Перерождения Эрена Йегера в мире dxd

Новый режим тренировок был не просто жестоким. Он был бесчеловечным. Эрен, облаченный в свою новую внутреннюю броню, стал для пэры Гремори живым воплощением непреодолимой силы. Спарринги превратились из тренировки в попытку выжить. Сегодня он сражался против них всех одновременно. Киба нанес свой самый быстрый и точный удар, целясь Эрену в бок. В прошлый раз такой выпад заставил бы его уклониться или поставить блок. Сегодня Эрен даже не пошевелился. Меч Кибы со скрежетом, от которого заломило зубы, прошелся по его телу, высекая искры, словно ударился о гранитную скалу. На коже Эрена на мгновение проступила сетка черных трещин, которая тут же исчезла. Клинок был отброшен, а рука Кибы занемела от вибрации. — Твой меч слишком легок. Удар не имеет веса, — безразлично констатировал Эрен и тут же нанес ответный удар локтем. Киба, не ожидавший такой атаки, не успел среагировать. Удар, усиленный неестественной плотностью тела Эрена, отбросил его на несколько метров. — Он... он точно на нашей стороне? — прошептал Иссей, в ужасе наблюдая за этой сценой. Акэно попыталась поразить его молнией, но Эрен, даже не глядя, выставил руку, и заряд просто рассеялся о его кожу, оставив лишь легкий запах озона. Он двигался среди них как хищник среди стада. Его целью была не победа. Его целью было выявить и использовать каждую их слабость, каждую секунду их колебаний. Он больше не учил их сражаться. Он учил их бояться. Бояться проиграть, бояться умереть. После тренировки, когда Азия в очередной раз исцеляла синяки и ушибы своих друзей, Риас нашла Эрена в библиотеке. Она была полна решимости. — Эрен, это должно прекратиться, — твердо сказала она. Он медленно оторвался от книги, его каменные глаза встретились с её. — Ты превращаешь их в машины, — с болью в голосе продолжала она. — Ты превращаешь себя в машину. Мы — дьяволы клана Гремори. Мы сражаемся не только силой, но и сердцем, гордостью, любовью к своим товарищам. Ты выжигаешь это из них. И из себя. — Сердце и гордость не остановят клинок, нацеленный в горло, — его голос был ровным и лишенным всякого тепла. — Любовь не защитит от заклинания, стирающего тебя из реальности. Выживание — вот единственная гордость, которая имеет значение. Я даю им навыки для выживания. Другого я дать не могу. — Но какой ценой, Эрен? — почти умоляла она. — Какой смысл в выживании, если мы потеряем то, что делает нас теми, кто мы есть? Если мы потеряем наши души? — Душа — это роскошь, — ответил он, снова уткнувшись в книгу и давая понять, что разговор окончен. — Роскошь, которую могут позволить себе только победители. Их спор, их фундаментальное различие философий, зашел в тупик. Риас хотела уйти, но в этот момент в библиотеке вспыхнул синий магический круг с эмблемой клана Ситри. Из него прозвучал спокойный, деловой женский голос. — Риас Гремори, я прошу о немедленной встрече. Это срочно. Риас узнала голос Соны Ситри, президента студенческого совета и наследницы другого могущественного дьявольского клана. — Я сейчас буду, — ответила она и, бросив на Эрена последний, полный отчаяния взгляд, добавила: — Ты идешь со мной. Как мой советник. Комната студенческого совета была полной противоположностью уютному хаосу Клуба Оккультных Исследований. Идеальный порядок, строгая мебель, деловая атмосфера. Сона Ситри, девушка в очках со строгой прической, сидела за своим столом. Рядом с ней стояла её Королева, Цубаки Синра. — Риас, — Сона кивнула вошедшим. Её взгляд скользнул по Эрену, оценивая его, но не задерживаясь. — Я вызвала тебя не как подругу, а как соседа-дьявола, управляющего этой территорией. — Что случилось, Сона? — серьезно спросила Риас. — За последние несколько недель мои сенсоры зафиксировали в городе несколько мощных, но кратковременных магических всплесков неизвестной природы. Я списывала это на вашу недавнюю активность, — она многозначительно посмотрела на Риас. — А сегодня утром... произошло нечто иное. Сона сделала паузу, поправив очки. — Одна из моих Пешек, занимавшаяся стандартным патрулированием в жилом районе, была найдена без сознания. На ней нет ни единой физической раны, её магические цепи в порядке. Но её разум... он словно заперт в бесконечном цикле ужаса. Наш лучший ментальный целитель не смог до неё достучаться. Единственное, что она смогла прошептать, прежде чем впасть в кататонию, было одно слово. Сона Ситри подняла свой острый, проницательный взгляд. Она посмотрела сначала на Риас, а затем в упор на Эрена, который неподвижно стоял за спиной своего Короля. — Она прошептала слово «Титан». Время для Эрена остановилось. Воздух в комнате стал плотным и тяжелым. Стены начали сжиматься. Секрет, который он хранил так отчаянно, тайна его происхождения, которую, как он думал, знали лишь сбежавшие враги, только что прозвучала здесь, в этом тихом, мирном городе, из уст незнакомого дьявола. Его броня, которую он так старательно выковывал для тела и для души, дала первую, самую страшную трещину.