на тебя нашло, — улыбался Ким. — Хочешь, чтобы тебя оттрахали, грязная шлюха? — Хван рычал тому в шею, пока его пальцы проникали во вполне разработанную дырочку Мина. — Пришел сюда, чтобы тебя поимели в общественном месте, да? — Да, хен, — поддержал игру младший. — Я хочу, чтобы ты меня отымел здесь, я пришел, чтобы ты сделал это со мной. — И ты, как похотливая сучка взял все с собой, верно? — Хенджин наклонился к брюкам Кима, которые были сняты за секунду, доставая тюбик с нужной жидкостью. Джин шептал ему всевозможные унижения на ухо, кусая нежную кожу шеи и оставляя яркие пятна на каждой удобной для укуса поверхности, до которой мог дотянуться. Он начал вводить уже третий палец, когда из губ Кима вырвался очередной несдержанный стон. Хенджину нравилось чувствовать власть над ним, да, хоть и на время, но он хотел почувствовать какого это ебать такого послушного и покладистого Сынмина, каким он его не видел ни разу в жизни. Джин размазал смазку по своему вставшему без какой-либо стимуляции члену и резким толчком без возможности привыкнуть вошел в партнера. Это вызвало настолько яркий всплеск эмоций у обоих, будто перед ними самый красивый фейерверк из всех существующих. — Даже не думай, что я пощажу твою задницу, сегодня тебе пиздец и я даже не обращу внимания на свою усталость, — буквально через пару секунд после проникновения сказал Хван. — Я не пощажу тебя, сколько бы ты не умолял. — Я умоляю лишь о том, чтобы я почувствовал себя настолько грязным, насколько это возможно, я устал был главным и ответственным за все, сейчас я прошу тебя использовать меня, делай все, что ты захочешь, сейчас я твой. — Сам напросился, грязная потаскуха, — после этих слов он зажал рукой кисти парня за его спиной, пока другая его рука сжимала горло партнера как можно сильнее, так, чтобы он был на грани потерять сознание. Он отпускал на мгновение, позволяя сделать глоток воздуха, казалось, Ким вот-вот отключится, но Хван не позволил бы ему этого, он вдалбливался в него членом на полную длину, не щадя чувствительный бугорок, проскальзывая по нему каждый раз. — А теперь повторяй за мной, — Джин встал сзади парня на колени, приказывая последовать за ним. — Ты ничтожество. — Я ничтожество, — усаживаясь спиной к блондину сказал Ким, наращивая темп. — Ты никчемный и слабый. — Я никчемный и слабый, — начиная водить рукой по собственному члену повторил Мин. — Ты стоишь дешевле самой грязной шлюхи, ты даешь оттрахать себя бесплатно. — Я дешевле самой грязной шлюхи, — практически всхлипывая вновь повторил брюнет. — А сейчас ты наденешь на свой член это, — Хенджин снял с волос резинку и протянул другу. Ким послушно забрал аксессуар и завязал в несколько оборотов вокруг члена и яиц. В таком положении резинки, он не смог бы кончить без позволения. — Хорошая шлюха, молодец, — похвалил того Джин, после его вновь схватил того за руки и сжал горло, вызывая асфиксию, чтобы тот не мог сделать и вдоха без разрешения. Задыхаясь от приближающегося оргазма Ким закатывал глаза и стонал настолько, насколько ему позволяла это сделать рука на его горле, сдавливающая его с каждым толчком все сильнее. Звуки горячих тел наполняли помещение, ритм непрекращающейся музыки помогал не потерять темп, играло техно, позволяя не снижать частоту толчком. Хван буквально рычал младшему на ухо, продолжая сыпать оскорбления и унижения. Наконец он отпустил шею и переместил свободную руку на член партнера, начиная дрочить в такт своим толчкам. — Хочешь кончить, да? — Да, пожалуйста, хен, я очень хочу кончить, — скулил Ким. — Ты не заслужил этого, — с этими словами Хван излился в Сынмина, не дожидаясь оргазма другого. — Снимай резинку и дрочи себе сам, кончи в мусорное ведро, которое такое же грязное и заполненное, как и ты. Ким послушно последовал его приказу. Пока он шел на подкашивающихся ногах к мусорке по его бедрам стекала смененная жидкость Хвана, вызывая щекотку, но Сынмин не хотел об этом думать, он лишь мечтал спустить в это самое ведро, поэтому он не заметил, как Хван взял в руки телефон и направил на того камеру. Он установил гаджет таким образом, чтобы в кадре был только Мин, никчемно надрачивающий себе до тех пор, пока с протяжным стоном не излился в пополненное мусорное ведро, стоя перед ним на коленях. — Отличная работа, — Хван закончил запись. — Теперь вытри свои бёдра и грязную задницу и слижи с пальцев мою сперму. — Ким вновь кивнул и исполнил приказ, проникая пальцами глубоко в свое горло, вылизывая их, чтобы ни одна капля не была утеряна, пока Хенджин ехидно улыбался, натягивая на себя белье. — Одевайся, — и бросил тому в ноги его одежду. — Я не знал, что ты можешь быть таким, — наконец придя в себя произнес Сынмин севшим от удушья голосом. — У меня был хороший учитель, а теперь уходи, мне нужно закончить репетицию.